the iceberg method // метод айсберга

— Поднимай свою задницу сейчас же. Я почувствовала, как мурашки побежали по моему телу, когда простыни были сдернуты с меня. Я застонала, зарываясь лицом подушку в знак протеста. Шаги прекратились, и я надеялась, что она ушла. Но я поняла, что ошиблась, когда комната наполнилась светом, и я увидела силуэт моей лучшей подруги возле моей кровати. — Уходи, Дайна. — пробормотала я, прищурившись и пытаясь найти простынь, но осознала, что она была на полу. Я присела на кровати и встретилась с сочувствующим взглядом моей подруги. — Прошло две недели, Камила. — сказала она. Я прекрасно знала, сколько времени прошло с того момента, как я узнала о беременности Лорен. Дайне точно не следует напоминать мне об этом. Каждая минута с того момента была мучительной. — Твое мнение? — бросила я. Сочувствующий взгляд исчез, она встала и положила руки на бедра. — Мое мнение — это то, что я понимаю, что у тебя разбито сердце. Я позволила тебе сердиться, хандрить и пить до беспамятства две недели, но нужно прекратить. Тебе нужно вставать. Я знала, что она пытается быть хорошим другом сейчас, но я ничего могла с собой поделать и сочла её невероятно раздражающей. Всё, чего я хотела — это остаться в кровати и думать о Лорен. Думать о том, что бы я могла сделать по-другому, как могла бы удержать её, каким был наш поцелуй на вкус, и пытаться вспомнить, как слова «Я люблю тебя» звучали её голосом. Я прекрасно осведомлена, что это абсолютно нездорово и безгранично жалко, но мне было наплевать, честно говоря. Мне нужно было почувствовать её потерю, потому что в моей голове всё еще оставалась надежда на то, что она вернется. А надежда — опасная вещь. Я знала, что она не может вернуться, потому что дело не только в вас теперь, даже не в ней и Ронни. Теперь сюда вовлечен ребенок. Целый самостоятельный человек, растущий внутри неё, и ему будет лучше расти со своими родителям, а не с его мамой и её возлюбленной-девушкой. Мои сожаления были резко прерваны крепкой хваткой, державшей меня за талию и поднимающей с кровати. Я почувствовала, как Дайна перекидывает меня через плечо, как тряпичную куклу, а я даже не пыталась бороться. — Дайна, опусти меня вниз, пожалуйста. — сказала я самым спокойным голосом, хотя кровь, хлынувшая мне в голову, заставила меня чувствовать покалывание, которое мне в каком-то роде понравилось. Я подумала, что выиграла, когда почувствовала, что стою на полу. Я пыталась прийти в себя, когда поняла, что я нахожусь в душе. Прежде чем я начала протестовать, я увидела душ, направленный мне в лицо. Внезапно холодная вода хлынула мне в лицо, что определенно взбодрило меня. — Боже мой, Дайна! — закричала я. Она выключила воду и пробормотала. — Ты воняешь, Чанчо. Она закрыла занавеску и сказала мне помыться, пока она готовит завтрак. Я покачала головой, недоумевая над суровыми методами моей подруги. Иногда я задумывалась, почему я продолжаю с ней дружить. Тем не менее я подчинилась, боясь того, что она еще может сделать, если я не послушаюсь. Я пошла на кухню в шортах и оверсайзной толстовке. Я остановилась, увидев, как моя лучшая подруга танцует и поет, переворачивая блинчики. — Ты могла бы просто сказать, что мне нужно принять душ. — сказала я, садясь на стул рядом с кухонным столом. — А, да? И ты бы согласилась, верно? Так же, как когда я сказала, что тебе нужно вставать.— сказала Дайна с вызовом. Я знала, что она права. Мне было бы все равно. Но я упрямая и не хотела давать ей победить. — Ты же не знаешь. Я бы могла. Она закатила глаза и протянула мне тарелку с блинчиками. Я быстро пробормотала «Спасибо», прежде чем начала поглощать еду передо мной. Я осознала, что не ела настоящей еды некоторое время. Я выживала исключительно на кофе, ликере и еде из торгового автомата в кампусе. — Вау, притормози, Мила. Еда никуда не убежит. Я проигнорировала её слова. Она села напротив меня и начала есть, но я заметила, что она хотела о чем-то поговорить, и бьюсь об заклад, я знала, о чем. Но я бы ни в коем случае не начала разговор первой. Я не хотела говорить о Лорен. Мне все равно было нечего сказать. Всё кончено. После нескольких минут молчания, как только моя тарелка оказалась пуста, она заговорила. — Я не буду давить на тебя, но если ты захочешь поговорить, я тут, ладно? Я кивнула, пока стояла около раковины и мыла посуду. — Ладно. Я была рада тому, что она не давит на меня. В любом случае, я бы не смогла объяснить свои чувства. — Я просто.. — начала она. Я наблюдала за тем, как она вертела в руках вилку. Локон её волос упал на лицо. -..