Скучала, куколка ?

      Я уже боюсь засыпать. Каждую ночь, в течении недели, это повторяется снова и снова. Многим это не покажется кошмаром, но только не мне.       Время ползет днем, но летит ночью. И вот оно прилетело к четырем часам. Лучше уж пропустить первую пару, чем опять столкнуться с тобой нос к носу. Вчера в институте я чуть не устроила истерику с, но пришлось уняться под твой издевательский хохот. На мой крик прекратить все это, ответом было: « Единственный способ прекратить это во сне — повторить все наяву.»        Я не хочу спать, я хочу больше кофе. Это уже пятая кружка, поэтому, если я умру, то от передозировки кофе и недосыпа. Ну что ж, зато не от психоза.       Оно помогает не спать еще полчаса, а затем у меня уже не остается сил держаться и я проваливаюсь в сон. Каждый сон похож на предыдущий: я оказываюсь в темной комнате, в которой нет двери. В ней стоит только кровать, свет же здесь красноватый. Такая обстановка сразу наводит на мысли о публичном доме. За всю неделю я узнала: отсюда невозможно сбежать. Просто сажусь на кровать и закрываю глаза. Я вспоминаю прежнюю себя, у которой не было проблем со сном, хотя тогда его было еще меньше. Я вспоминаю, как вваливалась в квартиру после очередной вечеринки, и просто засыпала посреди комнаты. Вспоминаю, как до ночи готовила проекты в институт, как писала картины. Тогда все было проще. Тогда…       Мои размышления прерываются самым наглым образом прерываются. Ты оказывается на кровати позади меня и касаешься моих волос. — Скучала, куколка? — твой голос обманчиво мягок, и меня бьет дрожь, когда ты дотрагивается до шеи и встаешь передо мной. — Пошел к черту. — О, как грубо, — ты театрально надуваешь губы, но затем на твоем лице вновь появляется улыбка, — избегаешь меня? Ты даже не ждешь, когда я отвечу, просто стягиваешь с меня футболку. Бесполезно тебе сопротивляться, всё равно ты добьешься своего. — Возможно. А ты бы не стал? Ты только ухмыляешься. Длинные пальцы растегивают молнию на моих джинсах. Ты ненавидишь узкие джинсы, просто терпеть не можешь, поэтому просто вытряхиваешь меня из них. -Тебе больно? — замираешь и понимаешь глаза, в которых виден неподдельный интерес. — Не самые приятные ощущения, знаешь ли, — я хватаю тебя за руки, когда ты тянешся к застежке лифчика, — почему просто не отпустишь меня? — Просто так? Без борьбы? Это скучно.       Ты похож на ребенка: такой же капризный и нетерпеливый. Я отползаю дальше от тебя. Это своеобразный ритуал, который повторяется ночь за ночью. Когда ты улыбаешься, на щеках появляются ямочки. Ты нависаешь надо мной, проводя кончиками пальцев по коже, останавливаясь на ключицах и ребрах. — Почему я? — ты прищуриваешь глаза и наклоняешься ближе. — У тебя слишком много вопросов, солнце.       Твои губы касаются шеи. Ты проводишь ими по плечам, руке, пока наконец не останавливаешься на ладони. Берешь меня за запястье и резко тянешь на себя. Наши лица в каких-то миллиметрах друг от друга. Я часто дышу, не пытаясь скрыть страх. — Как же ты будешь помогать людям с ПТСР, если со своими эмоциями справиться не можешь, а? Ты отпускаешь мою руку, чтобы снять с себя майку. Пользуясь моментом, я, не видя никаких других вариантов, ныряю под кровать. -Ты серьезно? — в твоем голосе слышен смех, но это ненадолго, — о, прекрати. Вылазь оттуда. — Не вылезу, — я лежу, прижав колени к подбородку, и мечтая проснуться. — Чёрт. Ты протягиваешь руку, пытаясь поймать меня. Я откатываюсь еще дальше, истошно вопя:« Не надо!» — Хватит, я не сделаю тебе больно. Иди сюда. — Я не хочу! Не надо! Просто дай мне нормально поспать! Наконец, ты вытаскиваешь меня из-под моего единственного убежища. Я брыкаюсь, когда ты кидаешь меня на кровать, пытаюсь укусить. И у меня это получается. — Успокойся уже! — на запястье остался след моих зубов. Спокойствие нахлынуло так же внезапно, как и истерика. Заметив это, ты расстегиваешь на мне лифчик и откидываешь его в сторону. Проводишь руками по груди, задевая соски. Ты склоняешься и целуешь мои губы. Просто, ничего не требуя. Из глаз хлынули дорожки слёз. Ты стираешь их большими пальцами и улыбаешься. — Всё не так страшно, как кажется. Твои пальцы дотрагиваются до моего бедра. — Нет! — я готова снова истерить, но ты надавливаешь подушечками пальцев на губы. — Не стоит.       Ты осторожно гладишь мои ягодицы, изредка дотрагиваясь до промежности. Я просто наблюдаю за тобой. Ты наклоняешься к моему уху и шепчешь:« Прости ». Затем ты резко вводишь в меня сразу три пальца. Я кричу от резкой боли во всем теле, пытаюсь оттолкнуть тебя. Но ты будто меня не слышишь. Ты кусаешь мою шею, оставляя засосы, другой рукой сжимая мою грудь. Я сорвала голос, пока кричала, поэтому теперь говорю проклятья сиплым, не своим голосом. Тебе надоедает играть. Ты расстегиваешь свои штаны и входишь в меня, начиная двигаться. Я царапаю тебя, пинаю ногами, но ты словно не чувствуешь. Твои пальцы трут клитор, надавливая на него. Но даже это не помогает расслабиться. Издав стон, ты кончаешь в меня и выходишь. Ты понимаешь свои вещи с пола. Подходишь ко мне и напоследок целуешь в лоб. — Увидимся завтра, крошка, — ты подмигиваешь. — Ублюдок! — это все, что приходит на ум. Ты только смеёшься и исчезаешь. Я остаюсь одна и тут же засыпаю. Открыв глаза, я вижу свою квартиру. Окно, диван, стол, пять кружек из-под кофе. Всё снова повторилось. А сегодня я еще и увижу тебя на совместных парах. Кто-то звонит в дверь. Превозмогая боль во всем теле, тащусь открывать. — Скучала, куколка?