the iceberg method // метод айсберга

***

Мы каким-то образом умудрялись лежать в одной позе каждый вечер. Лорен читала, а я лежала у неё между ног и разговаривала с Джейком. Который вчера был Блейком, а позавчера — Томми. Нам нужно договориться по поводу имени. — Я думаю, у него будет кризис личности, когда он родится. — сказала я, озвучивая свои мысли — Мы продолжаем называть его по-разному. Я услышала, как Лорен тихонько посмеялась и опустила книгу. — Он ведь не будет помнить ничего из этого. — Хмм… — я посмотрела на её животик — Что, если он какой-то супер гений и будет помнить это всё? — спросила я — Я имею в виду, у него супер крутая память, но единственная вещь, которую он не будет знать — своё имя. Потому что, знаешь, мы не решим, пока ему не исполнится 20. Смех моей девушки заполнил комнату, а она отложила книгу и посмотрела на меня. — Хорошо. — сказала она — Давай решим сейчас. На секунду я не поверила, что мы действительно решим сегодня, но мне нравилась веселая атмосфера, поэтому я решила её поддержать. — Брэндон. — быстро сказала я. Она закатила глаза и ласково провела рукой по моим волосам. — Ты никогда не перестанешь? Я посмеялась и покачала головой, целуя её животик и наслаждаясь тем, как она гладит меня по голове. — Что насчет имени Логан? — спросила она, пока мои пальцы выводили разные узоры на животике. — Логан? — спросила я. Мне показалось это странным, что еще одно имя добавлено в список. Я думала, что мы выберем из уже присутствующих. — Да, Логан Вильямс был моим первым учителем английской литературы. — сказала она — Он помог мне найти мое увлечение. Правда, если бы его не было, то я не была бы сейчас той, кто я есть. Я возмущенно простонала. — Что? — сказала она, смеясь. — Тяжело спорить с тобой, когда ты воздействуешь на меня эмоционально. Ты не могла дать мне какую-нибудь дерьмовую причину, чтобы я тут же запретила его? — жаловалась я. Она рассмеялась, невозмутимая моей надоедливостью, продолжая играть с моими волосами. — Мы можем его изменить. — сказала она — Но, если мы не сможем решить, может Логан быть запасным вариантом? — спросила она с надеждой. Я изучала её глаза и не могла отказать. Я кивнула, начиная вновь оставлять поцелуи на её животике. — Конечно. — наконец озвучила я. — Но Брэндон — хорошее имя. — Прекрати. — она притворилась раздраженной, и я посмеялась. — Никогда!

***

Когда я приехала туда, я увидела полицию, ограждения, разбитое стекло и черный форд F-250 с абсолютном разбитым бампером. Это не может быть тем, что врезалось в Лорен. — подумала я. — Женщина была беременна? — я услышала полицейских, отчаянно ища любой знак, показывающей наличие Лорен здесь. Я подбежала к ним, услышав их разговор. — Честно говоря, я не думаю, что она см… — Где она? — перебила я его. Двое мужчин в униформе посмотрели на меня с очевидным удивлением на лицах. — Где она, блять?! — прокричала я из-за их молчания. У меня не было ни времени, ни терпения, чтобы ждать. Я чувствовала, что мое тело и разум были в разных местах. Мое тело хочет упасть на землю и плакать, пока боль не утихнет, но мой разум не позволял мне это сделать. Мой разум продолжает говорить мне, что Лорен нуждается во мне и что мне срочно нужно к ней. — Они забрали её в больницу. — сказал один из них. Я не слышала ничего больше. Они кричали что-то мне вслед о том, что я не должна ездить в таком состоянии, но я буду в порядке только тогда, когда буду рядом с Лорен снова. Прежде чем уехать, я еще раз посмотрела на большую черную машину. Машина Лорен — маленький седан, и в моем животе всё скручивается, когда я думаю о том, каким сильным должно быть столкновение, чтобы сделать такой урон огромной машине. Но я не могу позволить себе думать об этом сейчас, я не могу позволить себе думать о чем-нибудь, кроме Лорен. Ей не нужно было, чтобы я сломалась и расплакалась, я была нужна ей рядом. Поэтому я продолжила ехать, пока каждая частичка