Из грязи в князи

      После того как отец вышел из комнаты, не забыв напомнить мне про отдых, я начала обдумывать происходящее. Чтоб удобней было это делать, приложила подушку к изголовью кровати, а сама на неё навалилась, сев при этом в позу лотоса. Видите ли, я считаю, что всё надо делать с комфортом. Даже думать. Продолжим. Не так давно я упала с лестницы, вследствие большой кровопотери умерла. По крайней мере я так думала, пока не очнулась в «странной больнице» в «странном теле», у которого не менее «странные родственники». Мистика. Просто мистика. От всех этих мыслей голова уже заболела. Интересно, что будет, если я немножко нарушу наставления папочки? Ну, как сказать немножко, просто не буду валяться пластом, а займусь более полезным и плодотворным делом. Я же, как бы, принцесса, и мне же, как бы, можно погулять по дворцу? Очень на это надеюсь.       Я встала с кровати и подошла к большому зеркалу. Надо хотя бы знать свою новую внешность. Я была права, когда говорила, что меня подселили в тело маленького ребёнка. Небольшой рост, короткие ноги и руки, маленькие стопы и ладошки, тонкая шея, довольно большая голова, наивные карие глаза, аккуратный нос. Зелёные волосы. Не думаю, что детям сейчас голову красят, так что, скорее всего, цвет натуральный, от природы так сказать. Надо бы переодеться, не хочу гулять по дворцу в ночнушке. Справа от меня как раз находится шкаф. Посмотрим, каковы были вкусы его бывшей обладательницы.       Отворив дверцы шкафа, я поняла, что с этим ребёнком я бы не нашла общего языка. Просто не сошлись бы характерами, слишком мы разные. Я это к тому, что содержимое шкафа было очень, эм, ляпистым, что ли. Яркие цвета, куча различных рюшечек, оборочек, цветочков, лепесточков — всё это украшало платья. Хорошо так украшало. Нет, что-то подобное я точно не надену, даже, если нахожусь в теле пятилетнего ребёнка. Около получаса я старалась отыскать в недрах шкафа самое простое платье, или, хотя бы, не настолько яркое. Но все старания были тщетны. Здесь ловить мне нечего.       Оглядев ещё раз комнату, замечаю дверь, причем не ту, через которую вошел папа. Эта дверь была меньше и находилась поодаль от шкафа и зеркала. Только я протянула свои загребущие ручки, чтобы её открыть, послышался скрип. Похоже у меня гости. Снова. Разворачиваюсь к вошедшему и замечаю, что таковым является мальчик лет десяти, ну, плюс-минус один год. Я пялюсь на него, он пялится на меня. Мальчик очень похож на папу, даже растительность на лице имеется, что очень странно. Никогда за двадцать с копейками лет я ещё не видела маленького пацана с заросшим лицом, никогда. Глаза мальчика начинают радостно светится, а губы сами расползаются в улыбке. — Сестра! — сестра? так я не только дочь, еще и сестра.       Додумать мне не дали внезапные порывы любви и нежности моего новоиспеченного брата. Наверное, обниматься — это семейное. — Амалия! Я так счастлив, что ты жива, — кажется, на меня что-то капает. Мой брат плачет? Немного отстраняю его от себя, беру за плечи, как недавно это делал отец, и полным серьезности голосом говорю: — Не реви, а то я тоже зареву!       Его удивили мои слова, правда ненадолго, буквально спустя пару секунд он уже немного обидчиво говорит: — Я не реву, просто в глаза что-то попало, — о, это так мило. Хорошо, что он перестал плакать. Непроизвольно улыбаюсь и сильно-сильно обнимаю «братца».       Где-то с минуту мы так стояли и обнимались. Всё было просто прекрасно. — Ты ведь не помнишь меня? — мальчик разрушил всё прекрасное одной фразой. — Нет, я ничего и никого не помню. Но ты не волнуйся, ко мне недавно приходил отец и сказал, что память можно вернуть.       