Победитель дракона, или Богиня благословляет это Темнейшее Подземелье.

      - Какие гости? Очередные потеряшки нашлись, что ли? – напряжённо пошутил Казума, пытаясь проверенными психологическими уловками обуздать волнение. Юмор, даже самый тупой, хоть немного, да помогает собраться с мыслями, а юноше было необходимо понять целый ряд вещей. Например, какого хера старый «Алый Демон» творил.       Поначалу будущий герой эпохи даже решил, что продолжает дрыхнуть, ибо картина происходящего рвала все мыслимые шаблоны в его юношеской подкорке, да так, что треск наверняка стоял на весь Гамлет. Казуме казалось, что сумасшедший колдун его уже ничем не удивит, ан нет, безумие явило свои новые глубины – раздетого Альхазреда. На старике были лишь чалма, набедренная повязка и амулеты. Хвала Великому Рандому, Мегумин дрыхнет без задних ног и не видит этого ужаса – её детская психика такого бы не пережила.       За свою, впрочем, Казума тоже не ручался. И не только потому, что у жилистого ссохшегося старикашки кубиков пресса оказалось больше, чем у молодого авантюриста. А в первую очередь из-за позы, в которой «Алый Демон» пребывал: стоя на одной выпрямленной руке и держа знакомый череп с горящей свечой в вытянутой другой, касаясь носками ног затылка и ровно глядя вперёд. Бога в душу мать…       Бывший хикки, конечно, слышал всевозможные кулстори о йоге, которой, как и любви с инсультом, все возрасты покорны, но одно дело смотреть по телеку трюки древних мастеров духа и тела, и совсем другое – воочию видеть выкрутасы престарелого профессора, по которому пенсия с дурдомом плачут. Казума едва ли мог хотя бы десять секунд на руках простоять с задранными ногами, а какая гибкость и силища нужны для Альхазредовой фигуры, он боялся даже представить. Ему оставалось лишь охеревать с упавшей челюстью и думать, какой вопрос задать первым – «Как» или «Нахера».       - Вас не ввели в курс событий? Что ж, это не делает моему партнёру чести, но таковы уж обитатели Запредельных Сфер с их излюбленной выжидательной позицией. Имейте это в виду, если решите завести с их видом деловые отношения, - услужливо посоветовал донельзя спокойным голосом долбанный йог, словно он и не насиловал сейчас собственный организм. Было в Альхазреде и другое, казавшееся Казуме неправильным, но спросонья он определить пока не мог. – ФАХФ АХ НАФЛ ВУЛГТМНАХ! Можете себе представить, меня самого поставили в известность об истинном положении вещей в Ведьминых Кругах лишь десятью минутами ранее!       - События? Партнёр? Я понимаю, что прошу от вас многого, но можно по-человечески? Пожалуйста? – ворчливо попросил Казума, стараясь не показывать своей оторопи – до него всё же дошло, что ещё с колдуном не так. Губы Альхазреда не двигались в такт его словам! Совсем как в видеоиграх, но если там это повод для шуток и насмешек, то здесь такое нагоняло нешуточную жуть. - И чего это вы вдруг решили заняться гимнастикой посреди ночи?       - МГГОКА’АЙ ЙА! Я бы с великим удовольствием представил вам презентацию с таблицами и иллюстрациями, но, к сожалению, в данный момент ограничен во времени и ресурсах. Поэтому вам придётся выслушать краткую версию, - Возможно, бывшему хикки только показалось, но, видимо, голос старика исходил не из уст, а от черепа. На кой ляд «араб» его вообще таскает? И почему свеча не гаснет и не тает ни на йоту? Юноша невольно усмехнулся обуревавшим вопросам – в этом «прекрасном мире» ему давно стоило привыкнуть к такой чертовщине. – Жители Ведьминых Кругов поклялись Скрытой Луной служить Ковену Ведьм в обмен на их покровительство, а когда явился новый лорд Шекспир, отреклись от них, опасаясь плетей и решёток сильнее неведомых проклятий. Клятвопреступников ждал ужасный конец, а преданные ведьмы не могли не полюбоваться им – в этом был расчёт пастора, ставшим позднее известным как Святой Родерик. Он счёл Ковен серьёзной угрозой для Гамлета, а перебежчиков ненадёжной опорой, и решил избавиться от всех одновременно. КАДИШТУ’ДРН ШУГГОТ! Опасаясь, что подобный радикализм пресекут власти и церковь, священник тайно свершил тёмный ритуал по заточению всех душ в пределах Ведьминых Кругов. Как только он уговорил жителей сдаться правителю Гамлета, то сразу же закрепил заклятие показной смертью, повелев доверенным людям упокоить его тело в озере, ставшим замком для параллельного бытия, куда через неделю затянуло и истязаемых проклятьем предателей, и прибывших насладиться зрелищем ведьм. Родерик хотел сохранить эту темницу в тайне, однако он не предвидел, что его усилия будут развеяны самым случайным образом. АХЕХЙИ АХЛЛОИГ ЙОГ Х!       - В каком смысле «случайно»? Как такие вещи вообще можно «случайно» расколдовывать? – Вопреки словами «араба», байка краткостью не блистала, но общий посыл Казума уловил. Помянутые «гости», хотя их и нигде не было видно, по всем намёкам являлись заточёнными жителями Ведьминых Кругов и их бывшими хозяйками. Переведя взгляд на оставленный за лагерем хутор, юноша невольно съёжился – и без того зловещий силуэт безлюдной деревни стал ещё омерзительнее, во многом из-за светящегося тусклой зеленью тумана из-за частокола. И врат, раскрывшихся подобно голодной пасти. Не зря они так не понравились молодому авантюристу, да и Аква оказалась права насчёт воплей мучаемых душ… Аква… Аква! Так это она! – Бл*дь. Бл*дь!       - АХ НАФЛ ТХАРАНАКОР! Не соглашусь с формой, но содержимое поддерживаю всецело. Объект «Богиня воды» вошла в контакт с объектом «Печать Святого Родерика», коим является данное озеро, и в силу своих физиологических способностей запустила процесс очищения. Из-за непродолжительности контакта заклятие полностью не спало, но в темнице образовалась щель, и она с каждой минутой становится всё больше, - с готовностью подтвердил Альхазред. Отчего-то Казуме казалось, что эту информацию ему уже кто-то сообщал, но вспомнить не мог. Может, это как-то связано с забытым кошмаром? Уж не там ли юноше открылась ужасная истина? - С одним из последствий вы уже получили возможность ознакомиться. Р’ЛУХХНИТХОГГ! Увы, пока лишь вы одни можете похвастаться столь скорым освобождением – как ни парадоксально, способности моего партнёра из-за всё ещё существующей печати довольно ограничены, поэтому мне и приходится применять усиливающие асаны, чтобы поддерживать нашего союзника в его, не побоюсь этого слова, жизненно важном деле.       - Стоп-стоп! «Освобождение»? Вы хотите сказать, что эти тюфяки сейчас не просто тупо дрыхнут без задних ног после тяжёлого дня и выпитого? – Пока «араб» болтал, бывший хикки взялся переодеваться в свою возвращённую одежду, с которой, оказывается, не расстался даже во сне. Только сейчас Казума обратил внимание на лагерь; народ отчаянно храпел и нёс какую-то сонную околесицу. После всего пережитого эта картина не удивляла, впору было вообще принять слова безумца за типичный бред и присоединиться к соням, но интуиции молодой авантюрист доверял больше, чем рассудку. А она чуть ли не вопила, что тщетно пытающиеся добудиться до своих соратников церковники переполошены не просто так. И это не говоря о леденящем душу отвращении, кое юноша испытывал при одном только взгляде на хутор. – А как же эти ребята? Вы же сказали, что только я один «освободился»…       - Я, как приверженец здорового сна, обычно не одобряю невостребованного ночного бдения, но не в данной ситуации, хоть своим бодрствованием сэр Рейнальд и обязан своей паранойе в отношении вашего покорного слуги и сударя Бигби. Сестра Джуния сильна духом и телом, но не настолько, чтобы подвыпившей выстоять дежурство или отринуть колдовство ведьм, ей, как и мне и нашему почтенному учёному, помогли силы извне, и это не только мой партнёр. АХАГЛ АХ ЭХЙИОГ ОТ Ф! Полезно, когда в сознании живёт сторожевой пёс, пусть даже в остальное время от него одни хлопоты, - красноречиво намекнул Альхазред, продолжая демонстрировать относительно внятное для поехавшего повествование. Надо думать, это было как-то связано с обстановкой, но задумываться над этим у молодого авантюриста не было желания. Целенаправленно или нет, но «Алый Демон» заставлял юношу испытывать дискомфорт. Три человека с демоническими тараканами в голове – это уже слишком.       Нет, к знакомству с нечистью Казума, якшавшийся аж с двумя Генералами Армии Демонов, относился более-менее нейтрально, но сейчас он бы предпочёл от таких знатцев держаться за километр, ибо все, кто хоть как-то мог влиять на церковных фанатиков, спали колдовским сном. Кроме самого авантюриста, которому совсем не нравилось, какими взглядами люминаты одаривали «араба» в своих попытках разбудить товарищей. И в тот момент, когда они, наконец, не выдержали и с возмущёнными рожами направились к старому «Алому Демону», у Казумы сжалось сердце в предчувствии беды. Он не ошибся.       - Проклятый чернокнижник, что за нечестивое колдовство ты затеял? И куда сбежал твой мерзкий выкормыш? – Крестоносец как всегда был прямолинеен как рельса и угрожающ как летящий локомотив. Не в последнюю очередь образу способствовало полное боевое облачение и приготовленный для удара наискось двуручник. Впрочем, рубить сразу с плеча «Ржавый» не спешил, и это слегка обнадёживало. – Отвечай, не то отправишься к своим божкам, клянусь Сияющей Силой!       - АХ НАФЛ АХХ’МГЛАГЛН ЙА! Сударь Бигби по моей просьбе отправился наблюдать за Ведьмиными Кругами. Как я уже вам говорил, жители деревни и их хозяйки возвращаются, и когда они вырвутся в нашу реальность, мой товарищ оценит степень угрозы и предупредит нас, когда и какими силами начнётся нападение, - спокойно отозвался Альхазред, нисколько не изменив своей позы. Очень даже возможно, что и она сдерживала темперамент фанатиков, ошарашивая и восхищая тех своей сложностью и экстравагантностью. Как в тех байках, что хищника можно отпугнуть, затеяв с ним разговор, заведя песню или ещё какое необычное действо, которое поставит подозрительных тварей в тупик и заставит осторожничать. – Хочу предупредить, что, пока наши друзья не освободятся от оков сна, я, к моему глубочайшему сожалению, не смогу принять участие в бою. ЛЛЛЛ ЭХЙЕАХОГ Х’АХ МГАХОТ!       - И ты, богохульник, надеешься, что мы в это поверим? А может это именно твоя тёмная магия не даёт людям пробудиться? – Сестра Джуния выглядела пугающе паршиво, она не столько говорила, сколько шипела и скрежетала сквозь зубы, не отпуская руки с виска, словно у неё раскалывалась голова. И что-то Казуме подсказывало, что испитая «Кассандра» здесь ни причём. - Что, думал, удастся всех нас одурманить, пока твой треклятый выродок приведёт орду нечисти? Моей рукой Светлейший Бог покарает вас обоих!       - Народ, не перегибайте палку! Разве Люмен, Бог Света и Знаний, как я понимаю, одобряет необдуманные шаги и поспешные выводы? Я знаю, что презумпцию невиновности у вас ещё не придумали, но уверен, что такой принцип Ему пришёлся бы по душе! – нервно сглотнув и помолившись Эрис (не забыв, само собой, и Великого Рандома), Казума вмешался в готовящееся судилище словно бросая себя на амбразуру. Безумцу, как бы это странно не звучало, юноша верил всецело, и допускать междоусобицу перед грядущей бурей не мог как по соображениям совести, так и из здравого смысла. Чем больше народу будет на ногах, тем проще будет всем пережить нападение. – Во-первых, зачем Альхазреду или его тощему приятелю умышлять что-либо против своих же товарищей? Ведь авантюристка с дикаркой тоже валяются в колдовской коме. К тому же этот «Алый Демон» в самом деле пытается им помочь – мне, например, реально снилась какая-то дичь, а развеял её как раз Альхазред.       - Тебя, отрок, как и нас, уберегла Сияющая Сила. Пусть без должного обряда обращения и глубоко под землёй, вдали от Его света, но ты, брат Казума, принял в своё сердце Люмена, а Он принял тебя, за деяния твои и стремления, - высокопарно заявила боевая святоша, зыркнув на бывшего хикки с таким необъяснимым раздражением, что тот не сразу нашёлся, чем парировать. Долбанный талисман Боудикки! Верно Ванир говорил, что спорить с клириками всё равно что вспахивать песок – утомительное и бесполезное занятие. Особенно с такими, кто из-за бессилия и непонимания просто хочет сорвать на ком-то свою боль, страх и злость. – А с этими двоими всё яснее безоблачного неба – они либо не те, за кого себя выдают, либо окончательно предались Тьме, что равнозначно. Совпадение ли то, что заключенное в деревне Зло подняло голову именно сейчас, когда эти сквернавцы подобрались к святому месту?       - А если и впрямь совпадение? Если окажется, что вы убили невинных, которые действительно могли и хотели помочь, что тогда? – Казума только сейчас понял, что на протяжении всего разговора он нервно и непрерывно вертит на пальце трофейное кольцо. Он и не представлял себе прежде, насколько оказывается напряжённая работа у дипломатов. О том, что придётся принимать на себя ещё и роль миротворца, будущий герой эпохи боялся даже думать. В таком конфликте разнимать горячие головы равносильно тушению углей голыми руками; хочешь не хочешь, а обожжёшься. - Сестра Джуния, вы называете Акву Избранницей Люмена, но она спит и просыпаться не думает, словно какая-то Белоснежка после отравленного яблока! Что это – ваша ошибка, и моя подруга не имеет никакого отношения ни к каким пророчествам, или это козни здешней нечисти, от которой спас меня и пытается спасти всех остальных Альхазред?       Говорят, когда не знаешь, на что давить, дави на логику. Правда, работает этот принцип только с адекватными собеседниками, и то не всегда. Но церковники, хвала Великому Рандому, по всей видимости, не окончательно распрощались с крупицами здравомыслия. На искажённых от неприязни лицах проступило нечто вроде сомнений, вызванных если не совестью, то инстинктом самосохранения – сражаться вместе лучше, чем погибать в одиночку. Но прежде, чем кто-либо из люминатов пришёл к какому-либо умозаключению, со стороны дороги, ведшей к хутору, донёсся странный звон, словно трясли цепями.       - Эчче потестас! – Не задумываясь ни на секунду, стриженная фанатичка с дико выпученными глазами направила засветившуюся булаву на звук, и с обитого железом конца сорвалась ломаная молния. Раздавшийся болезненный вопль подтвердил как убийственную, несмотря на количество выпитого и больную во всех смыслах голову, точность весталки, так и догадку Казумы – это был Бигби.       - ЗА ЧТО?! – яростно и обиженно взвизгнул клеймённый уродец, в порыве эмоций преодолев своё заикание. То ли разряд оказался не таким уж и мощным, то ли выродок был просто крепче, чем на первый взгляд, но тощий мужик почти не пострадал. Он, конечно, дымился и слегка пошатывался, но ожогами, насколько Казума мог разглядеть при скудном свете луны, не щеголял, да и лицо его выражало обиженную растерянность, а не полную прострацию, как это бывает при контакте с высоким напряжением.       - Ты – богомерзкое отродье Тьмы, - сплюнув, ненавистно процедила сестра Джуния, явно борясь с искушением зарядить в бедолагу ещё одной молнией. Выглядело столь скотское отношение со стороны, конечно, отталкивающе возмутительно, но инстинктивно Казума, как бы постыдно это не звучало, разделял позицию весталки. Бигби, может, и не был виноват в том, что он полудемон, но даже смотреть на него по-человечески у юноши выходило с трудом. Что уж тут говорить про церковников, которых наверняка приучили убивать подобных ребят раньше, чем ходить на горшок.       - Говори, тварь, кто наш враг, сколько их и что они делают? – Реакции сэра Рейнальда, памятуя о недавних тяжёлых попытках его угомонить, будущий герой эпохи боялся больше всего, однако крестоносец повёл себя несколько необычно. Задавая леденящим голосом вопросы бывшему учёному, железнобрюхий гигант повернулся к «сквернавцам» спиной и вперил взгляд в храпевших искателей приключений. Казума даже не сомневался, на ком именно задержались его пристальные синие глаза. Похоже, лишь мысли о безопасности Даркнесс и удерживали рыцаря от автоматического перехода в «режим берсерка».       - Н-никогда не встречал н-ничего п-подобного: н-некоторые выглядят как л-люди, н-но их т-тела п-покрыты странными нарывами и опухолями, как при терминальной стадии анаэробной гангрены. А д-другие, д-демонстрируя схожие и даже более тяжёлые внешние признаки, своей неестественной манерой передвижения и поведением напоминали насекомых, - То ли под воздействием тока, то ли из-за перехода на излюбленную практику анализа, но Бигби не торопился возвращаться к своему косноязычию. Хотя Казума радовался больше тому, что выродок от нежданного удара не потерял контроля над своим вторым «я». - П-полагаю, это следствие некой неизученной болезни или же п-проклятия…       - Избавь нас от своих суемудрий, нечестивец, и отвечай по делу! – будто копируя Боудикку, прорычал сэр Рейнальд, в который раз заставляя молодого авантюриста задуматься, почему у бога Света и Знаний столь неподходящая паства. Подобным фанатикам самое место среди аквианцев. Каков поп, таков и приход? Или же верующие сами меняют своих богов? Бывший хикки нервно усмехнулся про себя – какой только бред ему в голову не лезет в столь напряжённые минуты.       - Д-данные особи п-появляются п-прямо из-под земли, к-когда они н-направились к д-дороге, их б-было уже б-больше д-двух д-десятков, и новые существа п-продолжали п-прибывать. П-преимущественно п-прямоходящие, но развитой моторикой и подвижностью они не отличались, в отличие от п-ползучих экземпляров, - Клеймённый ущемленец вновь начал сбиваться, теряясь между рапортом и аналитическим описанием. Только сейчас Казума обратил внимание, что волновавшийся выродок перебирает свои цепи будто четки. Что ж, в этом он с бывшим хикки два сапога пара. - П-порядка или п-построения они н-не организовывали, оружия п-при себе не имели. К-кого-то, кто м-мог ими к-командовать, я не увидел.       - Всё, заткнись, я услышал, что хотел, - раздражённо отмахнулся крестоносец, переведя взгляд на зловещий хутор. Даже в такой темени было заметно, что омерзительная зелень выползла из-за частокола и стала медленно стекаться вниз по холму. Не нужно было обладать «Обострённым зрением», чтобы не разглядеть в тусклой светящейся дымке крупные человекоподобные силуэты. Но «Ржавый» явно думал не только о них. – Колдун, почему так долго? И почему начал не с самых опытных бойцов?       - Царство Снов безмерно, как космический океан, и пробираться сквозь него всё равно что лететь чайкой через шторм. ФХТАГН АХ АХ’ЛЕГЕТ! Маяки душ едва видны за остатками барьера, но их свет крепнет по мере того, как крошится печать, указывая заветный путь. Но куда и к кому – постичь невозможно вплоть до мига прибытия, - туманно пояснил Альхазред, медленно и грациозно меняя позу. По-прежнему стоя на вытянутой руке, смуглый йог сперва распрямил ноги, а затем плавно раздвинул их в стороны продольным шпагатом. Судя по завороженной реакции церковников, манёвр был направлен на отвлечение от негативных мыслей. И, что характерно, сработал. – Когда я вернусь к своей прежней должности, то непременно подготовлю доклад на тему влияния параметра «Удача» на жизненные перипетии…       Прежде, чем «Алый Демон» успел поделиться всеми планами на будущее, лагерь вдруг объяла ещё большая темень, чем прежде. От вялого костерка за мгновение остались одни лишь тлевшие угли, а ночное небо преобразилось до ужаса, напоминая теперь алчную беспроглядную Бездну, в центре которой завис кошмарный силуэт луны. Небесное светило неожиданно вошло в стадию затмения, да столь причудливого, что приобрело форму то ли битой подковы, то ли верхней челюсти некоего хищного зверя. От одного взгляда на это непотребство юношу начинало мутить и знобить.       - Сияющая Сила… - простонала сестра Джуния, роняя булаву и хватаясь за голову обеими руками. Крестоносец, явно не представлявший, что делать, мог разве что подхватить чуть ли не падавшую подругу и прошептать ей в ухо нечто, смахивавшее на молитвы. Что бы ни творилось у неё в башке, это причиняло весталке боль до слёз. Те самые вернувшиеся голоса? Очень, мать его, вовремя!       - М-мы ещё м-можем убежать. Эти с-существа п-превосходят нас числом, н-но они в б-большинстве своём м-медленные, - внезапно обратился с предложением Бигби. На обглодыша лунное затмение оказало немногим менее угнетающее впечатление, бедолагу в буквальном смысле трясло, как от лихорадки, а глазёнки блестели самым пугающим образом. Уж не тянет ли его обратиться в ту рогатую страшидлу из святилища? Ещё чего не хватало! Нет, умом-то Казума понимал, что в другом обличье выродок будет куда полезнее, но всем своим естеством будущий герой эпохи боялся этого момента, как зверёк – лесного пожара. - Да, п-пятерым п-придётся нести с-семерых, н-но мы с г-господином к-крестоносцем д-достаточно сильны, чтобы вытащить на себе с-сразу д-двух человек. Однако б-большую часть д-добычи н-нам п-придётся оставить…       - Не думай, что сможешь нас провести, тварь. Ты пытаешься выманить нас во мрак, где отвергнутые Светом ждут, когда мы покинем священную обитель. О, они боятся этого места, совсем как ты, проклятый выродок! - Весталка теряла рассудок прямо на глазах. От её яростных гримас захотелось удрать в пресловутый мрак и предпочесть компанию монстров обществу этой фанатички. Она до одури жаждала крови, и Казума не был уверен, что сдерживавший из последних сил собственную ненависть сэр Рейнальд станет останавливать правоверную подругу. - Но я не буду внимать лжи демонородцев, ни твоей, ни его, ни чьей-либо ещё! А Спириту Доминатус, Домине люцис, либра нос!..       На протяжении всех этих пересудов Казума столбом не стоял. О предложенном Бигби варианте он задумался даже раньше, чем тот прозвучал, и отмёл его до возмущённых слов сестры Джунии. Бежать можно было, но лишь тем составом, что стоял на ногах - со скарбом и дрыхнущими соратниками люди далеко бы не убежали. Особенно в неведомой чаще, где напасть могли с любой стороны. В отличии от открытой местности возле озера.       Плоха та крепость, из которой нет чёрного хода, но когда спасаться некуда, всегда лучше обороняться с трёх сторон вместо четырёх. Также предпочтительнее укреплять свою позицию всеми доступными способами, вот только даже с нормальными помощниками соорудить нормальные баррикады до прихода врагов молодой авантюрист не успел бы. А эти религиознутые головы были готовы вцепиться «осквернённым» соратникам в глотки, и это когда настоящим чудовищам всё равно, кого из людишек загрызать!       Для этих высокоуровневых искателей приключений Казума был никем, и с его параметрами Харизмы и Убеждения у него не было ни единого шанса остановить враждующие стороны одним лишь словом. В череде невесёлых размышлений проскочило одно воспоминание, за которое юноша вцепился как за соломинку. В новостях как-то проскочило, что иногда самый эффективный способ потушить пожар – столкнуть его с «конкурентом», так называемым «встречным огнём». Для этого молодой авантюрист отыскал среди рюкзаков кобуры с пистолетами Дисмаса, без всякого стеснения нацепил на себя все три и, частично выругавшись, частично помолившись Эрис и Великому Рандому, прицелился в «очаг».       БАХ!       - Хватит! Можете линчевать друг друга, если это у вас заведено, а потом сдохнуть в бою с монстрами и дать умереть от их лап своим беспомощным товарищам, - медленно и как можно спокойнее начал свою речь Казума, искоса подглядывая за повернувшимися к нему коллегами по цеху. Выстрел привлёк их внимание, а пуля, отыскавшая наугад свою жертву среди стены деревьев, спровоцировала тварей на наступление. Приятно иметь высокую Удачу, но куда приятнее правильно ей распоряжаться. Сейчас бывший хикки планировал обрушить злость церковников на тех, кто её действительно заслуживал, устроить тот самый «встречный огонь». В таких случаях совсем не зазорно плагиатить чужие лозунги и воззвания, особенно когда те работают. Например, из одной знаменитой космооперы. Жалко лишь, что шармом командора Шепарда Казума не обладал, ну да в темноте и светляк за фонарь сойдёт. - А можете отложить распри на потом и вместе сразиться с врагом, который угрожает не только нам, но и всему Гамлету. Я выбираю сражение. Кто со мной?       Ответом юноше послужил томный нечеловеческий вой, в котором не было ни ярости, ни злорадства, одна лишь невыносимая мука. Один за другим из чащи стали высыпать антропоморфные фигуры, медленные и отвратительные. Брезгливо взирая на их несуразные силуэты, Казума мимоходом порадовался, что отсутствие света не позволяет ему рассмотреть тварей в деталях.       - А теперь поднимите головы, как истинные искатели приключений! Нас ждёт ивент, который надо пройти! – торжественно провозгласил молодой авантюрист и, для придачи моменту большей крутизны и вдохновления, взяв в левую руку второй пистолет, разрядил его. Это оказалось не лучшее решение – неведущая конечность сполна ощутила всю «прелесть» отдачи. О том, что выстрел хоть в кого-нибудь попал, говорить и вовсе не приходилось.       Засобиравшись применить последнюю пушку, Казума запоздало вспомнил, что Дисмас из оставшегося огнестрела и пытался застрелить Акву. Отбросить пистолеты и ринуться в ближний бой? Это уже был неоправданный идиотизм. Пришлось в спешном порядке ломать героическую планку и совсем непафосно рыться в рюкзаках в поисках пуль и пороха чтобы столь же непафосно перезарядиться. К счастью, прочие товарищи были слишком поглощены атакующими, чтобы смущать самозваного «Шепарда» ожидающими взорами. Но только на первый взгляд.       - Господин Казума, возьмите эту скотину и оттащите наших друзей к озеру! Прикрывайте нам тыл, но прежде всего не сводите глаз с этих нечестивцев и помните – волки в овечьей шкуре опаснее львиноголовых овец! – Свято место пусто не бывает, и крестоносец мигом занял нишу командира, хотя, откровенно говоря, Казума отвечать за оборону и не рвался. Во всяком случае, пока что бывший хикки решил довериться опыту ветерана, хотя последний приказ и вызывал у него сомнения.       - Н-но это же абсурд! К-как вы м-можете б-биться вдвоём п-против т-такой т-толпы? Да ещё в п-полной т-темноте! – Насколько юноша мог судить, Бигби не то, чтобы рвался в бой, однако был изрядно уязвлён тем фактом, что его продолжали ни во что не ставить. Сам Казума отправил бы выродка на передовую, так как «следить» за ним в тылу у будущего героя эпохи никакого желания не имелось. Как, очевидно, и у «Ржавого», раз он «доверил» слежку за потенциальным «предателем» какому-то салабону. - Одумайтесь, сэр Р-рейнальд! П-позвольте нам с г-господином К-казумой с-сражаться вместе с вами! Или хотя бы п-просто светить факелами!..       - Изыди, нечистый! Даже если ты не морок и жаждешь искупления за свою погубленную душу, ты не обретёшь его так просто! О, нет, одними лишь убийствами себе подобных ты не отделаешься! – огрызнулась сестра Джуния, после чего неожиданно развернулась к Казуме. У будущего героя эпохи на секунду сжалось сердце в ожидании какого-либо фанатичного выверта в свой адрес, тем паче, что от грёбанного антижреческого талисмана он так и не избавился, а весталка спешно залистала свой чудовищный букварь. – В этом бою нам не нужна ничья помощь, кроме Светлейшего Бога! С Его именем мы встретим новый рассвет! Фиат люкс!       Булаву вновь объял ореол, из чьего сияния в ослепительной вспышке родилась знакомая молния. С гудением описав рваные зигзаги, она в долю мгновения пронеслась мимо омертвевшего искателя приключений и вонзилась в украшенную иву. Исписанная старая кора занялась будто берёзовая береста, чему способствовали в том числе и тканные ленты с иссохшими венками цветов. Несколько секунд – и над озером поднялся столп огня похлеще, чем на ином пожаре. Отчего-то молодому авантюристу показалось, что в этот момент где-то недалеко нестройным хором прогремели чьи-то гневные вопли. Такой факел осветил не только лагерь, но и всю округу на десятки метров. Уж лучше бы он этого не делал.       Нет, биться в освещённых условиях несравнимо лучше, чем в потёмках, это бесспорно. Но от вида противника Казуме стало настолько омерзительно и страшно, что он на какое-то время оцепенел, будучи не в силах оторвать глаз от жуткой пое*ени, которая когда-то была человеком. Бывший учёный либо сам ничего толком не разглядел, либо пощадил чувства сотоварищей от шокирующего описания - твари были изуродованы хлеще, чем от любой болезни.       Больше всего они напоминали топляков из «Последних из нас», заражённых мутировавшим грибком людей в терминальной стадии. Массивные, раздутые телеса, усеянные склизкими, бугристыми наростами, которые просто не могли быть плотью. Деформированная голова походила на шляпку чудовищного гриба, разглядеть в ней рот, нос, глаза или уши можно было лишь при больном воображении.       Шаркающие, размахивающие огромными лапищами уроды вели себя как классические зомби. Но что-то Казуме подсказывало, что эти твари будут поопаснее привычной нежити. Даже если пасть у монстров отсутствовала, по их толстым когтистым корягам было ясно, что под руку «грибным зомби» лучше не попадаться – проломят кости не хуже, чем их родственники из «Дарк Соулса». Плюс проклятые могли иметь отравленный козырь в рукаве, то есть, в складках заражённой плоти; не зря же они так походят на жертв кордицепса – вдруг паскуды в момент смерти (или даже при жизни) выпустят тучу смертельно опасных спор? А единственный, у кого здесь есть подобие противогаза, это Парацельс, и тот валяется без задних ног!       - Я чувствую свои кости – они сильны. Я чувствую свою плоть – она сильна. Я чувствую свою душу – она сильна, - крестоносец затянул свою мантру превращения в Джона Сину, его последствия от контакта с «грибными зомби», очевидно, нисколько не беспокоили. Бережённого Бог бережёт, а этот, очевидно, верит, что Люмен о нём и так позаботится. Впрочем, судя по засиявшим доспехам и вспыхнувшему аки джедайский лайтсейбер мечу, основания для такой веры у танкредианца имелись. – Я чувствую взор Светлейшего Бога, дарующего мне Свою любовь, и по Его велению – я силён!       - Возлюби Люмена, ибо Он есть избавление твоё. Повинуйся Его словам, ибо ведёт Он тебя к светлому будущему. Внемли мудрости Его, ибо хранит Он тебя от зла. Пусть шёпот твоих молитв будет наполнен любовью, ибо спасут они душу твою, – Сестра Джуния будто решила посоревноваться с коллегой-люминатом в проповедях, ничуть не смущаясь, что «публика» попалась, мягко говоря, трудная и неблагодарная. Нет, Казума ничего против баффов-дебаффов не имел, но клирику для их прокаста следовало находиться позади танка, а уж никак не в первых рядах с ним. Впрочем, чего ещё можно было ждать от хилера, нацепившего на себя панцирную броню? Тактический гений уровня генерала Джеймса Айронвуда, не меньше. - Почитай слуг Его, ибо от Его имени говорят они. Дрожи пред Его величием, ибо все мы ходим во свете Его.       Церковники обрушились на страшилищ как мотыги на трухлявые пеньки, нанося столь мощные удары, что от тварей отлетали целые куски. К счастью, споровых облаков «грибные зомби» после себя не оставляли. Впрочем, люминаты, надо отдать им должное, при всём своём фанатизме они об осторожности не забывали: атаковали синхронно и по возможности одну и ту же цель с обеих сторон, постоянно маневрируя на выгодные позиции и не давая себя окружить. И небезосновательно, так как твари уже скоро перестали переть в гордом одиночестве и перешли к старому-доброму скопу в три-четыре рыла. Да и сражённые уроды помирать не спешили, норовя ухватить безрассудных храбрецов за ноги.       - Б-болваны! Н-нельзя же м-мнить себя б-бессмертными и так г-глупо отказываться от п-помощи! Ну и п-пилите себе сук, раз н-нравится, – Из восхищённого ступора Казуму вывело сбивчивое обиженное ворчание пронёсшегося мимо выродка. Бывший учёный не стал дожидаться отмашки молодого авантюриста, к которому его «прикомандировали», и сам бросился оттаскивать спавших товарищей подальше от боя. Ну да Эрис ему в помощь. Хотя от её услуг юноша и сам бы не отказался.       Нужная амуниция нашлась быстро, а вот процесс застрял в луже – пушки, как ни прискорбно, делиться секретами своего пользования с новым «владельцем» не спешили, а без выученного навыка Казуме приходилось делать перезарядку исключительно на память. Учитывая, что подобное зрелище бывший хикки наблюдал лишь дважды, за достоверность последовательности он ручаться не мог.       Порох засыпался в дуло и в щёлку, на которую падали высекаемые курком искры, но сколько и куда его требовалось в пропорциях? Ну пусть будет три четверти капсулы внутрь и четверть для запала. Теперь пули; с ними неразберихи оказалось не меньше – одни шарики были обёрнуты в бумагу, другие нет. Почему? Для какой цели так делать? Но Дисмас всегда совал завёрнутые, значит, в том был смысл. Свинцовая смерть с явной неохотой залезла в стальной гранёный ствол, до конца её пришлось запихивать шомполом, который Казума с непривычки едва не погнул. Как же всё это долго, неудобно и муторно! А ведь ему такое ещё с двумя волынами проделывать!       Стараясь ни на что больше не отвлекаться, бывший хикки таки разобрался с треклятыми пистолетами. Рассовывая их по кобурам, юноша мрачно решил, что, отстрелявшись, вернётся к честному мордобою. Да, это уже ни разу не безопасно, но проходить через нудятину сравнимую с гриндом в ММОшках? Да за это время он своим «Чунчунмару» мог принести пользы ребятам стократ больше, чем от трёх выстрелов, даже успешных!       Обратив взгляд на церковников, Казума оценил ход сражения. На первый взгляд люминаты держались бодрячком, порубив в жульен уже восьмерых грибообразных упырей. Но трудно было не заметить, что монстры, несмотря на яростное сопротивление, теснили крестоносца с весталкой. Зомбарей всё прибывало, однако далеко не все они пёрли на сражавшихся людей. Юноша обратил внимание, что часть тварей, среди которых обнаружились и мелкие, помянутые Бигби насекомоподобные особи, шатались по самому краю чащи. Нет, не просто шатались – они огибали лагерь со стороны дороги и брали искателей приключений в кольцо! Доприключенствовались…       - Сестра, мне нужно лечение! – в худших традициях Гэндзи вдруг прокричал «Ржавый». Сэр Рейнальд, хитроумно повалив одного из уродов с помощью двуручника, невольно подставил левую руку под знатную оплеуху, у него аж наплечник слетел. Странно, но Казуме показалось, что весталка уже заметила и отреагировала на ранение отхилом. Или нет? – Прошу, не медли!       - Я призывала! Призывала Милость Люмена! Но во имя Святой Марты, я не знаю, почему она не действует! – раздражённо и отчаянно воскликнула женщина, кое-как отбиваясь сразу от двух зомбарей. Дробящее оружие, конечно, имело бонусный урон против нежити, но у этих грибообразных была на редкость толстая шкура, особенно на несуразных бошках. Удары фанатички проминали мерзкую плоть, но, в отличие от арматуры «Ржавого», большого ущерба не наносили. - Люмен, да обрушится свет Твой на безобразие мира сего, да предстанет оно пред взором Твоим, и да сгорит оно под этим взглядом, несущим… Сияющая Сила!       Внезапно на церковников обрушились сверху какие-то хреновины, напоминающие обшарпанные бурдюки. Ударяясь о землю и тела, они с неприятным хлопком лопались и обдавали людей густым облаком зеленовато-жёлтой дряни, напоминавшей пыль. Интуитивно Казума понял, что вдыхать эту пакость не стоит, что и подтвердили господа-люминаты, забившись в судорожном кашле. Впрочем, лапами кверху они не попадали и продолжили фанатично биться, однако с их противниками после этой «бомбардировки» произошли неприятные перемены. «Грибные зомби» будто «Двадцать восемь дней спустя» насмотрелись и решили взять пример со своих быстрых и яростных коллег. И без того непростое положение искателей приключений стремглав полетело по пи*де – взбесившиеся уроды им даже контратаковать не давали!       Почти одновременно с этим со стороны замкнувшегося кольца выдвинулась ещё одна группа монстров. Вот только направлялись они не на помощь себе подобным, а прямо в лагерь. Неужто у этих убожеств мозги не сгнили до конца? Или за их тактические изыски отвечали их хозяйки? Никого из ведьм Казума пока не наблюдал, и это был плохой знак – если уж искателей приключений раскатывали простые мобы, что будет, если и "элита" присоединится к «веселью»?       Немного утешало то, что на тыл нацелились всего трое зомбарей. Молодой авантюрист сомневался, что положит с трёх выстрелов всех троих, но попытаться стоило. Если что, натравит на них Бигби, которому, к слову, уже давно пора обрасти рогами. Но едва Казума начал (насколько он себе это представлял с таким-то оружием) прицеливаться, как у него перед глазами внезапно замелькали какие-то картинки, напрочь сбивая с толку.       Тела сражённых грибообразных вокруг люминатов. Уродливые наросты сочатся гнилью и миазмами. Сэр Рейнальд между ударами прижимает рану на шее. Сестра Джуния вновь и вновь сотворяет заклятие исцеления, но тщетно. Снова наросты, уже ближе, но затем отдаляются; они принадлежат телам других тварей, не сражавшихся с людьми. Эти наросты липнут друг к другу, разбухают прямо на глазах и превращаются в самое омерзительное подобие грибов, которое Казума когда-либо видел. А над ними нависла сгорбленная человекообразная фигура в грязных лохмотьях, чью спину обволокла целая гора поганок, сморчков и мухоморов. Лицо скрыто под коровьим черепом, пришитым к капюшону, но юноша и не видя его ощущал на нём кошмарную ехидную улыбку.       Затем фигура с «грибницей» отдалилась, являя строй насекомоподобных тварей, обстреливавших церковников. Они находились именно там, где замкнулось кольцо окружения. Через мгновение промелькнул ещё ряд видений, чей смысл стал ясен лишь под самый конец: кинжал Альхазреда, какой-то флакон из рюкзака Парацельса, оторопело таращащийся Казума, проигрывающие весталка с крестоносцем и снова жуткая грибница с горбатой ведьмой. Именно они мешали сестре Джунии хилить. Именно их следовало уничтожить, чтобы спасти главных защитников лагеря.       