меня умоляла перестать думать, а слезы текли по моему лицу, и всё тело болело. Я приехала к больнице в рекордно быстрое время и ворвалась в больницу, подходя к стойке регистрации. — Лорен Хурэги, где она? Девушка, которая до этого болтала со своей коллегой, тут же заметила мое заплаканное лицо и трясущиеся руки и повернулась ко мне. — Вы родственник? — спросила она. — Я — её девушка. Она с сожалением посмотрела на меня, и часть меня поняла, что она собиралась мне сказать, но я покачала головой. — Нет. — сказала я. — Мне очень жаль. — мягко проговорила блондинка напротив меня. — Пожалуйста. — умоляла я. — Я не могу предоставить вам информацию, если вы не являетесь родственником или супругом. Слезы вновь потекли по моему лицу. — Нет, послушайте, вы не понимаете. — пыталась я — Она беременна, и я нужна ей, хорошо? Я не могу оставить её одну. Она вздохнула и начала просматривать информацию на компьютере, но вдруг она растерянно посмотрела на меня. — Здесь сказано, что они уже связались с супругом. — сказала она. О, нет. — С мужчиной, которого зовут Рональд? Я ударила рукой по столу твердо и громко, пугая девушку сидящую за ним. Боковым зрением я заметила, что охрана начинает двигаться в нашем направлении, но женщина поднялась и показала им, чтобы они остановились. — Вы можете сказать мне, в каких они отношениях сейчас? — осторожно спросила она, как будто всё, что она скажет, заставит меня взорваться. Она не ошибалась, предполагая это. — Он — её муж. — горько сказала я — Развод должен был стать официальным на следующей неделе. Она кивнула. Охранники сделали несколько шагов назад, а женщина вышла из-за стола и проводила меня в комнату ожидания. — Послушайте. — тихо сказала она, смотря назад, чтобы убедиться, что за нами никто не идет. — Я не должна говорить вам этого, но предполагаю, что её муж тоже захочет знать эту информацию. Она осторожно усадила меня в комнате ожидания, которая была абсолютно пустой. — Они ждут, пока операционная освободится, чтобы забрать её на операцию. Я не знаю деталей, но её состояние было помечено, как критическое. Я посмотрела на неё с огромными испуганными глазами, когда она вновь заговорила. — Постарайтесь не паниковать, может быть всё не так плохо, потому что беременные женщины всегда в приоритете, и их состояние всегда преувеличено в отчетах. — она объяснила, присев рядом со мной. — И еще одно. Когда её муж приедет сюда, они попросят принять решение. — Какое решение? — пробормотала я. Она вздохнула. — Они постараются спасти обоих. Но если придется делать выбор, они спросят, должны ли они спасти её или ребенка. Мои глаза сконцентрировались на карих глазах женщины передо мной, молча умоляя её сказать, что этого всего не происходит. Я не могла потерять их, никого из них. Они — очень важная часть моей жизни, они должны выжить. Мое тело было слишком шокировано, поэтому я позволила себе снова заплакать. Я кивнула и наблюдала за тем, как она покидает комнату. Мне ничего не оставалось, кроме как позвонить Дайне и рассказать, что случилось. Она сказала, что будет здесь с Нормани как только сможет. Я не стала звонить Элли, учитывая то, что Ронни уже знает, поэтому я предположила, что она тоже знает. Я также написала моей маме и извинилась за то, что убежала, ничего ей не сказав. Я рассказала ей, что случилось, но сильно это сократила и сказала идти домой. Я не хотела, чтобы она волновалась, потому что никто из нас ничего не может сделать. — Где она?! — громкий низкий голос спросил. Я подняла взгляд и увидела Ронни, стоящего у стойки регистрации, привлекая внимание всех вокруг него. Та же самая блондинка, которая разговаривала со мной, теперь успокаивает его. Я задумалась, как у нее это получается, наверное, она сталкивается с такими ситуациями каждый день. Должно быть, у нее напряженная жизнь. Я увидела, как Элли заходит в здание и ласково кладет руку на плечо Ронни, пытаясь успокоить его, пока высокий