Одержимость

      Когда она проснулась, кровать была уже пуста. Обычно Освальд вставал позднее, но теперь вместо него она видела лишь большую зеленую коробку. Изабелла потянулась, улыбаясь и гадая, что это за подарок - Освальд баловал ее, и она была вовсе не против. Она сняла крышку, предвкушая приятный сюрприз. Сюрприз оказался неприятным. Более чем неприятным. Изабелла не сумела сдержать крик, и, к своему ужасу, через несколько секунд услышала на лестнице топот Ольги. Когда экономка принялась стучать в дверь спальни, Изабелла уже спокойно сидела, облокотившись о подушки, а коробка с ее содержимым была сунута под кровать.       - Простите за этот шум, Ольга, - прощебетала она, когда экономка зашла в комнату. – Мне приснился кошмар, и я не хотела вас напугать. Кстати, а где Освальд? – Изабелла улыбнулась мило, почти как Виктор Зсасз своим жертвам. Ей хотелось оторвать Пингвину голову.       - Мистер Освальд уже уехал. У него появились какие-то срочные дела, и он не хотел вас беспокоить. Ох, мисс, - Изабелла знала, что экономка ее просто обожает, поэтому так и сокрушается. - Налить вам кофе?       Изабелла ответила, что скоро спустится, и, как только Ольга вышла, принялась шарить под кроватью. Она поняла, что ей прислали, но не поняла, кому это принадлежит, а это явно немаловажно. Изабелла сняла с подушки наволочку, обмотала ей руку и схватилась за чужие волосы. Подумала минуту, вглядываясь и сдерживая отвращение и рвотные позывы. Мумифицированное лицо было искажено, но казалось странно знакомым – она видела его, но не в жизни, а на картине. Грейс Ван Даль. Точнее, ее голова. Никто не мог сделать из нее трофей, кроме… Боже, какой же он идиот!.. Изабелла схватила телефон, ругаясь и грозя Пингвину всеми небесными карами. Он проявил достаточно благоразумия и сразу же поднял трубку.       - Оззи, милый, - сдерживая гнев прошипела Изабелла, запихивая голову Грейс обратно в коробку. – Боюсь, у меня для тебя не самые приятные известия. Нет, со мной почти все хорошо, а вот наша мама Грейс не столь довольна своей поездкой в Англию! - рявкнула она.       - Что? – удивленно спросил Освальд.       - Боюсь, что в какой-то момент поездки, она стала испытывать, эм, головокружение. Знаешь, у меня было не самое приятное пробуждение – прямо как в «Крестном отце». А Грейс уже словно совсем головы лишилась.       Освальд молчал. Теперь он не мог ее не понять.       - Я просто хотела сказать, Оззи, что я сегодня задержусь дома, потому что мне нужно решить проблему нашей мамы. Кстати, мне прислали анонимный подарок – очень красивый, только кто мог знать, что мне такое нужно?       Кто-то залез к ним в дом, кто-то стоял рядом с ней, пока она спала, пока Освальда не было рядом…       - Я не знаю! Тебе нужно скорее уходить! – он начал паниковать. Она, как ни странно, нет. - Я выезжаю за тобой. Немедленно! Собирайся!       Изабелла пожала плечами. Если кто-то хотел бы ее ранить, похитить или убить, он бы уже это сделал. Но ее хотели просто оставить наедине со своим страхом, и преступник уже явно ушел, так что сейчас она в безопасности.       - Не надо, - возразила Изабелла. – Мы с мамой сейчас в полном порядке, и так и будет дальше. Думаю, здесь только Ольга. Не приезжай. Но знаешь, что я хотела сказать, Оз? У тебя немного дурной вкус, - она положила трубку и отключила звук. Разозлится, и пусть. Пусть бесится сколько ему угодно, сама она зла на него не меньше. Как Освальд мог сохранить эту тупую башку на память, учитывая, что стоит у него, у них на кону? Снова таскаться в Аркхем и выпрашивать визиты или жить той жизнью, что у них была сейчас? Для Изабеллы выбор был очевиден.       - Ну привет, мамуля, - вяло сказала Изабелла голове. Что уж стесняться.       Она быстро встала, натянула спортивную форму и спустилась на первый этаж.       - Ольга, - спросила Изабелла, забирая свою чашку кофе, – сегодня в доме кто-нибудь был, кроме нас с тобой и Освальда?       - Еще Гейб, - ответила та. – Но он только увез мистера Освальда в город.       Все равно нужно выяснить, знал ли Гейб об этом трофее.       - А никто не заходил? Курьер, почтальон?       - Никого не было, мисс.       Или Ольга кого-то не заметила. Или это была она сама. Нет, вряд ли. У Ольги, конечно, были время и возможность изучить все закоулки особняка, но в таком случае она должна была понимать, что становится самым очевидным подозреваемым. Изабелла открыла холодильник и взяла большую бутылку йогурта.       - Пойду наверх, а потом пройдусь, - нервозно сказала она, допив кофе, и Ольга проводила ее изумленным взглядом.       Очутившись в спальне, Изабелла проверила телефон. Пропущенные звонки. Сообщение: «Что у тебя происходит?» И, уже более ценное и сухое: «Бутч, Барбара, Эд. Ты». «Ольга? Гейб?» - ответила Изабелла. Минута молчания и короткое: «Нет и нет». Барбара – вряд ли. Эд – смешно. Бутч - вот это уже плохо. Бутч - это еще и его самый ненавистный для Освальда плюс один… Кажется, этот громила начинает вызывать у Изабеллы лютую ненависть.       Она схватила коробку и йогурт и буквально скатилась по лестнице на первый этаж. Очень быстро проскользнула мимо Ольги, прихватив на кухне ножницы, чувствуя себя пьяным подростком, который пытается пробраться в свою комнату, не столкнувшись с мамочкой, и пулей полетела в сторону сарая с инструментами.       Сразу же за ныне ухоженным садом дома Ван Далей уже начинался лес, и Изабелла тащила туда все свое барахло уже вместе с лопатой. Было жарко, а ей нужно было достаточно удалиться от дома. «Я закопаю Освальда там же», - обреченно подумала она, поняв, что в жизни лопату в руках не держала, да и начинать ей вовсе не хочется. Она вертикально воткнула инструмент в землю. Так, что ли? Изабелла долго пыталась приноровиться, но лопата была невероятно тяжелой, скользила в потных ладонях, и она выкопала небольшую яму с огромным трудом, взмокнув и вымазавшись в земле, которую еще и несколько раз нечаянно кинула себе на белые кроссовки.       - Ненавижу деревенскую жизнь, - сказала Изабелла миссис Ван Даль. – Ты во что меня втянула?       Впереди было самое противное. Она не могла просто так закопать отвратительный подарок и уйти. Перед глазами стояло видение Джима Гордона с наручниками. Ох, как бы он обрадовался краху Освальда! Он, и все его сволочные коллеги.       - О боже! Пока, Грейс. Рада, что ты умерла, – Изабелла положила голову в яму, снова взяла лопату и, зажмурившись, принялась бить лезвием. Как хорошо, что голова засушена, и не приходится погружать лопату в мозги и кровь, слышать это омерзительное чавканье и хруст костей... Изабелла почувствовала, что ее сейчас стошнит, но сдержалась и открыла глаза. Кажется, она частично перемолола Грейс. Усмехнувшись, она открыла йогурт, сделала глоток, лишь еще больше раздражая дрожащий желудок, а остальное вылила в развороченный сушняк.       - Взболтать, а не смешивать*, - прошептала Изабелла, орудуя лезвием лопаты, пока масса в яме не стала абсолютно неясной консистенции. – Приятного аппетита, Грейс, вот твой последний обед, - и она хихикнула.       Изабелла разрезала коробку на мелкие кусочки, кинула их в яму и снова все перемешала, уже даже не закрывая глаза, после чего принялась закапывать. Это было легче, а может она просто привыкла к лопате. Ее даже больше не тошнило, хотя до этого утра она не делала чего-то настолько же мерзкого.       «Докатились, - мрачно подумала Изабелла. – Освальд, как дебил, теряет улики против себя, а я, доктор наук, закапываю мертвую голову его мачехи в лесу». Она отряхнулась, тщательно вытерла лопату пучком травы и устало потащилась в сторону сарая.       Перед тем, как идти смывать с себя всю грязь из леса, Изабелла села на пол спальни и взялась за телефон. Много пропущенных звонков от Освальда.       - Я думаю, с мамой мы разобрались, - объявила она ему. – В ее головокружении не было ничего серьезного, и она может продолжать путешествие.       - Изабелла, - помолчав, сказал Освальд, – мне действительно очень жаль, что тебе пришлось такое делать. Извини меня. Серьезно.       - Не стоит, Освальд, - ответила она. – Мы должны помогать друг другу. Мы с тобой - семья, всегда это помни. Тем более, это же Грейс. А мы очень любим Грейс, верно?       - Да, - она услышала усмешку в голосе Пингвина. Его паника спала, и он словно выдохнул. – Мы любим Грейс.       - Но это не значит, что я на тебя не злюсь, - добавила Изабелла. – Вечером я объясню тебе, по каким причинам. Хотя ты умный парень, и должен догадаться сам. И, кстати, не думаю, что это Барбара или Эд. До встречи, Оз. Очень люблю тебя.       Впереди был еще один звонок.       - Эд, доброе утро. Ты, конечно, меня убьешь, но я снова с жалобой тире просьбой.       - Что у тебя опять случилось? – вздохнул он.       - Сегодня утром меня кто-то серьезно обидел. И, подозреваю, это был наш старый друг, которому не хватило просто отправить меня на ночь в Аркхем, - светским тоном говорила Изабелла. – Нет, я не могу сказать сейчас, что произошло. Спроси у Освальда, это не телефонный разговор. В общем, Эд. Я знаю, что их с подружкой никто не может найти, но ты не мог бы пораскинуть своими гениальными мозгами и еще раз просмотреть варианты? Пожалуйста, Эд.       - Так сильно негодуешь? – заинтересованно спросил он.       - Если бы ты знал, как, - прошипела Изабелла, салфеткой вытирая пыль с лица. – Ты бы только знал, что произошло! Крейна давно поймали, а этим ребяткам мы, кажется, дали фору, вот они и обнаглели. Знаешь, он нам их не отдаст, но повеселиться можно.       - Оставив главное ему.       - Ну, разумеется, - чуть не взорвалась Изабелла. – Ты прекрасно знаешь, что я никогда не пройду мимо его интересов, а Табита - очень значимый интерес. Эд, ты мне поможешь?       - Я не смог бы отказать, - ответил Эд и закончил разговор. Изабелла вздохнула. У нее оставалось два часа, чтобы собраться и добраться до центра города. Каким-то чудом она вовремя подъехала к кафе, в котором должна была встретиться со своим преподавателем, даже сумела более или менее успокоиться в такси.        - А, здравствуй, Элстер, - сказал доктор Браун. – Или лучше называть тебя Кобблпот?       Изабелла сморщилась и улыбнулась:       - Наверное, лучше не стоит. Я еще не знаю, что делать с фамилией. Знаете, зовите меня Изабеллой, вы ведь меня больше не учите.       - Туше, - отозвался Фрэнк, садясь за столик. – Поздравляю, Элстер. Хотя я не слишком удивлен. Многие начинают встречаться со своими подчиненными.       Вряд ли доктор Браун издевается, и это миллионное высказывание про «секретутку». Тем не менее, она решила его подколоть, потому что он мог бы сказать с «коллегами».       - А знаете, - весело сказала Изабелла, - я должна вас поблагодарить. Мы ведь давно были знакомы с мистером Кобблпотом, и все началось с…       Когда она обрисовала сокращенную и слегка отполированную версию их первой встречи, доктор Браун только и смог, что сказать:       - Видимо, мне нужно пойти поставить свечку.       - То-то же, - ответила она. – И, вполне возможно, что я лучше знала про тот меч из рода Дюма.       - Не заносись, Элстер. Впрочем, я позвал тебя не за этим, - начал доктор Браун, но его перебили, причем очень невежливым образом:       - Это же сама Изабелла Элстер!       Они еще даже не посмотрели меню, едва начали разговор, а к ним уже прицепились – публикой были три девчонки-старшеклассницы.       - Добрый день, - отозвалась Изабелла Элстер.       - И ее дедушка, наверное, - надменно продолжала речь та, которая стояла в центре. Доктор Браун возвел глаза к небу, Изабелла закусила губу, сдерживая смех. – Так вот. Мы пришли сообщить, что ненавидим тебя, Изабелла Элстер.       Боже, еще одни. Изабелла посмотрела на Фрэнка и закатила глаза.       - Это несомненно ценная информация, дамы, - отозвалась она. – А теперь, если вы не против…       - Нет, мы против, - перебили ее, и Изабелла снова едва сдержала смешок, позабавленная такой наглостью. – Мы хотели сказать, что ты позоришь всех женщин тем, что делаешь карьеру, спя со своим боссом.       - Элстер, - предупреждающе сказал Фрэнк. Мог бы не трудиться. Она не разозлится. Это Освальд бы вскипел… Но кто тот сумасшедший, что полезет к нему с прямыми оскорблениями? Изабелла усмехалась, слушая нахватавшихся самых поверхностных сплетен поборниц справедливости. В конце концов, главная закончила речь, тряхнула блестящими локонами и гордо удалилась, ведя за собой свою свиту, после чего Изабелла и доктор Браун расхохотались.       - Если бы они были бы моими детьми, я бы их выпорол, - сказал он.        - Если бы они были бы моими детьми, я бы объяснила им, что феминизм про то, что женщина сама решает, что ей нужно, а не про то, что она обязана слушать других женщин, - отозвалась Изабелла. – А потом бы, конечно, выпорола бы и запретила бы лезть к посторонним людям. В наше время и замуж нельзя выйти без того, чтобы кого-нибудь оскорбить. Был бы август, подумала бы, что у кого-то обострение перед школой.       - Вот и я к тебе насчет обострения перед школой, Элстер. Я знаю, что скоро ты будешь очень занята.       - Я и сейчас очень занята, если честно. Но сегодня у меня свободный денек. У первой леди есть свои дела, но я буду делать больше, потому что не бросаю работу, просто найму себе еще кого-нибудь в помощь, чтобы все успевать. А потом умру от переутомления. Знаю, это не слишком типично. Простите, вы о чем хотели поговорить?       - Элстер, ты всегда была лучшей на курсе, и мы все не хотели бы, чтобы ты бросила кафедру. Ты училась для этого, а...       - А не для того, чтобы таскаться с Пингвином по приемам? – теперь уже не сдержалась Изабелла. Она учится, наращивает панцирь, как столетняя черепаха, но ее все еще задевает: «Уродец купил себе трофейную тупую блондинку». Она хотела счастья для того, кого так любила. Но доктор Браун не имел это в виду, зря она заворчала.       - Я этого не говорил. Элстер, если у тебя это так болит, займись чем-нибудь самостоятельно. Вернись к науке. Пара лекций в неделю – не больше.       И почему они не предлагали ей вовремя? Год назад или даже два, а лишь тогда, когда Изабелла стала неразлучна с мэром? Нет, не так. Когда она нашла работу, которая стала ее жизнью, потому что она связана с человеком, который и есть ее жизнь? Освальд говорил, что Изабелла вольна делать, что хочет, но их личности сливались, и она начала думать о том, что ей пора делать и что-то, не касающееся опасных игр ее будущего мужа.       - Подумай, Элстер, - сказал Фрэнк. – Я знаю, что времена меняются, но ты была прекрасной аспиранткой. Кстати, я читал объявление о твоей помолвке. Мисс, а не доктор. Что ты делаешь, Элстер? Не хочешь затмевать его?       Изабелла лишь раздраженно дернула плечом. Сама не знала, почему так написала. Еще одно дело – прекрасный повод доказать себе, что она чего-то стоит и без Пингвина. Но… будь она кем-то другим, она в жизни не пришла бы к тому, что у нее есть сейчас. Она и так стоит миллион долларов!       - Вы хотите мне что-нибудь посоветовать? – спросила Изабелла, водя пальцем по стакану с водой.       - Тебе не стоит забывать свои прежние стремления. Пять лет я учил тебя, Элстер, пять. Это немало. Меня всегда поражало, как многие девчонки бросают свои любимые занятия.       - Спасибо, доктор Браун, - слегка раздраженно ответила Изабелла, – я должна подумать, но сразу хочу предупредить, что готова взять только одну лекцию в неделю, больше я физически не вытяну. У меня много обязанностей в мэрии, и сейчас у меня что-то вроде медового месяца. А теперь давайте сменим тему, - улыбнулась она. - Хотела спросить, у вас есть что-нибудь почитать про род Ван Далей, может, неопубликованное? Все, что я нашла, прочитала еще год назад, когда мы с Освальдом только начали отношения…       - Заходи на кафедру, Элстер, посмотрим…       Оба вскоре перешли на обсуждение прочитанных ими исторических биографий и тех неопубликованных материалов, которые могла бы найти сама Изабелла, и остаток обеда прошел довольно приятно.       После ухода доктора Брауна Изабелла приуныла. Еще и трех часов дня не было, а на нее свалилось столько всего, что она почувствовала сильную усталость. Ей нужно посидеть в тишине и подумать хотя бы для того, чтобы восстановить силы. Изабелле хотелось побыть одной, спрятаться на пару часов ото всех, даже от Освальда. Ходить к «Сиренам» после всего произошедшего в последние недели у нее не было желания, женский клуб Дамы переживал упадок, а в более мирных общественных местах к ней мог снова кто-нибудь прицепиться. Теперь у нее оставалось только одно место во всем городе.       - Эд, - жалобно сказала в телефон Изабелла, – у меня к тебе странная просьба, но можно мне немного посидеть у тебя?       Спрашивает разрешение, чтобы побыть на своей же территории. Так странно. Ну, она сама же отдала квартиру. Никто не отбирал.       - А, отличное совпадение, - отозвался Эд. – Я как раз собирался тебе звонить. Ты мне нужна, и именно у себя… то есть, у меня. Срочно, Иззи.       Значит, нужно будет говорить и с Эдом. Изабелла устало потерла глаза, пытаясь не повредить макияж. Если еще и Эд будет капать ей на мозги, то она взорвется.       - Скоро буду, - вздохнула Изабелла и через полчаса уже стояла на пороге своей родной квартиры. Она думала, что внутри ее встретит Эд с кофе. Но Эда не было – вместо него в квартире находились привязанные к кухонным стульям Бутч Гилзин и Табита Галаван. Рядом стояли с пистолетами двое громил Пингвина – кажется, их звали Генри и Лу. Изабелла поморщилась; на ее кровати валялась, поигрывая ножом, куда более одиозная на фоне других лакеев Пингвина личность – Виктор Зсасз.       - Здравствуйте, мисс Изабелла, - хором сказали мальчики. Она усмехнулась. Пингвин учил всех, что с ней нужно быть особенно вежливыми. Впрочем, у Зсасза были послабления.       - Здравствуйте, мальчики. Привет, Виктор. Вижу, у нас сегодня гости. Надеюсь, они не слишком проблемные?       - Нет, что вы, мэм, - пробормотали громилы. У Бутча и Табиты были залеплены рты – впрочем, их взгляды были сами по себе красноречивы. Они явно были не слишком рады Изабелле.       Окно во двор было плотно завешано от любопытных глаз Ричи Дилейни, но и постоянно хлопать входной дверью тоже не стоило, чтобы не привлекать внимание других жителей подъезда. Тем не менее, разговаривать при прислужниках и врагах Пингвина Изабелле не слишком хотелось, и она вышла на улицу.       - Нигма, ты просто гений! – воскликнула она. - Я понятия не имею, как ты успел провернуть это за пару часов! Но какого черта ты решил устроить их прямо у меня?       - У меня, Иззи, у меня. Знаешь ли, удобно работать прямо из дома. Подожди немного, мы скоро приедем.       - С Освальдом?       - Изабелла, мне пора. У нас есть еще работа, которую ты сегодня благополучно проигнорировала, - он положил трубку, не дожидаясь ответа. Изабелла не топталась у двери; заходить в квартиру, полную психов и убийц - ее стандартный вечер. И теперь, пока Освальд и даже Эд отсутствуют, она главная среди них.       - Итак, - объявила Изабелла. – Сейчас мы подождем наших дорогих и многоуважаемых мистера Кобблпота и мистера Нигму, а потом начнем разговор по душам. А пока что я собираюсь развлечься просмотром «Клана Сопрано». Зсазс, слезь с моей постели.       Табита что-то замычала сквозь липкую ленту.       - Лу, проверь, что ей надо. Может, пить хочет, - сказала Изабелла. Тот с силой дернул ленту.       - Твоей постели? – губы Табиты казались слегка ободранными лентой, но это не мешало ей торжествующе улыбаться. – Я слышала, тут теперь живет Нигма. Хотя, вы, извращенцы, явно и спите втроем.       - О, такое я слышала только про тебя с Барбарой и Бутчем, - поморщилась Изабелла. – Это, кстати, правда? Ну, не хочешь говорить, как хочешь. Спасибо за новую интересную теорию, Табита. Хотя я и не слишком довольна твоими шуточками. Генри, Лу, помойте-ка ей рот с мылом, а потом наклейте новый скотч.       Генри и Лу забеспокоились - никому не хотелось приближаться к зубам Табиты Галаван.       - Струсили, что ли? – протянула Изабелла, доставая из сумки ноутбук. – Или думаете, что я шучу? – она понизила голос. Она не раз видела, как работает Пингвин. Генри и Лу поспешно затрясли головами. – Действуйте, мальчики.       О, она надеялась, что это было одно из самых жутких унижений в жизни Табиты Галаван. Как та пыталась извиваться, как отплевывалась жидкой мыльной пеной, как пыталась укусить Лу за пальцы! Как протестующе мычал Бутч! Волшебно. Изабелла улыбалась, глядя на это. Будь ее воля, Табита этим бы не отделалась.       - То-то же, - сказала Изабелла, когда небольшая экзекуция закончилась, а рот Табиты снова был на замке. – В следующий раз ты будешь следить за словами, чтобы не ранить чувства других людей. То, что ты сказала - омерзительно. Мы с мистером Кобблпотом не любим хамов. Ничего, скоро он приедет, и тогда мы поговорим и о сегодняшнем вашем с Бутчем подарке, и о моем отравлении, и о вашем побеге… а может быть, и о чем-нибудь еще.       Время шло. Генри и Лу бродили по квартире, не сводя взглядов со смирно сидящих Табиты и Бутча. Изабелла и Зсасз сидели у кровати, прислонившись к ее основанию, и смотрели уже третью серию о жизни простого босса мафии из Нью-Джерси, изредка прерываясь на обсуждения и уничтожая запасы еды Эда.       - Вряд ли будешь просто домохозяйкой, как она, - сказал Зсасз, кивая на жену главного героя Кармелу Сопрано.       - Еще не хватало, - улыбнулась Изабелла.       Прошел еще час. Изабелла не могла дозвониться ни до Освальда, ни до Эда, уже перестала надеяться на то, что они когда-нибудь придут, и вообще начала серьезно волноваться, когда Эд сунул голову в квартиру.       - Это Нигма, не дергаться, - сказал он. – Изабелла, выйди ко мне.       Через минуту они уже стояли на улице.       - Где Освальд? – сразу же спросила Изабелла. – Почему ты просил меня поторопиться, если знал, что не придешь?       - Я не знал, что не приду, - процедил Эд. – Вдобавок к твоим бедам, у нас еще вчера ночью расхулиганилась парочка итальянцев.       - Черт.       - Поэтому мы и не могли прийти сразу. Ничего, думаю, тебе даже полезно было оказаться в центре нашего дела.       - Смотреть сериал через одни наушники с Виктором – предел моих мечтаний, - огрызнулась Изабелла. – А именно этим мы и занимались. Я вся издергалась в ожидании. Где сейчас Освальд?       - Наводит порядок. Знаешь, он рвет и мечет, и не только из-за итальянцев.       - Я не сделала ничего, что могло бы его обидеть, - возмутилась Изабелла, заметив его осуждающий взгляд. – И вообще, Эд, сейчас намного важнее Бутч и Табита. Я знаю, что сегодня не случится ничего особенно страшного, но они должны понести наказание. Знаешь, сама я очень этого хочу. Это они прислали мне ту голову, я уверена. Больше ведь некому. А та ночь в Аркхеме! А твоя шея! Это Бутч во всем виноват!       - Я понял, ты жаждешь мести. Приятно было сегодня побыть главной?       - Справедливости. Если не за мать Освальда, то по крайней мере за то, что они поиздевались надо мной. И да, - смутилась она, - вообще-то, неплохо.       - Хорошо, - кивнул Эд. – Кстати, Изабелла, тебе не стоит просто так болтаться у меня.       - Ты же сам меня пригласил, - развела руками Изабелла.       - Да, мне нужно было, чтобы ты пришла, - ответил Эд. – Но ты первая ко мне попросилась.       - О, - смутилась она, – точно.       - И это странно, потому что пока что это не твоя квартира. Ладно, не совсем твоя. И ты не должна прятаться здесь от своего же будущего мужа.       - Я и не прячусь, - поразилась Изабелла. – Мне просто хотелось побыть одной и поразмышлять. Эд, так ты меня выгоняешь или поучаешь?       - Изабелла, - сказал Эд, - очень плохо, что ты нашла сегодня эту голову, но поговори с Освальдом об этом, а не прячься, тем более здесь, где проходила твоя прежняя жизнь. А он встревожен тем, как ты сегодня себя ведешь. Он знает, что сглупил. Очень сглупил.       - Хорошо, что он это понимает, - протянула Изабелла.       Ну, Освальд хотя бы не зол (и было бы за что). Между прочим, это она не могла до него дозвониться всю вторую половину дня. Но Эд сумел ее пристыдить, и Изабелла понуро поплелась за ним в квартиру, морально готовясь к грандиозному скандалу с Пингвином.       Собравшиеся изнывали от ожидания, потому что лидера всего этого цирка с ними так и не было. Изабелла с Эдом с удовольствием бы отдали связанных людей на растерзание Зсазсу и отправились бы пить кофе, но они прекрасно понимали, что в случае с Табитой не могут переступить черту, а Бутч еще недавно был слишком важным прислужником Пингвина.       - Может, устроить им загадки на выживание? – спросил Эд, но как-то безрадостно, потому что без разрешения ему этого было не сделать.       Они отправили Генри купить еды на вынос и уже втроем продолжали зевать над сериалом. Началась уже вторая половина сезона. Лу попытался накормить Табиту пиццей с ананасами, но та так щелкнула зубами, что Эд с Изабеллой решили в наказание оставить ее без ужина.       Поздний вечер. Генри и Лу хлебали энергетики, сидя на надувном матрасе, измученная Изабелла лежала на кровати, находясь в странном пограничном состоянии между сном и явью. Она слушала тихие разговоры вполне себе бодрых Эда и Зсасза, не понимая и не запоминая ни слова, когда в квартиру ввалился довольно взъерошенный и чертовски раздраженный Освальд Кобблпот, который, как потом узнала Изабелла, уже успел сегодня слегка сорвать злость на нескольких особо зарвавшихся бывших членах банд Фальконе. Пингвин выпускал бешенство в своем духе, и больше зарываться было некому, тем более что дурное, как ему казалось, поведение его невесты лишь подстегивало его ярость. Впрочем, Освальд повеселел, когда увидел Бутча и Табиту. Засиял, словно увидел подарки под рождественской елкой. Подошел и первым делом отлепил скотч с их ртов. Те и так понимали, что орать не следует.       - Я делаю это потому, - объяснил Пингвин, - что хочу услышать ваши вздохи облегчения. Сегодня вы оба выживете, - (Изабелла была удивлена, но эти двое молчали). – Ну, и где же ваши радостные восхваления? Никакой благодарности. И это невзирая на то, что вы сегодня влезли в мой дом, и то, что вы там сделали.       - Освальд, клянусь, мы ничего не крали, - зачастил Бутч. – Мы тут со вчерашнего вечера.       Крали? Дурачков из себя, что ли, строят? Изабелла нахмурилась и попыталась поймать взгляд Эда, но тот уже говорил:       - Неправда. Я накрыл этих двоих сегодня днем в их вонючей дыре в трущобах. Это произошло за час до того, как пришла Изабелла.       Генри и Лу активно закивали.       - Я так и думал. Бутч, какая тупая ложь. В твоем духе, - сказал Освальд и на секунду прикрыл глаза рукой. Он выглядел бесконечно усталым, и Изабелла осторожно приблизилась и встала справа от него. Слева уже стоял Эд.       - Бутч, ты можешь меня поздравить, старый напарник. Я женюсь, - продолжил Освальд, и Изабелла положила руку ему на плечо, – на чудесной девушке. Но проблема в том, Бутч, что ты пытался отравить мою невесту.       - Освальд, - сказал Бутч, - я думал, она предала тебя вот с этим придурком, - он кивнул на Нигму.       - Ах, и еще ты пытался задушить моего лучшего друга.       - Он лжец! – взгляд Бутча уперся в Изабеллу. - Иззи, я клянусь, я запаниковал из-за…       - Нее, - кивнул Освальд на Табиту. – О, сегодня вы не умрете, даже несмотря на то, что ты тогда сделала, - его глаза злобно сверкнули.       - И что, - спокойно спросила Табита, - теперь будешь каждый раз об этом плакаться, птенчик?       - Закройся, Таби, - сказала Изабелла, - попросила бы Генри и Лу снова прополоскать тебе рот с мылом, да только мне жалко ребят.       - Рот с мылом? Очень милые воспитательные меры, - сказал Освальд, и Изабелла улыбнулась. – Ну, пора перейти к сути. У меня есть идея. Необходимо восстановить баланс во вселенной. У Бутча, как ты могла заметить, Табита, кое-чего не хватает, - он почти нежно провел ладонью вниз по ее руке от локтя. – По сравнению с ним у тебя этого в избытке. А вы ведь пара, верно? Ребята, дайте мне топорик для мяса.       Табита молчала, но даже ее смуглая кожа казалась мертвенно бледной. В глазах затаился страх.       - Нет! Не смей! – слов и экспрессии Бутча хватало на двоих. – Прошу тебя, не надо! Пингвин, когда я отсюда выйду, я раскрошу твою голову!..       Изабелла схватила его за волосы и резко потянула волосы назад.       - Ты не в том положении, здоровяк.       - Так что ты предлагаешь мне сделать, Бутч? – абсолютно спокойно спросил Пингвин, и на его губах заиграла улыбка садиста. – Может быть, мне стоит вас отпустить? Думаешь, это хорошее решение?       - Забери вторую мою руку, - сказал Бутч. – Сделай это, только не трогай ее.       - Нет, Бутч, не надо! - Табита снова попыталась высвободиться. - Не трогай его. Пошел ты, Пингвин!       - Ты уверен, Бутч? Ты точно в этом уверен? – прошипел Пингвин.       - Да, да! - взревел тот, обливаясь потом.       - Ну, раз вы так просите, - протянул Пингвин. Он картинно думал около минуты, а потом мечтательно улыбнулся. – Парни, заткните им обоим рты, пока никто тут не вызвал копов. Бутч, будет немного больно. Дорогая, отвернись.       Но она не отвернулась, когда он взмахнул топором, и через секунду на месте руки образовался кровавый срез с белым пятном кости посредине – противный, как на мясном рынке. Пингвин брезгливо стряхнул ненужную уже кисть на пол. Два крика разорвали бы воздух, если бы рты жертв не были бы предварительно заклеены новыми кусками ленты. Изабелла чувствовала, как молочный коктейль быстро поднимается вверх по пищеводу. Но она стояла прямо, молча, с каменным лицом. Нет, она скорее проглотит все это во второй раз, нежели чем обнаружит свою слабость перед Освальдом и Эдом, Бутчем и Табитой, Генри и Лу. Тошнота спадала. Теперь можно было вздохнуть.       - Да, Бутч, сегодня ты лишился чего-то довольно важного, - спокойно сказал Пингвин, недовольно рассматривая рукав, на котором застыли пятна крови Табиты Галаван. – Может быть, своего разбитого сердца? Баланс восстановлен.       - Соль, - подсказал Эд, не скрывая торжества в своем голосе. – Посыпь пятно солью.       - Спасибо за совет, Эд, - отозвался Освальд и тепло улыбнулся другу.       Табита сидела, запрокинув голову и была явно без сознания.       - Вы, двое, тащите ее коновалу, да и его заодно, - приказал Пингвин. – Пусть подлатает ее и выкинет обоих. Теперь они получили очередной урок, что не стоит лезть ко мне и моим близким, - выплюнул он Бутчу в лицо. – Только знаешь, это еще не конец.       - И не забудьте потом вернуться и отмыть здесь все, - добавила Изабелла. – Пол весь в крови. Нехорошо, если останутся пятна.       - И я сидел здесь весь день только ради этого? – воскликнул Зсасз. – Ладно, босс, пойду развлекусь своими силами, - и он ушел, недовольно покачивая лысой головой и сокрушаясь по поводу напрасно прожитого дня. Генри и Лу замотали обрубок Табиты тряпками и унесли ее. Другие громилы Освальда пришли за Бутчем, и минут через пятнадцать Освальд, Изабелла и Эд остались наедине. Не святая троица этого города.       