Love in a Photograph (coup de foudre)

Как только Йен и Микки вернулись из Парижа, они буквально разошлись в разные стороны с плотным расписанием каждого. Мужья пытались выкроить друг для друга как можно больше времени, как могли, но вскоре поняли, что его основное количество они проводили поздно ночью. Желая взять от этих часов все возможное, парни едва спали, выбрав альтернативой полуночные походы в закусочные и кафе, просмотр фильмов, бесчисленное количество поцелуев, разговоров и секса. К пятнице отсутствие нормального сна взяло свое, а вот их друзей покой вовсе не устраивал. Джейд (19:02) Вы со своей горячей моделью должны быть в ФП через час Йен (19:04) Мы будем Джейд (19:05) Вас будут ждать как минимум 15 людей Джейд (19:07) Включая его сестру, которой не терпится с тобой наконец встретиться Йен (19:09) Ага, Мик сказал, что она придет Джейд (19:10) Она такая ГОРЯЧАЯ Йен (19:11) Вы уже встречались? Джейд (19:11) Мгм, связалась с ней, когда Микки прислал его список людей Джейд (19:12) Она помогла мне организовать сегодня всё Джейд (19:12) Я ВЛЮБИЛАСЬ Джейд (19:13) Думаешь, она женится на мне в Париже? Может, это у них семейное? Йен (19:15) Хз, спроси у нее Йен (19:15) Какое еще ВСЁ? Я думал, мы просто посидим в ФП Джейд (19:16) УВИДИМСЯ, СУЧОНОК — Что такое? — спросил Микки, заметив на лице Йена беспокойство, одновременно обрызгивая шею своим любимым одеколоном. — Да ничего, — ответил Галлагер, качая головой и убирая телефон обратно в карман джинсов. — Они устроили нам что-то. Джейд связалась с Мэнди, и они спланировали какую-то хуйню. — Бля, мужик, мы в дерьме, — вздохнул Микки, ухмыляясь, когда Йен подошел сзади, обвил его талию руками и зарылся носом в изгиб его шеи. — Ммм... — промычал Йен, глубоко вдыхая любимый аромат. Нотки одеколона Микки были еще более вкусными, когда накладывались на его естественный пьянящий аромат. Рыжий был уверен, что именно феромоны Милковича так сильно опьяняли его, что он и безумно любил. — Запах? — переспросил Микки, поглаживая затылок Йена, пока они обнимались. — Не могу насытиться тобой, — признался Галлагер, щекой все еще прижимаясь к шее Микки. — Мой мужчина. — Если не перестанешь так говорить, я лягу под тебя прямо здесь. Эти сучки выебут нас, если опоздаем. — Может лучше я тебя выебу? — прошептал Йен, толкая мужа, чтобы тот прогнулся над туалетным столиком, вздергивая задом вверх. Придерживая тело модели за шею, правой рукой фотограф потянулся к его ширинке и начал ее расстегивать, после чего слегка опустил штаны, открывая себе доступ лишь к заднице. — Буду быстрым, — заверил его Галлагер, приступая к расстегиванию своих собственных джинсов. Через зеркало заметив на лице Микки позабавленную улыбку, рыжий резко его шлепнул. Милкович зарычал, впиваясь зубами в костяшки своего сжатого кулака, когда Йен снова сильно повторил движение. — Думаешь, это смешно, что ты заставляешь меня чувствовать это? Что мой член встает на тебя без остановки? — его голос дернулся от желания. — Нет, я думаю, что это пиздецки горячо, — он облизал губы, оборачиваясь на Йена. — Ты пиздецки горячий. Краснеющий мальчик за пару секунд превратился в чудовище, когда кровь прилила к его члену. Микки ахнул, когда Йен сильнее сжал его шею, крепко удерживая того в том же положении, второй рукой одновременно начав подставлять свой член к хорошо разработанному входу. Йен заполнил брюнета в одно движение, давление от чего заставило Микки инстинктивно отстраниться, но Йен плотнее прижал его к себе, а не отпустил, рыча от ноющих сексуальных звуков, издаваемых парнем под собой. — Собираюсь выебать эту задницу. Сможешь принять это для меня? — выдохнул Галлагер, перемещая руку с шеи мужа на его бицепс, а второй крепко цепляясь в бедро для лучшей опоры. В ожидании ответа он сильнее изогнул спину Микки, чтобы тот чувствовал себя комфортнее. — Блять, — взвыл брюнет, когда головка члена Йена ударилась об его простату. — Знаешь ведь, что смогу, малыш. Это было всем, что Галлагер и хотел услышать, перед тем как начать глубоко вбиваться в тело Микки. Через отражение в зеркале он видел, как муж сильно зажмурил глаза и начал кусать свою нижнюю губу, вбирая в себя огромный член, разносящий его зад. — Нравится? Микки кивнул, продолжив кайфовать от члена своего мужа. — Скажи мне, — приказал Йен. — Хочу тебя слышать. — Пиздец люблю это, — его голос скакал с каждым вбиванием в себя. — Что ты любишь? — дразнил фотограф, завороженный видом вставшего члена Микки, который покраснел от напряжения. — Тебя, — выдохнул Микки, отчаянно потянув рукой назад, чтобы дотронуться до лица Йена. Рыжий навалился на спину Микки всем весом, теперь опираясь руками о мраморный столик по обеим сторонам от тела брюнета под собой. Он нагнулся в сторону, чтобы поймать губы модели, продолжая вбиваться в него изо всех сил. — Я люблю тебя, — пообещал фотограф, когда движение их тел само по себе разорвало поцелуй. Несмотря на то что душ был выключен давным-давно, сейчас зеркала запотели от их вздохов