Книга II: Алхимик. Глава 6
9 января 2019 г., 20:52
I
Серебристые огоньки светлячков хаотично плясали, кружились в прозрачном мареве лунного света. Беспощадно изрезанный толстыми прутьями решетки, он струился сквозь одинокое окошко под самым потолком, падая на каменный пол косыми лучами. Совершенно белый, невесомый, подобно туманной дымке, что за ночь поднимается от земли. Таким же был её наряд. Искусно сшитый из тончайших шелка, батиста, шифона, он просто не мог не придавать своей хозяйке какое-то мистическое, неземное очарование. Впрочем, даже без него эта женщина была подобна прекрасному цветку по какой-то нелепой или роковой случайности покинувшего чертоги высших сфер и оказавшегося здесь — в холодной сырой темнице, куда с трудом заглядывают даже милосердные ко всем небесные светила. Её нежная бледная кожа — без единого изъяна, а черты — столь безупречны, что, если бы она не двигалась, можно было легко принять её за фарфоровую куклу. А между тем, Криста была живой. И это «маленькое неудобство» доводило её до безумия. Разве существует нечто хуже, чем желать смерти и быть неспособным удовлетворить своё желание? Если да, то Криста не могла представить подобную вещь. Она ненавидела и любила своё заточение ровно так же, как ненавидела и любила того, кто упрятал её в этот каменный мешок. Её обожаемый старший брат, её ненавистный муж, её нежный палач… Единственный, кто не верил в её мнимое безумие. И был совершенно прав. В Мире Демонов каждый знает, что третья супруга короля, принцесса Криста, страдает тяжелым недугом. Приближенные — что недуг этот заключается в сложном психическом расстройстве: разрушительном для неё самой и для всех, кто по несчастью может оказаться поблизости во время очередного приступа. И лишь Карлхайнц прекрасно понимал — всё это ложь. При том ложь очень грамотно сплетённая и не менее умело распространённая. Иначе и быть не могло. Ведь он — именно тот, кто выдумал эту страшную, но очень выгодную для себя, сказку. Сказку, в которую бедняжка Криста поверила. Да так искренне, что, наверное, сама отчасти считала себя сумасшедшей. Он не пытался убедить её в обратном. Значительно легче манипулировать тем, кто зависит от тебя, веря в собственную свободу. Карлхайнцу нравилось наблюдать за Кристой в темнице. Нравилось её соседство с массивными цепями и крюками, вбитыми в стены из крупного чёрного кирпича. Когда её стройная тонкая фигурка съёживалась в центре пустого мрачного помещения, мужчина не мог сдержать внутреннего ликования и восторга. Он никогда не применял к ней физического насилия. Но ему нравилось представлять, как бы это выглядело. Что раздражало, ведь отдавало совершеннейшим бредом. В такие мгновения он сомневался, кто из них двоих настоящий сумасшедший.***
С отвратительным скрежетом массивная дверь открылась. Тень пала на лицо женщины, сидящей на коленях и увлеченно разглядывающей складки на своём платье. — Сюрприз-сюрприз! — самоуверенный юношеский голос как-то слишком неестественно резал слух в этом тусклом подземелье, привыкшем к тишине. — А? — Криста вскинула голову, моментально бросая прежнее «занятие». Слабая улыбка коснулась её нежных губ. — Вот и Вы, принц. — Ну, что за… — раздосадовано фыркнул пришедший, окончательно переступая порог и предусмотрительно закрывая за собой дверь. — Ха… Совсем не удивилась, да? Могла бы хоть притвориться, или… — Простите, но врать — не в мои правилах, — она мягко пресекла дальнейшие рассуждения на эту тему, осторожно поднимаясь с пола. — Да уж… прощу, что с тобой поделаешь, — осклабился он. — Хотя мне хотелось тебя немного развеселить. Вы, вампиры, порой бываете очень занудны… Кстати, об этом! Вот, держи. Юноша вложил в руки Кристы какой-то предмет, завёрнутый в пурпурный бархат. — Что это? — женщина удивлённо вскинула бровь, с интересом разглядывая вещицу, на поверку, оказавшуюся причудливым серебряным зеркальцем, инкрустированным изумрудами и чёрными агатами. — Брат выражает благодарность за твою помощь… ну, с той девчонкой — Адель, — пояснил гость. — Он сказал, что не сможет подарить что-либо прекраснее, чем-то, что ты увидишь в отражении. Неверная пастель румянца на какое-то мгновение коснулась бледных щек Кристы. — Карла очень любезен, — чуть погодя заметила она. — Даже слишком. Я рада была оказать любую услугу, лишь бы той девочке ничего не угрожало. Карлхайнц обращался с ней плохо. Очень плохо… — К черту Карлхайнца! — выкрикнул Шин, порывисто хватая женщину за тонкие запястья. — К черту Адель! Будь она хоть трижды Магистр и десять раз королева! Почему ты так холодна, Криста? Как ты, вампир, можешь позволять себе быть безответной к моим желаниям? Даже невзирая на то, как я рискую, пробираясь сюда… Она произвела вялую попытку освободить руки и, тяжело вздохнув, опустила голову. Казаться отстранённой и действительно быть таковой — не одно и то же. — Ну, почему ты молчишь?! — не унимался младший Тсукинами, тщетно пытаясь поймать её взгляд, с каждой секундой мрачнея всё сильнее и сильнее, пока ярость окончательно не ослепила его. И даже предостерегающий болезненный вскрик от того, что он слишком сильно сжал многострадальные запястья, не смог отрезвить его. — Разве это справедливо? Ты слишком красива для вампира! И ты используешь это, чтобы дурить головы всем подряд! Думаешь, ты умнее всех? Или, может, считаешь, что я недостаточно хорош для тебя? Конечно! Ты же жена «короля»! Куда уж нам! Вдруг что-то привлекло его внимание. Резко оттолкнув женщину прочь, Шин напряженно прислушался. — Мы больше не одни, — чуть стишив голос, проговорил он, предусмотрительно поднося указательный палец к губам. — Ни звука.