мужчина тихо всхлипывал. Я никогда не думала, что он — плакса, но наверное это хорошо, что у него есть сердце. Я могу только представить, что ему сказали подождать, потому что женщина вела себя с ним так же, как со мной, и отвела его в комнату ожидания, в которой была я. — Мила. — сказала Элли, абсолютно шокированная моим присутствием, хотя я не знала почему. Где же мне еще быть? — Привет. — пробормотала я. Они сели на стулья в противоположной стороне, и Элли с сожалением посмотрела на меня. Я подумала, что это из-за того, что Ронни был не приветлив, хотя мне было плевать. Я тоже не хотела с ним разговаривать. Через 15 минут Нормани и Дайна приехали и сели рядом со мной. Я соврала им и сказала, что не знаю, что происходит, потому что я не должна была. Я не хотела, чтобы у этой женщины были проблемы за нарушение правил, когда она только хотела помочь мне. Дайна, Нормани и я получали ненавистные взгляды Ронни время от времени, но мы игнорировали их. В итоге он не смог долго сдерживаться. — Так кто из вас та шлюха? — бросил он. Я смотрела телевизор, находящийся в комнате, по которому показывали новости, и проигнорировала его вопрос. Мы все были на эмоциях, и сейчас не то время, когда следует начать этот разговор. К сожалению, взгляды трех моих друзей выдали меня. — Ты? — спросил он. Мои глаза встретились с его, но мой взгляд не выражал ничего. После всей этой боли, моё тело и мои эмоции застыли, может быть так было лучше. — Не сейчас, Рон. — тихо сказала Элли — Посмотри, где мы. — сказала она, озвучивая мои мысли — Все здесь, потому что мы заботимся о Лорен и ребенке, давайте просто сфокусируемся на этом. Кажется, это его успокоило. Такой подкаблучник. — подумала я. Через несколько секунд высокий мужчина с темно-коричневыми волосами в синей униформе зашел в комнату. — Кто здесь из-за Лорен Хурэги? Мужчина немного растерялся, когда увидел, что все поднялись со своих мест. — Вау, хорошо. Давайте попробуем еще раз. — засмеялся он. Как он может смеяться? Прочитай название ебаной комнаты, идиот.Я надеюсь, что он не единственный, кто работает с Лорен. — Кто её супруг? Мы с Ронни остались стоять, а все остальные сели. Мужчина в униформе, на которой было указано имя Даниэль Джонсон, посмотрел на нас еще растеряннее. Ронни посмотрел на меня и вздохнул. — Это запутанно. — сказал он доктору. — Законный. — указал он. Я свирепо посмотрела на него и медленно села. Доктор был наконец доволен результатами и попросил Ронни отойти, чтобы тот смог ответить на несколько вопросов. Ронни посмотрел на Элли и вздохнул. — Послушайте, док, если вы не против. — начал он — Все здесь любят Лорен. Вы можете сказать здесь все, что вам нужно. Должна признать, что я была удивлена его великодушием. Я не знаю, что бы я сделала, если с Лорен что-то случилось здесь, а я бы и не узнала. Мужчина начал спрашивать Ронни о здоровье Лорен. Предыдущие операции, болезни, которыми она может болеть с рождения и другое. После ряда вопросов нам сказали, что Лорен отправили на операцию. — Тогда что вы здесь делаете? — спросил Ронни. — Я не хирург. — объяснил он — Но я уверяю вас, что доктор Бэйли — замечательный специалист. Затем он начал перечислять её травмы. Сломанные ребра, сломанная левая нога, внутреннее кровотечение. После того, как он сказал всё это, я подсознательно игнорировала его. Я хотела сказать ему, чтобы он прекратил, потому что мысль о том, что Лорен испытала столько боли, убивала меня. Худшая часть, что я не могу помочь ей, не могу забрать её боль. Ты не можешь оставить меня. — подумала я. Я услышала, как её голос эхом отдался в моей голове, когда она умоляла меня не оставлять её несколько месяцев назад после моего признания. Часть меня ругает меня за то, что я не заставила её пообещать мне то же самое. Наивная часть меня думает, что если бы она пообещала, то мы бы сейчас не были здесь. — Что касается ребенка. — продолжил он. Это привлекло мое