Под знаком Южной Звезды

      Этим утром я встал необычайно поздно. Служанка не разбудила меня, как обычно, чтобы позавтракать вместе с Тэри. Однако на комоде стоял поднос с едой. Неторопливо позавтракал и провел все утренние процедуры. Спешить было некуда, я собирался ждать ночи, чтобы выбраться на улицу тайком и зайти дальше территории поместья. В самой глубине моего гардероба лежал подготовленный к побегу чемодан. Тогда я прихватил из лаборатории несколько полезных вещей. Тэристис вернулся поздней ночью и вряд ли ходил в лабораторию. Пропажу не заметили. А если и заметили, то виду не подали. Я не знал этого точно, и эта неизвестность сводила с ума.       После моего похода в лабораторию в голове мелькали десятки планов побега. Но ни один из них так и не был достаточно продуман для удачной реализации. Сначала, находясь под воздействием страстей, я хотел просто взять дарэн с крыльями, захватить чемоданчик и лететь в город. Но после тщательного обдумывания, я отверг этот план.       У меня было устройство для преобразования мозговых импульсов в сигналы. И не только оно. Также я забрал гаджет, совмещающий функции телефона и переводчика на все языки Системы. Правда, опробовать эти вещи у меня не было ни времени, ни возможности. В мою комнату часто заходили слуги, используя различные предлоги. В общем, ничего нового, меня "пасли", как могли.       Конечно, меня никто не поймал с маскировочным плащом и кинжалом. Все вынесенное из лаборатории я, как мог, спрятал под одеждой, а плащ пронес, завернув в кофту. Теперь все украденное добро лежало на дне чемодана. Там же находились все необходимые вещи: одежда (в зависимости от погоды), несколько пар обуви, принадлежности для гигиены и прочие вещи, без которых мне пришлось бы сложно. Вчера мне с трудом удалось утащить с кухни нескоропортящиеся продукты.       Раннее я выпросил у Ширгу термос для воды и удобное изобретение — холодильную сумку, мотивируя тем, что люблю есть, гуляя по саду или сидя в своей комнате, но продукты не всегда сохраняли свой первозданный вкус и качества. Демоница дала мне их без всяких подозрений, потому что я действительно таскал с собой еду везде и всюду. К побегу все было готово.

***

      Я читал книгу, расположившись в уютной беседке в саду. Удивительно, но ко мне никто не приставал, сегодня я слуг и не видел. И Тэристис носа не показывал. Тихо вздохнул и довольно потянулся, жмурясь на яркое солнце... А это еще что такое?!       На фоне огромного пылающего диска Аталлах возникли три черные точки. Щуря глаза, я недоуменно наблюдал за ними, пока неопознанные объекты не стали размером с крупную монету. Мое острое эльфийское зрение позволило разглядеть продолговатую овальную форму и яркий блеск серебристого металла на солнце. До меня с опозданием дошло, что это чужие глайдеры. И направлялись они прямиком к поместью! Неудивительно, что его жильцы словно вымерли. А это у хозяина, оказывается, гости... Вот только кто их знает, может, и нежданные. Хотя кто бы мог сунуться к Тэристису Атталину без приглашения?       Я вскочил и бегом направился в то крыло дома, из окон которого лучше всего видно посадочную полосу. Когда бегом поднимался по лестнице, мое татуированное запястье больно обожгло. Я вскрикнул и, запнувшись о ступеньку, с грохотом упал. Удивленно уставился на старую татуировку, которая, словно в огне, горела.       Раньше меня беспокоила только надпись «Играющее пламя», выходит, сейчас проснулся «Расцвет смерти»? Да что вообще за чертовщина творилась с этими тату?! Я уже устал ломать себе голову, размышляя на эту тему. Тэри никогда не отвечал на мои вопросы, что они значат и зачем я их задал. Мужчина говорил, что ничего важного в татуировках нет. Однако я сильно в этом сомневался, но нужные мне ответы получить не мог.       Поспешно поднялся и, потирая болевшее запястье, направился к окнам южного крыла. Воздушные судна по широкой дуге начали заходить на посадку. В саду птицы принялись гомонить как ненормальные. Я залез на подоконник, с интересом ожидая появления гостей. Мой взгляд зацепился за одинокую фигуру на посадочной полосе. Это был Тэри, лично встречающий новоприбывших. Наконец-то начал опускаться трап глайдера.       