Одержимость

      Нервно постукивая пальцами по рулю арендованной машины, Изабелла мрачно наблюдала за происходящим за кованой решеткой ворот Аркхема. Почти безлюдно, только охранник подозрительно смотрит на ее машину. Изабелла приехала, как ей и сказал доктор Стрейндж, в шесть вечера. Уже ждала десять минут. За пятьдесят минут ей нужно отвезти Освальда, сдать машину обратно в прокат и добраться до ресторана, где в семь вечера начнется празднование папиного юбилея. Все это сделать без опоздания нереально, и Изабелла поняла, что вечером ее ожидает добрая порция разочарования и недовольства родителей. Могла бы и не опаздывать на папин праздник, с таким сложно не согласиться. Обычно Изабелла никогда никуда не опаздывала именно потому, что ее так воспитали. Но на самом деле, ей вообще никуда не хотелось сегодня ехать. Изабелла соскучилась по Освальду, хотела провести время с ним, а не болтаться в ресторане, нервно поглядывая на время и прикидывая, прилично ли будет уйти через два часа, час, уже прямо сейчас.       Шесть часов пятнадцать минут. Субботний вечер. Кто вообще так спонтанно выписывает из Аркхема, да еще и по выходным? Почему Хьюго Стрейндж позвонил так внезапно – всего лишь часа три назад, когда Изабелле делали укладку? Почему так настаивал на том, чтобы она приехала? Она так сильно дернулась, услышав новость об освобождении Освальда, что парикмахер нечаянно обожгла ее плойкой, и теперь покалеченное место жутко зудело.       Но, несмотря на все неурядицы сегодняшнего дня, Изабелла все же была рада происходящему, последние пару часов улыбка не сходила с ее губ. Закончив с укладкой, она, уже все рассчитав в уме, заскочила в продуктовый магазин и сразу же бросилась домой, где накрасилась и переоделась к вечеру, а потом поехала арендовать машину - кататься с Пингвином на автобусе, такси или электричке у Изабеллы желания не было. Она не слишком хотела, чтобы их видели вместе. Это что-то значило. Что-то подразумевающее, что она не слишком хороший человек. Изабелле пока что не хотелось с этим разбираться. Она не стыдилась знакомства с Освальдом, но просто не хотела менять свою выглядящую со стороны абсолютно нормально жизнь.       Шесть двадцать. Да что за издевательство? Изабелла жутко замерзла. Осталось всего несколько дней до лета, а на ней пальто поверх коктейльного шифонового платья, и с каждым днем все холодает и холодает - как бы еще снег не пошел! Готэм словно издевается над горожанами, пряча их от солнца и любого тепла. Хотя, возможно, что ей холодно просто от нервов. Возникло искушение громко посигналить Стрейнджу, но Изабелла сдержалась. Какая разница – даже если бы главврач вывел бы своего пациента ровно в шесть, она все равно опоздала бы на праздник. Так что теперь переживать? Но все же Изабелла пребывала в нетерпении, снова обдумывала ту встречу со Стрейнджем, когда она приехала в Аркхем… Переживала все его слова…       Шесть двадцать пять. Ну, наконец-то! Жутковатого вида ворота отворились, и за пределы территории вышли они – Хьюго Стрейндж и Освальд Кобблпот; неизвестно, кто более опасен. Освальд выйдет отсюда совсем другим человеком, сказал тогда Стрейндж. Он никогда не будет прежним. Настало время убедиться в этом. Изабелла вылезла из машины, кутаясь в пальто и нацепив на лицо самую добрую улыбку.       - Изабелла! – воскликнул Освальд, еще только приближаясь. – Иззи, моя дорогая подруга! – он весь сиял. – Я так по тебе скучал! Представляешь, Иззи, я здоров! – и он с гордостью показал ей издали какую-то бумажку. Она раньше не видела Освальда таким… счастливым? Совершенно не похожим на себя? Изабелла изумленно посмотрела на доктора.       - А, мисс Элстер, в Аркхем как на праздник? – добавил Хьюго Стрейндж, кивнув на праздничный наряд Изабеллы. Стекла его очков как-то противно поблескивали, а лицо лоснилось довольством. Главврач наблюдал, как Пингвин с широкой глупой добродушной улыбкой ковыляет к своей подруге, лицо которой явно становилось все более шокированным.       - Привет, Освальд, - выдавила из себя Изабелла. – Я… я так рада за тебя! – она нелепо улыбнулась. Он подошел совсем близко и заглянул ей в глаза, и она совсем ничего не видела там от человека, с которым провела те незабываемые две недели. Это был кто-то другой, не Пингвин.       - А я рад сообщить вам, мисс Элстер, что мистер Кобблпот прошел полный курс лечения и сделал небывалые успехи, - сказал Стрейндж, дружественно хлопая пациента по плечу. Изабелле захотелось стряхнуть эту мерзкую руку, но она сдержалась. – Он больше не преступник, напротив, прежняя деятельность теперь ему отвратительна. Итак, принимайте нового достойного члена общества!       Больше не преступник, больше не король Готэма, больше не Пингвин. Больше не Освальд. Кто же перед ней?       - Освальд, - выдавила из себя Изабелла, стараясь звучать как можно более беззаботно, – иди посиди в машине. Мне нужно проконсультироваться с доктором Стрейнджем по поводу… дальнейшей реабилитации. Пойдемте, доктор, - она учтиво взяла главврача под руку, отвела его подальше от машины и лишь потом прошипела. - Что вы с ним сделали, черт возьми?       - Я? – глумливо спросил Стрейндж. - Я его вылечил, Изабелла, а вы о чем подумали?       - Кто это такой? – она указала пальцем на машину. – Это не Освальд! Я знала его! Это не он! Он сломлен! Он совершенно не похож…       - Не похож на ваш идеал? - перебил ее Стрейндж. - Зато похож на обычного дружелюбного соседа? Мисс Элстер, я бы понял бы ваше возмущение, если бы вернул вам Пингвина вместо этого милого человека. Сейчас я вас не понимаю. Вы хотели, чтобы Освальд вышел и был с вами – я это устроил. Но неужели я ошибся, если вы хотите, чтобы мистер Кобблпот был все еще болен?       - Я… - стушевалась она. - Нет, конечно, я не хочу, чтобы он был болен! Я хочу, чтобы он был собой!       - То есть нездоровым человеком со склонностью к насилию?       - Нет, но… - Изабелла осеклась. Этот психованный психиатр не надавит на ее чувство вины, не убедит ее, что Освальд раньше был больнее, чем теперь, но… Стрейндж и так слишком многое знает про нее. В тот раз он без труда разгадал Изабеллу, хотя видел ее в первый раз в жизни и знал только со слов Освальда. Освальда, на которого он сейчас имеет намного большее влияние, чем Изабелла...       - Я знаю, что вы позаботитесь о нем, - мягко сказал Стрейндж, - но ваше состояние меня беспокоит, Изабелла. Я говорил вам, что обеспечиваю своим пациентам полную конфиденциальность? Если вас что-то беспокоит, вы можете обратиться ко мне. Если вы что-то сделали, я сохраню это в тайне, - его заговорщический голос обволакивал мозг Изабеллы, словно пытался ее загипнотизировать…       - Нет, - твердо сказала она. – Мне ничего не нужно. Спасибо, что вернули мне друга, на этом все. Надеюсь больше вас не встречать.       - Вряд ли эта надежда оправдается, мисс Элстер, - хохотнул Стрейндж, и она вспыхнула от возмущения. – И напоследок. Освальду нужно какое-то время, чтобы освоиться. Сейчас он практически ваша игрушка. Не развлекайтесь с ней так, как не следует, мисс Элстер, - его глаза блеснули. – Вы к нему привыкните. И, если поймете, что привыкли, знайте, что вы в порядке.       Это какой-то эксперимент, думала Изабелла, идя к машине. Стрейндж захотел столкнуть нового Освальда и старую (по его мнению) Изабеллу вместе и посмотреть, что из этого выйдет. Вариантов масса. Но не ожидает же он, что они станут слащавой стэпфордской* парочкой? Может быть, он полагает, что Изабелла будет толкать Пингвина на старый «истинный путь»? Хотя черт знает, чего ожидает этот безумный ученый, прикрываясь заботой о пациенте! Но теперь Освальд и Изабелла - совсем разные люди, уже поменявшиеся ролями по сравнению с событиями начала весны. Должно быть, Стрейнджа это позабавило.       Вернувшись в машину, она бросила быстрый взгляд на телефон. Шесть сорок. Где-то на час она точно опоздает. Изабелла устало вздохнула и сказала, уже вполне искренне:       - Я так рада тебя видеть, дорогой.       