Одержимость

      Это был лучший поцелуй в ее жизни. Изабелле хотелось зарыться пальцами в волосы на затылке мужчины, но вместо этого она лишь скользнула по короткостриженному затылку. Что-то не то, с сомнением подумала она, что-то не так, но эта мысль исчезла так же внезапно, как и появилась. Мужчина легко поднял ее в воздух, и она обвила ногами его талию и еще углубила поцелуй. Странность происходящего стала давить на мозг… Он не мог быть таким высоким, не мог поднять Изабеллу настолько легко! Она боялась открыть глаза, но лишь теснее прижималась к нему. Изабелла оторвала одну руку от плеча мужчины, но за спиной обнаружила лишь пустоту, отчего ее тревога переросла в страх. Она спрыгнула с рук мужчины, оттолкнула его от себя, открыла глаза и, к своему ужасу, увидела улыбающееся лицо Эда. Остатки приятных ощущений улетучились.       - Черт! – воскликнула Изабелла и почувствовала, как растворяется сон. Она лежала в своей кровати, в своей старой квартире, совсем одна.       - Черт, - прошептала Изабелла и потянулась к телефону. Пятнадцать минут до будильника. Она откинулась обратно на подушки и закрыла лицо руками. То, что Эд сказал ей в День труда, не было однозначным признанием, но для нее оно прозвучало именно так и по своему впечатлило ее. Изабелла знала, что любит Освальда, но мысли раз за разом возвращались к предложению Эда. «Как друзья, а кто скажет, что может быть потом? – говорил он. – Мы можем жить нормальной жизнью». Ее не привлекала нормальная жизнь, и она думала, что не привлекает и Эд… Но с чего тогда такой сон?       Изабелла делала повседневный макияж на работу, не понимая, зачем она, собственно, собирается. В последние дни она бывала в мэрии минут по пятнадцать в день – один взгляд на лицо Пингвина давал Изабелле понять, что ей здесь больше не рады. Не то, чтобы все вернулось на круги своя – все стало намного хуже, чем даже в те дни, когда ее наказывали за отношения с Чипом.       За прошедшие три дня они говорили лишь один раз, и то мельком. Во вторник вечером Изабелла выскочила из дома, оглядываясь по сторонам, поймала такси и поехала к особняку Ван Далей. Кобблпот сидел в кабинете и выглядел не лучше, чем в тот день, когда они впервые встретились. Изабелла растерялась. Она не чувствовала себя виноватой и не собиралась извиняться. Она не знала, что сказать. Зато Освальд знал это же наверняка.       - А, это ты, - небрежно сказал он, едва сфокусировав на ней взгляд красных глаз. – Завтра ты мне будешь нужна.       Да, вспомнила Изабелла, завтра они собирались посетить один частный прием, на который собирались все сливки Готэма.       - Изображать из себя влюбленную пару? – спросила она, усаживаясь напротив. – Я пас, пока мы не поговорим.       - И о чем мне с тобой говорить? – ядовито спросил Освальд. – Я бы сказал, что знаю каждую крупицу твоего вранья, но этого не знает даже сам дьявол.       - Оз, - прямо сказала Изабелла, - я тебе не изменяла.       - Будешь отпираться? – рявкнул он. – Какая же ты лживая тварь! Пошла вон отсюда!       Она пыталась сказать что-то еще в свое оправдание, но Кобблпот не собирался сдерживать себя и свои крики. Оскорбленная Изабелла выскочила из кабинета, хлопнув дверью, прошла в спальню, вытащила самый большой чемодан на колесиках, покидала туда свои вещи и покинула особняк Ван Далей. Такси давно уехало, и ей пришлось первые пару сотен метров, горя от унижения, тащить чемодан за собой, чтобы скорее убраться из зоны видимости дома. Чемодан был настолько тяжелый, что Изабелле казалось, что не она его катит, а он ее.       В следующие дни она видела Освальда мельком в коридорах мэрии, и с каждым днем он выглядел все хуже и хуже, все злее и злее. Может, и сама она создавала такое же впечатление, хотя и старалась держаться. Его взгляд обжигал ее яростью, и Изабелла теряла решимость находиться в мэрии, убегала в свою квартиру и весь день проводила в кровати. Эд словно и не жил у нее – на вешалке висела пара его костюмов и все, больше никаких примет. Все снова вернулось к началу, к тому времени, когда она была одинока. Изабелла носила кольцо только, чтобы не раздувать пересуды, но вид сверкающих камней вызывал лишь усталость. Она была рада, что Эд уехал. Его вид подогревал паранойю Освальда, и Нигма понимал это. Да даже Чип поступил так же – сбежал из Готэма! Ей было жаль, что Эд уехал. Их дружба в прежнем виде умерла, и теперь Изабелле было совсем не с кем поговорить.       