Одержимость

      - Выглядишь паршиво, - заключил Эдвард Нигма.       - Еще бы, - отозвалась Изабелла. – С младших курсов не пыталась найти истину в вине, и вот что получилось.       - Оно и видно, - кивнул Эд. – Очевидно, это не твой метод. С тебя пудра сыпется.       - Да, потом поправлю. Я себя еле от кровати отлепила. Пришла под утро, думала вообще не ложиться, а в итоге проспала. Не помню, когда мне вообще было так плохо, - полузеленая Изабелла потерла виски, пытаясь унять головную боль. До появления в кабинете Эда она успела лишь с трудом проснуться, выбежать из дома с мокрой после душа головой и криво подкраситься в такси. – Я бы сейчас кого-нибудь бы убила.       - Шутишь, надеюсь.       - Конечно, - Изабелла встала с дивана и подошла к открытому окну, жадно глотая воздух. – Хотя, если речь пойдет о кофе, я настроена абсолютно серьезно. Как думаешь, если начать пить, будет так же мерзко каждый раз?       - Со временем организм привыкнет, но потом, когда накроется печень, все может стать еще хуже, - пожал плечами Эд. – Плюс, к тому моменту ты будешь насквозь больна. Кстати, похмелье зависит еще и от генетики. Понимаешь, когда этиловый спирт попадает в кровь, начинает действовать фермент печени…       Название этого фермента Изабелла так и не разобрала – голова раскалывалась, а слово было бесконечно длинным*. Да и вообще не следовало даже риторически спрашивать о таком бывшего судмедэксперта.       - Отстань, Эд, - слегка раздраженно сказала она. – Ты словно говоришь на языке эскимосов.       - Знаешь, - фыркнул он, - ты стала слишком тошная в последнее время, и дело явно не в выпивке.       Злиться на Эда из-за слова «тошная» не было желания и смысла. В чем-то он явно был прав.       - Извини, - пристыженно сказала Изабелла. – Я не хочу быть такой. На самом деле, я словно отравлена тем, что здесь происходит, поэтому и веду себя, как стерва. Вино не слишком усугубило ситуацию. Так какие у нас планы на сегодня?       - Ты что, забыла про Дженнифер Росс?       - А, да... Как, уже сегодня?       - Иззи, - сказал Эд, - раньше ты все держала в голове и ежедневнике, а теперь что, даже не помнишь, какой сегодня день?       - Пятница, Эд, мой последний день, отстань. Посмотрю на Дженнифер Росс и пойду домой, - Изабелла глотнула ртом воздух, почувствовала острый приступ тошноты.       - Тебя тошнит, когда вспоминаешь про Дженнифер Росс? – ехидно спросил Эд. – Тогда надо бы отправить секретаршу за таблетками от похмелья. Сама же говорила, что Дженнифер потрясающая.       - Она - богиня. А мне стыдно, лучше сама схожу.       - Иди тогда сейчас. Отдохни, приведи себя в порядок и встретимся через час у музея, хорошо?       - Хорошо, - Изабелла взяла сумку. – Только еще один вопрос. Как настроение у нашего друга?       - Космическое, - покачал головой Эд.       - Ну, я рада за него. Знаешь, Эд… Хотя нет, давай потом поговорим, надо идти в аптеку, - Изабелла выскользнула из кабинета Нигмы, потом из мэрии и, к своей большой радости, так и не столкнулась с Пингвином.       Через час самочувствие и внешний вид Изабеллы значительно улучшились, но на душе было по-прежнему тяжело. Она была готова кое-как дожить до конца дня, пока в сумочке не заорал телефон. «Пингвин», - любезно подсказал, кто ее беспокоит, дисплей. Что ему надо – опять решил за что-нибудь наорать? Или звонит, чтобы продемонстрировать свое торжество? Губы Изабеллы задрожали. И так отсутствующее душевное благополучие рухнуло окончательно. Звонок мог быть рабочим – ей было наплевать. Она нажала на «отбой», бросила в ответ стандартную отписку и быстро зашагала к музею через парк, в котором весь этот час отдыхала и поправляла свой внешний вид.       Дженнифер Росс была актрисой-интеллектуалкой. Молодая уроженка Готэма имела не только престижные награды в сфере кино, но и степень бакалавра изящных искусств. Сегодня Дженнифер, талантливая двадцатичетырехлетняя красотка, прибыла в родной город, чтобы открыть выставку предоставленных коллекционерами полотен Уинстона Черчилля**. Изабелле выставка была очень интересна, и, даже если мэр ни собрался бы на открытие, она сама потом бы пришла посмотреть на экспонаты (если бы, конечно, оправилась бы до такого состояния, когда ей снова стало бы до Черчилля и вообще до искусства). Да и с Дженнифер Росс Изабелла с удовольствием бы познакомилась - та была действительно великолепной актрисой. За последние месяцы Изабелла вообще завела много интересных знакомых – политиков, бизнесменов, ученых, музыкантов. Правда, теперь будет неудивительно, если вся их мужская половина начнет обходить ее за десять миль.       