Мои утешения были слишком малы и незначительны, раз пацан продолжал грустить. Надо исправлять ситуацию. У меня никогда не было братьев и сестёр, поэтому, обретя одного, я ни под каким предлогом не хочу его терять. — Я не помню, где что находится. Можешь со мной прогуляться?       План сработал. Мой собеседник уже не грустит, наоборот схватил меня за руку и потащил к выходу из комнаты. А вот теперь стоп! Я же до сих пор не переоделась. Мальчик заметил моё сопротивление, а в его глазах так и читался вопрос. Да-да, это та самая «женская логика». — Я не могу совершать открытия в ночнушке, — женщина в любой ситуации должна оставаться женщиной, вот так вот. — Ладно, тогда пошли в гардеробную, — он повёл меня в сторону той двери, которую я так и не открыла.       Она вела в комнату, где было очень много одежды, обуви, аксессуаров, и прочей лабуды. У меня есть собственная гардеробная. Очуметь. Но проблема в том, что тут СЛИШКОМ много одежды. Одна я не смогу найти что-то простенькое. Блин, я только сейчас поняла, что не знаю, как зовут моего новоиспеченного брата. — Эм… Ты не мог бы мне помочь найти простое, но красивое платье, — не уверена, что он мне поможет, пацаны обычно не любят всё это, а предпочитают надевать, что из шкафа выпало, так сказать. — Конечно. И ещё, зови меня Армандом, — сказал он, при этом улыбаясь. — Хорошо.       Мы приступили к поискам. Радует тот факт, что вся одежда была рассортирована, однако найти нужное всё равно было трудно. Практически все платья, которые предлагал Арманд, были яркими и увешанными рюшами, причем настолько сильно, что над некоторыми мы смеялись, ибо выглядели они, ну, по меньшей мере глупо. Вот так вот смеясь, мы провели ревизию большей половины комнаты. Арманд даже как-то сказал, что не узнает меня, мол я — не я, а кто-то другой. Здесь и наступил мой истерический смех. Однако моя смекалка снова меня спасла. — Я же ничего не помню, потому и не знаю, какой была раньше. Просто действую так, как считаю нужным.       После этого Арманд начал описывать прошлую Амалию до её болезни и кончины. Я узнала много нового не только о его сестре, но ещё и об этом мире, его обитателях, некоторых опасностях. Потом тема беседы плавно перетекла в другое русло, и мы заговорили о королевстве Садида. Единственное, что мы не затрагивали, так это семью. Я не стала спрашивать, где наша «мама», потому что чувствовала, что лучше мне этого не знать. Да и брата не хотелось расстраивать, он только-только начал улыбаться. Не хочу портить такую замечательную атмосферу. — Амалия, смотри. — Амалия. — Амалия! — я так задумалась, что и не заметила, как меня зовут. Хотя, скорее всего, просто не привыкла к новому имени. — Извини, Арманд, я задумалась. Так, что ты говорил? — Я говорю: смотри, — брат откуда-то выудил лёгкое детское платье. Оно было очень красивым, по крайней мере, для меня. Само платье было чем-то похоже на цветок. Уж не знаю, из какой ткани оно было сшито, но к телу приятно. Меня также порадовало то, что оно не было таким пышным, как другие. Такое простое платье для повседневной носки. — Где ты его нашёл? — Там, в самом дальнем отсеке.       Заглянув в этот отсек, я поняла, что принцесса туда сбрасывала ненужные или непонравившиеся одежды. Интересно, а будь у меня мозг пятилетнего ребёнка, я бы тоже была в восторге от тех пышных бальных платьев с чертовой дюжиной рюш, оборок и прочей лабуды? — Какой ты молодец, Арманд! — пацан даже засмущался от моих объятий, пусть радуется, ибо я редко с кем обнимаюсь, только с «избранными». — Можешь подождать меня в другой комнате, я хочу переодеться? — Ага.       