Иначе и быть не может

- Черт! Черт, черт, черт! - Эмма Свон попыталась вскочить на ноги, но ее шатало. К ней подбежали родители, помогая ей подняться с колен. - Дайте мне воды кто-нибудь, - попросила она, пока усаживалась на стоящий у стены сундук и переводила дыхание. Эмма пыталась восстановить в голове цепь событий, перебирая воспоминания. Нил подсел рядом: - Эй, Эмма, тебе удалось? Она молча уставилась на него. Ей с трудом удалось удержать себя на месте, ведь секунду назад Нил пытался ее убить. - Разве не понятно? Если бы ей удалось, наша королева бы уже очнулась! - Сзади Нила маячил раздраженный Крюк, меряя каюту нетерпеливыми шагами. - Сколько меня не было? - Обратилась Эмма к Голду. - Пару часов, - получила она ответ. - Там время идет иначе, верно, мисс Свон? - Да… - Эмма все еще что-то прикидывала в голове. - Там все так реально. И вы все, - она обвела присутствующих взглядом, - вы все мне мешаете. То есть, я понимаю, что это не вы, но ваши отображения там мешают мне. Как будто чувствуют, что я лишняя. У меня опять случился выход, а я даже не дошла до Реджины. Мэри Маргарет чуть сжала ее руку: - Эмма, давай я пойду на этот раз? Я знаю Реджину очень хорошо, у меня может получиться. - Мам, нет. - Твердо отрезала Эмма. - Мы это обсуждали и все уже решили. Я не буду рисковать тобой. «Особенно при таких условиях», - хотелось добавить ей, но она промолчала. Эмма вновь обратилась к Голду: - Мне не хватает информации. Я все время забываю, зачем я там. Можно ли как-то связаться с вами уже там? Мистер Голд задумался, потирая свой подбородок. - Или можно как-то заранее узнать, что я сплю? - Знаете, мисс Свон, кое-что можно сделать. Немного пошатнем вашу реальность и заодно сможем выйти на связь. Дэвид настороженно нахмурился: - Слишком путано говорите, мистер Голд. Что все это значит? Но Эмма не стала ждать объяснений. Времени оставалось не так много, и количество попыток было ограничено. - Давайте! Делайте! Я отдохну и опять пойду.

***

- Латте с соленой карамелью. - Что так слабенько? Решила сегодня не убиваться кофеином? Эмма истощенно улыбнулась Руби: - Решила снизить дозу, насколько это возможно вообще. Она все еще надеялась на полноценный сон сегодня ночью. Но пока ее ждало дежурство: уже с десяток звонков было переадресовано на ее сотовый. Грозовой ливень, град, порывы ветра от 16 до 23 метров в секунду: все это привело к обломанным веткам, дорожным авариям, размытым обочинам, неработающим линиям электропередач. Система канализации не справлялась, и повсюду стояли глубокие лужи. Один район сидел без электричества уже полдня, и оттуда стали поступать жалобы еще и о нападениях летучих мышей. «Что за чушь?» - думала про себя Эмма, усаживаясь в машину, стараясь не расплескать кофе. Ее еще не отпустили образы из сегодняшнего сна, и поэтому все казалось каким-то странным. Как будто картинка не загрузилась до конца. Она включила радио, чтобы отвлечься от своих мыслей и настроиться на рабочий лад. «Сегодня вас ждут дожди из дождей, потом будет мелкий дождик, затем ливень. К вечеру погода изменится — будет град. В некоторых районах вы можете увидеть радугу, но ненадолго, потому что после будут тучи и проливной дождь до утра». - Да что за!.. - Ругалась Эмма. Она стала крутить переключатель радио, в попытке настроиться на другую волну, и голос диктора сменился шипением, на фоне которого проявился странный голос, как будто кто-то рассказывает сказку: - ...Шшшш...Ходит по городам разрезая своей косой… Опять шипение. Эмма чуть сбросила скорость, сосредотачиваясь на звуках, пытаясь выловить голос сказочника. - ...Обрубая косой, как топором, ветки деревьев...шшш...вспарывая острым лезвием тучи. И льется из них вода, - вкрадчивым голосом продолжал вещающий. Сказка полностью захватила ее, и Эмма решила остановиться на обочине, чтобы не потерять пойманную волну вещания: 108.4. - И когда становится всюду темень непроглядная, может она ходить, где ей вздумается, потому что не видит никто ее черного одеяния. И только, когда молния взрывает небо своим светом, сверкнет ее блестящий череп и черные глазницы. Не смотри на нее! Прячься, кто может! - Почти взвизгнул голос. - Что за херня?! - Эмме не верилось, что такое можно услышать по радио. - Это что еще за сказочки такие? Фигня какая…А! - Вскрикнула она. Мимо проносящаяся машина обдала ее машину водой из лужи, и брызги разбились о лобовое стекло. Облегченно выдохнув, Эмма вернулась к радио, но оттуда опять раздавалось только шипение.