Молодой авантюрист понятия не имел, что такого в показанном флаконе и кинжале «Алого Демона», но просто так старый «араб» (в том, что это он устроил слайд-шоу, Казума почти не сомневался) ему бы их не показал. Сам Альхазред выглядел даже вычурнее, чем прежде – у него будто бы все кости разом растаяли, позволяя телу завязаться в буквальном смысле в морской узел. Судя по закатившимся глазам и мокрым от крови из носа усам, колдун был уже не в состоянии разговаривать. Но почему-то больше всего в этом зрелище бывшего хикки ужаснула свеча на неотрывном черепе профессора – за всё время Казума ни разу не видел, чтобы она хотя бы на сантиметр растаяла, но сейчас от свечи осталось лишь две трети от прежней длины. Будущий герой эпохи не мог объяснить, почему это привело его в такой трепет.       Прочие искатели приключений так и продолжали коматозничать, да с таким блаженным видом и с такими пошлыми звуками, что у Казумы не осталось никаких сомнений в том, что его подруги и остальные товарищи видят в своих снах. Оставалось только догадываться, как скоро их эфемерное удовольствие сменится вымораживающим кошмаром, хотя юноша не мог утверждать наверняка, где сейчас хуже – в лживых грёзах или в мрачной реальности.       «Покой» спящих стерёг Бигби, и по его выражению лица можно было подумать, что и клеймённый по примеру Казумы либо задавался невесёлыми философскими вопросами, либо страдал от запора. Выродок с ненавистью следил за подступавшими тварями, но больше никак не реагировал на них, лишь судорожно перебирал свои цепи будто чётки. Казалось, что его вот-вот стошнит.       - Сударь Бигби! Мне нужна ваша помощь! – подавив подсознательное отвращение, бывший хикки спешно приблизился к убогому. Какой-никакой план у него вырисовался, осталось только подбить на него одного человека. Точнее, демона. – Я знаю, где их командир. Без него атака захлебнётся, но к нему ещё надо прорваться. Мне надо, чтобы вы сменили форму и отвлекли на себя тварей, пока я под «Скрытностью» зайду с тыла и разделаюсь с главарём.       - Н-не м-могу! Я… я д-даже хочу этого, н-но не м-могу… п-поменяться! Это м-место… оно всё ещё с-сдерживает З-зверя во мне, - обозлённым слезливым голосом простонал обглодыш, дрожа и корячась по мере приближения «грибных зомби» всё сильнее. Казума до зубного скрежета не хотел тратить сейчас драгоценные выстрелы, но, по милости этого горе-перевёртыша, придётся. Но стоило только юноше поднять первый пистолет, как Бигби с самым безумным видом вдруг подался вперёд. – Ну и пусть! Без Него справлюсь! Вы у меня узнаете, как брезговать! Я… вам всем… БЛГРУУУХХХ!!!       От последовавшей картины Казума едва сам не подавился подступившим спазмом рвоты: выродок исторг из себя аж на три метра просто невообразимый поток отвратительнейшей желчи, окатив сразу двоих подобравшихся чудовищ. Вонь зеленоватой субстанции резала глаза, перебивая даже смрад стухших заражённых телес, но по-настоящему убийственной она стала уже через пару секунд, когда рвотная масса начала разъедать грибообразных прямо на глазах.       То немногое, что оставалось в монстрах от человека, захлебнулось в утробном болезненном вое. Подобные порождения злого колдовства не заслуживали жизни, и всё же будущий герой эпохи не мог не содрогаться, глядя на то, как от безмерно уродливых туш остаются не менее кошмарные ошмётки гнойной плоти и развалившихся костей. Но и это было ещё не всё.       - Я не дам себя осуждать безмозглым дегенератам! Только не вам! Вы все дураки и не лечитесь! – роняя остатки желчи целыми комьями, бывший учёный выпучил глаза и неистово замахал руками. Цепи от его кандалов неведомым образом удлинились, став самым настоящим и даже устрашающим оружием. Подтверждением тому стал последний из «грибных зомби», которого Бигби сперва свалил одним мощным хлёстким ударом, а потом принялся лупцевать на земле, вырывая из твари целые куски плоти.       Какое-то время подохеревший Казума просто потрясённо наблюдал за происходящим, но, опомнившись вскоре, пулей ринулся за искомыми предметами. Флакон с кинжалом отыскались быстро, благо, «наводка» впечаталась в память крепко. Оснастившись всем необходимым, молодой авантюрист уже собрался скооперироваться с Бигби, но с растерянностью обнаружил, что бывший учёный, продолжая поносить весь этот «несправедливый и необразованный мир», уже умчался пороть нечисть. К счастью, как раз в нужном Казуме направлении.       Не став раздумывать, почему выродок не бросился сперва помогать церковникам (хотя это-то как раз в объяснениях не нуждалось), юноша перехватил поудобнее оружие и перешёл в режим «Скрытности». Взведённый пистолет в левой руке, оголённый кинжал в правой, плащ (пусть и короткий) на плечах – для образа лихого европейского дуэлянта не хватает только шпаги и широкополой шляпы с пером. Ну и нужного разреза глаз, само собой.       Защищённый покровом не столько ночи, сколько полуигровой механики мира, Казума спешно и без приключений добрался на указанного места. «Насекомые» тоже оказались людьми, но их зараза истрепала даже хлеще прямоходящих «собратьев» - у бедолаг вымахало на животах такое неописуемо гнусное образование, что они были вынуждены передвигаться «мостиком», но проделывали это довольно шустро. Правда, это им не слишком помогло, когда разъярённый бичеватель втемяшился в их «батарею», а в ближнем бою эти уроды оказались практически беспомощны, особенно против полудемона.       Проскользнув мимо гудящей свалки, молодой авантюрист уже через минуту вышел на свою цель – горбунья всё также продолжала колдовать над своей грибницей, нисколько не обращая внимания на подступившую угрозу. О том, что ей грозит некто куда более близкий, она и вовсе не догадывалась. Казума не сомневался, что эта дрянь намного старше в уровне, но удары в спину и не таких опрокидывали, тем более, что бывшему хикки было, чем бить. Пуля в затылок и зачарованная сталь в глотку – чем не козыри?       Взяв голову ведьмы на прицел, юноша начал осторожно подбираться к вражине, дабы, в случае чего (насчёт того, что случай представится, Казуме был почти уверен), добить по-быстрому. С каждым шагом воздух становился всё душнее и гнилостнее, и когда до горбатой спины оставалось всего пяток шагов, будущий герой эпохи не выдержал и невольно кашлянул про себя. Едва слышимо, но так, что молодой авантюрист понял – он спалился. Костеря себя последними словами за несдержанность, Казума спустил курок прежде, чем тварина успела обернуться.       