Из грязи в князи

      Женщина, которая повела меня в комнату, оказалась очень милой и общительной. Дошли мы до моих покоев относительно быстро, хотя бы из-за того, что не шли окольными путями, не рассматривали достопримечательности, как это было недавно с Армандом. Арманд… Он говорил, что в будущем станет королём, а это значит, что с возрастом прибавится забот, и на меня времени может не остаться. Что-то грустно как-то. — …цесса. Принцесса Амалия! — А, что? — я так сильно задумалась, что и не заметила, как зовут. — Мы пришли, — служанка мило улыбнулась. После чего дала знак стражникам открывать дверь.       Не могу я ещё привыкнуть к тому, что мою комнату тщательно охраняют, хотя, что греха таить, я не могу привыкнуть ко всему ЭТОМУ. Вроде бы уже и смирилась с новой жизнью, но всё равно как-то не по себе, перемены слишком резкие. Я ведь никогда не жила в таком богатстве, не имела собственных служанок, готовых выполнить любой каприз, просто делала всё сама. К самостоятельности меня тоже мама приучила, с ранних лет я ей помогала по дому, а потом, когда пошла в школу — сама делала всю домашку, в универе также, только ещё прибавьте к этому работу в кафе. Говорят, что к хорошему быстро привыкаешь. Надеюсь, они не ошибаются. — Принцесса, ваш обед принесут в ваши покои, — она до сих пор здесь? Я думала, она уже ушла.       Обед… Вот зачем ты напомнила мне о нём, женщина? У меня теперь желудок возмущается. — А когда принесут? Я уже голодна. — Скоро. Потерпите немного. Я могу идти? — она снова мило улыбнулась. — Да, конечно. Спасибо, что проводили, — да, я очень культурная. Правда, не думаю, что принцессы должны благодарить слуг, мол им за это деньги платят, а благодарность будет лишней. — Ну, что вы, не стоит благодарности. Я всегда рада помочь принцессе.       После этого она откланялась и хотела было уйти, только вот задержалась у выхода. Она хочет ещё что-то сказать? — Эм, принцесса, возможно, это не моё дело, — ей трудно говорить. — После выздоровления вы сильно изменились, как-то повзрослели.       Да, она ещё и проницательная. Хех, похоже, Настя, тебя скоро раскроют. Я уже хотела ей ответить то, что сказала своему брату, мол я ничего не помню и не знаю, как себя вести, вот только она снова меня прервала. — Вы только не подумайте чего плохого! Я очень рада этим переменам, — женщина искренне улыбается, а я стою в шоке. — Раньше принцесса была очень капризной, и это доставляло некоторые неудобства, но сейчас всё иначе.       Я завидую смелости этой служанки. В фильмах, которые мы смотрели с семьей, дворцовые слуги не могли и слова поперёк сказать хозяину, а тут она назвала меня капризной, при этом мило улыбаясь. Да, она отчаянная женщина! Причём, кажется мне, что неудобства были не мелкими, а очень даже крупными. Бывшая принцесса тут похоже здорово веселилась.       Служанка в последний раз улыбнулась и покинула мою обитель. Да, это не детская комната, а проходной двор. За вроде бы небольшое количество времени меня посетили уже три человека, не считая стражи, которая вечно под дверьми с той стороны ошивается.       Что-то я нервная стала, вроде только пять лет, а уже всё и вся бесит. Такое у меня бывает только при наступлении ежемесячных «праздников», но тело ведь ещё маленькое, рано для этого. А может ли так быть, что мой мозг к ним привык, и уже не различает, что я в теле пятилетнего ребёнка, а начинает бить тревогу? Да нет, бред какой-то.       А ещё есть хочется. Я ведь не завтракала — проспала. А ещё скучно. С Армандом было весело, но он, блин, учится, грызёт гранит науки. Вот он занят, а мне что делать? Валятся на кровати и плевать в потолок желания нет. Вспомнила! У меня же в комнате три двери, две из которых я уже исследовала, значит осталась последняя, рядом с кроватью которая. Есть у меня предположение, что она ведёт в ванную, но это только гипотеза. А гипотезы принято либо опровергать, либо подтверждать экспериментальными путями. Так не будем же медлить!       Только мои загребущие ручки потянулись к двери, вошла прислуга. И снова мне всю малину испортили. Это не комната, это — проходной двор! — Принцесса, ваш обед подан, — вошли ещё две служанки с подносами. Та, что открывала дверь расстелила на небольшом журнальном столике скатерть и пододвинула к нему такое же небольшое кресло. Кстати, вся эта конструкция находилась напротив большого окна, так что обедать было вдвойне приятней.       