Под знаком Южной Звезды

      Оглушенный и потерянный, я с трудом мог следить за разговором высокопоставленных лиц, собравшихся на конференции. Схэ и Рейен заметили мое странное состояние, но лезть с расспросами посреди саммита не спешили. Шес обсуждал с Шинааром сроки экспедиции и многие бытовые моменты подготовки этого мероприятия. Я совсем утратил интерес к их беседе. В моей голове поэтапно начал складываться план дальнейших действий.       Каким-то образом надо выловить Шевиарасса и поговорить с ним наедине. Найти нужные слова я уже мог, да и Ариниэль был заинтересован в том, чтобы этот разговор состоялся и прошел мирно. Конечно, желательней рассказать все Андру начистоту. Последствия вежливой беседы с тхетарри предсказать невозможно и чтобы избежать возможных эксцессов, следовало бы поставить в известность Ану. Маг не забыл про эманации смерти в моей комнате, когда я проводил ритуал по изгнанию эльфа. Ему хватило терпения не спрашивать меня об этом, но о том, что его партнер был как-то связан с миром духов, маг-менталист не знать не мог. Во мне нашлась горстка храбрости, чтобы объяснить ему все и с замиранием сердца надеяться на поддержку риарри.       А вот что делать с Тэри я не знал. И был не готов знать. Открывшуюся истину нужно хорошенько обдумать и… постараться принять. Одним неосторожным словом или действием я мог испортить жизнь себе, Ану и Тэристису. Сначала надо расхлебывать кашу с царственной химерой. Однако… Атталин все равно был вовлечен в это и рано или поздно с ним придётся столкнуться…       …Первый этап саммита подошел к концу, за круглым столом такэрри и тхэтарри замолкли споры. Толпа слушателей начала рассасываться, я отправил друзей бродить по всевозможным выставкам, отмахнувшись на ответное предложение пойти с ними, тем, что мне нужно встретиться с кое-кем. Мне не было известно расписание Торэта на сегодня, но привлечь его внимание как-то надо было, хотя бы для того, чтобы дать понять, что нам надо поговорить. Та-а-ак!       Подходить прямо к тхетарри нельзя – слишком подозрительно, привлеку лишнее внимание. Общественность не должна знать, что Шехису оказывает вниманию какому-то первокурснику-архимирологу, пускай и уже известному музыканту. Можно попробовать передать химере послание через его телохранителей. Но после моего побега с «Глахасси» они должны отнестись ко мне с подозрением. Можно, конечно, попробовать, но что-то мне подсказывает, что это плохая идея. А можно попытаться использовать метку! С Тэри получилось. Правда, случайно, но это не настолько важно сейчас.       Оголив запястье, потер выцветшие руны, представляя, что окликаю химеру по имени. В ожидании затаил дыхание. Сработает ли? Воткнул взгляд в удаляющуюся спину Шевиарасса, разговаривавшего о чем-то с матерью Рейен. Вот он удивленно дернул мощным хвостом, взметнув полы алой накидки. Не оборачиваясь, Шехису провел большим пальцем по своему запястью.       От татуировки по всему моему телу прошла горячая волна магии, заставив кончики пальцев и хвост мелко подрагивать. Чтобы устоять на ногах, пришлось опереться плечом о ближайшую колону. Связь с Шесом проявила себя совсем не так, как мне думалось. Химера был чертовски силен! Наши узы должны были быть слабыми, ведь метка была такой тусклой!       Перед моими глазами возникло обеспокоенное лицо мертвого эльфа. Голубые очи были широко распахнуты.       — Через тебя я почувствовал своего риарри, — не верящим шепотом сообщил Ариниэль. Не в силах что-либо сказать от удивления своей и его реакцией на ответный зов Торэта, лишь вопросительно дернул бровью, с волнением следя за Шехису и панически прислуживаясь к себе. Что-то было не так. Все мое тело пылало от мощного призыва волевого правителя, а душа выла где-то в дали, отторгая эту связь. Мучительно мечась в паутине связи не моего риарри.       — …Рин! Рин!!! — восклицал призрак, поняв, что я его не слушаю. На меня стали оборачиваться. Моя родная метка, метка Андра начала жечь в ответ на призыв постороннего. Я всем своим существом ощутил, как натянулась моя связь с демоном, ощутил всплеск его магии и… снова поменялись руны имени.       — Меня разрывает на части, Ариниэль… Твое тело стремиться к твоей паре, а моя душа к моей. Я — как ты, но только застрял я не между мирами, а между нашими партнерами, — как-то отстраненно прошелестел я, сползая вниз по стеночке. Раздались встревоженные возгласы. Шехису резко обернулся, мы встретились взглядами. Я молча остановил его порыв кинуться ко мне. Мазнул глазами по замершему Вальхейму. Эльфик с надеждой смотрел на своего риарри, но желтые очи смотрели сквозь него, на меня. В тот странный миг по непонятной причине я ощутил эмоции призрака. Его боль, отчаяние и горечь. Риарри не видит и не слышит его.       Он со злостью повернулся ко мне и испуганно замер, то ли от безмолвной вины, колебавшейся на дне моего зрачка, то ли еще от чего. Вдруг мое тело выгнулось в адской судороге.       — Нет-нет-нет, Рин, нет! — в ужасе отпрянул призрак, глядя в мое лицо, — У тебя моя внешность!       В конференц-зале воцарилась звенящая тишина. Я мог лишь дышать через рот и пытаться успокоить разошедшееся сердце. Сквозь помутнившую разум красную пелену, понял, что нахожусь на пороге смены внешности. Или уже сменил…       Неожиданно со спины меня кто-то обнял, и сильные руки рывком подняли безвольное тело с пола. Усилием заставил себя приподнять голову и увидеть ошеломленное лицо Тэристиса. Васильковые глаза тревожно всматривались в мои. Неужели я ошибся и принял Ану за Тэри?! Молча спрятал лицо у Тэри на плече. Тогда мне было плевать на наши прошлые разногласия и стычки. Мои дрожащие руки обвились вокруг его шеи. Меня прижимали к себе не менее крепко. Близость эльфа позволила мне отгородиться от Шехису и ускользнуть в спасительный обморок, вызванный эмоциональным потрясением…

