Глава 9.
6 августа 2017 г., 22:18
— Сёкаку-нее! — нагнал Ульяновска и его спутницу окрик, когда до заведения Мамии оставалось каких-то полсотни метров.
Оглянувшись назад, парень увидел бегущую в его сторону девушку, одетую точно так же, как и Сёкаку. Она была немного ниже ростом и лицом похожа на шедшую рядом с Ульяновском авианосец, вот только выглядела она несколько моложе и в отличие от внешне спокойной Сёкаку казалась более активной и склонной где-нибудь похулиганить. Ульяновску она напомнила забавных эсминцев проекта 30-К под предводительством Огневой — эти вечно неугомонные девчата всегда были готовы пошалить и были остры на язык. Однако ему сложно было представить авианосец, играющий в пионербол глубинными бомбами.
— Ян, знакомься, это Дзуйкаку, моя младшая сестра, — представила Сёкаку своему спутнику подошедшую к ним девушку, которая если перекрасила бы волосы с тёмно-оливкового цвета в белый сошла бы за помолодевшую сестру. И если бы подросла в фигуре, так как если в росте сестре она проигрывала каких-то пять-десять сантиметров, то во всём остальном она отставала на размер-два, а кое-где и на три.
— Ян? — переспросила Дзуйкаку, встав рядом с сестрой.
— Авианесущий крейсер Ульяновск, — представился парень.
— Хм… — окинула Дзуйкаку парня взглядом с ног до головы. — Если попробуешь сделать что-то неприличное с Сёкаку-нее — пожалеешь! — пригрозила она, загородив собой сестру.
— Эй, я только по обоюдному согласию, — подняв руки, ответил Ульяновск.
— Чт… Да ты! — подавилась воздухом Дзуйкаку, повернувшись к сестре. — Нее-сан?!
— Успокойся, Дзуйкаку, Ян просто шутит, — добродушно улыбнувшись, сказала Сёкаку, взъерошив чёлку сестры.
— Не удержался, — честно признался парень.
— Идём? — кивнув в сторону столовой, спросила Сёкаку.
— Поспешим, пока первый дивизион всё не подчистил! — встав между парнем и сестрой, заявила Дзуйкаку.
Однако сделав несколько шагов, темноволосый «журавль» резко остановилась и бросила на обогнавшего по инерции её парня недоверчивый взгляд.
— Погоди, это же про тебя на базе слух ходит! — воскликнула Дзуйкаку.
— Это какой? — обернувшись, поинтересовался парень.
— Что к нам на базу для учёбы перевели русскую канмусу-авианосец, которая внешне похожа на эсминец. Но ты ведь парень! Почему тебя половина базы считает девушкой? — скрестив руки на груди, спросила Дзуйкаку. — Ты это специально задумал, чтобы насытить свою извращенскую натуру, как Ямамото-сама?
— Я не виноват, что у некоторых неправильные представления обо мне, — попытался успокоить Ульяновск закипающую Дзуйкаку, в голове которой, судя по её лицу, пронёсся шквал мыслей, достойных любого хентай-мангаки. — Если они обо мне так думают — пускай, так проще и мне, и им. Меньше неудобных вопросов и ситуаций будет возникать.
— А доки?! — с нажимом спросила младшая канмусу.
— А я там появляюсь позже всех, да и то — вместе с Гангут и под её присмотром.
— А, ты с Гангут, — успокоилась девушка.
— Что-то она слишком быстро успокоилась, — подумал Ульяновск. — Что-то тут не чисто.
— Я же говорила тебе, что ты напрасно переживаешь, — улыбнулась Сёкаку, подталкивая свою сестру вперёд. — Ян-сан воспитанный и приличный корабль.
— Как я могу не переживать, когда тебе почти весь день предстоит проводить наедине с этим… С этим… — запнулась Дзуйкаку.
— Давай, назови меня похотливым животным, — ехидно предложил Ульяновск. — И я им стану, если милый журавлик просит.
— Бака! — гордо вздёрнув носик, воскликнула Дзуйкаку и зашагала в столовую.
— Это было не обязательно, Ян-сан, — отчитала парня Сёкаку.