За размышлениями время прошло быстро, а голод только увеличился. Наконец-то я поем нормальной еды, а то в последнее время, ещё до падения, я только кусочничала, взять хотя бы тот перекус на бегу в метро. Оглядываюсь в поисках еды, и нахожу таковую, вот только чего-то не хватает…чего-то, что имеет в своём биологическом составе больше белка и жира, чего-то более питательного, чего-то…короче, мяса. Я человек, я всеядная хищница, мне нужно мясо! Я не веган и никогда им не была. Эти садида совсем на природе свихнулись. Я бы сейчас высказала всё этим служанкам, попросила привести сюда поваров, су-шефа, шеф-повара — в общем, всех, кто был на кухне и не остановил их. Да только, мне кажется, что никто меня не поймёт, мол, все пять лет травой питалась, а сейчас заупрямилась. Нет, я никогда не привыкну к новой жизни, никогда. Жизнь без мяса — уже не жизнь, а так, существование, не в обиду веганам сказано. — Приятного аппетита, принцесса! — за сим они откланялись.       Посмотрим, что они мне принесли. Всё хуже, чем я думала, я не знаю ни одного блюда, ни одного фрукта или овоща, вообще ничего! И как мне теперь трапезничать? Интересно, а у Арманда уже закончились занятия? Сомневаюсь, они, скорее всего, либо только начались, либо находятся на середине. Тогда кого мне позвать? Отца? Он сейчас занят намного сильнее Арманда. Плохо, что у меня здесь мало знакомых. Эх, было бы их столько же, сколько здесь еды, было бы прекрасно. Ладно, сначала буду есть что-то более похожее на привычные мне фрукты и овощи. В глубокой тарелке я обнаружила «бананы», ну или их подобие. Эти «бананы» были какими-то сжатыми, как будто высушенными. Очистив один такой от кожуры, я откусила маленький кусочек на свой страх и риск, так сказать. Довольно вкусно, и совсем они не сухие, а очень даже сочные. По вкусу как обычный банан с соком цитрусовых. Очень вкусно. Но на одних бананах долго не протянешь, надо ещё раз рискнуть. Хех, в последнее время я только и делаю, что рискую.       В одной из тарелок была какая-то странная субстанция. Это что-то полужидкое, похожее на кашицу, зелёного, даже болотистого цвета. Наверное, это местный травяной суп, причём травяной в самом что ни на есть прямом смысле, ибо в нём действительно была пропаренная трава с какими-то цветочками, лепесточками, корешками и прочей растительностью. Надеюсь, от него я не заработаю отравление или хотя бы не умру…повторно. Ну, с Богом! Пробую. Жую корешки. Глотаю. Совсем неплохо! Даже очень хорошо. Никогда бы не подумала, что такой непрезентабельный на вид супец может быть таким вкусным, а главное питательным — где-то треть съела и уже наелась! Мне определённо понравилась местная кухня. Правы были те люди, которые говорили, что человек может приспособиться к любым условиям.       Поклевав ещё немного различных фруктов, я завершила трапезу. Конечно, обедать с родными или друзьями в разы лучше, но на нет суда нет. С ними я пообедаю как-нибудь в другой раз.       А теперь назревает другой вопрос: что мне делать с оставшейся едой? Позвать слуг? Господи, я никогда не жила в таких условиях, и даже малейшего понятия не имею, что делать и как себя вести. Ладно, что нас не убивает — закаляет. Да, моя русская душа не оставит меня в покое даже в другом мире.       Я видела, как служанки перед тем, как выйти, стучали в дверь и стража их выпускала. Наверное, мне нужно сделать также. Я постучала в дверь, стража её открыла. — Я бы хотела… — Принцесса? Вы уже поели? Я пришла забрать подносы, — повернув голову в сторону звука, заметила там служанку. Мне вот интересно, у них что, мания перебивать принцесс? С другой стороны я ей благодарна, мне не пришлось выяснять у этих нахмуренных дядек, где можно найти прислугу. — Да, я уже поела. Можешь забрать подносы.       Мы обе прошли в комнату. Девушка забрала подносы с остатками еды, а после удалилась. Наверное, спросите, как она смогла всё утащить. У неё была тележка, эм, точнее её подобие. В общем, не суть. Главное то, что я снова осталась одна. И что теперь делать, я даже не представляю.       Ещё раз оглядев свою коморку, замечаю, что на большом подоконнике стоят горшки с растениями. Может попрактиковаться в магии? Всё равно делать нечего. А так хоть польза будет.       Как там говорил Арманд? Сконцентрироваться, направить вакфу, почувствовать растение, стать с ним единым целым, вроде что-то такое. Я взяла в руки один горшочек с обычным на вид цветочком, похожим на нашу ромашку, только немного крупнее. Поставила его на пол, а сама села рядом. Протянув к нему руки, стараюсь почувствовать его вакфу. Что-то я ничего не чувствую. Ни вакфу, ни полвакфа. Голова так напрягается, что на лбу испарина выступила. Ой, я что-то чувствую. От моих ладошек исходит зеленоватое свечение, какое раньше было у Арманда, а сама ромашка начала расти в объёмах, листья стали закручиваться, на стебле появились небольшие шипы. Ой, мама. Я цветочек изуродовала. Надо вернуть ему прежний милый и безобидный вид а-ля Божий одуванчик. Снова концентрируюсь. Ромашка начинает снова уменьшаться, листья раскручиваться, а на стебле пропадают шипы. Какая я всё-таки молодец! Ой, теперь голова болит, и снова слабость наступила. Прилечь что ли.

