Лёд в крови

POV Эрик Когда к вечеру она не приходит домой, я понимаю, в чем дело. Через пару часов мы знаем, куда она поехала. Она на прямом эфире, пока едем, слушаем, что там творится, я уже знаю, что её родители мертвы: Макс видел запись с камер слежения. С каждым словом сказанным этой убогой во мне кровь закипает, пусть тронет только мою девочку — голову собственноручно оторву. Рия тоже молодец, даёт отпор, правда ей сейчас лучше молчать. Когда доезжаем, их уже нет. Жучок в её кольце указывает точное местонахождение, но Макс с Викторией не дают мне сейчас же идти к ней. Эти уроды ещё и Кити похитили. Они в открытую угрожают Виктории расправой над её дочерью, а она уже имеет план по уничтожению совета. Никогда не перестану восхищаться её холодным расчётом. Первым делом отправляем сообщение в город, чтобы те ждали незваных гостей, затем остаётся чуток подождать, чтобы взять заговорщиков на месте преступления, это необходимо, чтобы Макс с Викторией свергли нынешних правителей и заняли их места. Все эти дни схожу с ума, хорошо, что всё-таки поставил жучок. Я слушаю её с Кэтрин разговоры. Рия постоянно говорит обо мне, говорит, какой я бываю скотиной, ну, естественно, другими словами, а потом признается, что любит. Блядь, не так должно было всё быть. Кэтрин же говорит, что не знакома со мной, и она права — я не тот Эрик, которого она обожала и боготворила, я тот тиран, что убил любовь всей её жизни. И теперь я понимаю, как Кити нелегко жить со всем этим грузом. Меня беспокоит состояние Рии: судя по их разговорам, она не ест ничего, и, похоже, ей не здоровится. Но это естественно, ведь она в один день лишилась обоих родителей. Когда настанет день икс, я уже там, ну не то, чтобы я отходил от их местонахождения хоть бы на пять метров. Подъезжает Джанин, и, когда она уже на месте и к ней приводят Рию, мы выдвигаемся. Оружие на глушителях, снимаем всех по пути, не поднимая шуму. У дверей, где моя ведьма с Метьюс, стоит Лин. Она смотрит на меня в шоке, на что говорю: — Что, даже не обнимешь своего Лидера? — Эрик, я не хотела, не знала, — да всё ты, сука, знала, подхожу к ней и улыбаюсь, нежно, блядь. Ставлю руки на её лицо, и медленно опускаюсь к шее. Должно быть ей нравится, и потому она удивлённо раскрывает глаза, когда надавливаю сильнее, а потом просто сворачиваю ей шею. Иногда убийство дарит невероятные ощущения, прямо экстаз. Но с Джанин нет времени излишне церемониться, она едва замечает меня, когда я нажимаю на курок. Потом всё как в тумане, обнимаю свою девочку. Она то отключается, то приходит в себя, беспокоится о городе, о Кэтрин. Я каждый раз убеждаю её расслабиться, говорю, что все в порядке. Нет смысла держать Рию в больнице или в лазарете, она не ранена, просто истощена. После нужных анализов, а затем и уколов, мне сообщают, что я могу забрать её домой. И я собираюсь уходить, когда подходит Виктория. — Привет, сын, как ты? — она величественна, ещё бы, теперь она Лидер — по праву самая влиятельная особа в Чикаго. — Здраствуй, Виктория. — Как Рия? — Нас отправляют домой, но ты и так знаешь это, не так ли? — Знаю, сама разрешила, — я закатываю глаза, и она задумчиво улыбается. Потом продолжает, — ты мне должен, я помогла тебе спасти мир, — на мой вопросительный взгляд отвечает, — Обними меня, Эрик! — и судя по выражению на её красивом лице, она серьёзно. — Придумай что-нибудь ещё, я не собираюсь касаться тебя, — она лишь улыбается и, согласно кивнув, уходит. Сижу возле кровати который день, наконец Рия приходит в себя.   — Привет, — она говорит еле слышно. — Привет, малышка, — она притягивает меня к себе, я сажусь на кровать и обнимаю её. Немного помолчав, она говорит: — Эрик, я верила, что ты найдёшь меня, — она просит, чтобы я рассказал ей про Кэтрин, после Рия говорит, что надо поблагодарить Викторию. — Конечно, малыш, но тебе надо спать, я рядом. Спи, — я хочу, чтобы она отдохнула как следует, ведь нас ждёт нелёгкий разговор. — Эрик, как ты нашёл меня. Как? Ведь они сожгли мою одежду. Значит, ты не мог знать, где я? На мне не было ничего, где мог бы быть датчик, — и, похоже, этот разговор состоится сейчас. Рия смотрит на наши сплетенные пальцы, она уже поняла. — Эрик, скажи, что это не то, что я подумала. — Рия, я могу объяснить? Смогу же, чёрт возьми? — Эрик, ты сунул жучок в кольцо? — Да. — Скажи мне, ответь на один вопрос, ты подарил его лишь потому, чтобы следить за мной? — Что, блядь, я должен сейчас сказать? — Какая разница? Ты согласилась выйти за меня. — И это всё? — Я так забочусь о тебе, чего ещё тебе не хватает, Рия? Что, блядь, ты хочешь услышать? — Мне тебя жаль, Эрик, уходи. Уходи, дай мне время уйти, — она отталкивает меня, словно я противен ей, хотя, скорее всего, так оно и есть. Время проходит, дни сменяют ночи, недели одна другую. Уже месяца три прошло, как она ушла. Совсем, собрала все свои вещи, даже шампунь забрала, чтобы ничего в моем доме не напоминало о ней. Моя жизнь снова превратилась в рутину. Тренирую изгоев, уже третью группу, потом заменяю Фора, хотя он и стал Лидером, мы пока не особо загружаем его работой, вот родит Трис, потом и отплатит мои сверхурочные. Под конец рабочего дня напиваюсь в стельку. Даже пару раз Фору пришлось отводить меня домой. Просто когда я трезв и не на работе, думаю о ней, а это причиняет ужасные мучения, ведь по слухам она сейчас с Демиеном встречается. А я не в состоянии проверить эти слухи. Вот и сегодня направляюсь в бар, когда встречаю Трис, боже, вот это живот. Она смотрит прямо мне в глаза и говорит: — Ты идиот. — И тебе привет, убогая, не забывай, ты скоро родишь, и тогда я могу надрать твою дерзкую задницу. — От этого ты не перестанешь быть трусом. — Угомонись уже, Трис, — я даже не злюсь, я слишком устал — спешу напиться, ведь если не заполню эту дыру внутри меня алкоголем, то она грозит поглотить всё вокруг. — Так ты трус и сознаешься в этом. — О чем ты? Опять какую-то херню несешь. — Так это теперь называется? Перспектива стать отцом? — Чего? Нахожу её в Отречении, сидит на крыльце с племянником на руках. И опять возникает вопрос: пристрелить сучку или сперва трахнуть, но нет, есть ещё вариант — забрать домой и запереть, пока не родит моего сына.