***

- Здравствуй, Эмма! - Добрый день, мистер Хоппер. Я зайду? - Да, конечно проходи. У тебя же назначено. Оба расположились на диванах. Хоппер взял в руки какую-то тетрадь, видимо, собравшись что-то записывать. Повисла тишина. - Эмма, что вас тревожит в последнее время? - Мне кажется, у меня галлюцинации. - Какие? Вы что-то видите? Или слышите? Или еще что-то? - Доктор что-то строчил в своем блокноте, изредка поглядывая на нее из-под очков. - Вчера...Вчера мне показалось, что я слышала кита. Прямо посреди города, представляете? Иду такая пешком и слышу протяжное грустное мычание. - Понятно, понятно. А еще? Есть что-нибудь еще? - А сегодня я слушала радио, и оно мне показалось странным. Вот, секунду назад слышала, а теперь — нет. Я по миллиметру прокрутила все, но ничего не нашла. Звук пишущей ручки по бумаге прекратился. - Эмма, скажите мне, вы хорошо спите? - Что? - Вы спите? - Дда...Да! Я сплю. Я спала сегодня. И видела сон. - О чем он был? Расскажите. Ручка опять побежала по бумаге. - Мне снилось, будто я — девочка. И мне снилась моя мама. Кажется, она учила меня, как готовить рыбу. Так странно… - Эмма, вы можете описать ваши отношения с матерью? - Ну... - Эмма колебалась, - наши отношения всегда разные, доктор Хоппер. - Вы избегаете свою мать? - Нет! С чего вы взяли? - Лицо Эммы скривилось от возмущения. - Ну что же, продолжим, - после недолгой паузы произнес Хоппер. - Что было дальше во сне? - Я смутно помню, - Эмма уставилась в невидимую точку. - Помню только, как она учила меня вспарывать рыбе брюхо, чтобы очистить от ненужного, и как снимать чешую. Эмма перевела взгляд на свои руки, скользя пальцами о пальцы, как будто только что выпустила очищенную рыбу в таз к другим таким же. - А потом она посмотрела на меня и спросила: «ты знаешь, к чему снится рыба, Эмма?» - И что же? - Доктор Хоппер все строчил в своей тетради безостановочно. - Я не знаю, к чему снится рыба, доктор Хоппер. Я не знаю. - Голос ее звучал растерянно. - Да нет же. Что было потом? - Потом я укололась пальцем о плавник и проснулась. Доктор Хоппер отложил тетрадку и ручку, сложив руки на колени. - Эмма, у меня к вам одно предложение: через гипноз мы сможем понять, что с вами действительно происходит. Вам всего лишь нужно будет говорить со мной, а я буду записывать. Согласны? - Что мне нужно делать? - Ложитесь вот сюда и делайте, что я говорю. Эмма устроилась на не очень комфортной кушетке, слушая и движениями вторя словам доктора. Глаза ее закрылись, и она погрузилась в темноту. - Эмма, опишите все, что вы чувствуете: что видите, что слышите, что ощущаете — все. - Меня качает. Я чувствую, что меня качает. Еще я слышу родителей. Они о чем-то беседуют. Разговор серьезный. Эмма слышит, как они что-то обсуждают, не без пререканий. Очень хочется посмотреть на них, увидеть, и как сквозь приоткрытую дверь, Эмма подглядывает за ними одним глазком. Мэри Маргарет словно чувствует спиной чужое присутствие, разворачивается и идет прямиком к ней, хватая за плечи и чуть потрясывает: - Спаси ее! Спаси! В ее глазах читается отчаяние. Эмма просыпается. - Доктор Хоппер? В комнате никого не стало. На диване напротив лежала тетрадь. На полу валялись очки. Прислушавшись и поняв, что в комнате только одна она, Эмма схватила тетрадь, раскрывая ее на том месте, где торчала ручка. Все записи, что вел доктор, состояли из трех повторяющихся слов. Три слова по всему развороту в несколько страниц: «Реджина! Спаси ее!» - О, фак! Эмма Свон вспомнила: ей нужно спасти Реджину Миллс! Но сначала ей нужно найти средство.