Сегодня должен был быть очень ответственный день. Знаменитая на всю Америку журналистка Амелия Херст могла вывести их славу на федеральный уровень, но она заранее предупредила, что не является поклонницей мэра Кобблпота и его действий. Только не облажайся, Оззи, устало думала Изабелла, безрадостно выпивая эспрессо. Их отношения снова рухнули, и Освальд даже додумался пригрозить ей пистолетом, но она понимала, что все равно волнуется за него. Скорее бы закончилась эта пятница.       Сентябрь брал свое, и снаружи холодало. Она не представляла, как проведет одна еще один холодный долгий зимний сезон. Она накинула жакет и открыла дверь. У входа лежал большой желтый конверт, и Изабелла чуть было об него не споткнулась. Она подняла конверт и вздохнула; какие-то бумаги у нее дома - это что-то явно очень срочное.       Внутри лежала папка с делом – она обомлела, когда увидела, с чьим. Она знала, что у Освальда есть папочки на многих, но на нее… Этого она не ожидала. «Изабелла Джулия Элстер. Дата рождения: 10.20.89» Родители, места работы – учебы, всяческие достижения. Распечатки ее аттестатов и дипломов, ее права, загранпаспорт, банковские карты в его собственном досье – довольно неприятно. Но тут мэр вроде бы прав – Изабелла Джулия Элстер занимает далеко не последнее место после него, и он должен знать то же, что и отдел кадров. Но зачем ему знать список ее бывших партнеров - не то, чтобы очень длинный, но явно длиннее, чем его аналогичный список? Отсчет начинался с самой старшей школы. Последние имена: «Чип Шрек. Освальд Кобблпот. Эдвард Нигма (???)» Изабеллу бросило в жар. Это уже не рабочие моменты, как не они и на фотографии, где Чип Шрек обнимает ее у входа в Центральный парк. Освальд шпионил за нами, подумала она, но как он, ревнивый паршивец, мог? Изабелла отшвырнула компромат на саму себя и встряхнула конверт. Оттуда выпала маленькая серебристая флэшка, которую она уже боялась открывать. Что может быть хуже увиденного? Освальд прошерстил всю ее личную жизнь, не оставил места и для малейшего секрета. Как и всегда. Сожрал все личное пространство.       Едва она вставила флэшку в ноутбук, как на экран выскочил текстовый документ: «Привет, Иззи! Я надеюсь, ты уже полюбовалась на то, какой раньше видел тебя Оззи! Теперь же угадай, какой он видит тебя сейчас! Подсказка: это слово из пяти букв, первая - Ш! Кстати, так же было и раньше! Хорошего дня!»       Ту папку собрал Освальд. Эту флэшку – не он. Записка явно пытается пародировать Эда, но больше похожа на какое-то школьничество, чем на настоящую загадку. Изабелла лихорадочно ткнула на аудиозапись номер один. И поняла своего жениха до самой глубины души. «Он больше не моя проблема. Да и ему нужна другая женщина. Гертруда. Любви достойна только мама, верно, Эд?» Эти слова и многие другие...        Изабелла чувствовала, как краска заливает ее лицо, как дрожат руки и едва ли могла себе представить, как почувствовал себя Освальд, услышав все эти ужасные жестокие слова от своей невесты и лучшего друга. Экран заполняли фотографии ее и Эда, дружески обнимающихся, неразлучных, счастливых. Подозрения Освальда не были безосновательными, они были подогреты уликами - причем, не сфабрикованными. Их фото были настоящими. Все эти гадости были сказаны ими самими.       Изабелла подскочила со стула. Теперь она полностью простила все грубости Оза, ведь таких друзей, как они, и врагу не пожелаешь! Она должна извиниться, это ясно! Бедный, бедный Освальд! Она сунула ноутбук в сумку, выбежала на улицу и замахала рукой, ловя такси. В машине она продолжала слушать записи, и каждая из них словно резала ее.       Вся мэрия пребывала в огромном волнении в преддверии интервью с миссис Херст. На Кэт, секретаршу Освальда, после Дня труда свалилось абсолютно все, и теперь у бедной девушки чуть ли пар из ушей не шел. Изабелла вполне ее понимала, а у Кэт все же хватило сил сказать, что господин мэр не велел никого к нему пускать.       - Особенно вас, - замявшись, ответила она на вопрос Изабеллы.       - Под мою ответственность, - улыбнулась та секретарше и проскользнула за дверь.       Освальд сидел на угловом диване, закрыв лицо руками. Он даже не пошевелился, когда она зашла. Изабелла с тревогой заметила стоящий перед ним на журнальном столике стакан виски. Нашел время, миссис Херст же с него шкуру сдерет! Она тихо подняла стакан и отставила его на письменный стол, удивляясь, что все еще не замечена. Разумеется, она ошиблась.       - Чего пришла? – устало спросил Пингвин.       - Раскачать тебя перед интервью, - ответила Изабелла. – Поговорить. И извиниться. Я получила те же записи и фотографии...       - Получила? Откуда? А, неважно. Не вздумай отрицать, что они настоящие, - предупредил Кобблпот. – Они уже были проверены профессионалами.       - Я и не собиралась, - вздрогнула Изабелла, присев рядом с ним. – Они настоящие. Но они показывают не то, что было на самом деле. Мы с Эдом никогда…       - Не трахались у меня за спиной? – он вскочил и навис над ней в своей излюбленной пугающей манере.       - Нет, - твердо ответила Изабелла, почувствовав липкий ужас. – Мы были лишь друзьями.       - Были? – дыхнул он алкогольными парами. Как же ее бесило то, что где-то в глубине души она до сих пор испытывала страх перед его гневом!       - Эд покинул Готэм. Думала, ты это знаешь. Он сказал, что нам двоим нужно разобраться между собой. И я с этим согласна.       - Ну, конечно, - Кобблпот засмеялся смехом безумца. – Ну, конечно! Все-то ты про него знаешь! - он склонился над ней еще ниже, и Изабелла с ужасом увидела на воротнике его рубашки мелкие красные брызги.       - Оз, что это? – спросила она, резко схватившись за воротник накрашенными красным лаком ногтями.       - Не твое дело, - прошипел он, стряхивая руку. Изабелла вскочила и гневно посмотрела ему в глаза.       - Нет уж, мое, - так же зашипела она. – Я пока что еще твой помощник и твоя невеста, и я сделаю все, что смогу, чтобы ты прошел это чертово интервью! У тебя есть запасная рубашка?       Освальд помотал головой, и у Изабеллы сложилось ощущение, что он слишком измотан, чтобы спорить с ней, и эта вспышка гнева через силу это лишь подтверждает. Его плечи поникли, как и его когда-то бодрая прическа, глаза опухли и покраснели, но все еще лучились злобой. Рубашка Освальда выглядела несвежей даже и без крови, и весь он был какой-то пьяный и помятый.       - Эд уехал во вторник днем в Метрополис. Больше я ничего не знаю, - Изабелла сделала шаг в сторону стола и почувствовала, как под ногой что-то хлюпнуло. Она сжала зубы и закатила глаза.       - Ты что, убил кого-то сегодня прямо здесь? Нашел место и время! – рявкнула она, недовольно рассматривая испачканную туфлю. – Черт возьми, Освальд, это итальянская кожа!       Изабелла осторожно высунулась из кабинета, попросила Кэт принести из химчистки свежую рубашку и вернулась к Освальду. Тот снова сидел на диване, прикрыв глаза.       - Кто это был? – кивнула она на небольшую лужу крови.       Нет ответа.       - Оз! - Изабелла потрясла его за плечи, чувствуя, как ее начинает тошнить от волнения. – Оз, приди в себя. Интервью через два часа. Тебе нужно взять себя в руки. Слышишь?       Она была готова возблагодарить того, кто сделал в мэрии душ, и теперь обдумывала, как бы им пройти туда особо незамеченными.       - Освальд! Я все понимаю и осознаю свои ошибки. Я неизмеримо виновата. Но давай оставим наши проблемы на потом, сейчас на это совершенно нет времени!       «Делай, что говорят, малыш, - всплыла у Изабеллы в голове странная мысль. – Мамочка знает лучше».       Наконец, он соизволил открыть глаза и уставиться на нее мертвым взглядом.       - Думаешь, я переживаю только из-за тебя? – тихо спросил он. – Или только из-за тех вещей, которые вы обсуждали с Нигмой?       - Мне очень стыдно за то, что мы говорили, - призналась Изабелла. – Но если я и скрывала что-то от тебя, то лишь потому, что не хотела причинять тебе боль. И я действительно хочу, чтобы все твои прошлые переживания и проблемы остались позади.       - Я знаю, что ты говорила, - выплюнул Кобблпот. – Тебе мало было быть той единственной, ты хотела забрать все и в итоге получить не только меня!       - Это не так, Оз. Я просто хотела, чтобы ты не оглядывался на прошлое! Чтобы ты стал другим человеком, а не одиноким мальчиком, каким ты… и остался, - печально сказала Изабелла. – Мы с Эдом говорили ужасные вещи, но не потому, что желали тебе зла, а потому что были друзьями и могли обсудить такое. Я – твоя будущая жена и все еще лучший друг. Добро пожаловать в чудесный мир дружбы, Оз! Дружба – это не только веселые прогулки в парке и забавные фото. Настоящая дружба – это еще кровь, пот и слезы. Она может быть так же неприглядна, как и настоящая любовь. Как и наша настоящая любовь.       - Все сказала? – небрежно спросил Кобблпот. – Так пойми уже, наконец, Иззи, что ты – не единственная моя проблема. В последние дни я видел такие вещи, какие ты себе и представить не можешь. Стоп, а может быть, это тоже сделала ты? – говорил он, медленно поднимаясь с дивана. Теперь они стояли друг перед другом, чуть ли не сталкиваясь носами. Он повернулся и теперь двигал ее к дивану.       - О чем ты, Освальд? – нервно спросила Изабелла. – Я ничего не делала.       - Даже если это и так…       - Оз, что бы с тобой ни случилось, я помогу тебе. Вдвоем мы это преодолеем, - сказала она, нервно бросив взгляд на наручные часы. – Расскажи мне все, а потом будем собираться на интервью.       Но Пингвина уже трясло от смеха.       - Какая ты все же потрясающая актриса, Изабелла! - почти простонал он. – И непревзойденная эгоистка. Ты все тянешь и тянешь одеяло на себя. Скажи, ты хотя бы раз говорила мне правду? Может быть, я и ревнив, но ты, Изабелла – чудовище! – он крепко схватил ее за плечи, и она вскрикнула от неожиданности. - Рассказать, что со мной случилось? Я не буду этого делать. Ты больше не мой друг, не мой помощник и не моя невеста. Ты уволена. Отовсюду. Навсегда, - и он разжал пальцы, слегка оттолкнув ее от себя, и Изабелла, не удержавшись, упала прямо на диван и тут же вскочила, вне себя от ответной ярости.       Изабелле никогда раньше не приходилось давать пощечину своему парню, но справилась она с этим весьма успешно – голова Кобблпота так и полетела вправо. Он схватился за щеку и приоткрыл рот, изумленно вылупившись на нее.       - Тебе напомнить, - теперь уже Изабелла шептала ему в лицо, - что случилось с парочкой неких мужиков, которые распускали руки? Все еще считаешь меня милой блондиночкой?       - Изабелла, - оскорбленно процедил джентльмен Кобблпот, - я не сделал бы этого, если бы за тобой не было бы дивана.       - Оставь свои оправдания при себе! И подумай о том, что ты мне сказал! О том, как схватил меня тогда! Я знаю, что ты об этом пожалеешь, но еще один такой кризис, и между нами больше ничего не останется, ничего! – воскликнула она и быстро вышла из кабинета. Ей уже было плевать на то, как пройдет интервью.       За дверью стояла затравленная испуганная Кэт с чистой рубашкой в руке. Наверное, их крики слышала не только она. Изабелла выхватила у девушки рубашку, вернулась в кабинет, швырнула ее в Пингвина и так же быстро ушла обратно.       - Не беспокойте мэра до последних получаса перед интервью, - криво улыбнулась Изабелла, застегивая жакет.       - Вы уходите? - пискнула Кэт.       - Абсолютно верно. Прошу меня также сегодня не беспокоить, - процедила Изабелла, но Кэт чуть ли не плакала.       - Прошу вас, не уходите, мисс Элстер. Вас нет, мистера Нигмы нет, мистера Стэмэлла нет.       - Трой сегодня был? – быстро спросила Изабелла.       - Был, но куда-то пропал, - развела руками Кэт. – Я не могу до него дозвониться, а телевизионщики уже скоро придут. Он был тут еще полчаса назад, раздавал куски своего деньрожденного торта...       Изабелла закусила губу и пошевелила пальцами в окровавленной туфле. Трой Стэмэлл был пиарщиком и весьма толковым. Черт, теперь же он, кажется, стал источником пятна в кабинете мэра. Обидно умереть в свой собственный день рождения, даже не успев получить подарки.       - Ну, будем надеяться, Трой вернется, - преувеличенно бодро сказала она. – Наверное, принимает поздравления. До понедельника, Кэт.       Изабелла не боялась оставлять девушку наедине с Освальдом. Как бы у того ни рвало крышу, он относился к высокопоставленным персонам намного хуже, чем к их противоположностям. Ольга, Кэт и все остальные не связанные с мафией подчиненные просто обожали своего босса, и он никогда бы не причинил им вреда. Сейчас Кэт в соседнем с мэром помещении была намного в большей безопасности, чем Изабелла у себя дома.       Она кипела от гнева. Как Пингвин смеет так обращаться с ней уже почти целую неделю? И почему Изабелла только это терпит? Она же не какая-то жалкая Салли Локвуд, которая вытерпела бы все от своего Грега? Конечно, Изабелла все еще любит Освальда. Но пережить такое снова? Даже если сейчас они помирятся, кто знает, что взбредет ему в голову через месяц или через год? Может, они и не в себе, но ведь у них были хорошие, здоровые отношения! А теперь… живы ли они, нужны ли ей вообще? Нужны, однозначно нужны, но… В мысли полезли сцены сегодняшнего сна…       - Черт, черт, черт, - прошептала Изабелла, мотая головой и доставая из сумки сигареты. От волнения она снова начала регулярно курить, хотя вовсе и не хотела этого делать.       Она решила купить завтрак, вернуться домой, лечь в кровать и насладиться интервью. Когда они расстались, Освальд был в жутком состоянии, и Изабелла была уверена, что он скажет какую-нибудь глупость. Черт возьми, ей даже казалось, что она этого ждет!       