Одержимость

      - Так куда мы все же едем? – еще раз поинтересовалась Изабелла, уже более напряженно, когда Освальд и через несколько минут не ответил на ее вопрос. И опять молчание. Глупую версию Хизер о романтическом свидании Изабелла не рассматривала сразу – не то время, не то место, и очевидно, не те люди. Она также не верила в то, что Освальд может сделать ей плохо, но на всякий случай решила уточнить:       - Слушай, если я тебя чем-то обидела за то время, что мы провели вместе, то поверь, я…       - Ты серьезно, Изабелла? – перебил ее Освальд. – Черт возьми, ты спасла меня, ты помогала мне. Ты мой друг. И ты до сих пор думаешь, что я могу тебя убить?       - Нет, но… - она замялась. Он фыркнул.       - Не смогу. И не собираюсь. Расслабься, пожалуйста.       Машина прибавила ходу. Они выезжали из города на огромной скорости, но что-то подсказывало Изабелле, что ни один патруль сегодня не будет в претензии.       - У нас осталось еще одно дело, которое нужно доделать. Нет, - (она еще даже рта открыть не успела), - не спрашивай. Отметим смерть Тео еще одним веселым и грандиозным событием! - Освальд еще прибавил скорости.       - Давай поаккуратнее, - занервничала Изабелла. - Ты же не хочешь отметить смерть Тео, врезавшись в дерево?       - Нет, конечно, - он рассмеялся как-то слишком легко и беззаботно для человека, пережившего столько ужасов за сегодня. – Теперь сам я хочу жить, очень хочу. Тео – далеко не последний в этом городе, кто заслуживает меня встретить… Есть же еще милая Табита… Знаешь, сегодня было очень приятно… Я начал, а Джим добил его. Окончательно и бесповоротно!       «Да я же действительно связалась с безумцем, - Изабелла расплылась в фальшивой улыбке, призванной замаскировать эту мысль. – Хизер была права с самого начала. Освальд… Он интересный, яркий, но абсолютно чокнутый. И сама я, если была бы нормальной, была бы абсолютно нормальной, а не возомнившей что-то идиоткой, выкинула бы его у больницы и укатила бы».       Но Тео же убил мать Освальда. У Изабеллы с собственной матерью был миллион разногласий, но она не знала, что сделала бы с человеком, который убил бы ее мать. И она сразу же прекрасно поняла, почему он жаждал этой крови. Разделяла эту жажду, поддерживала ее. Может быть, тоже этого жаждала...       Изабелла очнулась от молчаливых размышлений не сразу. Не сразу всмотрелась в дорогу. И не сразу осознала, что асфальт стал неровным.       - Стой, - она подняла голову и увидела лишь силуэты деревьев во тьме. Городские здания пропали окончательно и бесповоротно. – Что мы делаем в лесу?       У нее плохо с ориентировкой на местности. Может быть, это другое место? Но нет. Все подсказывало, что они возвращаются туда, откуда и началась вся их история… ведь началась она все же не с того дня, когда Бутч притащил ее к Пингвину поболтать о роде Дюма. Это было ерундой, небольшим прологом. Все началось с хижины в лесу, где Освальд сбил ее с ног, а она вцепилась в его грязные покрытые лаком волосы.       - Останови-ка машину, - попросила Изабелла, задрожав. Неужели Кобблпот обманул ее? Притворился другом, а сам хотел отправить ее в землю? Машина продолжала движение, даже не сбавила скорость.       - Прошу, останови, - прошептала она, - мне что-то плохо. Серьезно, Освальд, - она прислонила руку ко рту и умоляюще взглянула, надеясь разжалобить Пингвина. Или пусть хотя бы задумается о чистоте салона автомобиля.       - Господи, Иззи, хватит притворяться, - но машина действительно остановилась. В прошлый раз, когда Изабелла притормозила на этой дороге, это чуть было не стоило ей жизни. Она дернула дверь – та все еще оставалась заблокированной. Изабелла почувствовала, что вот-вот разрыдается. Как же так? Как он может так с ней поступить? Она просто лишний свидетель для него? Им же было так хорошо вместе, и она была близка с Освальдом так, как не была близка ни с кем уже очень долгое время…       - Я не могу поверить, что ты думаешь об этом, - сказал Кобблпот. – То, что я помог убить Тео и убивал раньше не значит, что я хочу убить единственного человека, который поддержал меня после смерти матери. Единственного друга. Я не хочу убить тебя! Если бы хотел, я отвез бы тебя на тот пирс, а не сюда. Черт возьми, Изабелла, как ты можешь так думать?       Он что, расстроен? Думает, что она зря его осуждает?       - А ты как можешь? - воскликнула она. - Так легко?       - Как я могу? – она снова заставила его чувствовать себя неудобно, разозлила. Изабелла не знала, откуда в тощем и не слишком здоровом физически Кобблпоте столько силы и скорости, но он вылетел из машины, обогнул ее и рывком открыл дверь перед Изабеллой буквально за несколько секунд. Пингвин схватил ее за руку так, как никогда не трогал ее раньше – так грубо, что и не вырвешься.       - Сейчас проверим, как я могу, - пообещал Кобблпот и вытащил ее из машины легко, словно непослушного ребенка.       - Отпусти меня! - взвизгнула Изабелла от боли и страха, почувствовав, как в уголках глаз забурлили слезы. Она не ожидала такого завершения вечера и не ожидала, что он будет так груб. Ее отвращало и пугало, когда мужчина был груб.       Освальд сразу же отпустил ее кисть, и Изабелла села обратно в машину, потирая запястье. Она хотела бы сдержаться, но никак не получилось. Громкие рыдания вырвались из ее груди, а долго копящиеся весь этот непростой день слезы залили лицо. Тео, Хизер, Грег, Освальд... Освальд.       - Изабелла, Иззи, - Кобблпот склонился над ней. – Я не хотел делать тебе больно. Прошу тебя, прекрати. Я же… Иззи, - он приподнял ее голову за подбородок и осторожно провел по щеке платком, мгновенно почерневшим от косметики. Этот неожиданно нежный жест удивил Изабеллу и чуть было не вызвал новый поток слез уже не из-за грустной причины.       - Я испугалась не того, что ты убил его, - хрипло прошептала она. – Ты сделал все правильно. Тео был ублюдком, он заслуживал этого. Я испугалась того, что ты был в полном восторге от того, что сделал, понимаешь?       - Не совсем, - Освальд вытер платком вторую ее щеку. - Я не понимаю, почему мне стоило бы горевать. Я тебя не понимаю. Ты не такая, какой хочешь казаться. Не такая слабая.       - Что? Слабая?       - Именно. Ты притворяешься, но ты не такая. Мы приехали, потому что я должен кое-что тебе показать. Пойдем со мной, Иззи, - в этот раз Освальд не стал грубо вытаскивать ее из машины, а просто подал руку. – Ты же мне веришь?       - Конечно, верю, - не сомневаясь, она взяла его за руку и вылезла из машины.       - Прости меня. Я не хотел причинить тебе боль. Я не бью женщин, если уж на то пошло.        - Это прекрасно, Оз. Но давай забудем об этом, - взмолилась Изабелла. Кажется, они оба неправильно отреагировали, слишком взбесились, и тем самым еще больше разозлили друг друга. Теперь стоило остыть.       Освальд не отпускал ее руку, хотя от этого ему явно было не легче передвигаться. Это было приятно. Свободной рукой Изабелла утерла снова появившиеся слезы. Она так и не понимала, зачем они приехали в лес и, кажется, идут к тому дому, в котором Освальд прятался перед их встречей. Серп луны не слишком освещал путь, и в полутьме Изабелла споткнулась о корень. Она могла бы упасть прямо на него, если бы Кобблпот ни поддержал бы ее за талию.       - Аккуратнее, Иззи, - шепнул он ей на ухо, и Изабелла вздрогнула. Теперь она уже не понимала, почему решила, что он убьет ее сегодня ночью. Может быть, Освальд немного псих, но к ней (и, быть может, только к ней) он действительно добр.       - Не думай о том, что сейчас увидишь, - прошептал Освальд ей прямо в ухо, когда они остановились перед дверью хижины в лесу. – Просто действуй. Сердцем.       Дверь отворилась со зловещим скрипом, словно это был вход в логово зла. И оно там было, зло во плоти.       - Катись отсюда, - беззлобно сказал Освальд первому из двух находящихся там людей – юному парню в дорогом костюме. Тот ретировался, словно по мановению волшебной палочки, и Изабелла в очередной раз поняла, насколько многие горожане боятся Пингвина. Даже Тео Галаван (чтоб его душу черти рвали) боялся преступного короля Готэма, поэтому сразу попытался подчинить его себе.       Но тот парень был не один. Нет, как раз он был охранником, хотя привязанный к стулу человек, весь в гипсе и с мешком на голове вряд ли бы далеко удрал без посторонней помощи. Освальд взял фонарь, оставленный охранником, подошел к жертве (а он теперь стал именно жертвой) и, широко ухмыляясь, снял с его головы мешок, отлепил ото рта полоску клейкой ленты и, передав фонарик своей новой подельнице, отступил во тьму. Но Изабелла и так давно поняла, кто перед ней. И он тоже ее узнал.       - О, так это Изабелла Элстер? Ну привет, Беллс, - ухмыльнулся ее старый знакомый.       Она потрясенно молчала.       - Так это ты все устроила, Беллс? – конечности маньяка с дороги были переломаны, кроме одной руки, а на глазу, в который Изабелла пыталась его ранить ключом, красовалась пиратская повязка. – А это что за задохлик? – он кивнул на щуплый силуэт во тьме. Лица Пингвина он не видел. – Молчите? Да уж. Может тогда и отвалите от больного человека, вы? Знаешь, цыпочка, я как-то не привык, чтобы до меня докапывались Дороти с Тотошкой.       - Серьезно? – свет еще одного фонаря появился внезапно и осветил лицо Пингвина. – С Тотошкой? – именно такой подколкой его и можно было взбесить. Браво, маньяк с дороги!       - Черт! - единственный глаз маньяка, а теперь и жертвы, расширился от ужаса. Почти все в городе знали это лицо. – Это ты? Ты че, с ним? – обратился он к Изабелле. Кажется, он понял, что игра приняла очень плохой для него оборот. – Беллс, ну ты чего реально с ним? - почти взмолился насильник, явно обдумывая всю несправедливость своей жизни.       - Вот это поворот, верно? – радостно подтвердил Освальд.       - Я тебе не Беллс, - Изабелла ударила по и так искореженному лицу. Ей овладела какая-то темная радость, вызванная властью над бывшим мучителем, но, повернувшись к Освальду, она прошептала. - Ты что, привел меня, чтобы прямо сейчас убить его?       - А ты разве этого не хочешь?       - Не надо! – завопил маньяк с дороги. – Клянусь, я оставлю вас в покое! Я не буду… больше!       - Не будешь? Не будешь! Итак, дорогая Иззи! – Освальд проковылял к маньяку с дороги и тоже врезал ему по губам, чтобы тот заткнулся. – Позволь представить тебе Рассела Кэпа. Наш доблестный капитан в свободное время от работы охранником в психушке любит ездить по окрестностям и собирать, - Пингвин нагнулся и подобрал с пола сумку, - вот это! – он вытряхнул содержимое сумки на пол и подобрал одну из семи, а, может быть, и десяти упавших женских туфель. – Куда он девает все остальное, я понятия не имею. Как думаешь, Изабелла, такой человек остановится?       Куда он девает остальное… Остальное – это целая хозяйка этой туфельки. И еще одна, и еще… Все, что осталось бы от Изабеллы, это ее ботинок в этой сумке. Господи, как же можно не понять, что такой человек никогда не остановится?       - Нет, - покачала головой она. – Нет, Освальд, он продолжит насиловать и убивать. Он - насильник, фетишист и извращенец.       Искаженные от ранений черты маньяка с дороги, то есть Рассела Кэпа (теперь она знала его имя, и он казался еще более реальным злом), перекосило еще больше из-за испытываемого им ужаса.       - Нет, - задохнулся он. – Отпустите меня, ублю…       Освальд еще раз не слишком сильно дал ему по губам туфлей одной из жертв.       - Даже не думай называть ее так. Как прошлый и будущий лидер организованной преступности и в целом этого города, - продолжил он тише и не так рисуясь, - я должен следить за самым буйным и неконтролируемым злом Готэма, а именно за такими не думающими башкой психами, как ты, Кэп. И, конечно, я должен поблагодарить мисс Элстер за то, что она помогла распознать и нейтрализовать зло, даже дважды, что вдвойне приятно. Скажешь спасибо мисс Элстер, капитан? - неплохая речь. Ироничная. Освальд словно проводил презентацию. Ему бы пойти в политику или в бизнес.       - Да пошли вы оба!       Еще один удар. Освальд словно и не слишком и злился или старался, больше забавляясь и рисуясь, словно Изабелла была его публикой.       - Не хами, - закатил он глаза. - Скажешь спасибо мисс?       - Ладно, Освальд, прошу тебя, - оборвала его Изабелла, которую всю трясло от ненависти и омерзения, - прекрати этот цирк.       Брови Кобблпота поползли вверх.       - Убей его, Освальд.       - Даже не думай, сучка! - завел маньяк с дороги. Он орал так, что мог бы перекричать футбольную команду, но это был фоновый шум, и настоящий разговор здесь вели только двое.       - Нет, - сказал Освальд.       - Нет? Так какого черта мы делаем? – Изабелла беспомощно развела руки. Теперь она абсолютно ничего не понимала.       Пингвин достал из кармана пистолет, медленно подошел к Изабелле и вложил оружие в ее правую руку.       - Давай ты, - нежно прошептал он, поднял беспомощно повисшую руку Изабеллы и прицелился в голову маньяка с дороги. Она держала пистолет, и тот был готов выстрелить. Изабелла забыла как дышать, как самой держать на весу руку. Пингвин стоял сзади, и его дыхание обжигало ее шею.       - Освальд, - прошептала она, – я… я не могу.       - Слушай, мужик, - Рассел Кэп начал суетиться еще больше. Дело серьезно пахло жареным. – Давай просто разойдемся, счастья вам и все такое. Я уеду из города. Я очень сожалею, что обидел твою подругу. Кто же знал, недоразумения случаются! Да и нечего такой важной даме делать у меня на районе! Я же не знал! Слушай, я человек простой и бедный, но я сделаю все, что хочешь! Могу работать на тебя, когда меня подлатают или…       Бесконечный торг. Маньяк с дороги был третьим лишним в этом доме.        - Он убил всех этих женщин, - прошептал Освальд Изабелле на ухо. – Он – отвратительное чудовище. Он не остановится. Неужели ты хочешь, чтобы, когда он вылечится, он вернулся бы за тобой?       - Вы же добрая девушка, мисс Элстер, вы не сделаете этого, - вел свою партию Кэп. Что он только не пробует, чтобы избавиться от них! Все подряд.       - Ты хотел меня изнасиловать.       - Да не, я…       - И убить. Не ври мне. Ты убил, - Изабелла опустилась на колени и сосчитала количество разбросанных туфель, - девять женщин! Или это только те, с кого ты смог заполучить трофей? Ты спрятал их тела в лесу?       - Да не убивал я, это мамки моей…       Ну да, ну да... Типичный сексуальный преступник с трофеями.       - Фу, - сказал Пингвин.       - Бред! Тупая ложь! – крикнула Изабелла. – Ты чудовище и грязное животное, и сейчас, увидев свою смерть, вертишься, умоляя нас оставить тебя в покое. А сам потом продолжишь убивать? Не через месяц, так через год?       - Я сдамся! Я расскажу все полиции! Только не надо, Изабелла!       - Ты же знаешь, что он лжет, - прошептал Освальд. Она кивнула.       - Не смей! Даже не думай, ты, сука!       Она думала, что не сможет. Но смогла. Одной его жалкой, ничтожной, омерзительной жизни недостаточно, чтобы вернуть всех тех несчастных женщин, но хотя бы это она может для них сделать.       Голова маньяка с дороги дернулась назад, и в его лбу появилась дыра, такая ровная и круглая, что туда можно было вставить палец. Вот Кэп орал, что Изабеллу и Пингвина на куски разрежет, когда встанет на ноги, а вот замолчал. Навсегда. Осознав, что она сделала, Изабелла закричала и бросилась к маньяку, словно могла зашить его больную голову, а потом в ужасе отшатнулась.       - Иззи, - Освальд мягко взял ее за плечи, повернул к себе. Она глотала воздух, словно рыба, выброшенная на берег. В ушах стоял собственный же крик, – Иззи, все кончено. Пойдем отсюда.       - Нет, - прошептала она. – Как же я могла…       - Могла что? – он снова стал жестким. – Очистить город от опасного маньяка? Изабелла, он не такой, как я и мне подобные люди. Он убивает не ради достижения целей или собственного расчета. Он убивает всеми своими инстинктами, как дикий зверь.        - Но тебе тоже это нравится. Не лги, что это не так!       Освальд кивнул.       - Так. Но я думаю, что ты прекрасно понимаешь разницу между ними, - он расплылся в противной улыбочке. – И между нами.       - Не смей так говорить про меня! - Изабелле до жути хотелось поднять руку и ударить это самодовольное ухмыляющееся лицо, но она сдержалась, потому что не знала, к чему такое может привести. - Не смей равнять меня с собой!       Она оскорбила Пингвина, но тот не обратил на это внимания.       - И все же, я горжусь тобой, Иззи. Ты была великолепна. Настоящая амазонка! Я уже и раньше много раз помогал полиции ловить преступников, но это было намного интереснее! И ты сделала, жаль, что ты этого не понимаешь, благое дело! Смотри, - Освальд вытащил из внутреннего кармана пиджака и сунул ей в руки кипу бумаг, - ты в безопасности. Никто не свяжет это дело с тобой, потому что никто тебя не знает и не узнает, пока ты сама не захочешь этого. Произошедшее не делает тебя плохим человеком.       - Что? Ты серьезно? – фыркнула она.       - Ты спасла жизни. Разве это тебе не нравится? То, что ты спасла еще многих женщин. Кто-то назвал бы тебя супергероиней.       - Это,.. - Изабелла пораженно застыла. Не думала, что Освальду есть до этого дело, - мне нравится.       - Вот и хорошо, Иззи. Не воспринимай случившееся, как конец своей жизни. Все бывает в первый раз.       - Но, - она продолжала говорить медленно, потому что каждое слово давалось ей с трудом, -это ты меня заставил это сделать. Да, это все ты! Вложил пистолет в мою руку и заставил выстрелить!       - Я дал тебе пистолет и рекомендацию, но я не заставлял, - возразил Кобблпот. – Ты сама выбрала нажать на курок. И не сваливай это на меня, Изабелла. Ты не была в состоянии аффекта. Если бы ты не хотела этого, ты бы не сделала.       - Но я не хотела…       - Значит, хотела не осознанно. Хватит! Ты врала сама себе и бегала от ответственности за свои слова и дела достаточно, Элстер. Пора сбросить свой нимб и признать, кто ты есть. Смотри, - он кивнул на окровавленное тело посреди комнаты, - ты ведь даже не хотела знать его имени. А тот тип из окна? Ты вроде предоставила все решать мне, но сама хотела его крови. И знаешь, что, Иззи? Если бы в тебе этого не было, если бы не было этой темной стороны, то ты сейчас не стояла бы здесь, и ты не выслушивала бы меня, и не помогала бы мне, и тебе было бы со мной так же страшно, как мне с тобой скучно. Но все пошло не так, и мы стоим друг друга, так что может пора принять это и перестать лгать себе, Изабелла?       - Я… я не знаю, - он раскусил Изабеллу. Полностью и бесповоротно. Освальд знал ее лучше, чем она знала себя. Истерика вернулась, и она закричала. – Но я не хочу, я боюсь быть такой!       Освальд просто устало вздохнул и повел плечами:       - Придется привыкать. От себя не убежишь. Мы те, кто мы есть. Поехали обратно, Иззи.       К машине каждый шел отдельно, погруженный в свои мысли.       - Ну что, надумала что-нибудь? – спросил Освальд, поворачивая ключ в замке. – Есть что сказать?       - Мне нравится, что он больше никого не убьет, - механически ответила Изабелла. – Это все.       - Пока что этого хватит, Иззи, - сказал Освальд.       Она убила человека, настоящего живого человека… Но первый испуг уже проходил, и к Изабелле возвращалась способность мыслить трезво. Ехали не торопясь, и вскоре вдали показался Готэм.       - Я отвезу тебя до дома и сразу же уеду, - сказал Освальд.       - Нет. Ты не должен подходить к моему дому. Это слишком опасно. Многие знают, что ты был там, даже копы. Кто-то может сдать тебя. Я не хочу, чтобы ты подвергал себя опасности.       Наверное, теперь ее жизнь никогда не будет беззаботна и скучна, но Изабелле все равно не хотелось, чтобы он уходил. Они остановились на подъезде к городу. Она положила свою руку на его, и на минуту боль ушла, и в груди разлилось слишком теплое и приятное чувство.       - Так что ты предлагаешь? - он нежно гладил ее ладонь.       - Высади меня и беги, как только можешь. Не волнуйся, теперь я точно уверена, что доберусь без происшествий, - мрачно усмехнулась Изабелла и снова подумала о том, что больше не увидит человека, который изменил ее жизнь. Может быть, он и подтолкнул ее убить Рассела Кэпа, но мир от этого явно не станет хуже, и она не злилась на Освальда сейчас, как злилась тогда, меньше часа назад, когда пыталась перекинуть на него ответственность за свой поступок.       - Нет, я не могу! - ее голос сорвался. – Не могу так просто уйти, не зная, что с тобой будет! Ты же убил мэра, и это очень серьезно! Тебя же могут посадить навсегда! А вдруг мы не увидимся снова?       - Мы увидимся снова, я обещаю, Иззи.       Сейчас она выйдет из машины и вернется в свою жизнь без убийств, преступников и бед – лишь работа, книги, кофе на вынос и прогулки с подружками, как раньше. Каникулы закончились.       - В Готэме тебе не жить, - Изабелла сама не верила, что придумала настолько безумную вещь, ведь она любила этот город, хотела жить и сделать в нем карьеру! – Давай уедем отсюда! В Централ-Сити, Лос-Анджелес или даже Европу! Куда угодно, где тебя не поймают, где всем наплевать!       - Я не могу, - машина снова двинулась к городу. В голосе Освальда сквозила некая обреченность. – Готэм – это моя судьба. Я никогда не уеду, Иззи.       Она больше не произнесла ни слова, пока машина ни подъехала к «Макдональдсу» на въезде в город.       - Вылезай, - сказал Кобблпот. – Здесь не так опасно. Отдохни и потом вызови себе такси. Поняла, Изабелла? Все позади. Сейчас возвращайся к обычной жизни. Даже если будет непросто, так будет лучше.       - Да. Иду, - она порывисто обняла его, но тут же отстранилась и быстро вышла на улицу.       - Еще увидимся, Изабелла, - тихо сказал Освальд, опустив стекло. – Я хочу тебя увидеть. Спасибо тебе.       - И тебе спасибо. Пока, Освальд, - Изабелла зябко поежилась и закурила. Она хотела сказать ему еще что-нибудь напоследок – что-нибудь такое, что бы он запомнил, но не смогла ничего придумать и лишь жалко улыбнулась, помахала рукой и направилась к входу в кафе.

Конец первой части