***

      Маг вздрогнул, когда светловолосая голова риарри безвольно упала к нему на плечо. Тэри посмотрел на демона внутренним зрением и облегченно вздохнул, поняв, что ничего страшного не случилось. Так Рин защитил себя от психологических потрясений, связанных непосредственно с самим Тэристисом. Эльф был раздосадован, сменить облик времени не было. На мгновение он вовсе перестал чувствовать юношу, при этом татуировка ненормально мерцала алыми всполохами непонятной для такого опытного мага, как Атталин магией.       Тэри телепортировался к своей паре немедленно и пришел в праведный гнев, найдя Рина, скорчившего на полу. Эльф поднял пылающие яростью глаза на тхетарри, застывшего на другой стороне конференц-зала. Рядом со своим лидером напряженно замерла верховная жрица, проницательным взглядом смотревшая на драгоценную ношу мага.       По комнате пробежал тревожный шепоток. Элита общества признала в юноше на руках Тэристиcа Ариниэля Вальхейма. И, конечно же, все ощутили жесткую молчаливую конфронтацию Шевиарасса и его советника, которая не походило на их дружелюбно-деловое привычное общение. Неужели властный маг воспротивился союзу химеры и своего единственного пламенника? Или же за всем этим скрывалось что-то другое?       Уж слишком красноречивым был защитный жест Атталина, когда он прижимал к себе пропавшего партнера Торэта. Постепенно до разумных начало доходить вся абсурдность ситуации. Своевольный юный эльф все это время прикидывался неким Ринтаро Сетом, торе с Гемма Шиат. Однако характеры Ариниэля и Ринтаро были прямо противоположными. Да и навыки, что демонстрировал демон, никогда не принадлежали эльфу.       Уловив настроение толпы, Тэри стиснул зубы. Сейчас все летело в тартарары. То, что сейчас произошло, не должно было выходить за пределы этого помещения. И не только он это понимал. Васильковые очи встретились с золотистыми. Маг оглянулся на двух плейхо, ошарашенно метавшихся в стеклянных трубах.       Маг встретился с взглядом невыразительных глаз Нуауль Нелли, от девушки шел поток такой угрозы, что даже посол Плейены и друг Атталина – Пиран держался от соплеменницы на расстоянии.       «Будьте осторожнее с этим мальчиком. Его доверие очень хрупкая вещь», – ментальный голос плейхо был подобен металлу, она и не думала скрывать своего покровительственного отношения к Рину и не прятала прямой угрозы в адрес Тэри за эмпатическими щитами.       «Ты слишком сентиментальна, Нуауль. Он один из множества сотен твоих учеников. Мы не одни в зале, подумай головой, твое покровительство этого обманщика вызовет международный скандал. Не заигрывай с политикой, девочка», – голос посла звучал сурово, декан архимирологического факультета змеиным движением развернула свое гибко тело к собеседнику.       «Забывайтесь здесь только вы, Пиран! Он не обманщик! Рин особенный», – взор Нелли был обращен к безвольному телу Сета, казалось, она совсем не придавала значения необычной способности своего студента менять внешность.       Тэристиса неприятно кольнула зависть, эта русалка знала о его паре, несомненно, больше, чем мог бы знать обычный преподаватель об обучающихся. Да и Ринтаро не раз показывал привязанность к Нуауль и другим плейхо, которые учились вместе с ним. Такая неприкрытая демонстрация близких уз была несвойственна ее народу перед остальными расами Конфедерации, Нелли прекрасно понимала, что вмешательство в дела тхетарри и его партера может вызвать международный скандал и все равно шла наперекор всему.       «Помогите мне», – Тэристис обратился к сердитой девушке так, чтобы никто другой больше не слышал их разговора, – «Все присутствующие здесь не должны были увидеть этого. Рину грозит большая опасность…»       Плейхо все правильно поняла и чуть повернула голову к Шевиарассу Торэту, решительно направившемуся к эльфу. Нуауль скользнула взглядом по лицам разумных, находящихся в зале. Они с жадной внимательностью наблюдали за происходящим. Их подозрительные взгляды подолгу останавливались на Сете.       Нелли неуверенно шевельнула хвостом, догадываясь, чего хочет от нее этот пугающий эльф. Она и Пиран были сильнейшими менталистами, находящимися на Айленголе прямо сейчас. Все очевидцы были собраны в одном помещении, что облегчило бы всю работу. Тэристис Атталин был сильнейшим магом Конфедерации, который мог устранить следы мощной магии разума, и государственным деятелем, способным заткнуть многих и даже поспорить с тхетаррии. Он, коварный интриган, испытывал ее. Испытывал привязанность к этому одаренному мальчику, чье мировоззрение и знание отличались от всех прочих. Готова ли была Нуауль рискнуть своей репутацией ради этого таинственного юноши?       «Кто вы ему?» – прозвучал настороженный голос плейхо.       «Мы риарриши», – быстро произнес Тэри, сверля глазами Шехису, почти подошедшему к нему, –«Сотрите им всем воспоминания об этом! Я выдам все за свое заклинание, никто не узнает о вашем участии в нарушении Конвенции прав разумных».       Не теряя больше не секунды, Атталин начал речитативный напев на древнедемоническом, приковывая все внимания публики к себе. Шевиарасс предупреждающе зарычал и резким движением вынул из ножен на бедре кинжал, готовясь броситься на ненавистного эльфа. И лишь бессознательное тело партнера на руках у Тэристиса его останавливало.       И тогда Нуауль Нелли решилась на отчаянный шаг. Ее воля, облеченная в ментальный импульс ударила по всем присутствующим. Для плейхо было сложной, но выполнимой задачей заблокировать одно и тоже воспоминание у целой толпы. А тех, кто держал ментальную защиту были порабощены искусной магической атакой Тэристиса, действующего вместе с Нелли.       Впервые маг был искренне восхищён смелостью и жертвенностью женщины. Их взгляды пересеклись. Тэристис гадал, был ли это действительно душевный порыв, или ее поступок был обусловлен тем, что вездесущая менталистка опознала в Рине иномирянина. Общеизвестный факт – жители Плейоны ценят новые знания больше всего. Им плевать на материальное благополучие, главное духовное развитие. Ринтаро был очень образованным представителем своего мира, отлично разбирающимся в литературе и музыке своей планеты. Лакомый кусочек, который плейхо не хотели упускать…       Атталин дернул уголком рта, чувствуя, как удлиняются клыки и наружу рвется демоническая сущность, чувствуя близость сильного противника. Тэри сдерживался изо всех сил, сдерживая глубоко внутри ярость берсерка. Оглушенных ментальной атакой Нелли разумных он погрузил в глубоких сон, и с нарастающей тревогой следил за двумя химерами.       Шевиарасс обнажил губы в торжествующем оскале и в один прыжок сократил расстояние между собой и готовившемся телепортироваться эльфом. Жрица сверлила противника своего господина тяжелым взглядом, в любой момент готовая броситься к нему на помощь.       – Хорошая попытка, Тэристис-с-с. У тебя почти получилось меня обезвредить, если бы не это, – химера сжал в кулаке тяжелый рубин в черной оправе не массивной золотой цепочке, – Отличная защита от ментального вмешательства, мой дорогой советник. А теперь отдай мне моего партнера! Однажды ты проиграл мне. Не эльфам тягаться в поединке с химерами.       – Да неужели! – голос Атталина утратил присущую остроухим мелодичность, став хрипловатым с рычащими нотками. Шехису настороженно всмотрелся в васильковые глаза, в которых разгорался алый пожар демонической ярости. С каждым годом отцовское наследие все сильнее проявлялось в маге.       Словно почуяв надвигающуюся опасность, Рин тревожно завозился на руках Тэри, тут же привлекая к себе внимание противников, забывших о своем противостоянии. Молодой эльф что-то болезненно пробормотал.       «Отнесите мальчика к врачу! Он не должен быть втянут в ваши распри!» – властный окрик Нуауль казалось, отрезвил Торэта и Атталина.       – Вас это не касается, уважаемый декан, – взвился тхетарри и угрожающе продолжил, – С вами у меня состоится отдельный разговор. Кажется, вам известно о сложившейся ситуации даже больше, чем мне и известным вам, силовым структурам, которые на протяжении длительного времени искали моего риарри.       Нелли даже не дрогнула под испепеляющим взглядом золотых глаз и даже подплыла в ту часть комнаты, где находился химера.       «Вы глухи и слепы. Видите и не хотите верить в очевидное. Разве риарри будет приносить своей половинке боль, разве будет обманывать и держать на расстоянии?» – смелая, смелая-смелая женщина буквально выплюнула это царственному правителю в лицо, и повернувшись к Тэристису железно припечатала, – «Только если в отместку. Наказывать нерадивых партнеров никто не запрещал».       И совершенно не обращая на воинственно настроенных мужчин внимания, она бросила напоследок: «Отнесите мальчика в его комнату. И если он захочет, то сам вам все объяснит». Беспардонно оттеснив Пирана в сторону, она стремительной рыбкой исчезла в хитросплетении стеклянных труб.       Шехису раздраженно зарычал на бестактное поведение плейхо и был застигнут врасплох деликатным покашливанием Хесатет. Верховная жрица покаянно склонила голову под рассерженным взглядом тхетарри и встревоженно посмотрела на Тэристиса и Ариниэля на его руках.       – Мой господин, плейхо права. Лучше уладить все мирным путем. Бой привлечет к происходящему еще большее внимание и приложенные дхэ Атталином усилия пропадут даром.       Легкие и пестрые многослойные одежды Хесатет колыхнулись, она уверенно положила руку на плечо Шехису. Кажется, это помогло Торэту притушить свою ярость и взглянуть на мир трезво. Соперники в последний раз скрестили взгляды, словно клинки и химера уступил заботу о драгоценном риарри Тэристису.

