Пролог
12 ноября 2019 г., 22:35
Табличка с надписью «Пожарный выход» светилась вдалеке, словно недосягаемый зелёный маяк. Дин делал один неровный шаг за другим, что есть силы сосредоточившись на этом свете, лишь бы перебороть темноту, постепенно застилающую взор. Рядом, беспомощно навалившись на него, ковылял Сэм. Он еле переставлял ноги, хотя старший Винчестер чувствовал себя не лучше. Чудом преодолев последние несколько метров, Дин вытянул руку, ухватил большую ржавую задвижку и с болезненным криком толкнул дверь наружу.
В лицо ударила прохлада улицы, и братья, едва не запнувшись о высокий порог, без оглядки двинулись дальше.
Глаза Сэма безвольно закрывались, а голова заваливалась набок. Дин чувствовал, что тот периодически становится тяжелее, слабея и повисая на его плече. Если он окончательно потеряет сознание, Дину физически не хватит сил идти за них обоих.
— Давай, Сэмми, немного осталось, — натужно хрипел он. Дым обжигал горло, из-за чего каждое слово давалось с большим трудом. — Не смей отрубаться! Не смей, понял?!
Воздух был пропитан гарью и парами бензина, не давая нормально вдохнуть. Пожарная сирена гремела, проедая барабанные перепонки до самого мозга.
Дин понимал, что огонь распространяется куда быстрее, чем может показаться, и что нужно скорее рвать отсюда когти. Однако представшая перед ними винтовая лестница была чернее ночи и едва угадывалась в дыму, а её старые подпорки безбожно скрипели и шатались.
Собравшись с духом, Дин начал спуск, крепко держа брата поперёк спины. Лицо Сэма было смертельно бледным, но он боролся как мог, стараясь не поддаваться сонливости. Один чёрт знает, сколько крови он успел потерять, пока Дин не нашёл его. И теперь старший Винчестер, также получивший сильное ранение, не хотел даже представлять, насколько жуткий след они оставили за собой. Потому что единственно возможным сейчас было двигаться вперёд. Выломать перила, раздолбать лестницу, но идти.
Постоянно поддерживая друг друга, они каким-то образом смогли преодолеть три лестничных пролёта. И вдруг, буквально на последней ступени, Сэм обмяк и рухнул вниз, увлекая брата за собой. Дин не успел сгруппироваться и со всего маху встретился лицом с холодной твёрдой почвой, к тому же расшиб оба колена о нижнюю ступень. Левая лодыжка оказалась зажатой между перекладинами, поэтому благополучно вывернулась из сустава.
Боль вспыхнула алым пламенем, но Дин, после всего пережитого за последние сутки, лишь слабо поморщился. Лёжа ничком, он чувствовал, как повреждённая нога горячо пульсирует в такт выпрыгивающему из груди сердцу и как ослабели мышцы обеих икр. Впрочем, это ощущение быстро улетучилось, сменившись холодной паникой, когда Дин заметил, что Сэм лежит абсолютно неподвижно, окончательно проиграв битву за сознание. Или за саму жизнь.
— Господи, нет, — прохрипел он, выдернув несчастную лодыжку из капкана и подорвавшись к брату. — Нет, нет, Сэмми! — взмолился Дин. — Только не сейчас! Не смей мне тут умирать!
Ужас медленно подкатывал к горлу, пока старший Винчестер пытался проверить дыхание брата или нащупать пульс. Руки слишком сильно дрожали, а его собственное сердце барабанило как проклятое, мешая сосредоточиться на чём-то ещё. В конце концов, бросив бесполезные попытки и наплевав на жгучую боль в ноге, Дин попытался подняться вместе с Сэмом, надеясь, что каким-то чудом брат оживёт, встрепенётся и скажет, что всё нормально, после чего они продолжат идти к выходу.
Но Сэм не откликался.
Он полностью обмяк на руках брата, притягивая их обоих к земле.
Дин понимал, что с подвёрнутой ногой ему тем более не удастся сдвинуть их с места, но отказывался сдаваться. Голова готова была лопнуть, всё тело сводило судорогами, а сознание то и дело гасло, но Дин, стискивая зубы, рвался вперёд и молился, чтобы Сэм ещё смог открыть глаза. Он точно знал одно: если брат не выйдет отсюда, ему тоже придётся остаться.
— Пожалуйста, — выдохнул Дин, чувствуя, как глаза застилает не то от слёз, не то от удушья. — Кас, пожалуйста… Отзовись, мать твою!
В паре метров за воротами, где-то там вдалеке, он различил человеческую фигуру, облачённую в знакомый светлый балахон. Только это не мог быть Кас. Это было что угодно, но не он. Потому что ни одна из тысячи молитв, произнесённых Дином в этом проклятом парке, не была услышана. И всё же, когда фигура быстро двинулась в их направлении, надежда увидеть в ней Кастиэля почему-то окрепла.
Дин не успел понять, кто это, ибо его измождённое тело раньше взяло верх над шатким сознанием, и вслед за Сэмом он резко провалился в темноту.