Окна в поместье были затемнены. Мою одиноко торчащую в окне фигуру было не видно. Зато я видел все. Из недр одного глайдера вышел целый отряд высоких мужчин в количестве пяти штук. Я потерял дар речи, наблюдая, как пестрая процессия вальяжно приближалась к Тэри. С такого расстояния сложно было разглядеть мелкие детали и черты лиц, но я видел, что воины (а это, несомненно, были именно воины) были одеты в свободную легкую одежду: то ли в балахоны, то ли в туники с плащами. Они возвышались над моим "дядей" на полголовы, и это несмотря на то, что Тэристис был довольно высокого роста среди эльфов.       Мужчины были темноволосыми, и только самый главный воин, гордо возглавлявший свое маленькое, но грозное шествие, отличался густой каштановой шевелюрой с рыжеватым оттенком. У четверых новоприбывших, исключая главного, были копья и доспехи, хищно блеснувшие в лучах Аталлах.       Мое сердце колотилось как бешеное, когда я заметил, что у воинов были хвосты, но не оказалось рогов. Это были химеры. Но что они могли делать у ученого-психопата? С непонятной тревогой я следил, как эльф и химера в красном одеянии разговаривали. Воины ненавязчиво взяли своего командира и мага в квадрат. Таким строем все шестеро двинулись в поместье. Я кинулся к себе в комнату. Это мой шанс сбежать! Я мог попытаться попросить их взять меня с собой.       Однако по пути в комнату меня каким-то невообразимым образом перехватила Ширгу и, совсем обнаглев, потащила куда-то за собой. На мои сердитые вопросы демоница не отвечала, лишь больнее сжимая в стальной хватке мое запястье. «Уводит! Хочет спрятать!» — вдруг дошло до меня. Но зачем?! Зачем прятать меня от химер?! Если Тэристис думал, что я послушно буду делать то, что ему нужно, он глубоко ошибался, недооценивая меня. Больше шанса сбежать не будет! Я больше не останусь в этом ужасном месте! Стоило мне это осознать, как напряжение от происходящего дало мне духовный и физический подъем. Я знал эти коридоры достаточно хорошо, для меня не было загадкой, что за следующим поворотом будет тяжелый каменный бюст какого-то эльфа.       От меня Ширгу никак не могла ожидать подлого удара в спину. Я резко отскочил назад, вырываясь из ее хватки. Оливковые глаза испуганно расширились, похоже, было в моем искаженном от ярости лице что-то пугающее. В кровь ударил адреналин, к удивлению для самого меня, из горла вырвался низкий дрожащий звук. Служанка дернулась вперед, и это было ее ошибкой. Мое тело действовало само по себе и очень быстро. Я схватил увесистую статую и со всей силы опустил ее на голову Ширгу.       Бессознательное тело упало к моим ногам. Со сдавленным вскриком я отпустил бюст и тяжело упал на колени рядом с девушкой. Меня охватил дичайший ужас. Быстро прижал дрожащие пальцы к шее демоницы, ища пульс. К моему счастью, Ширгу была не человеком, а демоном и череп у нее оказался крепким. Я ощущал биение сердца в ее сонной артерии. На виске демоницы выступила кровь. — Я не хотел! Слышишь?! — сдавленно всхлипнул я, осторожно поднимая ее сухощавое тело на руки. Да, мне хотелось сбежать любой ценой... Но теперь, держа на руках бессознательное тело Ширгу, я чувствовал, как по щекам катились слезы шока и отчаяния. Как бы она мне ни не нравилась, я не хотел, чтобы все вышло так! Не важно, как это произошло, я должен это исправить. Впервые в жизни мне захотелось сказать: «Боги, как хорошо, что у меня не было с собой кинжала». Так ведь и становились преступниками. И говорить о том, что загнанный в угол человек мог стать зверем, не буду. Это было мое решение, пускай неожиданное и зависящее от обстоятельств.       Перед глазами все плыло, но я упрямо шел вперед, держа на руках Ширгу. На мое счастье или же несчастье, из-за поворота вынырнула белокурая служанка. Она ошеломленно открыла рот и уставилась на меня и мою ношу. Из ее рта вырвался вопрос: «Что происходит?». Я сердито тряхнул головой и запричитал, что демонице нужна срочная медицинская помощь. Девушка опомнилась, и мы вместе дотащили Ширгу до ее спальни.       На вопрос блондинки «Что случилось?» я невнятно залепетал какую-то дурь, мол, зацепила статую, а она ка-а-ак упадет. Видно, мои огромные от страха глаза и нервно срывающийся голос были убедительны. Девушка от меня отстала и ускакала за помощью. А на мою совершенно идиотскую просьбу (и чем только думал?!) позвать Тэри она беспомощно пролепетала, что он занят.       