Изабелла вовремя пришла в музей и встала рядом с Эдом, как всегда улыбчивая и приятная, готовая смотреть презентацию. Ничто, кроме едва ли здорового цвета лица, не говорило о ее вчерашних неприятностях. Ничто не выдавало и желания врезать Пингвину… Желания, растущего по мере продолжения мероприятия.       - Ты посмотри, как он мил с этой актриской, - наконец, не выдержала она и злобно зашептала Эду. Тот лишь закатил глаза:       - Успокойся, это обычная вежливость.       - Которая, видимо, нужна в общении с каждым, кроме меня, - Изабелла сжала кулаки, ногти больно впились в кожу. Несмотря на остаточное похмелье, она чувствовала непреодолимое желание закурить. – Ну, еще бы. Дженнифер – красавица. И она – звезда.       - Где-то я уже подобное слышал, - отозвался Эд.       Изабелле казалось, что Освальд и рыжеволосая, большеглазая, прелестная Дженнифер Росс слишком нежно для вежливых незнакомцев улыбаются друг другу .       - Чем он вообще в последнее время занимался? – она физически чувствовала, что начинает заводиться. – Заманивал ее в Готэм? Зачем? Да она же играет, как дерево!       - Замолкни, Изабелла, - прошептал Эд. – Тебе так необходимо вываливать это все прямо здесь и сейчас? Дженнифер, как и Освальда, пригласил музей, сама же знаешь. Как же вы меня оба достали! Прекращай, или пойдем выйдем, если так хочешь поговорить.       - Я тихо говорю, - зашипела Изабелла, - Да, Эд, и извини, что я делюсь с тобой, как с другом! Просто наблюдать все это, - Дженнифер теперь говорила речь в одиночестве, но Изабелла все равно кивнула именно на нее, - у меня нет никакого желания, особенно после вчерашнего. Видишь, он смотрит на нее с таким удовольствием!       - Господи, Изабелла, она - красивая девушка, я сам не могу отвести от нее взгляда.       - Замечательно. Ладно, пойдем отсюда, - они начали, наконец, пробираться в более тихое место.       - Но что же мне делать, Эд? – горько пожаловалась Изабелла. - Никто больше не захочет со мной встречаться. Чип сбежал из Готэма, как только расстался со мной. Звонил, кстати, сегодня, говорил, что добрался без происшествий.       - А каких происшествий он ждал?       - Никаких, - быстро сказала Изабелла, - просто к слову пришлось.       Эд приподнял бровь.       - Можно, я не буду это произносить вслух? – тихо спросила она.       - Конечно. Но я больше хочу спросить о другом, - абсолютно спокойно сказал Эд. – Ты думаешь, у тебя у одной такие проблемы? Ты думаешь, что я смог бы найти в Готэме свою любовь? Изабелла, я убил свою девушку. Это со мной никто не захочет встречаться. У тебя дело в Пингвине, у меня – во мне, и это в миллион раз хуже. Я не хотел делать то, что сделал, но какая теперь разница?       - Дело не только в Пингвине. И разница есть, Эд, - Изабелла провела ладонью по его предплечью. – Разница. Есть.       - Я просто хотел, чтобы она перестала меня обвинять, чтобы она успокоилась, - внезапно сказал он. - Мисс Крингл… Она любила плохих мужчин, которые дурно с ней обращались. Но я обошелся с ней хуже всех. Тот офицер, Догерти, он бил ее, он получил по заслугам, я был рад избавить ее от этой мрази…       «Как же я тебя понимаю», - подумала Изабелла.       - Но мисс Крингл сочла чудовищем меня, и она начала кричать, - голос самого Эда становился все громче, на лбу выступила испарина. Еще немного – и теперь Изабелле придется просить, чтобы он успокоился, хотя они и стояли в пустынном зале музея, окруженные лишь античными статуями. Изабелла не могла оторвать взгляда от лица Нигмы, завороженная столь бурным проявлением эмоций.       - Я просто пытался закрыть ей рот, чтобы она не звала на помощь, чтобы не обвиняла меня, - продолжал Эд. – Мисс Крингл была так красива в свете той неоновой вывески. Красива, как ты, - (Изабелла отшатнулась, чуть не повалив бюст Зевса). – Нет, я имею в виду, что вы обе – красивые женщины, и ты иногда мне о ней напоминаешь…       Иногда? Врет. Эд и Изабелла раньше никогда не говорили о Кристен. Он, наверное, не хотел или терзался сомнениями, а она боялась. Сначала боялась Эда, а потом боялась потерять их растущее взаимопонимание. Иногда Изабелла думала - откройся все, и ее дружба с Эдом, не скованная этим секретом, стала бы лишь крепче. «Эд, - иногда хотелось спросить ей. – Я и Кристен. Я все знаю. Как сильно тебя тревожит наше сходство?» Но она не осмеливалась. Изабелле хотелось бы спросить, скучает ли Эд по мисс Крингл? И этого бы она не спросила, но, впрочем, на это ответ, скорее всего, уже получен. Но Кристен Крингл так и оставалась между ними молчаливым призраком.       - Но… Знаешь, Кристен не была так умна. Рядом с Освальдом она не продержалась бы и дня, но теперь…       - Значит, она не была такой тряпкой, - отрезала Изабелла, - и не дала бы Пингвину вытирать о себя ноги.       Хотя, Кристен давала мужчинам бить себя. Изабелла этого никогда бы не позволила. Все же, хорошо, что они с Эдом, пусть и неуверенно, но стали подбираться к этой теме. Хотя бы в каких-то отношениях у Изабеллы прогресс, когда остальные ее отношения умерли. Эд и не сказал ничего сверхъестественного. Если красива Кристен, то красива и Изабелла. Объективная истина. И Эд сейчас был тем другом, в ком Изабелла не хотела сомневаться.       - Дай мне договорить, - попросил Эд. – Ты изменилась за последнее время, и не в лучшую сторону. Ты чахнешь с каждым днем. Ты зациклилась на Освальде. Неужели ты так сильно его любишь?       - Я его ненавижу, - выплюнула Изабелла.       - Оно и видно. Да Освальд просто разговаривает с Дженнифер, не волочится за ней, ничего такого, а ты бесишься чуть меньше, чем он, когда узнал, что у вас с Чипом Шреком - абсолютно подтвержденный роман.       - Эд, - попросила Изабелла, которой уже становилось жутковато от самой себя, - я злюсь на него из-за другого. И давай больше не будем говорить обо мне. Давай уйдем отсюда и поговорим о тебе, о том, что переживаешь ты. Мне перед тобой теперь даже неудобно.       - Из-за того, что ты используешь меня, как носовой платок? Что последние две недели только и говоришь о том, как тебя достал Освальд и о том, как тебе тяжело?       - Я не знаю, - Изабелла раньше не думала о том, как выглядит со стороны ее ужасное поведение, но, видимо, это было необходимо. Может, и не на Освальде висит главная вина за то, что Чип ее бросил, а просто она сама стала невыносима? – Но я никогда не была такой. Когда мы с Озом расстались, я целыми днями… черт, плакалась Хизер! - она пришла в ужас от самой себя. – Но до этого я точно никогда так не делала!       Да она же просто помешалась на Освальде! Это уже не любовь, это какое-то хтоническое чудовище!*** И только Эд, кажется, примерно понимает ее чувства…       - Значит, до этого тебе не было так плохо, - рассудил Эд. – А ведь у меня таких вас двое. И деваться мне от вас некуда. Знаешь, Иззи, так было хорошо, когда мы могли быть втроем.       - Прости, прости меня, Эд, - залепетала Изабелла. – Представляю, как ты на нас обижен.       - Нет, не обижен. Скорее, я чувствую другое. То, что может заполнить зал или единственное сердце…       - Однажды забрав, этим нельзя поделиться. Одиночество, Эд. Я тоже это чувствую. Чип был рядом, он меня поддерживал, был таким хорошим. Он мне нравился, но это все равно было не то. Я не представляю, как смогу начать все заново, не могу вообразить, какие чувства могли бы перебить эти.       - Ты что, - спросил Эд, - действительно не думаешь, что сможешь быть с кем-то другим?       - Не знаю, - пожала плечами Изабелла, - скорее, как смогу быть без него. Но мне нужно попытаться жить нормальной жизнью. Ладно, Эд, раз мы оба с тобой висельники, то давай улыбнемся, вернемся к людям и постараемся неплохо провести время.       Освальд и Дженнифер Росс фотографировались вместе, сияя улыбками. Кобблпот, сексуальнейший пингвин в мире, был так хорош в своем очередном черном костюме, и Дженнифер так сияла… Улыбка сползла с лица Изабеллы, она отпустила Эда, которого держала под руку и, чтобы не видеть тех двоих, быстро выскочила из музея и пошла через парк в мэрию, сознавая, что ведет себя не совсем здраво.       