***

Эмма тарабанила в дверь: три громких глухих удара. Никто не отзывался. - Мистер Голд! Это я. Мне нужно кое-что срочно обсудить! Наконец, за дверью послышался какой-то незнакомый мужской голос: - Иди посмотри, кто там пришел. Я занят! Дверь открыл маленький мальчик, встречающий ее улыбкой: - Мисс Свон, наконец-то вы пришли! Она смотрела на него сверху вниз, вглядываясь в лицо: длинная челка открывала широкий лоб, пытливый взгляд неотрывно следил за ней, пока она пыталась вспомнить незнакомца. Наконец, сдавшись, Эмма попросила то, за чем пришла: - Мне нужен мистер Голд. Мне нужна его помощь. - Я знаю, - отвечал ей мальчик, опять улыбнувшись, и протянул ей ладонь. Не зная сама, почему, Эмма взяла его за руку, и как только он потянул ее за собой через порог, она поняла, что больше не смотрит на него сверху вниз: теперь она была такого же роста как и он. Эмма не успела отойти от шока, как тут же послышался тот незнакомый мужской голос: - Румпель! Ты открыл дверь? Перед детьми возник мужчина, и его-то Эмма узнала тут же. Она помнит его, она знает его. Боится и ненавидит. Все тотчас напряглось в ней: «Беги или дерись!» Но маленький Румпель, который все еще держал ее за руку, чуть сжал пальцы: «Все хорошо. Доверься мне. Так надо» - Румпель, ты почему мне не отвечаешь? У нас же гостья! Кто ты, маленькая девочка? Эмма сделал шаг вперед: - Я — Эм… - Эмили! - Перебил ее Румпельштильцхен. - Это моя подруга Эмили. - Эмили, значит, - мужчина оглядывал ее с ног до головы. - А родители тебя не потеряли так поздно? - Нет, не потеряли, - бойко отвечала она. - Румпель, идите в комнату, и можете поиграть там. Но не забудь, что скоро ужин. Эмили, ты останешься с нами на ужин? - Уже обратился он к девочке. - У нас будет кабан. Кабан с яблоками. Как только они оказались в комнате Румпеля, Эмма набросилась на него с вопросами: - Мистер Голд, почему вы такой маленький? Почему я маленькая? Что здесь происходит вообще? Почему Пэн такой взрослый? - Эмма, тут он не опасен. У нас есть дела поважнее, а времени совсем мало. Ты помнишь, зачем пришла сюда? - Да! Нужно помочь моей подруге, и я пришла узнать как. - Тогда мне нужно показать тебе кое-что, - с этими словами он полез в ящик стола, роясь в вещах, скорее всего, что-то разыскивая. Эмма в ожидании рассматривала комнату. На кровати лежали мотки ниток, наборы иголок, ножницы. На стенах висели вышитые картины: лесные пейзажи, животные, странный кривой ножик, на последней картинке была вышита серебристая рыбка, притягивающая ее внимание больше остальных. Рыбка была маленькая, но из спины у нее был изображен фонтан, расходящийся в разные стороны. - Вот! - Мальчик отвлек ее от разглядывания, протянув ей уже знакомую вещицу. - О! Я знаю: это же ловец снов! - Радостно воскликнула Эмма. - Прямо точной такой же, как мой. - Да, Эмма. Мне