Сожжённые записки старого пса

      Недавно какая-то журналистка написала целую статью про Джима, строя догадки о его личности, и сравнивала с Джеком Потрошителем, Чикатило и прочими известными убийцами. Даже прилагалась забавная карикатура на этот счёт: человечек, который вращает планету на кончике кровавого ножа. В её теории говорилось, что, вероятно, этот человек занимает высокопоставленную должность, возможно, работает в правительстве, обладает большими связями, поэтому неуловим и остаётся невидимым для Скотланд-Ярд. Об этом прямо не говорилось, но все её доводы указывали на Майкрофта Холмса.       Всё это я вычитал из жёлтой газетёнки, оставленной Джимом на заднем сиденье машины, в которой я ждал.       Птичка высокого взлетела, да больно упала. Хотела сенсацию, но её статью никто не увидел. Все экземпляры изъяли, а сама журналистка точно уже никогда не будет строчить свои статьи даже в самом вшивом издательстве.       Но всё же один экземпляр был у нас.       Джим любил жёлтую прессу, и каждое утро кипу газет в съёмную квартиру Мориарти доставляла дочь Фрэнсиса Декадо – стрелка высшего ранга. Он был хорошим человеком, мы с ним вместе пару раз были на задании. За зря рисковать он никогда не будет, но и под пули не толкнёт. Фрэнсис не втягивал Мартишу во «взрослые игры», но знал, что без вовлечения в их общий бизнес дело не обойдётся. Мориарти раздражала эта уязвимость Декадо, однако и прогнать стрелка он не мог. Лучших стрелков много, но тех, кому можно довериться, единицы. Алчные люди пойдут на всё ради лёгкой наживы, а тайна личности Джима на данный момент была свята. Всё не могло рухнуть из-за какого-нибудь козла, который продаст секрет за пару тысяч фунтов. Первое время я не был уверен, что действительно разговариваю с тем самым злодеем-консультантом, а не подставным человеком. Слишком осторожно он бережёт свой секрет.       Газеты у Мартиши всегда забирал я. Она работала на побегушках у крупного издателя, поэтому мы были в курсе всех сплетен и даже обладали экземплярами номеров газет и журналов, которые ещё не вышли в массовую печать.       Эта двадцатилетняя девчушка никогда не смотрела мне в глаза. Просто отдавала газеты и бежала как от чумного. Я пытался быть любезным, ведь очень уважал её отца, но мои попытки всегда терпели крах. Однажды мне удалось схватить её за руку, чтобы наконец узнать, почему она всегда убегает. Мартиша разрыдалась, билась, будто птичка в сетях, в моей мёртвой хватке, пытаясь вырваться, а потом сказала лишь одну фразу:       — Я боюсь увидеть его лицо.       Больше я никогда не смел её задерживать или что-либо говорить. Она понимает какой тайной обременён её отец и не хочет того же непосильного груза. Если Мориарти кажется, что эта ноша слишком тяжела для вас, то избавлением для вас послужит свинцовая пуля в области лба.       В следующей газете Джима изображают монстром, который вырывает сердца из груди и ест, пока оно ещё бьётся. Странные представления у людей о нём. Все фантазируют, как он ест на завтрак младенцев, купается в крови девственниц и разрезает трупы невинных жертв кухонным ножом. Может, конечно, он и ест детей на завтрак, я никогда с ним не сидел за обеденным столом, но одно я знаю точно: его руки всегда чистенькие. Вот что отличает его от других убийц. Преступления совершаются не его руками, а по его науськиванию. Всегда есть тот, кто выполнит за него эту работу. Поэтому Мориарти так сложно поймать. Ни улик, ни следов, только его слова, вложенные в головы людей. И тщательно подобранные преданные люди, которые составляют ближайший круг Джима. В одиночку ему не удалось бы провернуть такие дела и остаться в тени. Здесь нужен не только гениальный ум, но и рабочие лошадки. Однажды занавес откроется, и кукольник покажет своё лицо. Рано или поздно это должно произойти, и Джим тщательно готовится к этому дню.       В третьей газете говорилось, что монстры ходят среди нас, просто мы не хотим их замечать. И этот человек был ближе всего к истине. Какова вероятность того, что рядом с вами в автобусе сидит насильник, который вылавливает утром в парке одиноких женщин? Какова вероятность того, что вы только что придержали лифт человеку, который идёт убивать старушку на пятом этаже, а потом забрать её сбережения? Какова вероятность того, что вы прошли мимо незнакомого человека, который является Наполеоном преступного мира? При таких раскладах невольно разыграется паранойя, но факт остаётся фактом. Я сам улыбался мимо проходящим двум милым женщинам, перед тем как добраться до крыши дома, чтобы из снайперки застрелить объект. Я оказался их вероятностью.       Джим наконец-то садится в машину, сильно хлопнув дверью. Он всегда это делает максимально раздражительно и нервно. Видимо, кто-то опять испортил его настроение. Но сказочные статьи из газет точно улучшат его эмоциональное состояние, хоть оно и крайне нестабильное.       Босс вернулся, а это значит, что нужно ехать дальше. Может, мы сегодня станем чьей-то вероятностью?