Здравствуйте! Я - ваша вредина!

Я уже достаточно давно проснулась, но открывать глаза совсем не хотелось. Нет, меня не сковывал страх, не душила паника, как еще несколько дней назад. Я просто выспалась, но, поддаваясь лени, продолжала нежиться в кровати. А чем еще заниматься? В школу не надо. Телевизор нельзя, в инет не зайти, музыку не включить. Можно расслабиться и подумать о бренности жизни да полениться вдоволь. На моем лице появилась довольная улыбка и я перевернулась на живот, подминая под себя одеяло. В террариуме шуршал Харрис, видимо исследуя новое пристанище. - Джарвис, - лениво позвала я, - подскажи, будь человеком, который час? - Почти одиннадцать. Доброе утро. - Доброе, - я уселась на кровати, чувствуя, что сил валяться больше нет. – Ты заметил прогресс? Сегодня я даже нормально выспалась. Никаких кошмаров и ночных пробуждений. - Ну, насчет кошмаров ты ошибаешься – пару раз вскрикивала, но уже не так, как было раньше. А так, ты права, прогресс есть. Я потянулась и нахмурилась: - Вот умеешь ты настроение испортить. Был бы ты осязаем – давно бы тебя подушками закидала. Что мистер Старк? - После твоего первого вскрика не отходил ни на шаг. Сейчас отсыпается. Кровь прилила к моему лицу. Боже, как стыдно-то. Энтони опять дежурил у моей кровати, словно я маленький ребенок. Черт. Но, с другой стороны, он был мне нужен. Не успокаивай он меня, наверное, я бы сошла с ума. - Чем думаешь заняться? – как бы невзначай поинтересовался Джарвис. - А есть предложения? - Мы можем начать нагонять твоих одноклассников. Ну как тебе идея? Я скорчилась, словно меня заставили съесть целый лимон, а закусить дали лаймом. - Ой, спасибо, нет, - протараторила я, быстренько скрываясь в ванной комнате. Пока я сушила волосы полотенцем, обдумывая план дальнейших действий, Джарвис решил окончательно упасть мне на ухо и во всю рекламировал учебу. Зажимая уши ладошками, я топала в кухню, но так и не дойдя до нее почувствовала душащий запах чего-то сильно горелого, тут же развернулась на пятках и отправилась бродить по башне. Спортивный зал, безусловно, манил меня. Хотелось примерить боксерские перчатки и от души постучать по груше. Но я чувствовала какую-то усталость во всем теле, слабость что ли, так что от этой идеи пришлось отказаться. Я заглянула в библиотеку. Бесшумно ступая вдоль стеллажей я прокрадывалась вглубь тихой комнаты. Мой пальцы легко касались корешков книг, а в душе появилась надежда на то, что пару-тройку дней я могу потратить за интересной книгой. Вокруг было слишком много научной литературы, которая совсем меня не манила (ну, в данный момент), поэтому, едва на мои глаза попалась знакомая по школьным годам фамилия, я тут же остановилась на ней. В моих руках оказался тоненький сборник байроновской лирики. Что ж, начнем хоть с этого. Между огромным окном и одним из стеллажей, пряталась кресло-качалка, на котором я и решила задержаться. Очень кстати на его подлокотнике висел клетчатый мягкий плед. Как следует укутавшись, я легко оттолкнулась ногой от пола, и наслаждаясь легким покачиванием открыла сборник. - Маша! – взволнованный голос взвился надо мной. Я открыла глаза и слабо соображая уставилась вперед. Прямо передо мной, стоя на коленях, стоял Энтони и внимательно разглядывал мое лицо. Он крепко впился руками в ручки кресла. - Похоже, я задремала, - честно призналась я, смущаясь. - С тобой все хорошо? – уже мягче поинтересовался Старк, продолжая сканировать меня взглядом. - Да, - я нахмурилась, - вроде… А что случилось? - Ничего, - он наконец отпустил кресло и встал, - Кандида спалила пару тостов, и правдолюбивый Джарвис не смог упустить возможности прочитать ей наставления. Тебя он потерял из виду, поэтому навел тут шороху. - Да ладно? – на моем лице появилась торжествующая улыбка. – Это здорово. - Ну да, - фыркнул Тони, - как же. Он развернулся, собираясь уйти, но мне этого не хотелось. Даже не так: мне не хотелось быть одной. Можно почитать, но Байрон навевает тоску, еще можно поговорить с Джарвисом, но тот точно опять запоет об учебе. - Энтони, - осторожно позвала его я, - ты