Осечка. ОСЕЧКА?! ЧЕТЫРЕЖДЫБЛ*ДСКАЯЯРОСТЬ!!!       Бездарно просрав несколько секунд из-за шока, Казума швырнул предавшую его пукалку в развернувшуюся харю и бросился с ножом наперевес. Доставать новый ствол не было ни времени, ни смысла – повторного предательства юноша не пережил бы. Да и вообще, не зря же кто-то где-то сказал когда-то, что где один штыком троих заколет, сто пуль воздух облетят. Однако у грибной мрази нашлись веские доводы против сего утверждения.       Ведьма оказалась быстрой, слишком быстрой: отбив бесполезную железку одной рукой, другую она подставила прямо под изогнутое лезвие. Гадина заорала дурным голосом, но, вопреки всем ожиданиям и надеждам Казумы, этим и ограничилась. Какие бы чары не были наложены на кинжал, проявлять себя при порезе горбуньи они не спешили, чего нельзя было сказать о прыти самой образины с черепом на морде. Яростно шипя, она схватила свободной рукой юношу за шею, а раненной конечностью обхватила клинок и потянула остриё к открывшемуся горлу! До чего чудовищная силища и стойкость у этой падлы!       Но прежде, чем безжалостная сталь вкусила юношеской крови, уё*ище внезапно с воплем отпрянуло от жертвы, баюкая ни с того ни с сего задымившуюся ковырялку, ту самую, что едва не оттяпала Казуме кадык. Освободившийся искатель приключений едва не свалился навзничь, он не понимал, ни что произошло, ни почему у него вдруг стало так горячо на уровне грудины. Что-то нашло на бывшего хикки, и его тело подчинялось уже не разуму, но рефлексам.       - «Порез вены»! – припав на колено вперёд, Казума выпустил кинжал и, взявшись левой рукой за ножны, резким движением высвободил «Чунчунмару», метя рубящим махом на выходе по засветившемуся животу горбатой с*ки. «Иайдо», техника одного удара, которую суют в каждый второй фильм, аниме или мангу про самураев, ниндзя и прочих носителей катан. Бывший хикки никогда целенаправленно не учил её, так, баловался на дому, теша ЧСВ. Надо думать, это и сказалось на результате.       Случайно или нет, но грибная бл*дь подалась назад прежде, чем вакидзаси достиг желаемой цели. Впрочем, клинок голодным не остался; не встретившись с животом, закалённое лезвие, тем не менее, нашло себе новое «яство» - левую кисть. Странно, но Казуме показалось, что «Чунчунмару» едва заметно светился во тьме. Тусклый, багровый свет, как у заката. На мгновение он застил глаза, и лишь задним умом юноша осознал, что испускала его промелькнувшая перед лицом от резких движений костяшка с кроваво-красным орнаментом. Талисман Боудикки. Так он всё время висел у него на шее?       ХРЯСЬ!       То ли кости тварины были не столь прочны, как казались, то ли носатый зря поносил наследие японских мастеров, то ли юношу усилила трофейная побрякушка, но через секунду ведьма превратилось в калеку. И едва не оглушила будущего героя эпохи новым истеричным воем боли и ужаса.       Казума уже собрался совершить второй удар, как очередной приступ кашля, куда острее первого, ненадолго вывел его из строя. Утерев слёзы рукавом, бывший хикки с недоумением и досадой уставился вслед внезапно давшей стрекача скотобазе. Да ещё какого стрекача – молодой авантюрист сразу понял, что с его параметром Ловкости и Выносливости ему эту падлу не догнать. Но зачем делать то, что за тебя может сделать кто-то другой? Точнее, что-то.       Перебросив «Чунчунмару» в левую руку, Казума спешно вскинул второй пистолет. Однако отвратный воздух продолжал щипать глаза, да и трусливая тварь начала бежать зигзагами, словно почуяв себя на мушке. Прицелиться в таких условиях, да ещё из такого оружия было невозможно, и будущий герой эпохи, сплюнув на срубленную пятерню, с неудовольствием опустил огнестрел. Ему оставалось надеяться, что скрывшаяся во мраке ведьма издохнет сама от потери крови.       Утерев за неимением чего получше верный вакидзаси от мерзости о штанину, Казума вернул меч обратно в ножны. Подобрав с земли первый пистолет с кинжалом, Казума с осуждением уставился на не оправдавшее чаяния оружие. И зачем только Альхазред «порекомендовал» ему эту железку? Или это сам юноша неправильно истолковал увиденное? Долго гадать над этой головоломкой искатель приключений не стал; новый спазм и усилившиеся крики со стороны церковников дали ясно понять – пора кончать с поганью. Пусть ведьма и удрала, она угрозы для отряда больше не представляла. По крайней мере, пока. А вот эта «грибница» – очень даже вполне.       Стараясь поменьше дышать, Казума выдернул пробку зубами и излил содержимое флакона на уродливое грибное образование. Что бы там этот клюворылый Хайзенберг не наварганил, его бурда не подвела – молодой авантюрист с глубоким удовлетворением пронаблюдал за тем, как гнусная масса, дымясь, шипя и трескаясь, начала превращаться в маслянистую зловонную жижу. Похоже, именно этот раствор дурдок предлагал применить тогда в святилище для кремации тел. Повезло же, что нашлась альтернатива.       Приближающийся грохот напомнил Казуме, что сражение далеко не окончено, и что вражеский тыл далеко не самое безопасное место для одиночки. Ставшим почти привычным движением пистолет вновь оказался в руке, и лишь после этого юноша разобрал сквозь шум ломающихся кустарников звон цепей. Похоже, бывший учёный один порвал всю здешнюю оборону, и причём без всякого превращения. А жизнь-то налажи…вается?..       Бигби вовсе не бежал к нему на подмогу. Весь грязный от вражеской гнили, выродок целеустремлённо драпал по дороге, неся на руках так и не проснувшуюся Одри. Он… он что, съё*ывал? Расчистил себе дорогу и теперь спасал шкуру?! Бросив своих товарищей и прочих людей, нуждавшихся в его помощи?!       - Куда?! Куда, бл*?! Алё! Стой! Стой, очкодрал, вернись! Вернись, с*ка никчёмная! Крыса! Предатель! Убью, нах*й! – бесконечно возмущённый кидаловом, Казума снова поднял волыну. Выродок делал самое разумное, что было возможно в сложившихся обстоятельствах, он даже не ограничился спасением одной лишь своей жизни, к нему вообще стоило присоединиться, и всё равно это было подлостью. Ублюдок предал друзей, предал сотоварищей, предал богиню, которой поклялся в преданности. А раз высшие силы не спешат вершить правосудие, этот долг исполнит смертный. И он не промахнётся!       БАХ!