Особенно не разговаривая, они выпили по чашке чая, погруженный каждый в свои мысли. Изабелла думала обо всем, что видела и сделала сегодня. Она, как никто другой, знала, что есть Освальд, а есть Пингвин. И понимала, что появилась новая она – и это даже не миссис Кобблпот, а миссис Пингвин. Та, которая и глазом не моргнет, когда вашу руку отрубят на глазах вашего парня - если до этого вы имели неосторожность обидеть мистера Кобблпота. И миссис Пингвин будет нормально сосуществовать со всеми остальными Изабеллами – вот что интересно и даже забавно. Таковы условия ее жизни - жизни, которая полностью наладилась.       - Ну и ночка, - сказал Эд. – Ладно, я дождусь, когда здесь все уберут, и лягу спать.       - Кажется, мы засиделись, дорогой, - сказала Изабелла, слезая с кровати. – Уже почти час ночи.       - Уверена, что хочешь домой? – процедил Кобблпот.       - Абсолютно, - ответила она.       До машины Освальда нужно было пройти пару кварталов. Они шли молча, на небольшом расстоянии друг от друга. Изабелла не выдержала первой:       - Я натерпелась сегодня, поддержала тебя, а ты со мной разговариваешь только при наших врагах?       - Наших врагов не касается наша жизнь, - отрезал Освальд. – Им не нужно знать, что у нас не все гладко.       - А у нас не все гладко?       - Я не знаю. Тебе решать.       Они застыли прямо под горящим фонарем. Одинокий прохожий, шедший им навстречу, застыл вдали, потом перебежал на другую сторону улицы и скрылся в кромешном мраке. Изабелла проводила его взглядом.       - Ты первая порвала со мной в прошлый раз, - сказал Освальд, - потому что все пошло не по-твоему.       - Оз, я была дурой, и не собираюсь больше так поступать, - она шагнула к нему.       - А как же ты тогда переживешь повторение того, что случилось сегодня утром? – воскликнул он. – Боже, на что я надеялся? Ты когда-то сделала что-то плохое, но ты не создана для этого! Ты нормальная, и когда-нибудь ты решишь, что с тебя хватит, и вернешься к нормальной жизни!       Он так ничего и не понял! Его чертова неуверенность в себе...       - Господи, Оз, нет! – воскликнула Изабелла. - Не в этом дело! Плевать мне на опасность! Какого черта ты решаешь за меня, что я струсила? Это не так, и этого не будет! Понимаешь, просто Джим Гордон душу бы продал, чтобы получить такую посылку и засадить тебя в Аркхем или Блэкгейт на остаток жизни! Ты оставил такое важное доказательство того, что Грейс не в Англии, и я волновалась за тебя, поэтому и разозлилась! Я радею за наше дело, и ты не справляешься, если упустил такую важную вещь!       - Не смей мне говорить, что я не справляюсь! – крикнул он на весь квартал. – Как то я жил и до тебя! Ты ни черта не понимаешь!       - Я понимаю, что я хочу твоего бесконечно долгого и успешного правления, - понизила голос Изабелла и шагнула к нему. – Ты не всегда будешь мэром, но этому городу плевать, пока он в хороших руках.       Его глаза были широко раскрыты. Он не отрывал от нее взгляда. Словно кролик перед удавом, почему-то подумала Изабелла. Странно, ведь они оба теперь удавы… Словно змея перед заклинателем. Это уже более похоже.       - Я забыл об этой голове, - признался Освальд. – До переезда Эда она стояла в гостиной. Я сунул ее куда-то и забыл.       Изабелла закатила глаза.       - Подумала бы, что ты шутишь… но ведь ты не шутишь. Как-то ты не силен в дизайне, милый, - и они оба расхохотались. Освальд обнял ее за талию, и они пошли к машине.       - Освальд, - добавила Изабелла, - тебе нельзя оставлять Бутча и Табиту без присмотра. Хватит играть с едой. После сегодняшнего они должны быть немного обижены. Это становится уже не смешно.       - Давай поговорим об этом потом, - ответил он, и ей не хотелось спорить.       - Я правда волновалась! – прошептала Изабелла, целуя его. – Прости, что обидела тебя.       - Прости, что я тебя обидел, - отвечал Освальд. – Я так боялся потерять тебя. Боялся, что ты снова уйдешь.       - Я больше никогда не уйду.       Оставшийся путь до машины они преодолели чуть ли не бегом и завалились на заднее сиденье, едва расцепив на секунду объятия. Гейб изумленно оглянулся на них.       - Отвернись, Гейб, - выдохнул Освальд, - и если рискнешь посмотреть в зеркало, то очки тебе уже не помогут.       - Да, босс, - Гейб включил музыку громче и полностью сосредоточился на дороге. Освальд с Изабеллой же сосредоточились на телах друг друга. У них впереди была долгая дорога.       Вернувшись домой, Изабелла обнаружила у себя на платье капли крови Табиты Галаван. Усмехнулась и равнодушно отшвырнула кусок ткани от себя. А потом залезла в кровать, прижалась всем телом к обессиленному Освальду и закрыла глаза. И этот бесконечно долгий утомительный день закончился.