сейчас сильно будешь занят? Могу я тебя отвлечь? - М? - Террариум Харриса великоват для стола. Помоги мне, пожалуйста, пристроить его куда-нибудь. Старк пожал плечами: - Что ж, наверное, ты права. Надо куда-нибудь пристроить его террариум. Идем, посмотрим, что мы можем сделать. Каких-то пол часа и вот «ящик» Харриса удачно пристроен. Я решила, что террариум лучше повесить на боковую стену возле дивана. Эта идея хоть и не понравилась Энтони, но он лишь пожал плечами, мол, в своей комнате расставляй все как хочешь. - Вроде все, так? – Старк убрал дрель в ящичек и посмотрел на свою работу. - Да, - кивнула я, осторожно опуская Харриса на корягу, - спасибо. - Мне надо сейчас уехать, а ты постарайся за это время ничего не сломать. - Этого обещать не смогу, - я поджала губы, стараясь скрыть свою улыбку. Энтони кивнул, словно только что я подтвердила его догадку: - Тогда хотя бы не доводи до инфаркта домработницу. Неопределенно пожав плечами, я поплелась за Старком. - А можно мне сделать один коротенький звонок? - Нет, - он просовывал руки в рукава пальто, - ты все же наказана. - Ну хотя бы Пеппер? Я же помру со скуки! - Можешь сесть за уроки, - Энтони ухмыльнулся, а я сморщила нос. – Ну ладно, можешь позвонить Пеппер. И только. - Спасибочки! После стандартных вопросов о здоровье и настроении, Пеппер пораспрашивала меня о том, чем мы занимаемся. Я рассказала ей, что Старк подарил мне хамелеона, и что мы обустраивали его террариум. После настала моя пора задавать вопросы. Вирджиния сказала, что её мама идет на поправку, и, скорее всего, её скоро выпишут из больницы. - Передавай своей маме привет, - искренне переживала я, - скажи, что мы тут тоже волнуемся. - Обязательно передам, - тепло отозвалась Пеппер, - спасибо. - Слушай, Пеп, а что ты обычно читаешь? Мне тут скучновато, но за уроки браться не хочу. - Попробуй стихи почитать. - Да, перед сном только если. Я засыпаю от Байрона, - поджав губы призналась я. - Да, Энтони рассказывал, - хихикнула она. – Я как-то покупала пару романов Джейн Остин, можешь поискать. - Интересно? - Ну да, мне понравилось. Из глубин кухни послышалось громкое ругательство Кандиды, которое явно предназначалось для моих ушей. Мне не хотелось, чтобы Вирджиния это слышала, так что я быстро с ней распрощалась и, положив трубку, направилась в кухню. - Зачем же так орать? – спокойно поинтересовалась я, пихая руки в карманы спортивных брюк. – Что случилось то? - Не стой из себя праведную девочку! – брызжа слюной и из далека тыча в меня сковородкой, шипела Кандида. – Какого черта ты суешь свой нос в кухонные шкафчики? - А что? Нельзя? – нахально ответила я вопросом на вопрос. Хоть мой нос и не лазил в шкафчиках, мне хотелось вывести из себя домработницу. Нет, ну в самом деле, не я же начала. - Нет! - Чего это вдруг? – я запустила руку в конфетницу, и принялась набивать карман, чтобы потом не бегать. - Потому что кухня – моя территория! - Старку об этом скажи, - использовать козыри, конечно, не хорошо, но я сделала это. После чего без зазрения совести развернулась и ушла, оставив Кандиду в самом взрывоопасном состоянии. Меня интересовала библиотека. Теша себя надеждой, я слонялась вдоль стеллажей, пока не нашла книгу, на корешке которой золотой каллиграфией было выведено «Дж. Остин». Упав в кресло-качалку, я открыла первые страницы и тут же перенеслась в старую, добрую Англию. День пролетел незаметно. Лишь когда Джарвис пригласил меня на ужин, я очнулась. Посмотрев на заложенную в книге закладку, я обнаружила, что прочитала уже больше половины книги. - Уже иду, - выдохнула я, пихая книгу под мышку. Энтони, к тому моменту, как я топала к своему месту, мыл руки. - Как прошел твой день? – поправляя рукава своего черного пуловера, поинтересовался он. - Продуктивно. А ты чем занимался? - Надо было уладить пару вопросов, - коротко ответил он. Не хочет рассказывать подробнее – не больно то и хотелось мне знать. В комнате появилась Кандида, неся в руках расписную кастрюлю. - Цветочек? – я ухмыльнулась, косо поглядывая на посуду которую выставляла на стол домработница. – Серьезно? - Ну, - Энтони