Я не хочу, чтобы тебе стало хуже, как в прошлый раз. Я не думала, что она будет говорить об этом. Я имею в виду, я знала, что она волнуется, но могу держать себя в руках лучше сейчас. Так или иначе, я не хотела, чтобы она переживала, что я сделаю что-то глупое, поэтому я сказала — Мне не станет хуже. — со всей уверенностью. Она помогла мне домыть посуду и проинформировала меня о том, что я проведу день с ней и Нормани. Так как это не было вопросом, а скорее требованием, то я подумала, что быть третьим лишним — не так уж плохо. В конце концов я вообще не выходила из квартиры до того, как у меня были занятия в университете.        — Вы двое отвратительны. — пробормотала я, когда двое девушек, сидящих передо мной, прекратили целоваться. Они улыбнулись и посмотрели друг на друга с любовью, пока я ела свой замороженный йогурт и пыталась не думать о вы-сами-знаете-ком. Хотя стоит сказать, что быть рядом с самой милой парой, которую я знала, не помогало. Я знала, что они делают это не специально, но было тяжело не завидовать. Даже когда мы с Лорен были вместе, я завидовала им. Они были вместе со старшей школы и все еще были так влюблены друг в друга. Это великолепно. Мы с Лорен были счастливы, но мы никогда не могли делать того, что они делают сейчас. Мы не могли просто сидеть в кафе и целоваться или держаться за руки. Когда мы были на публике, мы избегали любого физического контакта на случай того, что кто-то может увидеть. С другой стороны, Дайна и Нормани? Они показывали то, что они пара, гордо, и я помню, как задумалась, придет ли тот день, когда я смогу держать Лорен за руку на публике и представлять её всем, как свою девушку. Если бы я только знала, что этот день никогда не придет. — Ты в порядке, Мила? Голос Нормани оторвал меня от раздумий, я кивнула в ответ. — Да, а что? — Ты ушла в раздумья, Чанчо. — сказала Дайна. — Извините, не хотела отрывать вас от важного дела. — дразнилась я. Усмешка появилась на лице обеих, а Нормани уткнулась лицом в шею Дайны в смущении. Серьезно? Эти двое могут быть еще милее? — подумала я. — Важного дела? Это было не так, я могу показать тебе настоящий поцелуй. — сказала Дайна с вызовом. — Пожалуйста, нет. — умоляла я. Я улыбнулась. Мы закончили есть свои йогурты с шуточными разговорами и подколами. Я рассказала им о своей работе. И все то, что говорила Лорен о том, как это помогало отвлечься, было правдой. Дайна рассказала мне о том, что у нее было прослушивание в местную компанию и что она прослушивалась на роль Эмбер, а её девушка была уже выбрана танцором в шоу. Они и правда были идеальной парой. Мы провели несколько часов вместе, и хотя поначалу я протестовала, я была рада тому, что Дайна вытащила меня из дома сегодня. Мне нужно было это больше, чем я думала. Когда мы попрощались, я решила, что не готова снова прыгнуть в свой бассейн сожаления. Так что вместо этого, я взяла ключи и поехала к знакомому зданию кампуса. Я проверила расписание Лорен и точно знала, что она уже ушла домой сегодня, поэтому у меня не было шансов столкнуться с ней. Я взяла свой скетчбук и пошла на крышу университета. Я узнала об этом месте после того, как начался второй семестр, и с того времени была одержима им. Так, что я никого сюда не приводила, потому что не хотела ни с кем его делить, ну кроме Лорен, конечно же. Этот университет превосходно расположен, недалеко от города и недалеко от сельской местности. Но на крыше этого здания вы можете увидеть эти два мира. Это было единственное здание кампуса, которое было достаточно высоким, чтобы можно было это видеть. На одной стороне здания вы можете увидеть море деревьев, ничего, кроме зелени и природы, а если посмотрите с другой стороны, вы увидите здания из центра города, каждое из которых по своему красиво и захватывающе. Но моя любимая вещь — это то, что если вы встанете посередине, вы сможете увидеть границе между двумя мирами. Было что-то невероятно очаровательное в этом виде двух сталкивающихся миров. Я достала свой карандаш и пыталась передать картинку на бумагу. Я пробовала сделать это много раз, но результат никогда не удовлетворял меня полностью. Рисунки не были плохими, но они просто не передавали картинку полностью. Я быстро ушла в свой мир с каждой линией карандаша, выводимой на бумаге. Я едва ли заметила локон, упавший мне на лицо, когда картинка стала становится лучше. Было очевидно, что я не закончу сегодня, солнце садилось, а мне очень хотелось закончить картину. В тот момент, когда я уже хотела закрыть свой скетчбук, я услышала, как дверь закрылась. Мне показалось это странным, потому что я не думала, что кто-то еще знает об этом месте. Но наверное, это не было маловероятно, что кто-то из студентов мог наткнуться на него, как и я. — Камз? Я застыла. Это определенно был не студент. Черт.