***

— …лия, дочка просыпайся. Нам пора возвращать память, — а, что происходит? Папа? Так мы же вроде должны были завтра всё это делать. Стоп. Я уснула и, получается, проснулась на следующий день?       Отец, видя моё недоумение, объяснил, что я действительно уснула после обеда, а проснулась уже к следующему завтраку. — Одевайся, мы сразу же пойдём к Древу Жизни. — А завтрак? Я кушать хочу. — Ха-ха, извини, милая, но эту операцию нужно делать на голодный желудок. Ты наешься после возвращения памяти, — похоже, папа очень счастлив. Хотела бы и я быть сейчас такой же счастливой. — Я подожду тебя у двери. — Ладно.       Ну, вот и всё. Не знаю, какую память они мне собираются возвращать, но правду, скорее всего, придётся рассказывать. Ох, чувствую я, что день выдастся богатым на различные события. Ладно, хватит о грустном. Лучше поспешу, не хочу заставлять его ждать.       Открыв ту заветную последнюю дверь, я без удивления обнаружила там санузел. Он был довольно больших «королевских» размеров, собственно, как и все другие комнаты. Привести себя в порядок не составило большого труда. В конце концов, много ли нужно пятилетней девочки? Кстати, я ведь вчера так и не переоделась, легла спать в повседневном платье. Хорошо, что мы с Армандом нашли несколько таких простеньких, но красивых нарядов. Арманд… Я даже думать не хочу, что будет, узнай он всю правду.       Спустя минут пять я была полностью готова к выходу в свет. По крайней мере, я была готова внешне. Ладно, Настя, будем решать проблемы по мере их наступления. Ну, не убьют же тебя за ложь, в конце то концов. Хех, очень на это надеюсь.       Осталось только выйти к отцу.       И вот я стою перед ним. Он протягивает мне руку. Беру её. Мне страшно. Я хочу домой, к себе домой. Хочу, чтобы всё это было просто сном. Чтобы я сейчас не шла по коридорам дворца. Чтобы не видела их Древо жизни. Чтобы меня не окружало столько незнакомых людей. Чтобы они не проводили с моим телом странные пугающие ритуалы. Чтобы всё это было сном, простым кошмарным сном.