Ох, а последнее слово - не чересчур? Она тут же спохватилась.       - Я тоже безумно рад тебя видеть! Я так скучал по тебе! – (из-за этого неумеренного энтузиазма улыбка блеснула и на лице Изабеллы). – Но что с тобой, Иззи? Ты выглядишь такой уставшей.       - Очень много дел было за то время, что мы не виделись. Я работала целыми днями. А на этой неделе произошли не самые приятные события. Грег погиб – помнишь его? Отчим Хизер, алкоголик, которого ты встретил… перед тем, как мы поехали в лес. Была на похоронах. Знаешь, такое мрачное впечатление осталось… - начала Изабелла, но тут же осеклась, увидев, что у Освальда стало такое грустное лицо, будто он сейчас заплачет.       - Я очень сочувствую Хизер, - протянул он. – Жаль, что она потеряла почти что отца.       - Да ладно, он был сволочью. Хизер говорит, что во многом ей стало только легче, - не соврала Изабелла, - но она все же переживает, - вздохнула она.       - И все равно я ей сочувствую. Потерять родителя – это… - он осекся.       Господи, зачем она вообще упомянула Грега? Изабелле хотелось бы рассказать о произошедшем, но старому Освальду, а не такому. Тот бы понял, но для нового Освальда она станет чудовищем. Он не сможет выносить свою подругу, если узнает, что она сделала! Освальд же с таким трепетом относится к теме семьи, видно, что все еще очень переживает из-за потери матери. Может быть, боль от этой потери – это все, что осталось от старого Пингвина? Может быть, Стрейндж был прав, и Изабелле пора?..       - Да, ты прав, - сказала она, прикрыв глаза, - это ужасно. Прости, что упомянула об этом.       Они еще так и не отъехали от Аркхема. Ей нужно было быть в ресторане в самом центре через десять минут. Ехать почти час. Да и наплевать. Старый, новый, все же это был все еще он.       - Ты выглядишь сегодня невыносимо прекрасно, - сказал Освальд. Изабелла уже давно сняла пальто, и он мог разглядеть ее ярко-синее платье.       Она с изумлением посмотрела на него. Раньше Освальд вообще не делал упор на тот факт, что она – женщина, а теперь делает ей комплименты? Неужели вместе с криминальными наклонностями Стрейндж убрал из Освальда и все те комплексы, которыми была забита его голова? Раньше Кобблпот говорил, что она – его друг, но чтобы он сказал, что она красива? Нет, даже невыносимо прекрасна. Такого раньше не случалось. Он глаз от нее не отрывает все то время, что они сидят в машине? Соскучился?.. Она смотрит ему в глаза, тоже не в силах оторваться...       Запиликало сообщение от мамы. Препротивный звук, разрушивший весь уют. «Ты где?» Разумеется. Шесть пятьдесят пять. Ей бы еще пару часов на то, чтобы доделать все. А лучше не пару. А лучше бы вообще убрать понятие времени или сделать так, чтобы не нужно было никуда спешить…       - Спасибо, - прошептала Изабелла. – Просто иду в ресторан после того, как отвезу тебя.       - Куда?       - Домой, конечно. То есть, ко мне. Потом разберемся, что делать дальше, ладно? – поспешно сказала она, собирая мысли воедино.       - Конечно, - покорно сказал бывший король Готэма, преданно глядя на свою спасительницу. – Но я хотел спросить, куда ты идешь.       - Ааа... К папе на юбилей.       «Форс-мажор, опаздываю очень сильно!» - написала маме Изабелла и выключила связь, чтобы по телефону можно было только узнавать время. Взятая напрокат машина наконец-то поехала в сторону центра города.       - Забыла спросить, - невинно спросила Изабелла. – Ты многое рассказывал обо мне доктору Стрейнджу?       - Да, и я рад, что он на тебя вышел! Он замечательный врач, и он знал, как мне будет важно увидеть тебя после того, как я поправлюсь.       - Это очень здорово, - улыбнулась она, не уточняя впрочем, кто на кого вышел первым. – А что ты ему про нас рассказывал?       Освальд напрягся. Улыбка слетела с его лица.       - Я… я не хотел бы… говорить об этом.       - Ты сказал ему о маньяке с дороги? – прошипела Изабелла. – О том, что я сделала?       