— А что я сразу?! Я и так стараюсь вести себя как можно более тормознуто, а она меня чуть ли не маньяком считает, — обиженно проговорил Ульяновск. — Словно я пристаю к каждому первому встречному.
— Вовсе нет. Просто Дзуйкаку нервничает в твоём присутствии. Она сильно переживала, когда узнала, что на базу прибудет канмусу современного авианосца, а когда выяснила, что ты парень — растерялась, — пояснила Сёкаку, грустно вздохнув и тихо добавив: — Она не умеет общаться с парнями.
— Простите за неудобство, Сёкаку-сан.
— Прошу, не держи зла на Дзуйкаку, — добродушно улыбнувшись, попросила Сёкаку.
— Не буду, если только она меня в порыве ревности не попытается забросать самолётами-камикадзе, — подмигнул девушке Ульяновск.
— Она не будет этого делать, — возобновив свой путь, уверила парня авианосец.
— Потому что у неё нет самолётов-камикадзе? — улыбнулся Ульяновск.
— Ну, — задумалась Сёкаку. — Если она даже на Кагу не бросается с кулаками, то и тебе бояться нечего, — подмигнув, ответила она.
Взяв у Мамии усиленный бокситом рацион, Ульяновск сел за одним столом вместе с канмусу из пятого авианосного дивизиона за столиком в дальнем углу, откуда открывался хороший обзор на столовую.
— Нам повезло, что мы пришли раньше первого дивизиона, и я заняла столик, — с гордым видом сказала Дзуйкаку, расправившись с первым блюдом. — Чего вы так копошились? Сёкаку-нее, тебе следовало поторопить этого копушу.
— У меня, вообще-то, крейсерская скорость на четыре узла выше, — подметил парень, прицеливаясь, с какой стороны приступить к рисовому омлету.
— Дело не в этом. Просто обычно когда первый дивизион авианосцев заходит в столовую, они сметают половину пайков. Но они очень пунктуальны, поэтому я и Сёкаку-нее стараемся приходить пораньше. Тебе Тайхо не объясняла этого? — спросила Дзуйкаку.
— Да я и не обедал, — признался Ульяновск.
— Ты дебил? — вкрадчиво поинтересовалась Дзуйкаку.
— Дзуйкаку, так нельзя. Прости, — отчитав сестру, извинилась Сёкаку.
— Нее-сан, а как его ещё назвать? — возмутилась Дзуйкаку. — Ведь на голодный желудок у него естественно ничего не взлетит. Ты на уровне инстинкта должен есть усиленные бокситом пайки после многочисленных запусков авиации.
— Так я и грыз печеньки, — ткнув вилкой в лежавшие возле его подноса три пачки с галетами, сказал парень.
— Этого мало, Ян-сан, — покачала головой Сёкаку. — В авиационном пайке помимо высокого содержания боксита есть другие добавки, которые влияют на самолёты.
— Хм… Это получается, все мои беды от еды? — пробубнил Ульяновск.
— Не все, но, думаю, большая часть. С плохим снабжением даже эсминец не сможет нормально выполнять свои функции, — подтвердила догадку русского авианосца Сёкаку. — Но кроме этого тебе предстоит научиться использовать своё авиакрыло в полном составе. Как показало сегодняшнее занятие — с этим у тебя имеются проблемы.
— Ну, это самое авиакрыло теперь хотя бы взлетает, а не играет в подводные лодки, — отшутился парень.
— Все через это прошли, просто очень редко кто находит в себе силы признаться, — пробурчала Дзуйкаку, пытаясь одновременно прожевать большой кусок сайры.
— Дзуйкаку, неприлично разговаривать с набитым ртом, — напомнила сестре Сёкаку.
После этого три авианосца сосредоточили своё внимание на тарелках с едой, вспомнив о принципе «когда я ем — я глух и нем». Но стоило в столовой показаться двум девушкам в одеждах, похожих по фасону на одежды сестёр, сидящих напротив Ульяновска, как Дзуйкаку напряглась, а Сёкаку стала обеспокоенно поглядывать на сестру.