После того как за ним закрылась дверь, я начала свое преображение. Удобно, что в гардеробной тоже стоит зеркало. Ну, что сказать, платье на мне, конечно, сидело идеально. Как я уже заметила, у местных не принято носить обувь, вместо неё на щиколотках какие-то, эм, браслеты, что ли, которые, собственно, тоже были из листиков, цветочков и другой растительности. Волосы у меня не длинные, где-то по лопатки, поэтому им хватит и обычного расчёсывания. Ещё когда впервые увидела свою новую внешность, решила, что такую необычную шевелюру, я стричь не буду. Пусть до поясницы растут. Обстригать такую красоту — просто кощунство, ага.       Выйти я решила как модель. Распахиваю дверь, откидываю назад волосы, выпрямляю спину, грудь делаю колесом и вышагиваю к Арманду как по Бродвею. Его реакция не заставила себя ждать — смех с его стороны последовал практически сразу же. — Ну, что, принцесса, вы готовы осмотреть наш дворец? — какой он галантный. Быстро атмосферу уловил. Я вложила в его ладонь свою, при этом другой рукой взяла ткань платья, и сделала реверанс, по крайней мере, постаралась. — Готова, как никогда раньше.       Ситуация была комична, как ни посмотри. Брат повёл меня к выходу, всё также держа за руку, а я и не была против.       Мы бесцельно блуждали по дому, по наконец не дошли до сада. Он меня сразу же заинтересовал, но Арманд сказал, что там могут быть хищные и ядовитые растения. В общем начал читать лекцию, мол маленьким девочкам в этот сада запрещено ходить, ибо там опасно, а защититься они пока не могут. Защититься? То есть во мне есть какой-то сокрытый потенциал, который я смогу развить и потом просто мочить всех обидчиков? Однако полезная информация. — Арманд, а как можно защититься или атаковать? — Ну, я и сам не очень силён в этом. А вообще, девочки, а тем более принцессы, не должны драться.       Кажется, он не хочет меня учить. Ну, ничего, как говорил Владимир Ильич Ленин «мы пойдём другим путём». Начнём провокацию. — Я поняла, ты просто тоже ничего не умеешь. — Эй! Я всё умею. — Ну, так покажи. А если не покажешь, значит не умеешь. — Я не хочу причинить тебе боль и всё! — так вот оно что. Нашёл чего бояться. — Так ты не на мне показывай, а просто, ну, не знаю, призови какое-нибудь растение или ещё что-нибудь в этом роде. — Ладно, я попробую, — после этих слова он согнул колени и приложил руки к земле. От них начало исходить зелёное свечение, а после из земли действительно появились какие-то, эм, лианы, только очень уж большие и толстые. — Здорово! — я просто в восторге от его способностей. Интересно, а я так смогу? — Арманд, научи меня, пожалуйста! — Эх, ты всё такая же упрямая. Хорошо, научу.       И начались объяснения и долгие лекции. Мне было действительно очень интересно узнать о вакфу, его свойствах, наших способностях и связью с природой. Несмотря на юный возраст Арманд очень понятно рассказывал, а его речь была хорошо поставлена. Когда я ему сказала об этом, он ответил, что занятия риторикой не прошли даром, и пообещал, что меня этому тоже научат, как и другим важным для принцессы навыкам. — Принц Арманд! Что же вы тут сидите? У вас ведь занятия с учителями скоро начнутся, — к нам подошли две какие-то женщины лет тридцати-тридцати пяти. — А вам принцесса энирипсы советовали отдыхать и набираться сил. — Извини, Амалия, мне пора. Мы потом продолжим. — Не извиняйся, я всё понимаю.       После этого одна из них повела Арманда к учителям, а другая осталась со мной. — Пойдёмте, принцесса?       Я ещё некоторое время смотрела в сторону, куда ушёл брат, а после тоже покинула это место перед входом в сад. Когда-нибудь я войду туда, зуб даю.