также с недоверием смотрел на узор, - это один из любимых наборов Пеппер, - он перевел свой взгляд на Кандиду и добавил: - не думаю, что ей понравится, что кто-то его брал. Кандида пробормотала, что-то вроде «учту в следующий раз», и скрылась в кухонной зоне. - И чем же ты все же занималась? Передай хлеб, пожалуйста. - М, я позвонила Пеппер, мы немного поболтали. А потом, - я легко хлопнула по книге, лежащей на соседнем стуле, - читала. - И как, интересно? - Как будто бы да, - я улыбнулась, - в самом начале, когда главный герой появился в танцевальном зале, я решила, что он и вторая главная героиня будут вроде пары. Но нет, похоже, в финале книги, кто-нибудь кого-нибудь убьет. Старк покачал головой и хмыкнул: - Сомневаюсь, что сюжет романа плавненько перейдет в триллер или детектив. - В этом-то я и сама не сомневаюсь, - закатила глаза я и тут же добавила, словно оправдываясь, почему все же решила дочитать книгу: - просто интересно чем все кончится. Энтони скорчил гримасу и с особым удовольствием начал доказывать мне, что я такая же сентиментальная, как и другие девчонки, на что мне оставалось лишь фыркать и парировать все его аргументы. Не очень-то мне хотелось прослыть сентиментальной. После ужина мы звонили Пеппер. Она была рада услышать, что мы смогли столько времени просуществовать без криков и споров (мы благоразумно упустили рассказ о нашем вечернем препирательстве, и лишь подмигнули друг другу, в голос утверждая, что ведем себя вполне мирно). - Как думаешь, - Энтони убрал свой коммуникатор в карман, - Пеп догадается, что мы её обманули? - Безусловно, - я кивнула и поставила баночку с газировкой на столик. И, усевшись по турецки, я, с хитрой ухмылкой, произнесла елейным голоском: - мы скучаем, Пеп. Энтони бросил на меня свой хмурый предостерегающий взгляд, но меня это не остановило. - Я люблю тебя, солнышко, - продолжала пародировать его я. – Мы, - мой голос старательно хрипел, подражая мужскому раскатистому басу, - народ совершенно не сентиментальный. Точно нет. Пока я кривлялась, Старк, незаметно для меня, вооружился диванной подушкой и запустил ею в меня. - Хей! – увернуться я не успела, так что подушка прилетела мне в голову. – Так не честно! - А нечего издеваться, - Тони схватил еще одну подушку и метнул в меня. Вовремя выставленные руки спасли мое лицо. На секунду закатив глаза, я не целясь кинула подушку обратно и тут же юркнула за спинку дивана. Энтони молчал. Пару секунд я не двигалась, стараясь услышать хоть звук, но ничего. Осторожно я приподнялась на коленях и чуть выглянула из-за своей баррикады. Над моей головой тут же пролетела подушка, чуть ли не задевая волос. - Сдавайся! – прокричала я, прислонившись спиною к дивану, чтобы в меня не возможно было попасть. – Старикам не выжить в этой войне! - Я тебе дам старик! – тут же ответил Энтони, обнаруживая свое месторасположение. Хихикнув, я протянула руку, стаскивая с дивана пару подушек. - Хотя, знаешь, я могу и уступить. Все молодые люди должны уступать место старикам. Например, в автобусе. Над спинкой, за которой я пряталась, пролетела очередная подушка и я поспешила сместиться чуть в сторону, благо диван был широкий и за ним смело можно было бы скрыть около пяти человек. - Ну, я тебе покажу! – сдерживая смех, угрожал Тони. - Предлагаю на счет три! - Раз! – тут же откликнулся он. - Два… - протянула я и приготовилась соскочить, чтобы обрушить на старка гвалт подушек, но он выжидал момента. Опять повисла тишина. - Три! Соскочив, я тут же, одну за одной, метнула подушки на голос… Раздался испуганный женский визг, треск и звон разбиваемой посуды… Между двух огней стояла Канди, закрывая голову руками. Вокруг нее в неровном строе валялись орудия-подушки, которые и заставили её руки отпустить поднос, на котором пару мгновений назад стояли стеклянные бутылки с газировкой, чаша с чипсами и томатный сок. Я прыснула со смеху, глядя на уязвленное лицо домработницы. Энтони иже изо всех своих сил старался сохранять серьезность, что у него слабо получалось, так как мимолетные улыбки все же находили место на его