У него было такое лицо, словно она обещала ему поцелуй, а вместо того ударила под дых. И Изабелла, на которую нахлынул страх, все же сдержалась. Да, Стрейндж может ее сдать… но зачем ему это нужно? Однако, все равно плохо, что количество людей, знающих о ее «подвигах» растет. Освальд и Хизер - это ладно, а вот Гордон и Стрейндж… И никто из них не знает всей картины, ведь она сплела настоящую паутину лжи. Изабелла хотела бы кому-нибудь рассказать все, довериться… Но даже Освальд придет в ужас, если узнает о том, что она сделала.       Вчера ей в почтовый ящик кинули странное приглашение. Бар для женщин, имеющих проблемы с законом. «Приходите в любое время». Что из поступков Изабеллы побудило местную публику пригласить ее в такое место? Хоть бы это была просто дружба с Пингвином…       - Ничего, - проглотила злость она. – Сказал и сказал. Я понимаю, что тебе там было не сладко, да и Стрейндж умеет докопаться до самых глубин, чертов псих.       - Он не псих, Иззи, он великий врач. Он сделал меня таким, как было нужно. Теперь я смогу жить нормально, как достойный член общества. Я чист перед законом и официально нормален, чего еще можно желать?       Но Изабелла тоже чиста перед законом и официально нормальна. И ей пока что не промыли мозги. Освальд же настаивает на своем, словно робот, в голову которому вдолбили определенную программу.       - Не знаю, - она выдавила из себя фальшивую улыбку. – Я так рада за тебя.       Да, Стрейндж был прав. Увы, личность Освальда поменялась настолько, насколько сама Изабелла даже не ожидала. Ей не нравились эти изменения. Изабелла влюбилась в саркастичного, чертовски умного, эрудированного и хитрого, но одинокого и несчастного человека. Он вызывал у нее интерес вперемешку с жалостью. Адский коктейль. Его ум заставлял ее саму гореть особым огнем. Она восхищалась старым Освальдом. Но теперь экс-Пингвин счастлив, может быть, впервые в жизни. Он чувствовал себя свободно, даже к ней стал еще добрее. Он сильно поглупел, общение с ним стало совсем другим… Изабелле хотелось снести чертов Аркхем с лица Земли из-за того, что стало с Освальдом. Хоть бы, хоть бы это было обратимо! Но пока это неизвестно, и Изабелле придется свое мнение засунуть куда подальше, если она имеет дело с Освальдом Кобблпотом. Ей нужен он, она ему тоже. Изабелла не должна рушить его новую реальность своим недовольством, если она по-настоящему близкий ему человек, а не просто эгоистичная стерва, которая закатывает истерику из-за того, что ее любимая игрушка стала работать по-другому. Она должна оставаться его другом.       - Милый, я действительно рада, что ты счастлив! – как можно более искренне постаралась сказать Изабелла. – Я всегда хотела для тебя только этого, ведь я твой друг! – звучит фальшиво, и ее рот растянулся в такую неестественную улыбку, что уголки губ вот-вот треснут. Но Освальд был растроган так, что бросился ее обнимать так внезапно, что Изабелла чуть не отпустила руль, и, хотя ей этого и не хотелось, вынуждена была его урезонить. До психушки такое для него тоже было нетипично. Раньше Освальд пытался избежать тесного физического контакта, мог взять Изабеллу за руку или дотронуться до лица, но, однако, сильно переполошился, когда понял, что они провели ночь в одной кровати, и он обнимал ее во сне… Господи, все не то, все не так!       Да уж, Стрейндж. Задал загадку. Как взаимодействовать с новым Освальдом Изабелле еще не слишком понятно. Стоит ли спрашивать про Аркхем? С одной стороны, это - травмирующие воспоминания, но вдруг он обидится, сочтя ее невмешательство отсутствием интереса?..       Семь двадцать. Изабелла поняла, что когда она приедет в ресторан, ей крышка. Стрейндж как будто специально подгадал то время, которое ей было бы наиболее неудобно, чтобы приехать за Освальдом. Но даже если бы Стрейндж сказал бы приехать в семь или в восемь, она все равно стояла бы у железных ворот вовремя…       Какой-то тип перегородил им дорогу, и после минуты стояния Изабелла была готова выскочить на проезжую часть и разнести вдребезги его машину. Остановило ее нежелание привлекать внимание… и память о том, что случилось, когда она в последний раз вступила в конфликт на дороге.       - Проваливай, чертов козел, - прошипела она сквозь зубы, пару раз коротко посигналила и закурила. Освальд закашлялся.       - Ты какая-то нервная сегодня, - констатировал он. Сложно было не заметить.       - Опаздываю. Да и неделя была загруженной, - Изабелла растянула губы в фальшивой улыбке. – Пришлось даже один раз отпрашиваться с работы, чтобы попасть… - она осеклась, - туда, куда мне не хотелось.       - Я понимаю, - ответил Кобблпот.       А еще в начале недели Изабеллу терзал жуткий насморк после того, как она ночью сходила к реке, чтобы избавить от оружия, и ее жутко продуло. Пистолет с тихим плеском пошел на дно, и никто больше не свяжет очаровательную мисс Элстер с этим делом…       Семь сорок.       - Слушай, Освальд, - нервно сказала Изабелла, - ты не знаешь, где в центре можно бросить арендованную машину, чтобы ее не угнали?       - Такого даже я не знаю, - развел руками Освальд. Изабелла вздохнула. Чертов Готэм. Теперь придется все же ехать возвращать машину, а так она опоздает еще сильнее.       Без десяти восемь они наконец-то подъехали к дому Изабеллы. Повезло – улица выглядела безлюдной.       - Ну, все, я поехала, а то с меня сейчас и так шкуру спустят, - сказала Изабелла, вручая Освальду ключ от квартиры. – Никуда не уходи, он у меня один, хорошо?       - Хорошо. Ты скоро придешь? – он взглянул на нее как-то особенно потерянно. В машине им не удалось много поговорить. Изабелла была слишком взвинчена, слишком многое на нее навалилось. Да и Освальду от такого ее настроения тоже было не слишком комфортно. Им предстояло снова привыкнуть друг к другу. Особенно Изабелле.       - Я постараюсь как можно скорее, но я не уверена, - мягко сказала она и добавила. – Я так рада, что ты сейчас со мной. Я даже успела купить тебе еды, - она улыбнулась, на глаза чуть было не навернулись слезы радости. Но как же ей не хотелось идти на папин юбилей! Изабелла обожала праздники, но сейчас ей просто жутко хотелось побыть дома. Она мягко взяла Освальда за плечи и притянула его к себе, уткнувшись носом в шею. Он изумленно вздохнул и тоже обнял Изабеллу, крепко прижав ее к себе. Они долго бы сидели так, если бы она не была бы вынуждена отстраниться.       - Я опоздала уже на час, - прошептала Изабелла, пытаясь говорить нормальным голосом. Сейчас ее сердце переполняла нежность. – Пора ехать. Давай выходи.       - Возвращайся скорее.       - Есть, сэр! – она улыбнулась и помахала Освальду, когда он вылез из машины.       Через сорок минут запыхавшаяся Изабелла вошла в ресторан. Она опоздала почти на полтора часа. Она поправила макияж в такси, но укладка вся растрепалась, а по дороге из пункта проката, наконец-то включив связь на телефоне, она увидела кучу раздраженных сообщений от мамы, последнее из которых гласило: «Тебе не стыдно?» Это подпортило Изабелле настроение. А вот и хмурый отец идет к ней…       - Здравствуй, папочка, - прощебетала Изабелла, делая самое милое лицо. – Еще раз с днем рождения! Прости за опоздание, просто я порвала молнию на платье, и пришлось ехать в ателье ее зашивать, - она захлопала ресницами. Включила глупую блондинку.       - Что за ерунда! Надела бы что-нибудь другое, - раздраженно ответил Марк Элстер, представительный поседевший блондин в элегантном костюме.       - Ой, - еще более умильное лицо и большие глаза. Вроде она и не догадалась! – Наверное, стоило бы, но я купила его специально для праздника! – Изабелла показала на свое платье.       Но отец уже оттаял. Дочка знала, как надо действовать, чтобы быстро добиться этого. Тем более, это был его праздник, и мистер Элстер, давно не бывавший в Готэме, явно хотел провести его хорошо, в основном в компании бывших коллег по «Уэйн Энтерпрайзис».       - Детский сад. Но ладно, доченька, - сказал мистер Элстер. – Спасибо за поздравление. Но в следующий раз будь пунктуальнее, Изабелла, - строго добавил он.       - Хорошо! – радостно сказала она и мысленно выдохнула. С мамой будет, конечно, сложнее, но праздник все-таки папин, так что его голос – решающий.       - Ты все равно ничего не пропустила, - сказал папа. – Тетя Аманда пела песню "С Днем рождения".       - Мистер Президент? – радостно подхватила Изабелла.       - Еще бы! – хохотнул отец. – Когда же она прекратит?       - Жалко, что я пропустила! – искренне опечалилась Изабелла. Если повезет, папина тетя повторит выступление на «бис». Тут уж проблемы – не проблемы, но придется посмеяться до колик в животе!       Изабелла радостно огляделась в поисках официанта с бокалами, чувствуя, что жизнь налаживается, но тут позади нее раздался голос, который она предпочла бы больше не слышать. Наверное, теперь чудится всякое. Изабелла резко развернулась и увидела перед собой Хьюго Стрейнджа.       - О, - только и сказала она.       - А, мисс Элстер, - довольно сказал Стрейндж. – Как скоро мы увиделись! Здравствуй, Марк! Прости за опоздание, выпускал сегодня бывшего преступника, - он закатил глаза. - Поздравляю тебя, крепко держишься, дружище!       - Спасибо, Хьюго, - отец пожал протянутую ему руку. – Так вы, получается, знакомы с Изабеллой?       Она обомлела, не зная, как действовать.       - Да, - ответил Стрейндж. – Мы, в некотором роде, работали вместе над одним проектом, связанным с нездоровым человеком.       Отец поднял бровь.       - Курсовая в прошлом году, - перебила главврача Изабелла. – Мне нужна была консультация доктора Стрейнджа по поводу… уровня психически нездоровых людей в Готэме в первой половине девятнадцатого века. Но я вовсе не знала, что вы приятели с моим папой, доктор Стрейндж.       - Как и я не знал, что вы - та самая Иззи, - развел руками врач.       Врет. Все он знал. Стекла его очков блестели, словно издеваясь над Изабеллой. Сегодня Стрейндж намекнул, что они скоро увидятся вновь, но она связала это с его приглашением полечиться у него. Да и зная строгость ее отца… Понятно, почему Стрейндж назначил ее приезд на такое время! Хотел посмотреть, побежит ли она к мамочке с папочкой или выберет Пингвина и приедет за ним. Проверял, как сильно Изабелла привязана к своему другу. Подонок.       - Изабелла, - из раздумий ее вывел голос отца, – еще раз спрашиваю, и когда же уровень психических заболеваний в Готэме был выше – сейчас или тогда?       - Ох, - она задумалась и снова мило улыбнулась. – Готэмиты всегда были теми еще психами, но сейчас, кажется, все стало только хуже.       - Еще бы, - фыркнул Стрейндж. – Кстати, раз мы уже заговорили я не могу не похвастаться тебе, Марк, что я вылечил и отпустил сегодня… Изабелла, вам скучно? – он видел, что она стоит ни жива, ни мертва, и сразу же переключил на нее внимание.       - Ох, простите, доктор Стрейндж, - запоздало улыбнулась она, - но, честно говоря, я не очень люблю все эти разговоры про преступников. Их и так слишком много в нашем городе.       - Разговоров или преступников? – лукаво спросил Стрейндж.       - И того, и другого.       - Так кого ты отпустил, Хьюго? – в нетерпении повторил отец. - Я мог видеть его по новостям?       - О, ну еще бы!       - Я лучше пойду и найду маму, - пролепетала Изабелла. Мало ли Стрейндж додумается спросить ее мнения по поводу того, стоило ли освобождать Пингвина. Она принялась тихонько отступать, но еще не успела отойти достаточно далеко и услышала, как Стрейндж назвал прозвище бывшего пациента, а отец возмущенно проревел: «Да ты с ума сошел, Хьюго!» Вот это да! Изабелла не знала, что отец - совсем не фанат Пингвина, как и многие в городе. Думала, что ему все равно. Да, честно говоря, вообще ничего об этом не думала. Знал бы папа, где прячется сейчас бывший преступник…       Как ни странно, эта мысль очень развлекла Изабеллу и подняла ей настроение. Она хихикнула и направилась на поиски шампанского.