Одержимость

      Подгоняемая мрачными мыслями, Изабелла мчалась по улицам города. Она не поехала на автобусе или такси - была жутко взвинчена и понимала, что лучше бы ей проветриться перед посещением того места, куда она собралась. Невеселого места, где ей пришлось побывать совсем недавно, но всего лишь по поводу пропавшей машины (честное слово, там все прошло так удачно, что Изабелла почти забыла про то, что машину на самом деле не угнали). Сегодняшнее дело было более серьезным. Нет, никаких тесных отношений с правоохранительными органами она не планировала, но все же была уверена, что кое-кому следует кое-что знать...       Выкуривая последнюю из пачки сигарету в нескольких кварталах от полицейского участка, Изабелла пыталась успокоиться и собрать мысли воедино. У нее не было никаких обоснованных версий произошедшего, она совершенно не знала, что происходит. И она ни за что не спросила бы об этом Освальда. Даже если бы интерес Изабеллы был бы скорее детективным, а не личным, вряд ли у нее повернулся бы язык расспросить его о пережитом в Аркхеме и тем самым снова ранить. Изабелла сама не знала, для чего идет в полицию, о чем хочет поговорить с Джеймсом Гордоном. Нет, конечно, никаких официальных заявлений! Она просто скажет несколько слов так называемому "другу" Освальда, а потом уйдет. Из рассказов Пингвина Изабелла знала, что копы получают немало сведений из неофициальных источников, а иногда в роли информаторов выступают и сами преступники. Освальд работал таким образом в прошлом году. А теперь, можно сказать, поработает она. Не то, чтобы Изабелла знала что-то наверняка... но Аркхем нынешний пугал ее намного больше, чем Аркхем из ее детского и подросткового прошлого. А детище Аркхема пугало ее больше всех. И это был не Стрейндж, про которого Изабелла не знала ничего, кроме факта его работы в «Уэйн Энтерпрайзис». Нет, детищем Аркхема для нее был Освальд. Новый Освальд.       Если бы она могла хотя бы полностью сформулировать свое отношение к новому экс-Пингвину... Освальд бесил ее своей покорностью. При этом Изабелле нравилось его желание сделать ей приятно. Но происходящее сейчас было перегибом. Они очень многое сделали друг для друга за то время, что провели вместе после той ночи в лесу. Изабелле даже казалось, что она в жизни не делала ни для кого столько, сколько сделала для Освальда. А что он? Кому ему еще было дарить свою заботу, кроме покойной матери? Их вчерашний поцелуй показался ей волшебным. Значит ли это, что он тоже что-то испытывает к ней, только теперь может это как-то выразить? Вряд ли он скажет напрямик - старый Кобблпот был слишком скрытен, а новому кажется, что он не заслуживает даже малейшего жеста внимания с ее стороны. Изабелла внезапно поняла, что ее жутко волнует вопрос о том, кто был у Освальда до нее? Какие-нибудь подружки, влюбленности? Хоть какие-нибудь девушки? У нее голова болела от всех этих вопросов. Сейчас было бы жутко удобно его допросить обо всем... но Изабелла не стала бы делать этого по все тем же причинам. Дурацкий кодекс чести. Она так любила старого Освальда, но вот нового... он был не совсем тем (или совсем не тем?), кого она хотела. Но и бросить его Изабелла тоже не могла. И, кажется, новому Освальду она нужна намного сильнее, чем прежнему...       Черт, но почему все это случилось именно так? Ведь счастье было так близко и возможно, им стоило только увидеться еще раз до Аркхема… Она должна была вернуть его, и к черту всех недовольных!       Изабелла ненавидела сегодняшний день и мечтала, чтобы он уже поскорее закончился, хотя это и был ее последний выходной. Зайдя в полицейский участок, она нерешительно огляделась - большое мрачное старомодно оформленное помещение с камерами для преступников по углам наводило на нее тоску и смятение. О, вот и Джеймс Гордон стоит неподалеку. Отвернулся, не смотрит в ее сторону. Симпатичный. Умный. Добродушный. Не лишенный чести. В мире до Пингвина Изабелла захотела бы познакомиться скорее с Гордоном. Нацепив на лицо дежурную милую улыбку, она направилась прямо к полицейскому.       - Здравствуйте, детектив, - как можно милее и беззаботнее сказала она, легко прикоснувшись к его плечу. - Можно вас на пару слов?       Изабелла опасалась, что Гордон не запомнил ее, но, когда полицейский повернулся к ней, она почувствовала, что его рука слегка вздрогнула. Неудивительно, вряд ли Гордону было приятно вспоминать те события, при которых он познакомился с Изабеллой.       - Изабелла, - тихо сказал он, - что вы здесь делаете?       - Есть разговор, Джеймс, - шепнула она, - очень серьезный.       Несколько полицейских прошли мимо них с Гордоном и бросили на нее изумленные взгляды. Господи, разозлилась Изабелла, зачем же так смотреть? Словно она какая-то египетская пирамида! Как будто все уже в курсе ее маленькой тайны, но откуда? Неожиданно она вспомнила, что в последний ее визит в полицию сотрудники тоже смотрели на нее как-то странно. В чем дело? Да, сейчас они могли знать об ее связи с Пингвином, но тогда такого точно не могло быть... Изабелла ничего не понимала.       - Я должна кое-что рассказать вам, - слегка озадаченно сказала она. - Джеймс, это касается... нашего общего друга, понимаете?       Гордон вздохнул, кажется, несколько раздраженный. Звезда Пингвина потухла совсем недавно, но за это время в Готэме успели появиться новые злодеи, и полиции теперь, видимо, было не до старичков.       - Я понимаю, - кивнул он.       Изабелла и Гордон встали возле автомата с кофе. Рядом не было никого. Она глотнула противную жидкость и поморщилась - что за гадость!       - Его выпустили из Аркхема, - сказала она. - Но он - больше не он.       - Как это не он?       - Я... - всю жизнь Изабелла умела говорить складно и гладко, но теперь растерялась. - Я не знаю, как объяснить, но... Просто он теперь совсем другой человек, чем был. Почти полная противоположность.       - Он вам что-то сделал? - с некой тревогой спросил Гордон.       - Да нет, конечно! - горячо воскликнула Изабелла. - Совсем наоборот. Он даже и мысли такой не допустил бы, то есть... - она замялась. Говорить о таком было странно, ведь, по сути, она жаловалась на то, что Освальд стал почти идеальным другом. - Он донельзя покладистый, послушный, глупый, как пятилетний ребенок, готовый делать абсолютно все, что ему скажут. Он жутко горюет из-за того, чем занимался раньше. Чувство вины съедает его заживо. В общем, совсем не тот человек, который был, понимаете?       Гордон, судя по его недоумевающему лицу, не понимал. Наверное, считал, что Изабелле не на что жаловаться. Наверное, много кто сказал бы это или хотя бы подумал. Она сама понимала, насколько нелепо звучат ее претензии.       - В Аркхеме происходит нечто ужасное, - шепнула Изабелла. - Хьюго Стрейндж, главный врач, за минуту может вскрыть голову и перетряхнуть там все мысли.       - На то он и психиатр.       Изабелла вспыхнула.       - Я никогда не знала, что человеку можно настолько промыть мозги, как это сделали нашему другу. Я надеюсь, что Освальд еще где-то там, но... он слишком далеко, чтобы можно было хоть как-то до него докричаться. Понимаете? Я не знаю, вернется ли он к тому, что было раньше!       - Погоди, - раздался за спиной у Изабеллы голос, и она чуть не взвизгнула. - Так ты переживаешь, что получила милого парня взамен Пингвина?       Это был детектив Харви Буллок. Она впервые увидела его в день подготовки операции "Тео Галаван". По сути, он был прав, но Изабелле вовсе не нравилось, как все это звучит и выглядит со стороны. Она чувствовала себя сконфуженной, поскольку то, что ее смущало, нельзя было назвать логичным, и лишь легко кивнула.       - Ох, твою мать, - сказал Буллок, обращаясь к Гордону. - Не думаю, что легко к этому привыкну, - он кивнул на Изабеллу.       Она даже не стала спрашивать, о чем это он. Еще бы, девчонка бегает за Пингвином. Смешно. Должно же быть наоборот. Или вообще никак. Пингвин же известный фрик, и с девушками должен существовать разве что в параллельных вселенных.       - Ну, дела, - хохотнул Буллок и принялся бросать в автомат монетки. - Хочешь совет, милочка? Если он так надоел тебе, гони его в шею от себя подальше и не порть себе жизнь. Надо же, - покачал головой тот, кто выступал сейчас в роли «плохого копа», - никогда не думал, что встречу человека, который бы скучал по Пингвину. Чудеса! Если ты это серьезно, Изабелла, то ты сама не слишком в порядке.       - Харви, - предупреждающе сказал Гордон.       - Я в полном порядке! - вспыхнула Изабелла. Продолжать разговор в таком тоне ей вовсе не хотелось. Она не понимала, за что все, кто знает о ее близком знакомстве с Пингвином, так ее критикуют. Хизер, теперь Гордон и Буллок. Все они считают Изабеллу идиоткой. И другие, если бы знали, тоже думали бы также. Любой из ее коллег, преподавателей или одногруппников покрутил бы пальцем у виска.       - Погодите-ка, - вспомнила Изабелла, - не вы ли, детектив Буллок, в свое время бегали за Фиш Муни, да так, что?..       - Так, так, так, успокойтесь оба, - Гордон положил руку на плечо Изабеллы, а вторую выставил перед уже начинавшим возмущенно открывать рот Буллоком. - Обойдемся без этого.       - Избавься от него, Изабелла, - сказал Буллок, отходя от автомата. - Самой же будет лучше, пока Пингвин окончательно не промыл тебе мозги.       Она дождалась, пока Буллок не отойдет на безопасное расстояние, и снова повернулась к Гордону.       - В общем, только это я и хотела сказать. Не знаю точно, но в Аркхеме творится что-то ужасное. Какие-то жуткие вещи, может, эксперименты над людьми. У меня нет доказательств, Джеймс, но, - ее лицо исказила печальная усмешка, - может быть, вы сможете добраться до правды. Я знаю, что вы - честный полицейский и правильный человек. Наш друг так считает.       - Я понял, Изабелла, - сказал Джеймс. – И, если вы действительно так считаете, держитесь от Аркхема и Стрейнджа подальше. А насчет Освальда, - он замялся, - решать только вам.       Изабелла кивнула. Гордон был во всем прав.

***

      - Как вижу ее, сразу вздрагиваю, - пожаловался Буллок Гордону, как только они остались наедине. - Знаешь, Джим, если сильно вглядеться, то различия, конечно, заметны, да и волосы другие, но на первый взгляд… - он махнул рукой.       - Она – вылитая Кристен Крингл, - медленно произнес Джеймс.       - Когда увидел ее в тот день, да еще с Пингвином, то подумал, что от переработок крыша начинает ехать, - фыркнул Буллок. – Но кое-что еще общее у этих двоих явно есть, да? Неподходящие у них дружки. После произошедшего с Нигмой хотелось бы никогда больше не видеть эту Изабеллу. Навевает дурные мысли. Но что-то мне подсказывает, Джим, - Буллок скомкал пустой стаканчик и выкинул его в урну, - что раз эта девица так сглупила, что связалась с Пингвином, то мы еще не раз о ней услышим. Было бы слишком хорошо, если бы крыша у этого гаденыша так и осталась бы на прежнем месте. Только Изабелла расстроится.       - Я был бы только за, - ответил Гордон. – Но я начинаю думать, что таких чудес в Готэме не бывает.       - Это верно. Вот что не хватает таким, как Кристен и Изабелла? – спросил Буллок. – Острых ощущений? Нигма хотя бы притворялся невинной овечкой, но вот что может быть непонятно с Пингвином?.. Главное, чтобы теперь он сумел отвлечь свою подружку от мыслей про Аркхем. А то место это явно малоприятное. А, к черту их обоих, - он махнул рукой и развернулся, собираясь отправиться дальше по своим делам.       - Постой, Харви, у меня возникла мысль, - остановил его Джеймс. – В одном случае нам все-таки надо будет приглядеться к Изабелле. И не из-за ее связи с Пингвином, и не из-за Аркхема.       - Какой от нее прок в отрыве от Пингвина? Она же библиотекарша.       - И это почти странно, но я говорю не об этом. Пингвин, как мне сообщили, - Гордон замялся, - близко познакомился в Аркхеме с Нигмой. Как думаешь, Харви, что произойдет, если Нигма увидит Изабеллу?

