Одержимость

      Утро следующего дня не выспавшаяся и разбитая Изабелла встречала в церкви святого Иакова. Пришла она туда вовсе не потому, что хотела помолиться о спасении души – ее целью было собрание для жертв домашнего насилия.       Зал был наполнен женщинами. И, к удивлению Изабеллы, небогатые женщины средних лет на подобии Салли Локвуд здесь, конечно, присутствовали, но их было не абсолютное большинство. Здесь были и состоятельные, успешные на вид женщины. И совсем молоденькие девушки, студентки или даже школьницы. И несколько мужчин.       «Когда отец узнал, что у нас в школе проводят уроки полового воспитания, он избил меня и запер в ванной, заявив, что его дочь никогда не станет шлюхой».       «Мой парень ударил меня головой об стену, а потом с извинениями ползал на коленях вокруг дома, когда я не впустила его».       «Мне пришлось купить документы умершего человека, чтобы скрыться от бывшего мужа».       «Моя прошлая подруга пристегнула меня наручниками к кровати, пока я спал, и отпустила лишь через два дня. Все это время я был один».       Никто от этого не застрахован.       Говорили и те, кого ударили впервые, и те, кто переживал это раз за разом, но все еще не готов был уйти от мучителя, и те, кто уже давно нашел в себе силы. Такие разные люди, но их было так много. Кто ожидал, что их будет так много, и их истории будут так различаться, но в итоге сводиться к одному? Изабелла точно этого не знала. Знала когда-то, что подобное существует, но думала, что это очень далеко, явно не в ее уютной, розовой вселенной. Родители Изабеллы были строгими людьми, но никогда не позволили бы себе ударить дочь. Все ее молодые люди были симпатичными, благодушными и успешными, как Портер, и вовсе не такими, кто бьет девушек. Даже от Освальда, каким бы он ни был, Изабелла меньше всего ждала бы прозаичного кулака в лицо. Нет, сама она с насилием не сталкивалась до Рассела Кэпа.       Изабелла сидела на самой задней скамье, склонив голову и надеясь, что не встретит здесь никого из знакомых. Знать их тайны ей не хотелось также, как и посвящать их в свои. Голову Изабеллы закрывал капюшон валяющейся со школы старой куртки, и она еще сильнее замаскировалась бы, если бы могла. В этом месте ей хотелось полной анонимности, и, когда многие высказались, и организатор обратилась к Изабелле, та лишь отрицательно помотала головой.       Церковь располагалась не так далеко от дома Изабеллы – всего лишь около получаса ходьбы, и, выскользнув еще до конца собрания, она неспешно пошла домой. Хватит на сегодня, наслушалась. Честное слово, Изабелла начинала даже жалеть о своем так называемом пробуждении, слишком мрачной стала жизнь вокруг. Не встретила бы чертового Пингвина, оставалась бы сейчас беспечной и безмозглой, читала бы романчики, потом встретила бы кого-то вроде Портера, жила бы и не тужила. Страдала от того, что в жизни что-то не хватает. Зато теперь почти всего хватает с лихвой. Говорила же мама не ездить по ночам. Черт.       Подошла к газетному киоску и (надо же как-то развлекаться) купила «Vogue» за июнь, хотя сама в тот момент выглядела скорее по стандартам какой-нибудь деревенской газетенки. Взгляд упал на газеты с городскими новостями. Опять лицо убитого мэра, хотя уже и не на всю первую страницу. Как же он достал. Изабелла, такая вежливая раньше, стала много ругаться, особенно в мыслях. А после вчерашних выходок Грега и утреннего собрания ее мозг просто матом визжал, выплевывая с каждым разом все более жуткие мысли.       Она не спала большую часть ночи. Придя вчера вечером домой, взвинченная Изабелла слонялась по квартире с сигаретой в зубах, чуть ли не заламывая руки, раз за разом прокручивая в голове все, что увидела и услышала за день. Ей нужно было поговорить. Чертовски нужно было поговорить, и не просто с каким-нибудь другом, а именно с определенным другом. Изабелла и так по нему скучала, но в ту ночь потребность увидеть Освальда стала просто невыносимой. Ей нужно было выговориться, нужно было получить его совет. Она устала от неопределенности.       А теперь впереди было лишь тоскливое одинокое воскресенье. Изабелла пыталась почитать книжку или журнал – не получилось. Новости еще больше нагнетали тоску. Даже работа совершенно не клеилась. Надо же, а ведь еще вчера утром все было почти что нормально, почти что по-обычному. Беду Хизер Изабелла воспринимала так же остро, как собственную. Только теперь некому было ей помочь.       