лице. - Это не смешно! – истерично закричала на меня Кандида. Как ни странно, опущенная фраза поимела совершенно предсказуемый эффект – Энтони и я в голос засмеялись, хватаясь за животы. Домработница пулей выскочила из гостиной, а я упала на диван, краем глаза поглядывая на разбросанное по полу стекло, которое тонуло в пенящейся красной луже. - Предлагаю перемирие, - утирая слезы, выступившие от смеха, выдохнула я. - Ага, - кивнул Энтони, падая рядом. - Временное. - Идет. Но, подозреваю, нам надо срочно прятаться, - почти серьезно произнес он, - мало ли она умеет убивать шваброй. - Меня нельзя убивать, - посмеиваясь, я соскочила с дивана, намереваясь отправиться в свою комнату, - я редкий индивид. - А гении нынче вовсе в дефиците, - подмигнул мне Тони, очевидно, направляясь в лабораторию. Утро. Основная часть населения Нью-Йорка, наверное, еще спит. Зато не спиться мне. Этим днем мне следует закончить кое-какие дела, если я хочу успеть преподнести свой сюрприз вовремя, так что пришлось встать пораньше. В башне настолько непривычно тихо, что до меня с кухни доносится шипение масла на сковороде и можно разобрать, когда домработница кладет деревянную лопатку на стол – слышен легкий стук. Стараясь сосредоточится, я с хрустом переворачиваю свежую газету. Интересных новостей, увы, нет. - Тони! – неожиданно раздается жалостливый вздох. – Можно сделать маленькое, ну просто малюсенькое, исключение? - Исключение из чего? – я переворачиваю очередную страницу, стараясь не коситься на Марию. Она плюхается на соседний стул. Чуть выглянув из-за своего укрытия я вижу её «подлизывающийся» взгляд. - Можно сделать небольшое отступление от правила, на чуть-чуть, - Мария показывает мне миллиметровое расстояние между своим указательным и большим пальцем, - ну можно оступиться от домашнего ареста, а? - Зачем? – мне с трудом удается сохранить свое равнодушие. - Помнишь, я говорила, что читаю книгу? Так вот, её редактор решил, что двух частей романа вполне хватит. В книге нет конца! Поэтому, мне срочно, просто жизненно необходимо слетать в книжный магазин или библиотеку. Ну, можно, а? - А в нашей библиотеке ты не смотрела? - Смотрела. Все перерыла. Просмотрела каждую полочку. Каждый стеллаж. - И что? – я старательно прячу свою улыбку за газетой. - Нет ничего! – чуть ли не со слезами вздыхает она, с гулким стуком опуская голову на стол. - Потом позвонишь Пеппер, спросишь. Может, она знает, где продолжение. А так я тебя ни куда не пущу. Домашний арест есть домашний арест. - Уже, - коротко выпаливает она безжизненным тоном, так и не поднимая головы. - Что уже? - Я уже позвонила Пеппер. Она сказала, что другой книги Остин у неё нет. Я машинально отложил газету и посмотрел на часы. Почти одиннадцать утра. А ведь сегодня еще и воскресенье. - Так, стоп. Ты успела перерыть библиотеку, позвонить Пеппер и… - Дочитать книгу, - подсказала она, принимаясь постукивать костяшками пальцев по столу. - Когда ты успела? Мария подняла голову и приоткрыла рот, чтобы ответить, но тут, переняв чью-то дурацкую манеру перебивать, влез Джарвис: - Ночью, - с издевкой говорит он и замолкает, видимо, наслаждаясь произведенным эффектом. - Ночью? – переспрашиваю я, поглядывая на Машу. Она коротко кивнула. – А спать не пробовала? - Мне не хотелось сперва, ну, после того как у Канди случилась истерика, поэтому решила почитать. Со сном как-то не заладилось. - Почему же это? – мои руки автоматически скрестились руки на груди. Ответом мне было неловкое пожатие плечами и потупленный печальный взор. - Никакого исключения, - отрезал я. – Закончится наказание – сходишь и в книжный, и в библиотеку, а пока сиди дома. Тем более, немного осталось. Сколько там, неделя или две? Мария сурово взглянула на меня из-подо лба и сжала челюсти, борясь со своим разочарованием. - Завтракать будешь? – моя интонация быстренько приобрела повседневный, почти заботливый тон. - Тони, - чуть не плача протянула она, - ну, пожалуйста. Маленькое исключение, а? - Нет, - отрезал я и вновь вернулся к повседневности: - Так что на счет завтрака? - Нет! – резко ответила она и, со