***

      Более или менее довольная результатами похода в полицию, Изабелла снова вышла под хмурое небо Готэма и зашагала на остановку.       Она все еще не могла собрать все мысли воедино. Ей вроде бы и хотелось домой, и не хотелось. Новый Освальд чем-то притягивал, но больше пугал и раздражал. Она попала в переплет. "Избавься от него", - сказал Харви Буллок. Но избавиться от Освальда сейчас было бы неправильно. Это не только бы поставило крест на их дальнейших отношениях, это было бы просто бесчеловечно - все равно, что выбросить на улицу котенка в разгар зимы. У Изабеллы мелькнула мысль позвонить Хизер, но она быстро от нее отказалась - в двух словах, как Гордону, тут все не объяснить.       Выйдя из автобуса, она увидела, что наконец-то пошел снег. Серьезно? До лета осталось всего несколько дней. Тот мутант мистер Фриз смог заморозить саму мать-природу? И Изабелла, и Пингвин, и погода сходят с ума; каждый по-своему - кто-то из-за глобального потепления, кто-то из-за потерянной любви. Все, чего она хотела - это прийти домой, забиться под одеяло, и чтобы ее никто никогда больше не трогал.       Усталая Изабелла поднялась в свою квартиру, еле волоча ноги, и дома ее встретил запах вкусной готовящейся еды. Если у нее сил не было, то у Освальда их было хоть отбавляй.       - Иззи, твоя замена плиты - просто убийство, - уже не в первый раз пожаловался на варочную панель Освальд. - Ты бы хоть духовой шкаф бы поставила.       - Да, - кивнула она и чуть не разревелась. Он такой хороший парень, готовит им ужин, а она только и думает о том, что минусы старого Освальда будоражили ее куда больше, чем плюсы нынешнего. Изабелла – настоящая идиотка. Скучающая, тупая блондинка, которой в жизни было мало впечатлений, и она решила удариться во все тяжкие. В руки к ней попал бриллиант, но она все возмущается, все недовольна тем, что это не алмаз.       - Все в порядке? - спросил Освальд, взяв ее за руку и развернув к себе. Сразу заметил настроение своей подруги.       - Нет, - ответила Изабелла. - Нет. Прости меня. День был ужасный. Меня не взяли на работу...       - Ох, дорогая, мне так жаль!       - Я очень расклеилась. Но сейчас мне плевать. Я переживаю за тебя. Очень переживаю! После сегодняшнего случая с Бутчем и Табитой Галаван я вижу, что ты сам не свой. И ты - не ты. Ты - не ты! Ох, - она прикусила язык, поняв, что только что сказала, лихорадочно принялась размышлять, как ей поправить ситуацию.       Но Освальд, кажется, и не переживал из-за того, что сказала Изабелла.       - Что? - спросил он, глупо захлопав глазами. Вылитый пластмассовый Кен. Изабеллу жутко пугала эта деградация. У него словно пол-мозга вынули. Или даже больше.       - Ничего, солнышко, - улыбнулась она через силу и взъерошила его волосы. - Все в порядке. Вообще-то я не закончила все свои дела в городе. Просто зашла... выпить таблетку от головной боли. А потом я уйду еще на какое-то время.       - Погоди, а как же ужин? - встревожился Освальд. - А тебе точно надо куда-то идти? Прошу, останься. Мы почти не говорили сегодня, и тебе же нехорошо.       - Нет-нет, - быстро сказала Изабелла. - Это совсем легкая боль, и скоро все пройдет. Мне, честное слово, нужно бежать.       - Мне нужно кое-что сказать тебе, - убитым голосом сказал Освальд.       - Скажешь потом, ладно? – не выдержав его печали, она скрылась в ванной.       Изабелла чувствовала себя самой жуткой сволочью на этой планете, но она больше не могла выносить такого Освальда. И из-за этого чувства ей жутко хотелось убраться из собственной квартиры. Просто деться куда-нибудь, побродить по улицам и подумать в одиночестве. Но в Готэме только идиотка будет бесцельно бродить в одиночку по улице воскресным вечером.       Открыв сумку, Изабелла достала из надежно застегнутого бокового кармана приглашение из женского криминального бара, которое прятала там с позавчерашнего дня. Хорошая бумага, написано от руки – приглашение было сделано со вкусом, но куда более важным в нем было доказательство того, что они знают, кто такая Изабелла Элстер, где она живет (а может быть и то, что она сделала).       Но Изабелла не хотела разочаровать Освальда. Именно этого, нового. Что бы он сказал, если знал бы о Греге? Эта мысль разбивала ей сердце.       Приглашение словно гипнотизировало Изабеллу. Оно пыталось заманить ее в мир, частью которого она невольно стала… И этот мир был грязным. Но ей так хотелось выяснить, кто и что узнал про нее и Пингвина.       - Не передумала? – спросил Освальд, когда Изабелла, наконец, вышла из ванной. - Может быть, останешься?       - Я не могу, - она грустно покачала головой. Он сразу еще больше сник, и Изабелла не выдержала. Она порывисто обняла Освальда и шепнула ему прямо в ухо, - Ну прости меня, прости, ведь я… ведь я делаю все, что могу ради тебя, понимаешь?       - Я знаю, Иззи, - он грустно кивнул. Изабелле так не хотелось разбивать его сердце, но проблема была в том, что невольно Освальд разбивал ее.       В этот раз Изабелла покинула квартиру со стойким ощущением того, что она теряет даже те крупицы счастья, что ей остались.