Я побрел в свою комнату, не слишком хорошо соображая. Меня мучил вопрос: а если бы в моей руке был кинжал? Смог бы я ударить демоницу? Неужели, стремясь на свободу, мог убить того, кто мне помешал бы? Да, то, что мне приходилось жить под одной крышей с тем, кто проводил на мне эксперимент, внушало страх и желание сбежать, но какой ценой...       Мне пришлось приложить большие усилия, чтобы успокоиться и перестать истерить. Я должен уйти, за демоницей присмотрят. Все еще дрожа и утирая влажные глаза, я перешел на быстрый шаг, избегая главных галерей и коридоров.       Проходя мимо малой гостиной, услышал два голоса, разговаривающих на повышенных тонах. Удивленно посмотрел на неприкрытую дверь. Видно, эта парочка была полностью вовлечена в конфликт и проявила такую невнимательность. Постарался обойти дверь по широкой дуге, потому что один из голосов принадлежал Тэристису. А вот этот низкий бас, больше похожий на рычание кошки, был мне незнаком. И вообще, не хотелось выслушивать обвинения мага, что я делал под этими дверями. Однако ситуации бывали разными. — Где Ари, Тэристис?! Мне нужен прямой ответ! Целый месяц ты кормишь меня отчетами о том, что он восстанавливается после катастрофы! — даже мелодичность эльфийского языка не смогла смягчить рычащих ноток в голосе незнакомой химеры. — С такими повреждениями, что были у Ариниэля, восстановление должно идти не менее полугода. А ты хочешь, чтобы все прошло мгновенно? — на этой реплике Тэри я остановился и повернулся в сторону двери. Этот мужчина меня знает? Он прилетел за мной? А маг, этот соловей-щелкунчик, горазд врать! Да после того, что он со мной сделал, я хоть по потолку мог начать бегать! — Я сыт по горло твоими отговорками! Покажи мне мою пару, пока тебе же хуже не стало! При всей моей лояльности к тебе, маг (это слово прозвучало в устах химеры подобно ругательству), никому лучше не становится между мной и моим Ари, — в гостиной прозвучал глухой удар, как если бы кто-то ударил кулаком по столу.       А я стоял ни жив, ни мертв и молча слушал. У Ариниэля были отношения с химерой? Возможно, они были супругами, ведь в этом мире однополые отношения — совершенно естественное явление. Насколько понял я, Ариниэль разбился в катастрофе, и дядя забрал его на лечение. При этом его партнер-химера не знал о смерти своего избранника, и Атталин использовал это в своих целях. Неудивительно, что все это время эльф не говорил этому воину правду о моем нынешнем состоянии. А мне о том, что я состою с кем-то в союзе. — Твоя метка потускнела, не так ли, Шевиарасс Шехису Торэт? — холодно осведомился Тэри. В комнате воцарилось гробовое молчание. В этот момент я ощущал, как бешено рокотал в ушах пульс моего сердца. Сжал свое болевшее запястье и уставился на имя «Расцвет смерти». Ничего важного?! Вот ведь, скотобаза эльфийская! Знал же, что все не так просто! Я еще не совсем понимал точного значения, но, возможно, метка-тату — это такой своеобразный символ брака? Если да, то почему у меня их две? И какого лешего маг отнекивался от ответа?!       Каким-то образом моя связь с Шевиарассом Шехису Торэтом разорвалась, и тату потускнело, но еще работало. Тут шестерёнки в моей голове щелкнули с опозданием. Как-как зовут химеру? Я испуганно зажал себе рот, чтобы чуткий слух обоих собеседников не услышал моего участившегося дыхания. Мой партнер — первое лицо Конфедерации?! Моя пара — это тот самый тхетарри, Шевиарасс Шехису Торэт?! Та-а-ак, спокойно, Рин. Угомони свое галопирующее сердце! Ни в коем случае мне нельзя с ним встречаться. Ни с ним, ни с магом. Пусть Тэри врет что угодно, но мне надо бежать. И самое поганое, что с химерами. Но так, чтобы Шевиарасс не знал.       Я медленно начал отступать к лестнице наверх. Конечно, мог бы подслушать еще что-то важное, но время стремительно утекало, оставляя мне все меньше и меньше возможностей. Я почему-то не сомневался в том, что тхетарри добьется своего и Тэри придется найти меня и показать правителю Системы. В моей голове не было чёткого плана, но я знал, что дальше пойдет сплошная импровизация. От моих актерских способностей зависело мое дальнейшее будущее, а может, и жизнь. Начиналась опасная игра, где нужно думать, прежде чем сделать шаг.       