нужно кое-что рассказать тебе про него. Видишь: все ниточки берут начало из одной точки, и могут разойтись в разные стороны, разбежаться и никогда больше не встретиться. Но это только так кажется. Ведь можно посмотреть на это и с другой стороны: все ниточки бегут от обруча и соединяются в одной точке… - Румпель, я не понимаю: как мне это поможет? - Ты просто должна понять, Эмма! - Мальчик продолжил: - Весь секрет в том, что одна и та же нитка! Она и начало, и конец; и центр, и окраина. Девочка смотрела на него недоверчиво и раздраженно: - Ну и что?! Мальчик начал нервничать, подергивая косичку с перышком. - Ладно, Эмма, знаешь, что? Расскажи лучше, был ли у тебя сон из будильника? Но Эмма не меняла выражения своего лица, совершенно не понимая, что ей пытаются донести. Мальчик не сдавался: - Бывало ли так, что ты слышишь звук будильника, встаешь, чистишь зубы, идешь на работу, открываешь окно, включаешь компьютер, и тут! - телефонный звонок. Ты берешь трубку, но это твой сотовый, на котором звонит будильник. Ты только что его услышала и собиралась отключить. Ты дома в постели, а не на работе никакой. Но за эту долю секунды в твоей голове… Тут снизу раздался голос мужчины: - Румпель! Спускайтесь ужинать! За столом в свете тусклых свечей сидели потерянные мальчики. Во главе сидел Питер Пэн. У него были коричневые густые усы. Он постоянно их трогал, расправляя в разные стороны. На столе на огромном блюде действительно лежал поджаристый жирный кабан. Он блестел. Во рту у него торчало яблоко. Эмма глазела по сторонам. Ей все еще не верилось, что она сидит в гостях у Питера Пэна рядом с маленьким Румпелем и собирается есть кабана. Яблоко маячило у нее на виду, поблескивая боком в свете свечей, о чем-то напоминая. Ей казалось, что они не договорили с Румпелем о чем-то важном. - Дети, - торжественно начала отец семейства, - сегодня у нас в гостях Эмили. - Несколько десятков любопытных глаз тут же обратились к ней. - Она пришла к Румпелю. Я прошу вас вести себя прилично. А теперь — приступим. - С этим и словами Пэн взял вилку, ножик и начал кромсать кабана. Все с ожиданием наблюдали за ним, но никто не двигался. - Феликс, расскажи-ка нам, кто как себя вел. Кто сегодня не выполнил своего задания? Он указал пальцем на мальчика, находящегося вблизи от него. - Вот этот? - Вопрошающе смотрел он на Феликса, но тот кивал головой. - А вот этот? - Продолжал Питер. - Этот тоже выполнил, - важно говорил Феликс. По ходу движения Питер Пэн накладывал в тарелки мясо первым счастливчикам, и мальчишки накидывались на еду, пока остальные сидели и ждали своей очереди. Вот и на тарелке Эммы оказался кусок дымящегося ароматного мяса. Она повернулась в сторону рядом сидящего Румпеля. Он разглядывал свою тарелку, не поднимая глаз. - Румпель! - Громко прозвучало у них за