Маме Хизер стало лучше, и в честь этого повеселевшая подруга прислала Изабелле смайлики, изображающие пингвинчика, сердечко и ехидное подмигивание с высунутым языком. Издевается, а ведь ее просили этого не делать. Расстроенная Изабелла отправила Хизер в ответ несколько средних пальцев и отключила телефон.       Она сидела на подоконнике и курила при закрытом окне. Плохая идея. Соседи напротив давно ее не беспокоили. Переломавший обе ноги сосед теперь вел себя тише воды, только пялился иногда в свое окно. Но пока его не было, наблюдательный пост могла занять Изабелла, хотя и там ничего интересного не происходило, и вообще было такое ощущение, что в квартире никого нет.       Начинался вечер, и Изабелла не выдержала. Завтра снова придется рано вставать и возвращаться к обычной жизни, так почему бы не расставить сразу же все точки над i? Сборы не заняли много времени. Нужно узнать, изменилось ли что в доме Локвудов. Но если Грег опять назовет ее Сэнди, Изабелла просто не выдержит…       Она вышла из дома в начале восьмого. В старых вещах, которые потом можно выбросить, но легкой походкой, словно просто выбралась на рутинную вечернюю прогулку, пока погода позволяет. Никакого такси, никакого автобуса, но часа за полтора дойти вполне можно. Встретив на улице одну знакомую по учебе, Изабелла мило поболтала с ней пару минут и двинулась дальше в сторону городской окраины. Нервы напряжены, хочется скорее добраться до цели. На обычную прогулку она бы взяла с собой кофе, надела бы наушники и неспешно шла бы к своей цели. Но постойте, во время своей обычной прогулки Изабелла Элстер не пошла бы в трущобы! Она бы двинулась в универмаг Шрека, на выставку или в Центральный парк. Но нет, все это остается на потом…       Когда она дошла до дома Локвудов, уже начало темнеть. На улице было пусто, но кто знает, кто и когда за кем наблюдает? Стараясь не попадать в пределы видимости соседей из дома напротив, Изабелла сразу же прокралась к задней двери, и, к ее удивлению, та была открыта. Скрип старой двери показался ей таким громким, что смог бы привлечь полицию даже с соседнего штата.       «Успокойся, - приказала она себе. – Это мелочь, никто ни о чем не подозревает». Но дверь, словно издеваясь, выдала такие рулады, что Изабелла удивилась, что Грег сразу же не прибежал сюда с ружьем. Кстати, есть ли оно у него? Изабелла понятия не имела, имеется ли у Грега оружие. А вдруг он сейчас надирается не дома, а в баре или у приятелей? Тогда все очень плохо. Господи, какого черта она вообще делает? Неужели Стрейндж со своими намеками был прав, и Изабелла действительно стремительно катится в сторону Аркхема, упорно называя это заботой о подруге, гражданским сознанием или справедливостью?       Окна в доме не горели, но, зайдя в гостиную, она обнаружила небольшой источник света – телевизор. В доме все еще воняло, но не так жутко.       - Какого черта, кто там? – крикнул Грег. Изабелла видела его макушку. Развалился на диване, на все ему плевать.       - Это Изабелла, - сказала она. – Помнишь я заходила вчера? – она нашла выключатель и щелкнула им. Гостиную залил электрический свет, и отчим Хизер осовело захлопал глазами.       - А, Белла, ты что ли? Чего тебя привело то сюда? - он попытался сесть, но потерпел фиаско. Из-под дивана выкатилась пустая стеклянная бутылка. Изабелла с отвращением наклонилась над Грегом. Хотя и не до такой степени, как вчера, но опять пьян.       - Ты помнишь, что я тебе вчера говорила, Грег? – она заметила, что ее записка все еще висит на холодильнике.       - Дааа, - он задумался, - дочка говорила, что ты вчера заходила. Плохо мне вчера было, Белла, из-за жены моей, вот я и расклеился, совсем плохо было.       Неужели? Плохо? Изабелла чуть было не расхохоталась. Говорит, что пил вчера из-за того, что заболела жена, а на самом деле понятия не имел, что Салли попала в больницу, да и вообще хотел переспать с Сэнди.       - Так что ты зашла то, Изабелла?       - Да так, - вкрадчиво сказала Изабелла, - проведать тебя решила, как ты тут справляешься. Может быть, сделать тебе бутерброд...       Включенный телефон завибрировал в кармане. Хизер. Ну что за черт.       - Жалко жену-то, - завел Грег, - не старуха же еще, а уж так расклеилась, так расклеилась. Я тебе сразу говорю, Белла, это все глобальное потепление, и это чертовы корейцы со своим оружием массового поражения…       - Одну минуту, Грег, - чтобы в трубке не было слышно это нытье, Изабелла бросилась вверх по лестнице в старую комнату Хизер и лишь после этого нажала на зеленую трубку.       - Привет, чего так долго? – спросила подруга.       - Да я в ванной. Что случилось?       - Слушай, - Хизер замялась, - я, наверное, слегка перегнула сегодня палку с тем сообщением. Ты, наверное, обиделась?       - Каким сообщением?       - Ну… с сердечком.       Изабелла и думать об этом забыла.       - Да ерунда. Обычно я сама бы первая посмеялась. Не знаю, что на меня нашло, что ответила грубостью, извини, - сокрушенно ответила Изабелла. – А тебе вообще сейчас не стоит о таком морочиться. Есть новости?       - Да, маму скоро переведут в обычную палату.       - Ну замечательно! – Изабелла рассеяно рассматривала плакат с Destiny`s Child и водила затянутым в латекс пальцем по идеальному голому животу Бейонсе. Она не боялась ничего трогать в этом доме, она была здесь вчера – было, когда обронить светлый длинный волос. Но все же решила подстраховаться. Убрала волосы под капюшон, надела одноразовые перчатки.        - Кстати, как там Грег? Пришел в себя? – спросила Изабелла.       - Видела его сегодня, - прошипела Хизер. – Лыка не вязал, еле в чувство привели, а потом, когда до него дошло, что мама в больнице, этот черт вообще взбесился.       - В смысле взбесился? – напряглась Изабелла.       - Не хочу об этом, - было слышно, что настроение подруги испортилось от упоминания отчима. Изабелла понимала, что не стоит на нее давить, но ей надо было знать, чтобы подогреть свою ненависть к этому мерзкому паразиту, который разлегся внизу на диване и винил в сердечном приступе своей доведенной до ручки жены глобальное, мать его, потепление, а еще, до кучи, корейцев, русских, а может быть еще и геев с феминистками.       - Да говори уже.       - Не о чем особо говорить. Просто Грег взбесился, что мы ему раньше не сказали…       - Раньше не сказали? – злость поднималась из самых темных глубин души Изабеллы, с тех уровней, на которых гнездилась ненависть к маньяку с дороги, а потом и к Тео Галавану.       - Вот именно! И он меня так схватил… - Хизер замялась. – Черт, шея болит! Ник его еле оттащил. Он все орал, что это мы с Ником виноваты, что нам на него совсем плевать, иначе мы притащили бы его в больницу к маме.       Да уж, зрелище было бы не из приятных, если бы они действительно потащили бы этого клоуна в больницу.       - Он пытался тебя задушить? – прошипела Изабелла.       - Ну, не совсем. То есть не насмерть. Просто хотел припугнуть.       Сволочь, какая же сволочь! Закончив за пару минут разговор с Хизер, разъяренная Изабелла буквально скатилась вниз по лестнице. Грег все еще валялся на диване и смотрел телек.       - О, а я думал, ты ушла, - констатировал он, отхлебывая из бутылки. – Будешь пиво, Белла? Так о чем я там говорил?       - Не знаю, о чем ты говорил, ублюдок, но знаю, что скажу тебе я, - Изабелла схватила Грега за грязные патлы и оттянула его голову. – Я скажу тебе, что ты ведешь себя, как скотина, что ты испортил жизнь своей жены…       - Эй, ты что себе позволяешь, поганка? – заверещал Грег.        - …и девочки, которая должна была быть тебе дочерью! - крикнула Изабелла. – И за все когда-то приходится платить, Грег.       Впрочем, долго она болтать не собиралась. Это не привязанный Рассел Кэп, а вполне себе дееспособный ублюдок. И она теперь одна, а не под защитой могущественного криминального босса. Расклад не очень удачный.       - Да отвали ты! - перчатка Изабеллы скользнула по сальным волосам Грега, и он легко вырвался из ее несильного захвата. – И убирайся-ка ты отсюда! Не твое это дело, свою семью заведешь и посмотрим, как ты себя будешь вести, красотка!       Конечно, опять виноват кто-то – плохая с его точки зрения семья, а не сам Грег.       - Свою семью? – прошипела Изабелла. – О нет. У меня замечательная семья. И одна из моей семьи – Хизер, и ты ее сегодня чуть не придушил!       - Придушил? Да как ты смеешь? – Грег, наконец, поднялся с дивана. – Ну все, ты меня достала! – он двинулся на Изабеллу, махая кулаками. Пьянь, но сила и проворность еще есть. Она легко увернулась от удара. Хватит болтать. Пора действовать. Когда-то давно кое-кто сказал ей, что люди могли бы счесть геройским поступком зачистку города от самых рьяных ублюдков, и это понравилось Изабелле. Да, Грег, в отличии от Рассела Кэпа, никого не убивал, но разве то, что он делал изо дня в день много лет не чудовищно? Разве то, что Грег однажды не нажал на курок, делает его хорошим человеком, добропорядочным гражданином, примерным семьянином?..       - А ну, отойди, - Изабелла выхватила пистолет из внутреннего кармана куртки. – Назад, - она кивнула к дивану.       - Вау, - Грег поднял руки. – Белла, ты бы успокоилась. Я ж тебя то не трогаю! И не собирался вовсе. Просто ты говоришь грубые вещи, девочка, и я, как честный человек, должен был себя защитить, а то ты меня позоришь. Заведешь свою семью – поймешь, что надобно делать, ежели в твоей семье говорят про тебя гадости.       Изабелла чуть опустила пистолет.       - Дай угадаю, - иронично сказала она. – Салли сказала тебе, чтобы ты наконец нашел себе работу?       - А то я типа не тружусь на благо нашего общества! – завел Грег. – Да я работаю больше всех в этой семейке, а ко мне никто и никогда не проявляет уважения! Понимаешь, как это обидно, Беллс?       - Я понимаю, - улыбнулась она. Параллельно с толканием речи Грег крался к ней. Думал, что она не заметит, что ли? Он все ныл и ныл о том, как ему тяжело – пытался усыпить бдительность соперницы. – Так что скажешь в свое оправдание на сегодня, Грег? – диалог начался затягиваться и раздражать Изабеллу. Ей не хотелось стоять тут и читать морали, словно антагонист из дешевого фильма.       - Че еще за оправдание? Эта сучка Хизер сама виновата, что стала вякать сегодня, вот я и вышел чуток из себя, а еще ее гребанный женишок влез в семейные дела, будто ему есть дело до того, как тут все устроено, будто его кто-то спросил! – взбесился Грег.       Изабелла подняла пистолет.       - Ты – чертов моральный урод, - спокойно сказала она и выстрелила. Пистолет был с глушителем, и соседи не могли ничего услышать. Освальд знал, что ей оставлять.       Когда пуля попала в левое плечо, на лице Грега отразилось такое изумление, словно он планировал жить вечно (а, наверное, так оно и было), и лишь теперь до него дошло, что не все сказки в Готэме имеют счастливый конец.       - Слушай, детка, - сказал он, с изумлением глядя на рану, - мне нужна скорая. Давай прекратим, а? Скажем, что мы малость повздорили, я ничего не напишу, и тебе ничего не будет, а?       - Даже не мечтай, - ответила Изабелла, и это было последнее, что Грег услышал в своей жизни. Следующая пуля не промахнулась. Точно в сердце. Слишком Грег был близко, слишком хорошо подставился.       - Ох, черт, - пробормотала Изабелла, с изумлением глядя на тело. Она рухнула на пол и привалилась к стене, дрожа всем телом. Она не думала, что сделает это. Сомневалась даже когда шла сюда. Если бы не звонок Хизер, наверное, просто поболтала бы с Грегом пару минут, а потом пошла бы обратно домой тем же путем. А теперь перед походом домой Изабелле еще нужно избавиться от оружия. У себя она его хранить точно не станет.       Но долго переваривать происходящее Изабелле не пришлось. Прошло всего пара минут, а потом передняя дверь затряслась под чьими-то ударами. Хорошо, что заднюю она сразу же заперла.       - Ублюдок, открывай дверь! –услышала Изабелла чей-то дикий рев. Обычный вечер воскресенья. – Я знаю, что ты здесь! Открывай дверь, а то я ее вынесу нахрен! – вопль перемежался женскими завываниями.       Дело пахло жареным. Если разъяренный мужчина ворвется сюда, то не поздоровится уже ей, а не Грегу. Кто это, интересно, муж Сэнди? А это она сама там завывает? Ну как же вовремя начался этот ситком! Изабелла сунула в рот кулак, чтобы не расхохотаться, и, ощущая явный противный вкус латекса вперемешку с рвотными позывами, все равно продолжала сотрясаться от неконтролируемых смешков.       Пронесло. Мужик под дверью повозмущался еще несколько минут и ушел, напоследок пнув дверь так, что та на самом деле чуть не слетела с петель. Наверное, Сэнди или кто-то там еще уговорила его пойти домой.       - Я еще не закончил с тобой! – пригрозил напоследок нападающий, и Изабелла услышала скрип крыльца. Все, ушли. Пора уходить и ей. Грег все еще с изумлением пялился в потолок – наверное, винил теперь во всем Изабеллу. А заодно жену с падчерицей, глобальное потепление и, разумеется, правительство Соединенных Штатов.