***

      Где я? Я не у Древа жизни, это точно. А ещё, я — это я, то есть не маленькая принцесса Амалия, а двадцатилетняя студентка университета Анастасия Морозова. Что вообще происходит в этом чёртовом мире? Опять же, в каком мире то? Вокруг меня только какой-то лес и всё. Буду просто идти вперёд, куда-нибудь да выйду.       Так продолжалось минут тридцать. А может и больше, я потеряла счёт времени. Интересно, сколько мне ещё так бесцельно ходить, бродить? Наверное, пока не умрут тут. Снова. Господи, я даже сдохнуть нормально не могу, вечно какие-то бугры да яма! Я просто лох по жизни. Странно, что я это только сейчас поняла, хотя, надо радоваться, что я не поняла это на закате жизни, когда уже исправлять косяки было бы поздно. Ну, да, сейчас это говорит человек, находящийся неизвестно где и в неизвестно каком состоянии, может я уже давным-давно к праотцам отправилась, да только всё не понимаю этого.       Примерно с такими пессимистичными мыслями я и дошла до поляны. Это уже хорошо, а то этот лес оказывает на меня крайне сильное психологическое давление. Кажется, я на поляне не одна — у озера сидит маленькая девочка. Может она знает, где я? — Девочка, не подскажешь, где я нахожусь?       Лучше бы она не разворачивалась. На меня удивлённо смотрела та самая принцесса Амалия, умершая со мной в один день от неизвестной болезни. — Ты находишься в моём подсознании.       Блеск. Я теперь путешествую не только по мирам, но ещё и по чужим подсознаниям. — Позволь, объясню. Мы с тобой умерли в один день и в одно время, только при разных обстоятельствах. Лучшие энирипсы и другие расы Мира Двенадцати пытались меня спасти, но всё было тщетно. Вместо моего спасения они вызвали твою душу и поселили в моё тело… — Я поняла. Ты теперь хочешь вернуть тело обратно? Я не против, я только за. Всё равно меня уже ничто не держит, а так хоть отдохну от мирских забот. — Ты меня не дослушала и перебила — это очень не вежливо. Своё тело я не могу вернуть, как бы сильно не хотела. Я уже умерла, и путь в мир живых мне закрыт. — Подожди. Я ведь в своём мире тоже умерла, но почему тогда смогла вселиться в тело и возродиться? — Я же говорила — тебя вызвали — это, во-первых. А, во-вторых, … — А тебя так вызвать не могут? — Ты снова меня перебиваешь! Бесишь! Дослушай хоть раз до конца! Во-вторых, ты на духовном уровне значительно выше меня. Моя душа не пережила бы таких потрясений как призыв, потому просто бы исчезла. А так она может вернуться в Великий Поток Вакфу. А тебе предстоит занять моё место. Не скажу, что мне доставляет удовольствие отдавать тебе свой титул, — на этом моменте маленькая садида начала заговорщически улыбаться. — Ты уж постарайся там, ладно. Не опозорь меня. — О, боже… Что же мне ещё судьба подкинет? — Не волнуйся, я уверена, ты со всем справишься! Кстати, свою память я отдам тебе. Прощай и удачи! — Прощай…       После этого всё стало исчезать: и поляна, и озеро, и лес, и небо — всё. А я, кажется, сейчас снова потеряю сознание. В последнее время я слишком часто падаю в обмороки. Надо с этим что-то делать.

***

      Как сильно голова болит, как будто с похмелья. Открываю глаза, вижу свою комнату, ну, точнее комнату принцессы Амалии. Тело настолько слабо, что я сейчас даже руку поднять не могу. Кажется, отец говорил, что после процедуры у меня будет только лёгкая головная боль… Аааа! Чёрт! Голову как прострелили! Что за картинки у меня перед глазами? Амалия? Нет, это её воспоминания. Все пять лет её жизни. И первые шаги, и первые слова, и первая утрата… Её мама тоже умерла. Ну, вот теперь у меня болит сердце, а не голова. Снова я осталась без мамы. На глазах уже навернулись непрошенные слёзы, а в носу свербит так, что хочется шмыгать и шмыгать. — Амалия! Как ты? Всё в порядке? Почему ты плачешь, дочка? — ой, так я в комнате не одна. Отец и брат стоят возле кровати, и вид у них, скажу прямо, взволнованный. — Амалия, ты нас сильно напугала, когда внезапно закричала и начала плакать, — снова Арманд причитает.       Хорошо, что я теперь не одна. Получив память принцессы, я ещё больше полюбила её семью. — Всё нормально, папа, брат. Я теперь всё-всё помню, — счастливо улыбаюсь и лезу к ним с объятьями. А они и не против, а они только за.