спиной, и оба вздрогнули. - Мальчик мой, расскажи, ты сегодня себя хорошо вел? Питер наклонился, протискивая голову между ними и испытующе смотрел на сына. Эмма чувствовала его запах и еле сдерживалась. - Да, папа, - тихо молвил Румпель. - Вот в этом-то и есть твоя беда, Румпельштильцхен, - он посмотрел на Феликса, который мотал головой. - Не видать тебе ужина сегодня. - Можно нам тогда уйти? - Подал голос Румпель. - Нет. Ты что, разве не знаешь? Мы все — одна большая семья. Вместе садимся, вместе уходим. Эмма в шоке наблюдала за всей этой картиной, не в силах даже закрыть открывшийся рот. Гостиная наполнялась чавкающими звуками, Питер уселся на свое место, самодовольно улыбаясь. Еды еще было полно, но некоторые не ели, а просто ждали, пока насытятся другие. Ничуть не сомневаясь, Эмма решительно взяла нож и порезала свой кусок, отдавая половину в соседнюю тарелку. Румпель отчаянно мотал головой и еле шептал: - Нет, нет, не надо. Я не голоден. Не надо. Но она знала: дело не в еде, дело далеко не в еде. - Так нечестно, Румпель. Он делает это специально, ты же видишь! Он плохо с тобой поступает. Это неправильно! - Вы только посмотрите! - Голос Питера прервал общее чавканье, и все уставились на Эмму. - Вы только посмотрите на них! Как это трогательно! Ну разве не трогательно? Все начали шептаться и гудеть, как один улей, как пчелиный рой. Питер перевел взгляд на Феликса: - Скорее неси фотоаппарат. Нам надо снять эту замечательную картину. Ну все! Хватит с нее! - Ты ужасный отец, Питер Пэн! Пчелы замертво упали на пол, открылись рты, задергались огоньки свечей. - Как неприлично для гостьи, - цокая языком и мотая головой, произнес Питер. - Значит, я ужасный отец? А ты? Ты хорошая дочь? - Это не твое дело! - А мне кажется, что твои родители тебя все-таки потеряли когда-то, Эмма, - улыбнулся дьявольской улыбкой Пэн и отодвинул стул из-за стола с намерением встать. Эмма замерла, почувствовав, как похолодели и намокли ладони: откуда он узнал ее имя? Мальчишки совсем попритихли, тишина стояла как перед бурей. И как гром среди ясного неба, кто-то затарабанил в дверь: три громких глухих удара. Никто ничего не ответил. - Мистер Голд! Это я. Мне нужно кое-что срочно обсудить! - Послышался женский голос из-за двери. Пэн посмотрел на дверь, потом на Эмму, но направился к двери. Румпель повернулся к девочке: - Он знает твое имя! Тебе пора! Запомни все, что я тебе рассказал. - Подожди, как мне спасти Реджину?! Я так ничего и не поняла! - Ты уже все поняла! Точка это и есть все сплетение. Начало это и есть конец. Просто иди к ней, и у вас все получится. И тут до Эммы дошло, кто там стоит и стучится. Питер уже подошел к двери и взялся за ручку. Румпель отвлекал ее внимание как мог: - Эмма, смотри на меня! Тебе пора! С этими словами мальчик сильно ущипнул ее за плечо. - Ай!