Черт возьми, неужели Эд во всем прав, и она действительно не просто влюбленная, а помешанная? Изабелла не знала. Когда они с Освальдом стали неприятелями, она потеряла покой. Когда они расстались, Изабелла лишилась радости жизни, и ей было намного больнее, чем от расставания с каким-либо другим парнем. После магистратуры она думала, что будет жить с Портером, что они могут даже пожениться, но, вместо этого, они расстались, и Изабелла, не слишком переживая по этому поводу, ушла с головой в учебу и работу. Теперь же все совсем по-другому. Она словно раньше и не любила вовсе. Что может быть глупее, чем быть женой Портера? Ради Освальда Изабелла готова на очень многое, если не на все. Когда же между ними происходит что-то интересное, что-то не вполне хорошее, она на стенку готова лезть от страсти. Нет, это явно ненормально. Ей бы к психологу походить, но там могут выпытать подробности их совместных деяний. А сама она со своими чувствами поделать ничего не может… Неужели доктор Стрейндж был во многом прав?       Из-за двери кабинета Освальда слышался прелестный смех Дженнифер Росс. Изабелла и так не собиралась туда заходить, а теперь и вовсе пулей пролетела мимо, не желая услышать что-нибудь, что заставило бы ее еще сильнее разозлиться. Рядом с Освальдом у нее в жизни и дальше будет твориться какая-то чертовщина!       Заявление на отпуск было давно подписано. Теперь они с Освальдом не увидятся девять дней, если сами не захотят, но этого слишком мало для того, чтобы ей проветрить голову. Изабелла так хорошо зарекомендовала себя на этой работе, что ей будут рады везде. Денег у нее, слава Освальду, полно. Написав заявление, Изабелла заперлась в кабинете, легла на диван, включила какую-то визгливую поп-музыку, закрыла голову руками и основательно разрыдалась. Лучше было, конечно, потерпеть до дома, но такая разрядка ей давно была необходима. Ее рыдание смог прервать только стук в дверь. Кажется, стучали уже довольно давно, слишком уж нетерпеливым казался этот звук. Она выключила музыку и посмотрела в зеркало. Растрепанные волосы, опухшее лицо. Наплевать.       - Почему ты запираешься? – спросил Освальд, когда Изабелла открыла дверь.       - А где Дженнифер?       - Уехала на встречу с друзьями, - пожал плечами мэр, проходя мимо Изабеллы в ее кабинет. Она не хотела развивать тему Дженнифер и просто кивнула.       - Что случилось? – мягко спросил Освальд. Ни агрессии, ни сарказма. В его тоне не было ничего такого, что Изабелла не успела бы возненавидеть за последние недели. Конечно, Чип же уехал в Гарвард! Противник повержен, он сбежал, так зачем теперь переживать? Все внимание Изабеллы теперь снова должно быть обращено на мистера Кобблпота. Поэтому теперь можно притворяться ее другом. Быть добрым, заботливым… в какой-то мере, любящим. И так до первой ее провинности.       - Что случилось? – прошипела она. – Ты спрашиваешь, что у меня случилось?       - Иззи, Эд сказал мне, что произошло вчера… - быть может, Освальд тоже рыдал две минуты назад, но это вряд ли - сейчас на его лице Изабелла видела лишь покой и довольство. Ну, еще бы, теперь все снова встанет в нужную ему колею. Но нет, их отношения больше не будут такими же, как были до Чипа. – Мне так жаль, что тебе больно, Иззи. Этот парень просто идиот, - он нежно взял ее за руку.       - Да ты что! – перебила Освальда Изабелла, вырывая руку. – Ты сам идиот, если думаешь, что это сработает! Или ты меня за дуру держишь? Хорошо отметил мой провал? Ты же только этого и добивался, пока доставал меня всеми своими силами! Так что, пожалуйста, не надо вести себя так, словно ты - мой лучший друг, - она изобразила в воздухе кавычки, - и тебе действительно очень жаль, что я несчастна! Да ты охренеть, как счастлив, признай, Оззи! И провал моих отношений тебя лишь радует! А еще ты сегодня пообщался с такой красоткой! Не забыл ей ничего о себе рассказать?       - Да при чем тут Дженнифер? – заорал Освальд.       - Да, давай лучше поговорим о Чипе, которого ты вчера чуть взглядом не испепелил! Бедняга не выдержал твоей вечной близости под боком! Знаешь, Освальд, я думала, мы действительно сможем пережить наш разрыв, как цивилизованные люди, но нет! Я смогла бы, а ты – нет! Ты все портишь! И, знаешь что, с меня этого хватит, - она схватила сумку и сунула лист заявления в лицо ошалевшего Пингвина. – Работать мы вместе больше не сможем. Я увольняюсь. До свидания, мистер Кобблпот.