Пребывая во взвинченном состоянии, я добрался до своей комнаты и заставил себя потратить время на то, чтобы привести свою растрепанную персону в надлежащий вид. В этот раз рискнул надеть ножны с клинком. Они были снабжены двумя ремешками, которые было положено носить на груди. Один ремень проходил под подмышками, а второй затягивался на талии. Они сделаны из необычного материала, буквально прилипающего к коже, чтобы не спадать. Между собой ремни ножен крест-накрест скреплялись тонкими полосами того же материала: на груди и на спине. Все эта сбруя застегивалась на боку. Сам кинжал прижимался к моему левому боку, чуть ближе к спине. Оружие было расположено диагонально, и я мог быстро вытащить его из ножен правой рукой.       На белую шелковую рубашку пришлось накинуть камзол цвета вечернего неба с лунно-серебристым шитьем. Под такой одеждой кинжал становился незаметен. Торопливо натянул кожаные черные брюки, плотно прилегающие к ногам, и удобные полусапожки. Волосы оставил распущенными, собрав их с боков двумя серебряными гребнями. В глаза ничего не лезло и смотрелось симпатично. Тату на запястье закрыл тяжелым черным браслетом, состоящим из широких пластин. Это было устройство для выхода в информационную сеть.       У меня оставалось совсем немного времени, чтобы подключить к шее дихрон — передатчик, который преобразовывал мозговые импульсы в сигналы. Это достаточно болезненная процедура. Как только приложил гаджет к шее, мою кожу как будто прошило насквозь четыре раскалённых иглы. Закружилась голова, и чужой механический голос в моем сознании сказал, что «совмещение с клиентом завершено». Я надел на ухо треугольную пластину, она цеплялась за ушную раковину маленькими дужками. Этот переводчик назывался «эстра». Мысленным приказом синхронизировал дихрон с эстрой и браслетом, который выполнял функции личного компьютера.       Вроде все. Вытащил чемодан из гардероба и бегом направился к выходу из дома. Благо, в этот раз обошлось без приключений. На пути к посадочной полосе я убедился, что переводчик работал, и замедлил шаг. Ариниэля эти химеры должны знать, раз он был парой самого тхетарри. Глубоко вздохнул, меня уже заметили двое воинов, стерегущих трап глайдера. Когда до него оставалось метров пятнадцать, мне навстречу вышел высокопоставленный представитель расы химер.       Решительно направляясь к трапу глайдера, я приветственно улыбнулся, уже ни сколько не сомневаясь, что меня тут знали. С интересом начал рассматривать химер. Как я уже говорил, это были высокие темноволосые мужчины с впечатляюще развитой мускулатурой, не чета какими-то стероидными бодибилдерам. Эти родились настоящими воинами.       Смуглые под два метра ростом (моя голова находилась на уровне их груди, и это заставляло меня почувствовать себя Дюймовочкой) с мощно бугрящимися мышцами и толстыми длинными хвостами. Воины были одеты в туники цвета кофе с молоком и доспехи из металла, цветом напоминающие бронзу. Сами доспехи состояли из кирасы, плавно переходившей в массивное ожерелье-воротник, закрывавшее ключицы и плечи. Также в комплект входили наплечники, поножи и наручи. Стоило заметить, что все перечисленное раннее и ожерелье-воротник были очень яркими, сделанными из золотого, синего и черного металлов. Смотрелось просто потрясающе.       А еще меня заинтересовали копья химер. Древко оружия отливали из металла и покрывали буквы химерского языка. Наконечник имел широкую форму с зазубринами. Там, где он переходил в древко, на кожаной веревочке свисали пестрые перья и ниточки бус. Это были ритуальные копья, а не боевые (я, возможно, ошибаюсь). Удивительные разумные с очень интересными традициями. Подобное мне доводилось видеть только на реконструкциях исторических битв и в музеях.       Лица химер были благородными, но резкими, я бы даже сказал, хищными. У всех троих мужчин прослеживались схожие черты. Массивные подбородки, высокие лбы, глубоко посаженные, по-кошачьи раскосые глаза с вертикальным зрачком и поразительный нос. Его переносица была прямой и приплюснутой, а кончик был совсем уж кошачьим. Химеры — это большие кошки в человеческом обличье! У них и голос с рычащими нотками.       Посмотрев в темные глаза главной химеры, я поприветствовал его на эльфийском.