***

      Я находился словно в каком-то вакууме. И не было ничего вокруг меня кроме колышущегося пространства и застывшего времени. Странное ощущение. Странно чувствовать себя замороженным. Одиноким. И не было соединяющей нити между мной и риарри. Это мгновение обжигающе холодной пустоты длилось то ли вечность, то ли какие-то жалки доли секунды. Угадать было невозможно.       Когда надо мной постепенно начал пробиваться свет. Да, ошибки быть не могло. Моего лица куснулись солнечные лучи. Далекие и слабые, но мое сознание, практически погасшее во тьме, потянулось к ним. Шевельнулось мое тело, словно пробуждаясь от ледяного плена пустот, и неуверенно задвигалось к свету. И с удивлением я обнаружил, что пробиваюсь к солнечным лучам сквозь темную толщу воды.       Сквозь водные глубины вдруг пробежал взволнованный шепот. Не прислушиваясь к напрягающему шепоту, продолжил трудный путь к свету, пока не понял, что гул чужого голоса раздается в моей голове. Не прекращая тягучих быстрых движений тела, все же прислушался. Меня звали, и зов этот напоминал шум волн, завывание ветра и острые крики чаек. К одному голосу начали присоединяться другие и проникновенно шептать о своем прекрасном далеком мире, сулить умиротворенный покой и напевать о тайнах мироздания. Что-то манило меня и заставляло верить безликим голосам. Послушно подчиняясь, плыл вверх к хору сирен, обещавших освобождение, и живительному свету. Последний удар тела о воду и я всплываю. Зрачки расширились. Надо мной угрожающе навис алый диск Южной Звезды. Отвел взгляд от режущего своим светом дневного светила и вздрогнул, услышав хрипловатый гортанный голос.

Снова в полночь слышу чей-то голос Шепчет имя, манит и зовёт меня. И белым туманом на стёклах чей-то вздох оставлен, И гаснет вдруг пламя, хотя нет ветра, Вижу тень я - кто-то в чёрном у окна. Кто ты? Наказанье или милость? Кто ты? Отрекаться не спеши. Может За душой моей явилась, Только нет души.

      Мое пугающе-странное видение внезапно оборвалось. Снова погрузив во тьму, на этот раз для того чтобы пробудить…