Еще не было и полудня, а Изабелла уже переоделась в теплую пижаму и заползла в кровать, взяв с собой ноутбук, горячий латте и круассаны из пекарни напротив. Помолвочное кольцо лежало на прикроватной тумбочке и укоризненно поблескивало. Каждая минута ожидания интервью была мучением, но, в конечном итоге, ее терпение было вознаграждено.       - Да здравствует интервью с вампиром! - провозгласила она, жуя круассан.       Изабелла едва приготовилась сгореть от стыда, едва поняла, что происходит, как все уже было кончено. Миссис Херст была злобной сучкой. Она спросила у Освальда, правда ли он убил Грейс Ван Даль и ее детей, чтобы завладеть состоянием отца. Изабелла злобно сжала челюсти и покачала головой. Дело было вовсе не в деньгах. Не нужно мыслить стереотипами. Да и вообще, так он тебе и сказал, дамочка!       - Жители Готэма и Америки хотят знать, - давила интервьюер.       - Да пошли вы, жители Готэма! – затравлено озираясь, воскликнул мэр Кобблпот, сорвал с себя микрофон и выскочил из кадра. Каждый зритель в этот момент мог услышать, как разбивается вдребезги чья-то карьера. Кажется, там была и карьера Изабеллы.       - Черт возьми! – она вскочила, разливая по кровати кофе и молниеносно подхватывая ноутбук. – А, чертов кофе! Освальд, дурак! Ненавижу тебя! – Изабелла схватилась за телефон и принялась звонить ему, но абонент был недоступен.       - Твою мать! – заорала она, хватаясь за голову. Она не этого хотела, вовсе не такого! Изабелла ничего не могла поделать с нахлынувшей на нее паникой. Трясясь от ужаса, она натянула джинсы, кроссовки и топ, накинула жакет и уже через пару минут ловила такси на улице.       В автомобиле уже передавали срочный выпуск готэмских новостей. Кажется, если ведущие раньше и скрывали свой яд, то теперь выплеснули его наружу. «Твиттер» разрывался от возмущения. «Мэр Гобблинпот» - какой-то шутник за минуту придумал кличку, она и разошлась.       - При Бараке на простых людей не плевали в открытую! - возмущался водитель-индус. - Темные времена пришли!       - Знатный кретин наш мэр, - подтвердила его пассажирка.       Мэр послал жителей Готэма в прямом эфире, и Изабелла понимала, что они правы в своем гневе, но раз за разом жала на его имя в своем телефоне. Надо привлечь его внимание, спасти положение… Нет ответа, нет ответа, нет ответа!       Пробки в центре города были привычным делом, но сейчас и это казалось Изабелле ужасным предзнаменованием, словно все пытались выбраться из города, который покинула собственная власть, или наоборот стремились в центр к мэрии, чтобы выведать что-то, что сделало бы их самих сенсацией. Она и не выдержала и пяти минут стояния на месте и бесконечных гудков автомобилей, попрощалась с поклонником Обамы, выскочила на улицу и бросилась бежать в сторону мэрии.       Не прошло еще и получаса с того, как мэр Кобблпот сказал те самые роковые слова, а мэрия уже практически обезлюдела. Оставшиеся прерывали свои разговоры, когда видели Изабеллу, и смотрели на нее во все глаза с таким осуждением, словно это она послала всех готэмитов. Наконец-то с лиц этих стервятников упали маски дружелюбия. Она гордо вскинула голову и прошла к кабинету мэра. У мисс Элстер всегда были свои ключи.       На полу кабинета Освальда валялась в луже окровавленная рубашка. Изабелла горько покачала головой и впервые задумалась о том, на что он намекал. Случилась флэшка с записями и фотографиями Изабеллы и Эда. Но что было потом? Что такого она даже не может себе представить? Она знала, что не сможет убрать кровь так, чтобы ее не нашли копы с оборудованием, но может хотя бы поверхностно замести следы. Изабелла заперла дверь, достала из стола кучу салфеток, нашла бутылку воды, взяла рубашку и отмыла пол. Снова заметает за мэром следы, хотя он ее и уволил. Она пытается его найти, хочет помочь разобраться, хотя он ее и выгнал. «Иногда я думаю, что ты дура, которая сама виновата во всех своих бедах», - однажды сказал ей Освальд. Может, тогда он был прав? Изабелла положила все отходы в пакет, решив избавиться от них при первом же подвернувшемся случае. Странно, но она так и не нашла труп Стэмэлла.       Необходимо было продолжить поиски Освальда. Было очевидно, что он не вернется в мэрию. Телефон тоже вряд ли ответит. Куда он мог направиться? К Изабелле? Слишком хорошо, чтобы быть правдой! Конечно, он будет у себя дома, в обнимку с любимой бутылкой виски! Она достала из его стола все документы, сложила их в пакеты и, нагруженная, выскользнула из кабинета. Мэрия уже почти опустела. На пути Изабеллы мелькнула лишь плачущая Кэт и парочка довольных рож.       