Одержимость

      Изабелла была крайне взвинчена. Всю дорогу до Центрального госпиталя она нервно постукивала ногой по застеленному газетой полу машины и не вынимала из ушей наушников, где играла ритмичная танцевальная музыка - последние глупые хиты нынешнего сезона. Она так поспешно влетела в одну из больничных комнат отдыха, что чуть не сшибла с ног других посетителей. Подошва давно не ношенных кроссовок заскользила, и она чуть было не растянулась по полу.       - Как мама? – не здороваясь, выкрикнула Изабелла, обращаясь к Хизер и ее парню Нику.       - Плохо, но пока что стабильно, - Хизер выглядела просто ужасно. Ее глаза припухли, и в них скользила бесконечная усталость. На ней была несвежая форма медсестры, но никто не говорил ей вернуться к работе. – Мы сидим тут с пяти утра.       - Я приехал сразу, как только смог, - добавил Ник.       Изабелла обняла длинноволосого обычно веселого парня, а потом в ее долгие объятия попала и лучшая подруга.       - Почему ты не позвонила раньше?       - Думала, что ты спишь или у тебя свои дела, - безразлично пожала плечами Хизер.       - Я приехала бы сразу, плевать на все. Так что случилось? – спросила Изабелла, втискиваясь на местечко прямо между своими друзьями.       - Без понятия, - пожала плечами Хизер. – Ясно, что это Грег ее довел. Что-то сказал или сделал. Кто его знает. Опять пьет по-черному. Мудила.       - Вот именно, - покивали Изабелла и Ник. Все собравшиеся знали, что когда-нибудь что-то подобное случится. Отчим Хизер с его беспробудным пьянством и отвратительным поведением давно заслуживал быть изгнанным из семьи. Если бы не Грег, жизнь и Хизер, и ее матери сложилась бы куда счастливее. Если бы не Грег, они не оказались бы в худшем районе Готэма. Если бы не Грег, миссис Локвуд не пришлось бы каждый день на протяжении долгих лет возиться с горьким пьяницей и время от времени получать за это пинки.       Изабелла пришла очень вовремя – Нику как раз было пора на работу, а Хизер явно нежелательно было оставлять одну. Болезнь миссис Локвуд убрала неловкость между подругами, и даже после того, как Ник ушел, Хизер поспешно рассказывала обо всех событиях этой ночи – как во время обычной ночной смены с ужасом узнала, что на скорой привезли ее мать. Хорошо, что та сумела как-то добрести до соседей, которые и вызвали машину – Грег часто отбирал у жены мобильный.       - Спасибо, что ты приехала, - сказала подруга. – Ник помогает, но он не может меня так хорошо отвлечь, как ты. Давно хотела с тобой поговорить.       - И я, - сконфуженно заметила Изабелла.       Девушки уже переместились в буфет и взяли себе по крепкому черному кофе.       – Ты бы поела, - заметила Изабелла, но Хизер только отмахнулась.       - Давай лучше рассказывай, что твой телефон делал у Портера Треверса?       - Знаешь, не хотелось бы болтать о всякой ерунде…       - Господи, Иззи, - взорвалась Хизер. – Я же отвлечься хочу! Давай рассказывай, что ты опять забыла с Портером, он же форменный слюнтяй и маменькин сынок, я всегда это говорила!       Изабелла смутилась, но согласно кивнула и вкратце рассказала лучшей подруге о событиях прошлой недели и сегодняшнего дня.       - Я пришла к выводу, что Портер - зануда, с ним ужасно скучно, и больше я его видеть не хочу. Да и он, кажется, был не в восторге, - закончила рассказ Изабелла, откинулась на стуле и победно улыбнулась. Хорошо же наконец говорить с подругой об обыденном, без лжи, просто болтать о всякой ерунде вроде неудавшегося свидания!       - Ааа, - протянула Хизер и уставилась на Изабеллу, - ну и хорошо. Знаешь, а я ведь сначала приняла его за другого… - начала она.       - Да, я знаю, - напряженно фыркнула Изабелла. Ненормальное вторглось в их диалог. – Портер неправильно расслышал имя, но суть я поняла.       - Неудивительно, что он неправильно расслышал. Такое имечко не всегда выговоришь с первого раза, - съязвила Хизер. - Да и если бы и расслышал - никто обычно не ищет персонажей из телека по шкафам своих бывших подружек.       Изабелла хохотнула.       - Это верно. Но все равно другой все еще там, - она показала рукой в ту сторону, где по ее соображениям располагалась лечебница Аркхем, - а не у меня в шкафу. Понимаешь? Я не могла быть сегодня с ним.       - Точно, - Хизер рассеянно почесала бровь, - а я и забыла. Просто он - последний мужчина, с которым я тебя видела за последние века, вот и подумала...       - Нет, теперь последний – это Портер.       - Это старое, он не считается.       - Хизер. Ты же знаешь, у нас с Озом… там все было не так.       Разговор становился серьезным. Ситуация смущала и стыдила Изабеллу, и может и отвлекала Хизер, но далеко не тем способом, который был бы подходящим. Лучшим выходом для них было бы сейчас попробовать обсудить что-то легкое, не отнимающее душевных сил, но беседа потекла в неправильное русло.       - Давай серьезно, - сказала Хизер. – Я знаю, почему ты так убиваешься в последнее время.       - Да я не убиваюсь вовсе…       - Цыц, - она подняла руку, и Изабелла удивленно замолкла. – Вижу я, как ты не убиваешься! Скрываешься, никуда не вылезаешь – хочешь сказать, что ничего не изменилось? Иззи, мы с тобой толком не виделись с тех пор, как Пингвин…       Изабелла зашикала, глядя на людей через пару столиков. Те, впрочем, не обращали на девушек ни каплю внимания.       - Я знаю, - Хизер снизила голос до шепота, - что тебя мучает совесть из-за, - она прошелестела подруге прямо в ухо (не дай бог кто услышит!) - убийства мэра!       - Эээ, что? – такого Изабелла точно не ожидала. Она предполагала, что у Хизер есть свои выводы из последних событий, но не думала, что они будут таковы. Сама Изабелла давно и думать забыла о Тео Галаване. Пусть мертвый мэр и часто мелькал в новостях, но она не только не ощущала за собой никакой вины из-за того, что помогала Пингвину расправиться с ним, но и ни капли не боялась, что ее как-то могут приплести к этому делу. Намного больше Изабеллу печалило то, что Готэм все еще оставался мрачным недружелюбным местом, где одного Тео Галавана сменял другой, а Расселы Кэпы спокойно бродили по улицам, и им не было числа. Ничего не изменилось после убийства мэра и маньяка с дороги. У гидры убрали пару голов, но вместо них появилась и еще появится добрая сотня…       - Тео Галаван, - прошипела Хизер сквозь сжатые зубы. – Та ночь после дня рождения мамы. Когда твой друг ушел. Так это было во время праздника или после?       Другими словами, участвовала ли сама Изабелла в этом прямо или косвенно?       - Конечно, во время! И, может, мы не будем обсуждать это прямо здесь?       Буфет был почти пуст, а девушки говорили так тихо, что их беседу можно было бы если только по губам читать, но Изабелла все равно чувствовала дискомфорт, разговаривая о Галаване, Пингвине и прочих не самых законных вещах в месте, куда мог зайти любой. Она с подозрением оглядывала буфетчицу и несколько компаний сидящих неподалеку жующих людей.       - Нет, обсудим, тогда только без имен и названий! – сказала Хизер.       - Хорошо. Меня там не было. И… - Изабеллу озарило. Никакого Рассела Кэпа! Она снова могла соврать подруге! И соврала. Меньше, чем спланировала за секунду до этого. Могла бы сказать, что ей действительно было жаль мэра. Но ведь не было!       - Мне не жаль его. Он был ужасным человеком, - Изабелла замялась. - Но я боюсь копов. Кое-кто знал про то, где прятался…       - Ты серьезно? - перебила Хизер. - Значит, тебе плевать?       - Плевать ли мне? Да! Как может быть жаль человека, который натравил на горожан маньяков, от которых он должен был их защищать? – зашипела Изабелла. – Тебе же говорили об этом! Или тебе жаль человека, который приказал убить мать того, кто ему не подчинился, прямо у него на глазах? Что бы ты сделала, если бы так поступили с твоей мамой?       - Я бы… - Хизер замялась. – Я бы тоже убила его.       Нет. Не убила бы. Тот, кто убивает ее мать, уже двадцать лет, как рядом, и Хизер ничего не может с этим сделать.       - Ну вот, - однако, сказала Изабелла, и на какое-то время над столиком воцарилось молчание.       - Понятно было, что это все из-за него, - вдруг злобно прошипела Хизер.       - Из-за... мертвеца?       - Конечно, нет! Я говорила, что он испортит тебе жизнь, что ты в огромной опасности, но ваши дурацкие игры в Бонни и Клайда начались сразу же, а теперь ты как будто не в себе, и так ненавидишь мэра и рьяно защищаешь Пингвина, что… - она осеклась и замолчала.       По ее лицу было видно, что Хизер явно отвлеклась от собственных бед. Весь ее ум явно устремился к решению задачи, осознав, что первый ответ его не совсем устраивает. Плевать на Тео, если вырисовывается что-то поинтереснее! Подруга уставилась Изабелле прямо в лицо, и та боролась с желанием нервно расхохотаться.       - Я же шутила над этим прямо на дне рождения, - рассеяно протянула Хизер. - Но я тогда была выпившая, да и считала, что ты поступаешь глупо…       - Не понимаю, о чем ты говоришь, - невинно заметила Изабелла и похлопала ресницами. - О чем ты шутила?       - О нет, Белла, - сказала Хизер. – О нет! – она захохотала громко, на весь кафетерий. Даже буфетчица недовольно уставилась на заливающуюся девушку, не говоря уже о посетителях. – Я уже задумывалась об этом, но чтобы ты всерьез…       - Да перестань! – Изабелла знала, что Хизер знает, но вслух это слышать не хотела. Секрет все же перестал быть секретом. – Да хватит! – она перегнулась через стол и ткнула подругу в плечо, та ответила тем же, и какое-то время они пинались руками и ногами, словно подростки в школьной столовой.       - И не смейся. Это, знаешь ли, обидно, - сконфуженно заметила Изабелла, когда они обе немного успокоились.       - Ладно. Но как так получилось, черт тебя возьми, Иззи?       - Не хочу об этом говорить, - Изабелла зарылась руками в волосы. – Сама не знаю, как так вышло. Идиотизм, нелепость, но что поделать. Говорят, сердцу не прикажешь. Ты знаешь, что нужно сделать с этим секретом, подруга.       - Да уж, такое я точно буду хранить до самой смерти. В голове слабо укладывается. Отвлекла, так отвлекла. Ты и… он? – представленная картина явно не понравилась Хизер, и она поморщилась. – Фу.       - Почему сразу фу? – обиделась Изабелла.       - Нууу… он же такой, какой есть, верно?       - Не такой, каким его показывают по новостям, если ты об этом. Я не вижу в нем чудовище. Я вижу в нем человека. Да, странного...       - Непривлекательного!       - Какая разница! Ну встречалась я с красавчиками, и что толку? Посмотри хотя бы на Портера! Я говорю о человеке, который заслуживает чего-то хорошего. А вовсе не вот того, - Изабелла снова указала в сторону Аркхема.       - Вообще-то, психушка не там. И ты, значит, думаешь, что он не такой, как те люди?       - Я много думала об этом. И, знаешь, мне так не кажется. Он не псих, просто по-другому мыслит. Но запихнуть такого человека в Аркхем всегда удобнее, понимаешь?       - О боже. Дорогая, ты знаешь, что ты небеспристрастная идиотка?       - Так выпьем же за это! – Изабелла подняла стаканчик с остывшим кофе, и подруги чокнулись. - И я не хочу больше это обсуждать. Ситуация не из приятных, но любому из тех, кто сейчас находится в этом здании намного хуже. И тебе тоже.       - Так что ты будешь делать, - любопытная Хизер проигнорировала просьбу, - потом, когда твой друг вернется из?.. - она повторила жест Изабеллы и указала рукой вдаль, только совсем в противоположную сторону.       - Ничего, - быстро сказала Изабелла. Не хватало еще, чтобы подруга об ее посещении сумасшедшего дома узнала. – Не знаю. Кстати, об Аркхеме. Я тут недавно вспомнила Лесси Уинтер, и мне стало дико стыдно.       - Что за Лесси?       - Ну, помнишь, когда нам было лет по пятнадцать? Та Лесси, которая упала в обморок в Аркхеме?       - А… да, да, да! – Хизер усмехнулась, и Изабелла, осуждающе взглянула на нее.       Учась в престижной частной школе в центре города, Изабелла не гнушалась того, чтобы посещать трущобы, где к тому времени уже жила семья ее лучшей подруги. Не гнушались этого и другие дети состоятельных родителей. Те, кто как и Изабелла, сами помнили, что родители не всегда имели большие деньги, не проявляли снобизма, а отпрыски знатных семей наподобие Уэйнов, хотя и стояли выше, но при этом прекрасно знали, что можно раздобыть в трущобах, и какие острые ощущения можно там испытать. Поэтому подростки из разных районов и социальных классов время от времени пересекались и шли вместе навстречу опасным приключениям, которые не приводили их к хорошим последствиям.       В тот осенний день их было шестеро гаденышей. Хизер со своим тогдашним бойфрендом. Ее сосед Лиам – мелкий вертлявый мальчишка, проявлявший интерес к уже похорошевшей Изабелле, которая в любом случае была ему не по зубам. Еще одна парочка из частной школы. И сама Изабелла. Все опечаленные началом нового учебного года. И с ними была Лесси Уинтер, святая наивность и простота, не распознающая даже особенно убийственного сарказма. Лесси пригласили погулять по Аркхему только для того, чтобы поглумиться над ней. Все были за подобное развлечение, даже Изабелла - не слишком серьезные насмешки над ней уже остались в далеком прошлом, и она давно о них забыла.       - Ууу, как же страшно в Аркхеме! – что-то подобное они кричали на ухо бледной Лесси, а за ее спиной похихикивали. Изабелла не хотела, чтобы кто-то знал, что ее собственные смешки – от нервов, потому что Аркхем пугал ее на самом деле. Если такое узнают – будут смеяться уже над ней. Изабелле и в голову не пришло тогда, что следовало остановиться, не участвовать в подобном мероприятии.       - Надо же, - покачала головой взрослая Хизер, - я об этом миллион лет не вспоминала.       - И я, - призналась Изабелла. – Я бы даже не запомнила бы точно, какой был тогда год, если бы нам тогда так сильно не влетело. Из-за этого и отложилось в памяти. А из-за того, что случилось сегодня в зоопарке, я вспомнила о Лесси.       Но на самом деле эта история вспоминалась ей уже пару месяцев. Изабелла никогда не издевалась ни над кем в школе. Кроме Лесси Уинтер.       Когда подростки спустились на подвальный этаж лечебницы, где располагались палаты, в которых была заранее найдена сломанная техника для электрошоковой терапии, они принялись завывать и призывать жутких духов Аркхема, даже самого создателя, Амадея. Перед самой жуткой палатой (на двери которой Лиам предварительно нарисовал красной краской пентаграмму) тянули жребий. Всем сразу было известно, кому достанется короткая спичка.       - Давай же, Лесси, - сказал Лиам. – Все знают, что там засел сам Амадей Аркхем!       Такая легенда на самом деле существовала, но никто, разумеется, не верил в нее на сто процентов. Даже Изабелле в такой большой компании было всего лишь жутковато. Но Лесси просто тряслась от страха.       - Ты сама вызвалась…       - Вот и иди! – Джек и Хлоя были самой красивой парочкой из одноклассников Изабеллы. Даже в этой ситуации они заканчивали фразы друг за другом.       Остальные согласно зашумели. Не дело это, если проигравший по жребию не идет на разведку! Лесси набралась смелости и вздохнула.       - Только не закрывайте дверь, ребята, - попросила она и сделала шаг вперед.       Дверь захлопнулась сразу после того, как сцепившая зубы Лесси вошла во мрак палаты Амадея Аркхема.       - О нет! - закричали оставшиеся за дверью подростки, придвигая снаружи к двери старую мебель. – Это же Амадей! Он идет! – и согнулись от смеха.       И все, что могла услышать несчастная Лесси – это топот ног, якобы убегающих от пугающего призрака товарищей. Хихикающие подростки слушали крики, и как Лесси билась об дверь. Им это не надоедало. Но они бы выпустили ее. Рано или поздно. Разумеется, выпустили бы.       - Да, порядочными говнюками мы были, - уже в нынешнем году сказала Хизер.       - Еще какими. Дети и подростки могут быть настоящими монстрами, - вздохнула Изабелла. – Как эти сегодняшние. Мне бы хотелось, чтобы тот мальчишка в зоопарке спасся от тех придурков. Хотелось хотя бы на день отсрочить тот момент, когда они его окончательно прижмут.       - Правильно сделала, что надрала им зад.       История с Лесси закончилась тогда, когда компания поняла, что крики давно прекратились. Быстро разобрав вход и вбежав в палату, школьники увидели лежащую на полу Лесси. Она была без сознания. И она описалась от страха, и это в старшей-то школе! Эти мокрые штаны превратили обычный рядовой случай в увлекательнейший рассказ, который уже на следующий день передавался из уст в уста в школьных коридорах.       Вернувшись домой, Лесси выложила все своим родителям, и те пожаловались в школу. Никакого факта намеренного издевательства доказать не удалось, иначе школьникам очень сильно не поздоровилось бы. «Мы так испугались! Поэтому и убежали!» - делая невинные лица, оправдывались Изабелла и ее одноклассники, а Хизер и Лиам, как ребята из другой школы, были вообще как бы ни при чем.       Конечно, Изабелле тогда влетело, однако настоящий ад начался для Лесси, мокрые штаны и обморок в психушке которой вошли в золотой фонд легенд школы для богатеньких готэмских отморозков. После той истории походы школьников в Аркхем стали особо популярным развлечением, и все участники событий побывали в заброшенном здании еще не раз до того, как их интерес к этому месту окончательно угас.       - Я бы извинилась перед Лесси хоть сейчас, - покачала головой уже взрослая и научившаяся думать Изабелла Элстер.       - Да, - добавила пристыженная Хизер, – даже я сейчас бы сделала это, хотя и видела ее всего раз. Жалко ее.       Девушки замолчали. Темы, которые они поднимали сегодня, были слишком мрачными, чтобы легко переходить от одной к другой.       - Слушай, можешь кое-что для меня сделать? – внезапно попросила Хизер. – Не хочу тебя нагружать, но…       - Да никаких проблем.       - Можешь съездить домой к маме и посмотреть, как там дела? – робко попросила подруга. - Не хочу ее оставлять.       Иными словами, нужно узнать, не сжег ли Грег дом или не упился ли до белой горячки.       Поговорив с Хизер еще около получаса о всякой ерунде, не затрагивая ни одну щекотливую тему, и немного развеселив ее, Изабелла вышла из больницы и на двух автобусах доехала до бедного района. Уже вечерело, становилось прохладнее, хотя еще и достаточно светло. Пару лет назад, когда она уже отвыкла от приключений и не думала, что снова войдет во вкус, Изабелла испугалась бы находиться в трущобах даже ранним вечером. Но теперь она не боялась, хотя единственной подстраховкой был перцовый баллончик на дне сумки. Теперь в Изабелле жили уверенность в собственной силе и какая-то наивная вера, что все самое плохое закончилось. Та самая страшная ночь в ее жизни – Рассел Кэп, Эдвард Нигма, и один из самых опасных людей в Готэме, Освальд Кобблпот – уже прошла. Нет, этого должно хватить. Снаряд не должен упасть в эту воронку еще раз так быстро. Вечерняя прогулка по трущобам приятно щекотала нервы, не более.       