наслаждения. Когда Микки потянулся рукой вниз, чтобы взяться за свой член, Йен знал, что тот был уже близко. Он выпрямился, чтобы поменять угол и начать сильнее вбиваться в желанную точку, одновременно грубо хватая Микки за темные пряди волос, усиливая его ощущения, когда тот кончал. Как только муж излился полностью и начал восстанавливать дыхание, Йен позволил и себе дойти до границы. Кончая, он перестал чувствовать свои пальцы, что заставило отпустить волосы Микки. — Пиздец, — выдохнул Милкович, прислоняясь лбом к холодному мрамору. — Это было ахуенно, мужик, — сказал он, повернувшись к Йену лицом. — Ммм, — Галлагер прижался губами к участку кожи Микки между нижней линией роста его волос и воротничком футболки. — Всегда выматываешь меня по полной, — напел брюнет, сбрызнув лицо холодной водой. Когда он снова обернулся, чтобы посмотреть на Йена, то увидел хорошо знакомый румянец на веснушчатых щеках и подошел к нему, целуя горячую кожу. — Как ты можешь краснеть после всего этого? — засмеялся он, ущипнув рыжего за задницу, прежде чем выйти из комнаты. — Прическу мне испортил, придется надеть кепку, — крикнул он из спальни. — Ты ахуенно выглядишь в кепках, — сказал Йен и начал чистить зубы, думая о том, что Микки выглядел ахуенно в чем угодно. — Подумал насчет переезда? Останешься здесь или будешь искать квартиру побольше в Манхэттене? — спросил Микки, облокачиваясь о дверной проем ванной комнаты, поправляя на себе кепку. — Мне нравится здесь, — сплюнув пасту, ответил рыжий. — Ты здесь, так что… — Я буду везде, где ты захочешь, — легко добавил Микки, проводя пальцами по козырьку. — Мне нравится здесь, — повторил фотограф, уверенно улыбаясь. — Пойдем, — он застегнул молнию на своих джинсах и вышел из ванной вслед за Микки. — Хотя, кровать можно бы и сменить. — Серьезно? Она же ахрененно удобная, — сказал Микки, зажигая сигарету, когда они вышли на открытый воздух. — У меня была удобнее, — ответил Йен, получая в ответ высоко поднятые брови Микки. — Да ну? — Мммхммм, — зажигая свою собственную сигарету, промычал рыжий. — К тому же, мне не нравится, что ты трахал других парней в ней. — Не ревнуй, Галлагер, — игриво прыснул Микки. — Ты же знаешь, что я был девственником до нашей встречи. — Не трахаешься, как девственник, — цокнув языком, возразил рыжий. — А скольких девственников ты ебал? — спросил Микки, не отрывая от лица Йена глаз, когда они переходили дорогу. — Достаточно, чтобы знать, — в вызове ответил Йен. — Ты же говорил, что не вел счет, — напомнил Микки, слегка толкая парня плечом. — А тот, кто ведет счет, когда-нибудь признается, что он ведет счет? — задумчиво произнес Йен с озорным блеском в глазах. — Ахуеть, я думал, что был особенным! — с поддельным разочарованием ответил Микки. Он облизал губы и ухмыльнулся, когда Йен потянулся к его руке, чтобы взять ладонь в свою. — Хэй, Микки, — поприветствовал мужчина, появившийся из тени, когда мужья подходили к автобусной остановке; он держал в руке камеру, а от него самого разило отчаянием. — Просто личные дела с моим мужем, мужик. Нечего тебе рассказать, — интонационно Микки явно дал папарацци понять, чтобы тот свалил. — Ничего, все нормально, — быстро оправдался мужчина, щелкая камерой у них перед носом. — Просто делаю новые снимки, всем нужно деньги зарабатывать. — Некоторые люди зарабатывают самостоятельно, а не работают на других мудаков, которые платят, — пробурчал Микки, заметив неловкость на лице Йена. — Слушай, если получил, чего хотел, просто съебись, ладно? Папарацци кивнул, повернув объектив в сторону Галлагера. — А муж-то у тебя тот еще защитник, а, Йен? Рыжий не ответил, низко опустив голову, фокусируясь на плитках брусчатки, по которой они шли. — Да ты стесняшка, — ожидая возражения хотя бы на это, подразнил мужчина. — Как ты себе модель заграбастал? — Достаточно. Свали, — приказал Микки, делая последнюю затяжку и выкидывая бычок в сторону. — Хорошо о тебе заботится, а? — надавил мужчина, все еще жаждая хоть какой-то реакции. — Вырос в Саутсайде Чикаго, — мягко начал Галлагер, наконец посмотрев в камеру назойливого мудака. — Могу сам о себе позаботиться. Хочешь узнать как? — в вызове предложил Йен, бросив свой дотлевший фильтр в ноги папарацци, все еще шагавшего перед ними. Мужчина быстро покачал головой, опуская камеру. — Извините, парни. Получил, чего хотел, — и он быстро направился в противоположном направлении к большому удивлению Йена. — Они просто хотят довести тебя, чтобы сделать уникальный кадр или просто показаться крутыми, — объяснил Микки, снова заметив на лице Йена смятение. Он усмехнулся, потрепав его за ладонь. — Но ты хорошо сказанул о Саутсайде. — Да? — Можешь сам о себе позаботиться, — подтвердил Микки, кивнув головой. — О тебе позаботиться тоже могу, — подразнил Галлагер, получив в ответ улыбку на губах Микки. — Люблю о тебе заботиться. — Тебе придется заботиться об этом дерьме до конца жизни, — тихо заметил брюнет. Йен покачал головой в неверии, сильнее сжимая руку Микки. Он не мог дождаться.