Инстинкты подавлены законом

      Совсем скоро парни оказываются возле дома Харриса, Дилан аккуратно припарковывает машину и неспешно покидает салон авто, как вдруг Эрик довольно резво, ровно так же как и заскакивал в чужую машину — вылезает, при этом громко, явно специально, хлопает дверцей машины.       — Я тебя убью… — Тихо прошептал Дилан, выдыхая как можно спокойнее и запирая авто, сдерживая злость, хотя мысленно уже несколько раз затрахал Реба до смерти.       Харрис готов поклясться что слышал чертыханья Клиболда, и это вызвало лишь ухмылку на лице парня.       Оказавшись на своей «территории» Реб снова становится самим собой, просто Эриком, а не тем раздраженным тираном, коим можно видеть этого парня в школе, с извечно кислой миной.       Швырнув сумку на диван в зале, и сам заваливаясь в него же, Эрик громко оглашает:       — Прошу, будь как дома. Только вот в комнате у меня беспорядок, думаю, это тебя не сильно будет смущать, правда, В?       Ну, конечно, Харрис сказал это с легкой издевкой, вообще, он любил всячески подтрунивать Дилана, да просто для того чтобы посмотреть как эта длинновласка психует. Он любил наблюдать за эмоциями ВоДКи, вот только он их не так часто источал. Если Харриса можно было сравнить с фитилем от взрывчатки, который мгновенно загорается и взрывается, — то Клиболд, это непоколебимость, не то чтобы камень, но, очень даже близко к этому.       Эрик складывает ногу на ногу, растягиваясь на диване. Верхняя часть корпуса почти свисает с дивана и тот смотрит на своего друга вверх тормашками.       — Можно подумать, что там когда-то был порядок, в чем я очень сильно сомневаюсь. Иногда мне кажется, что когда ты появился на свет, твоя комната уже была в таком состоянии.       Хмыкнув, Клиболд садиться в кресло и потягивается, прикрывая глаза и смотря на друга из-под опущенных век.       — Смотри, кровушка к голове прильет, и в обморок упадешь, я тебя не потащу в комнату.       Дилан естественно нагло врал. Он в любом бы случае отнес друга в кровать и ухаживал за ним, считая то своим долгом, да и просто имея желание постоянно быть рядом и заботиться о нем, ведь тот даже не осознавая может влипнуть в какую-нибудь историю, из которой самостоятельно вряд ли выберется. И кто придет к нему на помощь? Конечно, это будет В.       — Куда денешься… конечно, потащишь, «Милый Дилан», — «Милый Дилан» называли его с насмешкой друзья и он со временем понял, что 'милый' здесь — приговор. Клеймо, которому хочешь или не хочешь, а придётся следовать, чтобы не задеть чьи-то чувства. Эрик другой. Эрику плевать на чужие чувства и это здорово. С Эриком можно не быть — настолько — отверженным. Когда они оба против всего сраного мира, когда уходит милашка Дилан и на смену приходит ВоДКа — Клиболд был почти счастлив.       — Иди на хер, Реб!       У Дилана невольно дернулся глаз при этом прозвище «Милый Дилан», чувствуя, что ещё немного, и он вовсе сорвется, просто заедет кулаком по лицу Эрика, но… глубоко вдыхает и выдыхает, пытаясь, успокоится и не бить лучшего друга.       Сейчас, именно сейчас, не было милого и спокойного Дилана, сейчас был на грани бешенства ВоДКа, который старался сохранять внешнее спокойствие, дабы не испортить сегодняшний день.       — Ты говорил что-то про травку? Приступим? Хочу расслабиться, в конце концов.       Эта неделя была сущим адом на земле, который воплотился в виде школы «Колумбина». ВоДКу уже тошнило от всего этого и он просто хотел отдохнуть, расслабиться и забыть хоть на немного обо всем на свете, но не забывать о Эрике.       Реб неохотно переваливается с дивана и встает на ноги, забегая на кухню, хватая в руки пачку чипсов и две бутылки газировки. Его комната находилась на втором этаже дома, и все бы ничего, но постель так осталось не заправленной, а флаг наци висевший под потолком мог спокойно намекнуть на то какого характера хозяин этой комнаты.       Харрис поднимается по лестнице и машет за собой рукой, взывая Дилана подниматься наверх.       Клиболд поднимается с кресла и идет следом за активным Ребом, который был сейчас похож на небольшой ураган, который пронесся по кухне, беря то, что им будет нужно и уносится в комнату, в которой парни засядут.       — В общем, падай где угодно, где-то у меня еще тут алкоголь был… — Светловолосый парень покидал еду на пол и начал рыться по шкафам, извлекая оттуда две алкашки темного пива, кое-что покрепче на подобие русской водки, и конечно же пакет травы. Юношеский возраст — возраст беспредельников. Когда ты строишь из себя бунтаря.       Сейчас Харрис сидит и крутит косяки, о да, у него это получалось очень хорошо, конечно же. И вот перед гуру косячного дела лежат на ковре 4 раковые палочки, приготовленные почти с любовью к его другу.       — Алкоголь — это всегда хорошо, особенно, когда ты живешь в аду и учишься в нашей сраной школе.       Говоря это Дилан закатывает глаза, смотря на состояние и обстановку комнаты, хотя уже давно должен был бы привыкнуть к этой обстановке, к Эрику и его нацистским закидонам, но все как-то он не может.       Пока Харрис крутил косяки, ВоДКа внимательно изучал содержимое его рабочего стола, пока не наткнулся на дневник с записями, наугад открывая страницу.       И каково было удивление Дилана, когда он понял, что эти страницы о нем. На щеках вспыхнул румянец, а сам он не мог оторваться от чтива, скользя взглядом по неровным строчкам, краснея с каждым словом.       Эрик поднимается на ноги, и идет к окну, для того чтобы открыть его, но развернувшись замирает столбом. Дилан умудрился залезть в его дневник, небрежно оставленный на столе. И на какой же странице? Именно на той которую он посвящал своему другу.