Не узнать эту пару, как и причины изменения в поведении Дзуйкаку и Сёкаку, было сложно. Первой шла Акаги — высокая шатенка с длинными прямыми волосами, на груди которой был небольшой мунэатэ — защитная нагрудная пластина лучников — а спереди на поясе был прикреплён щиток, напоминавший кусочек взлётно-посадочной палубы. Чуть позади спешившей к еде Акаги шла Кага, такая же высокая шатенка, чья юбка была синего, а не красного цвета.
И в отличие от Акаги, которая словно ничего не видела кроме еды впереди, Кага окинула взглядом столовую, будто пытаясь найти что-то. Не обратив внимания на галдящую стайку эсминцев и лёгких крейсеров класса «Агано», она нашла сидящие в уголке авианосцы. Ульяновск уже ожидал показательно-горделивого игнорирования, какое обычно демонстрировала Кага по отношению к пятому авианосному дивизиону, но вместо этого поймал её взгляд на себе.
— И что это было, — проговорил Ульяновск, когда Кага едва заметно кивнула ему.
— Это ж Кага. Она ко всем так относится, кто не может утопить целую эскадру глубинных с первого налёта, — отмахнулась Дзуйкаку, — и при этом не теряет ни единого самолёта, — однако наткнувшись на укоризненный взгляд сестры, она решила пояснить: — Нет, семпаи из первой авианосной конечно вполне имеют право себя так вести, они всё-таки элита. Но это бесит, да. А ещё достаёт, что вторая авианосная, которая не может похвастаться такими успехами, ведёт себя точно так же. А вообще, не обращай внимания на гордячек, пусть гордятся дальше. Топи всё, что плавает, сбивай всё, что летает.
— Дзуйкаку права, Ян-сан. Не стоит зацикливаться на мнении других о себе, самое главное — стараться, — добавила Сёкаку.
— Это-то правильно, вот только мне интересно, что я лично Каге сделал, — вздохнул Ульяновск.
— Забей, — посоветовала Дзуйкаку. — Кстати, Сёкаку-нее, сегодня у нашего Бумажного Дракона первый выход в патруль. А значит, скоро отправят в патруль и Катсураги, и угадай с кем, — заулыбалась она.
— С кем? — словно не понимая, переспросила Сёкаку.
— Бумажный Дракон? — тоже поинтересовался Ульяновск.
— Катсураги будет зачислена в наш дивизион, — радостно сообщила сестре Дзуйкаку, после чего стала отвечать на вопрос парня: — Хакурю, потенциально сильнейший авианосец нашего флота. Самолётов много, а бомбардировщики и истребители ещё и на основе реактивных «Накадзима Кикка». Девяносто пять самолётов, из которых семьдесят реактивных — это очень круто. Ещё Кикки есть у Синано, но у неё самолётов гораздо меньше.
— А почему бумажный? — не удовлетворившись полученной информацией, спросил Ульяновск.
— Она была призвана как нереализованный в металле проект, — пояснила за увлёкшуюся десертом сестру Сёкаку.
— Угум-с, к тому же довольно сырой проект немного увеличенной Тайхо, оснащённой двумя катапультами, — добавила Дзуйкаку, проглотив кекс.
— Чую, весело было её наставницам, — вспомнив свои собственные мучения, проговорил Ульяновск.
— Похоже на то, — подтвердила догадки парня Сёкаку. — Сорю и Хирю почти на полгода выбыли из строя, привлекаясь только к рейдам на гнёзда химе глубинных, занявшись обучением Хакурю.
Закончив с обедом и попрощавшись с Дзуйкаку, учитель и ученик вернулись в додзё, где Ульяновску предстояло обучаться координации действий эскадрилий. Начать Сёкаку предложила с двух звеньев, и к концу занятий у парня уже получалось избегать столкновений самолётов во время манёвров звеньев самолётов. Вечерняя отработка взаимодействия с эскадрой, заключавшаяся в тренировке смены ордера, также прошла успешно, если не считать наблюдавшей за манёврами Такао и подозрительно косившуюся на него Атаго. Ко взглядам Татсуты Ульяновск уже начал привыкать.
Кабинет командующей базы Осима.