***

Эмма со всей дури шлепнула себя по плечу. - Вот тебе! Рукой она ощущала: убила гада. На всякий случай, размазывая ладонью по плечу, она отвела руку: комар успел напиться крови, и темно-красная татуировка красовалась и на ее плече, и на ладошке. Она спрыгнула с постели и поспешила в ванную. С потолка капало, но сейчас ее это не интересовало: она тщательно мылила руки и наблюдала, как струйка смывает белую пену. Только сейчас она заметила, что на правом запястье были написаны какие-то слова вверх ногами. Корячась и неестественно выгибая кисть, она прочитала: «Пидж Редж. Что это значит? Пидж Редж». Она в задумчивости подняла глаза и встретилась взглядом со своим отражением в зеркале. И в эту секунду она увидела собственные расширяющиеся глаза, потому что именно в этот момент все собралось воедино, и картинка стала такой логичной и ясной, что она физически ощущала, как проясняется голова, а остатки сна испаряются с невероятной скоростью. Точно! Ей надо к Реджине! Не заказывая никакого завтрака, ни с кем не здороваясь и не останавливаясь перекинуться парой слов, не садясь в машину, минуя дорогу к причалу, забивая на работу и новости про очередные потоки, она шла пешком прямиком к дому Реджины. Только на секунду она замерла перед дверью с номером 108, подняв кулак, чтобы постучать. Но дверь открылась сама. Перед ней стояла Реджина: - Эмма! Наконец-то! Я думала, вечность тут проторчу. - Реджина, я все вспомнила! - Глаза Эммы сияли. - Я рада, я очень рада, Эмма. Заходи скорей! Эмма зашла внутрь, Реджина с опаской оглянула улицу и закрыла дверь, несколько раз повернув замок. - Рассказывай скорей, что ты вспомнила, - спеша спросила Реджина. - Что этот мир — ненастоящий, что мы находимся в стране сомнений, переживаний и тревог, - Реджина кивала на каждое слово Эммы, внимательно ее слушая. - И мне надо спасти тебя, Реджина. Мне надо защитить тебя от Пэна, потому что он затаился... На этих словах Реджина нахмурилась, подняв ладони, призывая Эмму остановиться. - Погоди, погоди, Эмма. Я не очень поняла. Ты спасаешь меня? - Ну да! От Пэна. - Нет-нет-нет. Нет! Послушай, Эмма, это мы тебя спасаем. - Что ты такое говоришь, Реджина? Голд сказал мне, что ты отравлена и что надо погрузиться в твое подсознание, в это место, и… - Эмма! Эмма, послушай! - Реджина начинала переживать. За окном вдалеке раздавались первые раскаты грома. - Это твоя голова, это твое подсознание, а не мое. Это мы все тебя по очереди спасаем! - Она с опаской посмотрела на окно. - Я не должна была тебе этого говорить, потому что это чревато пробуждением, и все опять начнется заново. Но я подумала, что ты уже все вспомнила! От досады Реджина заламывала руки, щелкая пальцами. Она выглядела встревоженной и серьезной. Эмме все это не нравилось, она пыталась переварить услышанное, но не хотела даже верить в это. Туча распоролась, и на стекло упали первые капли. Надо было торопиться. - Черт, черт, черт! - Реджина подбежала к окну, сосредотачивая взгляд. Вдалеке виднелось что-то темное, огромное и всепоглощающее. Встревоженная, она повернулась к Эмме: - Ты все правильно вспомнила: это все ненастоящее, и тебе надо было идти ко мне. Только в следующий раз нам надо просто выбраться отсюда. - В следующий раз? Реджина, я ничего не понимаю. Реджина стала рыться в сумке, что-то выискивая. - Как ты вспомнила, что надо прийти сюда? - Спросила она, продолжая рыться. - Мне надо было занести тебе твой пиджак. Синенький, - прозвучало подавлено. - Так, дай сюда свою руку, - Реджина схватила ее кисть и развернула к себе запястьем. В комнате резко потемнело. Эмма перевела взгляд на окно и увидела, как к ним приближается цунами. Абсолютно обескураженная, она открыла рот. - Пидж редж, - бормотала Реджина, пока наскоро писала что-то на ее руке. - Готово! Эмма? Эмма оторвала взгляд от окна, и они встретились глазами. - Приди ко мне, хорошо? Эмма не успела ответить. Тонны воды разбили стекла, смывая все мощной волной, и их накрыло. Реджина очнулась в каюте Веселого Роджера и резко подскочила. - Получилось? Мам, у тебя получилось? - Напротив сидел Генри с глазами, полными надежды. Но по ее лицу понял — нет. - В следующий раз, Генри. Все получится в следующий раз, - утешала она его, обнимая. Она перевела взгляд напротив, где возле мирно спящей Эммы сидели Мэри Маргарет и Дэвид. Рядом стояли Нил, Крюк и Голд. Корабль дрейфовал недалеко от Неверлэнда.