С такси до аренды автомобилей, а оттуда до особняка Ван Далей. Изабелла пристально следила за тем, чтобы не растерять ничего из набранного барахла и пыталась ехать как можно быстрее. Дверь ей открыла обеспокоенная Ольга, но больше в доме никого не было. Плевать на то, что уже сказал ей Освальд и на то, что сказал бы еще - его отсутствие здесь стало для Изабеллы неожиданным ударом. На нее обрушилось еще более безнадежное чувство тревоги, и оно сорвало внутренний клапан. Ревя во весь голос, Изабелла совершила уже знакомое действие и зарыла рубашку в последнем прибежище Грейс Ван Даль, спрятала бумаги Освальда и отправилась на кухню, где Ольга напоила ее горячим чаем. Изабелла никак не могла успокоиться и вскоре обнаружила, что положила голову на стол, а добрая женщина гладит ей волосы и что-то успокаивающе шепчет на своем родном русском.       Ее рабочий телефон, валяющийся дома, наверное, разрывался от звонков, но личный молчал, и Изабелла взволнованно подскочила, услышав звонок. Освальд? Нет. Незнакомый номер. Она с опаской взяла трубку, опасаясь очередного любопытного журналюги.       - Привет, Изабелла, - прочирикал знакомый женский голос. Она поморщилась.       - Привет, Барбара, - Изабелла надеялась, что ее голос не слишком хрипит.       - Хотела сказать, чтобы ты приехала и забрала свое пьяное сокровище, - довольно пропела Барбара, - пока он мне весь клуб не разворотил. Да, наделал сегодня дел наш Оззи…       - Еду, - кратко ответила Изабелла и бросила трубку. Даже если Барбара и замешана в деле с флэшкой, других вариантов, куда пойти, у Изабеллы не было. Но и других подозреваемых тоже… Все та же противопоставленная им троица: Барбара, Табита, Бутч. Освальд собирался напасть на них в среду вечером, но отменил операцию. Тогда Изабелла еще сильнее убедилась в том, что его дела плохи...       Она вернулась в город, сдала машину и все же доехала до своей квартиры. Пусто и одиноко. Прошли те времена, когда Освальд ждал ее здесь, и они были счастливы. Изабелла освежила макияж и укладку, понимая, что с каждой минутой промедления шанс поймать Освальда уменьшается, но не желая показываться в клубе своих врагов растрепанной и заплаканной. Она сунула телефон в карман жакета и вышла из дома. День тянулся бесконечно. Она уже была до крайности измотана.       Людей в клубе было совсем немного. То ли было еще слишком рано, то ли их всех распугал их нынешний (все еще?) мэр. Барбара, как и всегда, сидела за барной стойкой и сияла улыбкой.       - Где он? – спросила Изабелла.       - Убежал буквально десять минут назад, - развела руками Барбара.       - Могла бы и предупредить, - проворчала Изабелла и развернулась обратно к выходу.       - Постой, Иззи, - крикнула Барбара. – Кое-кто вернулся в город и очень ждет тебя! Собственно, они двое и столкнулись, а дальше, - она усмехнулась, - сама понимаешь...       - Слава богу, - прошептала Изабелла и двинулась к уединенному столику, на который указала Барбара. Она раздвинула гардины, отгораживающие клиентов от чужих взглядов, увидела Эда и бросилась ему на шею. Потом вспомнила сегодняшний сон и то испытываемое ей влечение, слегка вспыхнула и отстранилась. Обычно она не запоминала сны так ярко.       - Ты вернулся, - шепнула она. – Я так счастлива!       - Я не смог иначе, - ответил Эд.       - Ты же видел этот эфир?       - Это великое падение, Изабелла, - кивнул он.       - Пойдем отсюда, - заговорила она. – Мы не можем дальше оставаться в этом ужасном месте, Эд. Нам нужно решить, что делать дальше. Это все они! – она кивнула в сторону бара и Барбары. - Я знаю, почему так разозлился Оз.       - Я знаю, я все знаю, Иззи, - перебил ее Эдвард.       - Ты тоже получил ту флэшку?       - Нет, - помотал он головой, - просто это я собрал и отправил ту информацию. Точнее… Ладно, сейчас это неважно.       Изабелла словно окаменела.       - Ты? – только и сумела спросить она. – Эд, как?.. Ты шутишь?       - Я знал, как на него это подействует, - пожал плечами Эд. – У него поехала крыша. Все прошло, как надо.       - И то, что с ним случилось потом?..       - И то, что с ним случилось потом! – Эд расправил плечи и широко улыбнулся улыбкой победителя. Он был не тем Эдом, кого она знала. Да и знала ли она его? Ни Барбара, ни Табита, ни Бутч… Неужели главный враг все время был рядом? Вся ее жизнь рассыпалась, словно карточный домик…       - Как ты мог? – взвизгнула Изабелла. – Ты же его лучший друг! Родной человек! – она понимала, что говорит почти как Бутч в ту самую ночь, когда они с Эдом прикинулись врагами Освальда, и испытывала сейчас такое же презрение. Нет, Эд тогда, кажется, не прикидывался, а просто показывал свое истинное лицо!       - Быть лучшим другом этого ублюдка - невеликая честь, Изабелла, - фыркнул Эд. – Наша дружба закончена. Посмотри, что Пингвин с тобой сделал! Я хотел показать тебе, что он плох для тебя – послал тебе голову, которую он не додумался спрятать, но ты все не понимала! Он шпионил за тобой! Он причинил тебе боль, но ты все еще с ним! Ты никогда не понимала, что его чувства не принесут тебя счастья, а я, - он стукнул кулаком по столу, - я люблю тебя!       Как она могла быть так слепа? Как могла намеренно отворачиваться от того, о чем примерно ее предупреждали все – от Хизер до Барбары? Она даже почти не удивилась...       - Любишь меня? – прошептала Изабелла. – Поэтому разрушил мою жизнь? Если бы ты любил меня по-настоящему, то оставил бы с тем, кого я люблю!       - Нет, Изабелла, - возразил Нигма, и по его тонким губам скользнула тонкая усмешка. – Это не мой способ любить. Как и не твой.       - Знаешь, - выплюнула она ему прямо в лицо, - а я все еще люблю Освальда и рада, что теперь знаю, где прятался предатель. Пошел ты, Эд!       Все стало очевидно. Теперь они должны избавиться от Нигмы и жить дальше. Он же ей сразу не понравился, но это было так давно… О, Эд, их друг, он вогнал им ножи в спину! Ей хотелось завыть. Изабелла вскочила из-за столика и уже собиралась было уйти, но Эд схватил ее за руку.       - Нет! Ты не можешь вернуться к этому ублюдку! Ты же знаешь, каков он и какой я! Он - конченый человек, и ему уже не помочь! Я, только я никогда не причиню тебе боли!       - Ты лжец! И ты причинил мне самую страшную боль! – взвизгнула Изабелла и постаралась вырваться, но Нигма дернул ее на себя, и она упала на его колени.       - Ты просто злишься и передумаешь. Это все ради твоего блага, - прошептал он и попытался ее поцеловать. Изабелла увернулась и закричала. На ее горло легла одна рука, на талию вторая. «Ты любишь не меня, а Кристен, - хотела сказать она, - это же очевидно». А теперь она сама могла повторить судьбу Кристен...       - Я просто хочу, чтобы ты была с тем, кто тебя по-настоящему ценит и любит, - шепнул он. Губы Нигмы накрыли ее, и Изабелла замычала от омерзения. Это было совсем не то, что во сне. Она высвободила руку, потянулась и схватила со столика его бокал.       Освальд Кобблпот резко дернул за гардину в тот момент, когда Изабелла занесла руку с бокалом для удара. Через секунду ее грубо сдернули с колен Нигмы, и она больно приземлилась на пол. Бокал упал рядом и разбился.       - Слава богу, ты пришел, - прошептала Изабелла.       - Почему? – спросил Освальд, нависнув над ней. - Почему ты так со мной поступила?       - Отвали от нее, чертов псих! – рявкнул Эд, выпрямляясь во весь рост. Изабелла тоже попыталась встать, неудачно переместилась, и в ее ладони впилось битое стекло.       - Оз, я клянусь тебе, он напал на меня! – прорыдала она, сжимаясь на полу. – Я хотела распороть ему глотку! Спасибо, что пришел…       - Заткнись уже! – рявкнул Освальд. За его спиной возникло трое бугаев. Всех остальных посетителей клуба, включая хозяйку, было не видно и не слышно.       - Это он все устроил, - прошептала Изабелла. – Та флэшка. Оз, он исказил нашу с ним дружбу, чтобы разлучить нас с тобой!       - Не стоит так оправдываться, Иззи, - ухмыльнулся Эд.       - Я еще поговорю с тобой, Эд, - без выражения сказал Освальд.       - Ты до сих пор зовешь меня Эдом? Забавно! - хмыкнул он. - О, а я сказал Иззи, что люблю ее. Это правда, Оззи, чистая правда. Я чертовски обожаю эту роскошную женщину, и не думаю, что она против.       Взгляд Пингвина остекленел.       - Не правда! – крикнула Изабелла. – Оз, я клянусь!..       - Хватайте его, ребята, - приказал Пингвин своим лакеям. – А с этой я разберусь сам, - он повернулся к своей невесте. - Сама пойдешь или надо тащить?       Она покорно шла за Пингвином через опустевший клуб, даже не думая о том, чтобы сбежать. Это был даже не утренний Освальд - жестокий, порывистый и почти уничтоженный. Этот человек был намного страшнее. Его душа омертвела.       - Залезай, - Освальд сел за руль, а она подчинилась, и автомобиль полетел по улицам Готэма, не обращая внимания на правила и других участников дорожного движения.       - Освальд, я рада, что с тобой все в порядке, - пыталась заговорить с ним Изабелла. – Я везде искала тебя. Где ты был?       Освальд сохранял зловещее молчание.       - Нам нужно разобраться со всем, что ты наговорил в эфире, - предприняла еще одну попытку Изабелла. – У меня уже есть одна идея. Гениями от этого мы, конечно, не станем, но будем хотя бы просто людьми.       Освальд молчал.       - Твой кабинет чист. Бумаги дома, остальное я прибрала.       Освальд молчал.       - Это Нигма! Нигма все устроил - и голову, и флэшку. И все то, - Изабелла запнулась, потому что не знала всего, что беспокоило Освальда, - все то, что тревожило тебя в последнее время, было его рук делом. Он сам сказал мне это, а потом напал – целовал, говорил, что любит меня, но я люблю тебя, и у нас с ним никогда ничего не было…       - Заткнись! – рявкнул Кобблпот. – Просто заткнись, Элстер! Не заставляй меня убивать тебя!       И Изабелла заткнулась. Остаток дороги они проделали в полном молчании.       Из-за тонированного стекла в машине Изабелла не знала, что они приехали к старому речному пирсу, но это открытие заставило ее сжаться от ужаса. Место, где началось становление Освальда Кобблпота как великого злодея. Место, где он может утопить свою первую и единственную любовь, чтобы закончить этот путь.       - Оз, не надо, - шепнула она, смахивая слезинки со щек.       - Шевелись, - он кивнул в сторону реки, не грозя пистолетом, не поднимая руки, но Изабелла все равно шла покорно, словно коза на убой. Она споткнулась и упала, еще сильнее рассадив руки, из которых по дороге вынула куски стекла. На пирс закапала кровь, и Изабелла зашипела от боли.       - Поднимайся, - сказал Пингвин, и скоро она была уже на краю. Смотрела на город, который любила и почему-то не верила, что видит его в последний раз.       - Я не заслужила такого конца! – воскликнула Изабелла, уже не пытаясь вытереть слезы. – Что бы я ни говорила, я всегда была тебе верна и всегда любила только тебя. Ты действительно хочешь меня убить? – она обернулась и увидела в его глазах те же слезы. В его руке не было пистолета, даже трость была отброшена на бетон.       - Ты предала меня, - его голос звучал скорее жалобно, чем зло. Как-то безвыходно.       - Нет, Оз. И никто никогда не будет любить тебя так, как я, - в ее голове складывался сумасшедший план. Она шагнула к воде. Должна была проверить.       - Ты должен определиться, чего ты хочешь, - сказала Изабелла, сделала глубокий вдох и прыгнула.       Прыжок в холодную готэмскую реку в сентябре мог стоить ей здоровья, но ей было плевать. В тело Изабеллы словно впились ледяные иглы, а над головой сомкнулась тьма. Она никогда не любила купаться. Она крепко зажмурила глаза, решив сберечь линзы на случай возвращения в мир живых, и притянула колени к груди, не пытаясь уплыть от Освальда, как он сделал это почти три года назад от Джима Гордона. Если он на самом деле хочет ее убить, пуля прошьет ее болтающееся на поверхности тело, и все. Какая разница, все равно от Пингвина не скроешься. А если он хочет другого, то…       Руки схватили Изабеллу под плечи и потащили вверх еще до того, как она задумалась о нехватке кислорода. Она почувствовала спиной бетонный пирс и слабо улыбнулась.       - Очнись, очнись, дура! – надрывался над ней Кобблпот, и Изабелла открыла глаза и расхохоталась. Он что, подумал, она утопиться решила?       - Какого черта? – закричал он.       - Ты не хотел убивать меня! – воскликнула Изабелла. – Ты привел меня сюда, чтобы дать мне тот же шанс, что получил сам!       - Ты чокнутая! – завопил Кобблпот, срываясь в истерику. – Самая ненормальная дура из всех! Я не хочу, не могу тебя убить! Уезжай из Готэма! Вали! Используй свой шанс! Бери все, что хочешь, только не возвращайся! Я не хочу причинять тебе вред!       Изабелла схватила его за мокрые руки, притянула к себе и быстро поцеловала.       - Я уеду прямо сейчас, - прошептала она. – Но ты должен убить Нигму. Он оказался крысой, а не я. А потом я вернусь, и тогда больше не пытайся убить меня или спасти.       Изабелла вскочила на ноги и быстро побежала вдоль пирса обратно на большую землю, не пытаясь сдержать счастливую улыбку. Она ясно видела, как теперь можно все наладить! Не станет их врага – не станет их проблем. Этого врага, а потом всех остальных. Изабелла была готова спалить эту землю, чтобы они остались только вдвоем. Да, сейчас нужно уехать и затаиться. Но это не навсегда. Она обыграла Пингвина и, если понадобится, обыграет и Эдварда Нигму. Когда-то Джеймс Гордон сказал Освальду не возвращаться в Готэм. Он вернулся. И она знала, что тоже вернется.       Но этот вечер был еще далек от завершения, и не всем ее надеждам было суждено сбыться.