Изабелла добралась до дома Локвудов очень быстро. Само здание стояло на своем месте, что уже утешало. Но масштабные разрушения могли быть и внутри. Она подергала входную и заднюю двери – странно, что Грег их запер. Может быть, он куда-то убрался? Да нет, было бы слишком хорошо. Большое окно рядом с задней дверью было открыто, и так как оно находилось низко, Изабелле не составило большого труда влезть в дом. Даже если бы это окно выходило бы не во двор, а на улицу, она поступила бы также – все равно соседям было бы наплевать, а вызвать полицию тут вообще никому в голову бы не пришло.       Несмотря на открытое настежь окно гостиной, запах в доме сшибал с ног. Перегар и сигаретный дым, смешанные с гниющей едой и грязным бельем. Изабелла закашлялась так, словно сама выкурила целую пачку крепких сигарет Грега. Ну и вонь, у нее даже глаза заслезились. Изабелла распахнула все окна на этаже - пусть дом хотя бы немного проветрится. Салли нет всего часов двенадцать, а такой бардак, словно в доме развлекался целый табун алкашей. Впрочем, может, так оно и было. Но теперь тут оставался только один Грег. Вот он, спит на грязном кухонном полу рядом с ведром крылышек из "KFC", часть из которых рассыпана по полу.       Грег всхрапнул и пробормотал что-то. Значит, жив, зараза. Изабелле как-то не хотелось самой это проверять. Было бы лучше, если бы он сам подох. Она нависла над Грегом, рассматривая его, и не верила, что все, что могла бы получить эта свинья – небольшие упреки от таких же гнусных соседей. А человек, которого она так любит, стал объектом ненависти и презрения жителей всего города, и закон похоронил его заживо в Аркхеме из-за убийства одного из монстров, правящих Готэмом. Прежняя мафия хотя бы не натравливала психов на город. Галаван заслужил смерть, и Рассел Кэп тоже. Это было справедливо. Ее взгляд снова упал на крылышки. Нет, все же Грег не убил бы из-за такой мелочи. Разумно ли Изабелла рассуждает, или она действительно несправедлива, потому что является небеспристрастной идиоткой? Она не знала.       Она задумалась. Не знала, сколько так стоит. И Грег открыл глаза.       - О, Сэнди, - сказал он.       - Я не Сэнди.       - Сэнди, - повторил Грег, - хорошо, что ты пришла, Сэнди. Салли, это, - он задумался, - куда-то свалила, сука. Вроде ее даже вчера не было. Или… Так что времечко для нас есть, Салли… э, извиняй, Сэнди, лапуля, - он мерзко облизнул губы.       Грег попытался подняться, но потерпел фиаско. Сэнди! Изабелла вспомнила это имя. Дешевого вида блондинка, Сэнди, она же была на дне рождения жены Грега! Они с Салли - подруги, и, что же получается, что Грег спит с Сэнди за спиной жены?       Изабелла устало вздохнула. Здесь все еще хуже, чем она думала, хуже, чем во времена их с Хизер детства. Грег был просто свиньей, стал же настоящим монстром. Он даже не запомнил, что его жена при смерти. Увидев симпатичную блондинку, сразу захотел лишь переспать с ней, даже не разобравшись, что перед ним подруга падчерицы. Единственным проявлением заботы о Хизер за последние десять лет были абсолютно сумасшедшие звонки, когда она только переехала в общежитие колледжа - больная лживая забота.       - Это Иззи, Грег, - сказала она. – Подруга Хизер. Не Сэнди.       - Эээ?       - Я пришла сказать, что Салли в больнице. У нее… - бесполезно, Грег уже снова вырубился. Да и черт с ним.       Вздохнув, Изабелла пошарила в сумке, и, вырвав из блокнота листок бумаги, написала все, что Грегу следовало бы знать и, не удержавшись, добавила: «Позвони жене, ты, мудак». Она была уверена, что Грегу плевать на то, что написано в записке.       Вызвав такси, которое вовсе не спешило ехать в подобный район, Изабелла собрала в пакет мусор с пола и устроилась с сигаретами за кухонным столом, с горечью наблюдая за распростертым по полу телом. Она так погрузилась в свои размышления, что даже не заметила, как пробежали полчаса, отведенные до приезда такси, и следующий час, во время ее долгой поездки домой.