***

      Ксаши, первый телохранитель тхетарри, быстрым шагом вышел к трапу. Охранники сообщили ему невероятную вещь: к личному глайдеру Шехису Торэта шла его пара собственной персоной. Не узнать стройную блондинистую фигурку Ариниэля было невозможно. Химера облегченно вздохнула про себя. Терзания его повелителя были напрасны, юноша был в полном здравии. И к чему была все эта бравада с лживыми отчетами герцога Атталина? Вон он, эльфенок, шел к ним.       Мужчина скользнул по Ариниэлю Вэльхейму внимательным взглядом. Юный эльф легкой походкой шел к глайдеру, катя за собой чемодан. Никаких признаков недомогания химера не заметила. Значит, партнер Шевиарасса действительно хорошо себя чувствовал. Ксаши не терпелось сообщить радостную новость тхетарри. Удивительно, что Ариниэль не столкнулся с ним в доме Тэристиса Атталина. — Добрый день, дхэ*, — мелодично проронил юноша, смотря на воина. Прежде, чем мужчина успел ответить, он посмотрел в глаза эльфенку и сильно удивился. Вместо привычных небесно-голубых глаз на него смотрели аквамариновые. Ариниэль надел линзы? — Добрый, нёдри*. Как самочувствие? Ваш риарри* ужасно беспокоится о вас. Как видите, поднял весь состав своей личной охраны. Я немедленно доложу Шехису о вашем появлении, — тепло улыбнулся воин партнеру своего предводителя. — Спасибо, я прекрасно себя чувствую, — эльф лучезарно улыбнулся в ответ, показав ряд белоснежных зубов, — пожалуйста, не говорите риарри о моем визите к глайдеру. Я так давно не видел Шевиарасса и так сильно соскучился, но я хочу сделать ему сюрприз. — Но как же так, нёдри? Наш повелитель сильно переживал за вас! Как я могу посметь не сообщить ему о вашем появлении в здравии и доброй памяти? — глубоко удивилась химера*, недоуменно глядя на замявшегося эльфенка. Почему-то воину резануло слух то, что юноша назвал своего риарри первым полным именем. Раньше он звал тхетарри Шехису и никак иначе*. — Ну, пожалуйста, — очень заискивающе протянул юноша, напоминая Ксаши прежнего беспечного эльфенка, — ничего страшного не произойдет. Я же тут. Все хорошо. Как только наступит подходящий момент, я встречу свою пару! Только подскажите мне удачный момент. — Нёдри... — тяжело вздохнул телохранитель, заводя эльфа в глайдер. — Не переживайте, всю ответственность беру на себя! — беспечно отмахнулся Ариниэль, умоляюще глядя в темные глаза химеры. — О вашем исчезновении узнают в поместье. Вы никому ничего не сказали, уходя? — эльфенок отрицательно помотал головой, хлопая ресничками на воина, — До тхетарри непременно дойдет эта информация. — Ну помогите мне, дхэ, — просяще протянул несносный мальчишка, твердо настаивая на своем. Ксаши вздохнул про себя, Шевиарасс совсем его разбаловал, носится с юным эльфом как с фарфоровой статуэткой и все позволяет. К тому же сам по себе Ариниэль обладал каким-то внутренним обаянием, располагающим к себе. — У вас есть два с половиной часа, нёдри, до того, как корабль сделает вынужденную посадку на Айленголе. По истечении этого времени я доложу Шевиарассу о вашем пребывании на корабле, — нехотя уступил Ксаши. Наградой ему послужила восторженная, ликующая улыбка эльфа. — Спасибо, дхэ, — с такой искренней благодарностью произнес блондин, что мужчина растерялся. Сияющие аквамариновые глаза тоже ликующе улыбались химере, не ведающей, на какую удочку он только что попался. ___________________ *Дхэ — уважительное обращение к мужчинам расы химер и демонов. *Нёдри — буквально с химерского «хранимый». Так телохранители говорят своим оберегаемым. *Риарри — так в Конфедерации называют пару, связанную духовными и физическими узами. Отличительный признак риарри — метка-тату с истинным именем партнера. Риарри — это один из партнеров по отдельности, вместе эта пара зовется «риарриши». На эльфийском подобный союз, благословлённый Южной звездой, зовётся «силлиниан», отдельный партнер, соответственно, — силлин. *Название этой расы существует только в женском роде. Сокращение «химер» недопустимо. *У химер имена двойные. Первое имя официальное, так к химере обращаются знакомые и деловые партнеры. По второму имени химер зовет только узкий круг близких, друзей и тех, кого химера считает равным себе.