внимание еще раз, и мы с Ронни переглянулись. — Мы изо всех сил постараемся спасти обоих, и доктор Робинсон, которая занимается ребенком, тоже прекрасный специалист, но мы должны знать. Вот и оно — подумала я. — Если придется выбирать, кого бы вы хотели спасти? Я думала над этим, пока ждала, и я знала, что Лорен хотела бы. Я не думаю, что Лорен сможет выдержать, если она проснется, а её ребенка не будет. Но в то же время, я не могу потерять Лорен. Я отказываюсь терять Лорен. Высокий блондин повернулся ко мне со слезами, вот-вот грозящимися потечь из его глаз. — Чего хотела бы Лорен? — его голос сломался. Мы оба знали ответ. Поэтому мы не говорили его, мы не можем потерять её. Ронни и я может и не знаем друг друга хорошо и имеем много различий, но мы любим Лорен, и это то, на чем мы должны сконцентрироваться сейчас. Внутренняя борьба происходит во мне за то, чтобы сказать эгоистичную вещь и озвучить, что я хочу спасти Лорен, или быть честной и сказать, чего Лорен действительно хотела бы. — У нас с Лорен не будет другого ребенка. — сказал он. — У нас не будет другой Лорен. — вмешалась Дайна, как будто мы даже не должны были это обсуждать. — Камила. — она посмотрела на меня, они все смотрели, ожидая ответа. Правда в том, что потеря одного из них будет одинаково невосполнима. Я наблюдала за тем, как ребенок растет внутри нее. Я была рядом, когда она отправляла меня в магазин поздно ночью, когда она ходила на узи, когда малыш пинался. Я пела ему, разговаривала с ним каждый день месяцами. Я уже не могу представить свою жизнь без него. Брэндон, Джо, Джексон, уже не важно. Мне было плевать, как мы его назовем, мне нужно было, чтобы он остался жив. Мысль о потере ребенка острой болью отразилась у меня в груди, а из глаз потекли слезы. — Лорен — начала я, задыхаясь — хотела бы спасти ребенка. Я увидела, как Элли вытирает слезы боковым зрением, а Дайна покачала головой. — Камила… — К черту это. — прервал Ронни, прежде чем Дайна могла продолжить. — Лорен не здесь, и она не может решать. — бросил он — Она не может просто оставить нас. Я решила: что бы я ни сказала, Ронни не был бы доволен ответом. Если я сказала спасти ребенка, я бы позволила ей умереть. Если я выбрала Лорен, то была эгоистичной и позволила бы его сыну умереть. Не было правильного ответа. В любом случае я ценила то, что позволил мне сказать, но это было не мое решение. Я никогда не думала, что придет день, когда я буду благодарна Рональду Доркоффу, потому что сейчас я рада, что решение не принадлежит мне. — Спасите её. — сказал он, смотря доктору прямо в глаза. Доктор кивнул. — Послушайте, успокойтесь все, пожалуйста. Мы поставим её в приоритет, потому что вы указали это. — сказал он, указывая на Ронни — Но всё сводится к тому, у кого будет больше шансов выжить. Часть меня была рада этому, а другая ненавидела. — Доверьтесь нам — сказал он, хотя я подумала, что это была шутка — Мы обещаем сделать всё, что в наших силах.

***

Холодная вода привела меня в себя, пока я нагнулась над раковиной в туалете. Прошло три часа, а Лорен все еще была на операции. Дверь в женский туалет открылась, и та блондинка зашла. Она тут же застыла, смотря на меня с сожалением. — Привет. — мягко сказала она — Как вы? Прежде чем я могла ответить, она протянула руку, показывая мне не отвечать. — Не отвечайте, это глупый вопрос. Смешок сорвался с моих губ, и я кивнула. Не потому что я думала, что её вопрос был глупым, а потому что она была вежливой, и я поняла это. — Честно говоря, я не знаю, что делать. — призналась я незнакомке. — Я могу только представить. — сказала она, медленно подходя ко мне и кладя руку мне на плечо. Она вздохнула и покачала головой. — Черт. — сказала она, теряя свою профессиональную вежливость. — Честно, мне очень жаль за вашу потерю. Моё сердце упало в пятки. Я почувствовала, как мой завтрак собирался выйти обратно, прежде чем я посмотрела на неё со слезами. — Что?