скрипом отодвинув стул, унеслась в свою комнату. Поджав губы я проследил за захлопывающейся дверью столовой и вернулся к газете. - Неплохое начало дня, - в очередной раз съязвил искусственный интеллект. Газета полетела на стол, а моя рука принялась шарить по карману, в поиске коммуникатора, ибо Джарвис добил шаткое спокойствие, и оно унеслось в неизвестном мне направлении. - Привет, - почти тут же ответили мне. Голос Пеппер прозвучал бодро и звонко, словно она уже ждала от меня звонка. - Привет, солнышко, как дела, - я решил начать из далека. Мы поговорили о погоде, обсудили некоторые громкие новости, Пеппер коротко ответила о здоровье мамы. Да и вообще каждый её ответ был весьма сдержанный, даже коротковатый, словно ей не терпелось перейти к следующей теме, а не обсуждать давно заезженные. - Слушай, тут Мария спрашивала, - осторожно начал я, но мне даже не дали договорить. - Ну, наконец-то, - восторженно выдохнула Вирджиния, - а я жду не дождусь, когда ты созреешь для разговора по наболевшей теме. - Ах, ну да, она же тебе уже звонила… - Итак, что ты ей сказал? – я почти уверен, что в этот самый момент Пеп нетерпеливо заерзала на своем месте. - Ничего. Только лишь, что исключений не будет. Домашний арест закончится, тогда она и пойдет. - Ну и дурак, - теперь в её голосе появилось легкое разочарование. - Почему же это? - Хорошо, не дурак. Как ты думаешь убедить Марию учить уроки, м? - Заставлю, - хмыкнул я. - И как? Удачно? - Пока не знаю, - честно ответил я, начиная понимать, куда она клонит. – Ты думаешь, что Машину слабость можно использовать во благо неё же самой? - Именно! – восторженно воскликнула Пеппер в трубку. – Что тебе мешает поставить ей условия? Предложи ей взаимовыгодные условия – Маша может на два или три часика выбраться в библиотеку, но взамен она потом каждый день по часу или два делает школьные задания. - Знаешь, Пеппер, я всегда знал, что вы, женщины, очень коварны, - улыбаясь произнес я, признавая, что Вирджиния права. – Ладно, сейчас съезжу до конторы, отдам документы, а потом переговорю с нашей Машей. С делами я управился быстро. Откладывать разговор с вредной мисс Шендер уже было не рационально, так что, как только приехал домой, то сразу направился к ней. Коротко постучав, я подождал пару мгновений, но, не дождавшись какого-либо ответа, вошел. В комнате царил хаос. Несколько вещей беспорядочно валялись на полу, несчастный Харрис запутался в зеленой кофточке и старательно перебирал лапками, стараясь вылезти из её мохнатых оков, а Мария, раскинувшись звездочкой, лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку. - Что делаешь? – я поднял несчастного хамелеона и посадил в террариум. - Страдаю, - еле слышно пробубнила она в подушку. - Тогда утирай слезы, ибо я пришел на переговоры. - Страдаю и рыдаю – разные вещи, - усаживаясь на кровати по-турецки, ворчала Маша. – Итак? - Итак, мое предложение заключается вот в чем: я отпускаю тебя сегодня на полтора часа, чтобы ты сходила в библиотеку, а взамен ты каждый день уделяешь три часа на выполнение домашней работы. Ну как? - И на сколько дней я подсяду на домашку? - До конца домашнего ареста. - Это не честно! – начала было возмущаться она, но я тут же встал, пожал плечами и направился к двери. – Ладно, стой. Стой, пожалуйста. Я согласна. - Вот и ладушки, - я улыбнулся и еще раз быстренько осмотрел комнату. – Только сперва убери здесь все. - Ладно, - Маша соскочила с кровати, - а как я буду ориентироваться во времени? Можно мне получить свой телефон? - Нет, - я отрицательно покачал головой и направился к прикроватной тумбочке, на которой одиноко лежали когда-то мои часы. – Помнишь, я подарил их тебе, да? Тик-так, - напомнил ей я, от чего она чуть покраснела. Я осторожно застегнул их на её руке. – Ориентируйся по ним, идет? Маша недовольно вздохнула, но кивнула, поднимая свою руку с часами и встряхивая ею. Часы, хоть и были застегнуты на самый маленький размер, свободно болтались на её девичьей руке. - У тебя полтора часа, и ни минутой больше! – строго добавил я и с легким злорадством улыбнулся: - Время пошло.