— Мда, дела плохи, — закусив в зубах карандаш, проговорила адмирал Ямамото, просматривая последние донесения разведки и отчёты о ходе подготовки недавно призванных авианосцев. — На острове Огасавара глубинные кучкуются, но это пока можно потерпеть. А вот появление двух химе на острове Китадайто это не есть хорошо. Оттуда до Окинавы чуть больше трёхсот километров.
— Согласно докладу разведчиц адмирала Имагавы, у противника замечено большое количество авианесущих особей, — подняв глаза с рапорта, сказала помощница командующей, контр-адмирал Сатанака. — А почти все авианосцы у нас.
— В этом-то и проблема, — выплюнув карандаш, кивнула Ямамото. — У Ивамото только Хиё, Рёхо и Хосё. Они хоть и храбрые девчата, но против двух Во-классов даже они трое ничего не сделают. На базе на Филиппинах ситуация в этом плане чуть лучше, но ненамного. Читосе, Чиода, Сёхо и Зуйхо. Но это всё лёгкие авианосцы.
— Ну, на Филиппинах лучше прикрытие, — напомнила Сатанака. — Мусаши, Исэ и Фусо с сёстрами, шесть тяжёлых крейсеров, три Кумы и пятёрка класса Нагара.
— Зато на Окинаве Ямато да Нагато с Мутсу. Это конечно сила, но случись что — их прикрыть некому, кроме пяти тяжёлых крейсеров. Этого мало. Сестёр Сендай я в расчёт не беру, — перечислила Ямамото. — Как ни прискорбно это признавать, но наши тяжёлые крейсера больше годятся для борьбы с надводными особями глубинных, а никак не с их авиацией. До американцев в этом плане нам как до небес. К тому же там химе, а если разведка рапортует об увеличении поголовья Во-класса, значит эта химе принадлежит к авианесущей категории. Надо усиливать соединение Имагавы.
— Какой состав готовить к отправке? — спросила Сатанака.
— Первая, вторая и пятая авианосные, всю третью дивизию линкоров. Крейсера и эсминцы отправить согласно спискам эскадр сопровождения. И Тоне с Тикумой следом отправь.
— Но ведь там много необстрелянных эсминцев, — попыталась возразить Сатанака. — И мы останемся без линкоров и тяжёлых крейсеров на базе.
— Вот для обучения эсминцев Тоне и отправится к Имагаве вместе с сестрой. С Окинавы к нам отправят Майю, Чёкай, Микуму и Кумано. Авианосцев у нас достаточно, правда вся тяжесть подготовки ляжет на плечи Тайхо, Рёдзё и Дзуньё. Линкоров у нас тоже хватает — Айова, Гангут, через два дня прибудет Варспайт с тяжёлым крейсером Лондон и лёгкими Галатея и Аврора, плюс тройка эсминцев. Готовь телеграмму адмиралу Имагаве, — распорядилась Ямамото.
— Есть, — отозвалась Сатанака. — Когда готовить личный состав к отправке?
— Через пять дней отправляем первую и вторую авианосные вместе с третьей дивизией линкоров, плюс эскорт. Остальных после прибытия крейсеров с Окинавы в Минабе, — отодвинув в сторону одну пачку бумаг, командующая взялась за другую. — Теперь о наших летунах. Когда вернётся с патрулирования Хакурю, вызови её ко мне, а пока направь ко мне Сёкаку, ей предстоит скорректировать темп подготовки нашего русского гостя.
— Думаете, будет результат?
— Заодно и узнаем. Сёкаку гораздо опытнее Тайхо, она сможет быстрее найти корень проблемы. А Ульяновск я перевожу в восьмую авианосную к Хакурю вместо Катсураги, возглавит её Тайхо. Сопровождение выделим из крейсеров Имагавы — или Могами, или Такао.
— Может, не стоит ставить Хакурю в одну эскадру с Ульяновском?
— С кем-либо другим эта дракоша просто не сработается. Ей в пару либо его, либо кого-то из класса Мидуэй, но янки свои самые сильные авианосцы держат у себя. И дело тут совсем не в характере. Зато в паре они быстрее научатся наносить удары по противнику, в то время как Тайхо сможет их прикрыть в случае чего.
