Зима пришла

— Мы теряем время, — нахмурилась Дейнерис, — и мне это не нравится. Отошлите воронов сейчас же. Начните с Дорна и закончите Севером, — Дейнерис вглядывалась в холодную, обсидианово-чёрную воду. Солнце уже закатилось за горизонт, и солёный морской ветер стал намного порывистее и прохладней. — Как далеко на Север, моя госпожа? — учтиво и осторожно, как всегда, спросил Варис. — Так далеко, как сможете. Разумеется, если ваши слухи верны, не забудьте про Стену, — девушка вскользь глянула на евнуха с лёгким раздражением и снова отвлеклась на другие дела. Плавание измотало её, и она часто раздражалась по любому поводу. — Мои пташки никогда не лгут, ваше величество, — Варис с обыкновенной почтительностью поклонился и удалился. Дейнерис вернулась в свои покои, которыми служили несколько больших богато обставленных кают с настежь открытыми дверьми, образовывающими большую анфиладу. В самой большой каюте находились несколько мягких плетеных кресел, мирийский ковёр, маленький столик, большой рабочий письменный стол и даже книжный шкаф. Книги, находящиеся в нём, по стоимости, должно быть, не уступали всему кораблю, а может, и превышали её. В покои Дейнерис вошёл Тирион Ланнистер; она ожидала его. — Ваше величество, — он почтительно поклонился девушке, подошёл поближе к столу и налил себе вина. Борское золотое. Напиток насыщенного цвета казался масляно-густым и наполнял комнату дивным благоуханием ускользавшего лета. Кубок казался слишком большим относительно маленького непропорционального тела карлика, но он осушил его тремя быстрыми глотками и удовлетворённо выдохнул. — Чем могу служить, моя госпожа? — Я сделала вас своим десницей, — начала девушка, — чтобы вы давали мне советы, и сейчас я, признаться, нуждаюсь в них как никогда. Я хочу услышать ваше мнение. Как десницы и как моего друга, — Дейнерис испытывающее посмотрела на мужчину. Он улыбнулся ей лёгкой грустной полуулыбкой, снова налил себе вина и уселся в кресло напротив девушки. — Знаете ли, миледи, что говорят про десниц у вас на родине, в Вестеросе? — И что же про них говорят? — первое время девушку, казалось, раздражало, когда её ближайший советник вместо конкретных ответов начинал растекаться мыслью по древу, однако в то же время это позволяло трактовать его ответы разносторонне и давало почву для размышлений, что в итоге тоже имело свои преимущества, поэтому со временем она привыкла к такому образу мышления, и стала относиться к нему с иронией. — На севере говорят так: «пока король спит, рука строит». Я не раз слышал это выражение от Старков, — продолжил Тирион. — У нас же, на юге, пользуются более грубой фразой: «пока король срёт, десница вытирает задницу». Дейнерис рассмеялась звонко и добродушно. — Ну и зачем же, позвольте спросить, вы мне это рассказали, милорд? Хотите узнать, каковы будут ваши обязанности? — из её груди снова вырвался непринуждённый веселый смех. Теперь уже рассмеялся Тирион. — Простите меня за дерзкие слова, моя королева, однако за всю свою жизнь я уже нахлебался достаточно дерьма. Пришло время для строительства. — И что же вы собираетесь строить, позвольте спросить? — её глаза светились любопытством. — Ваше королевство, — ответил карлик небрежно, очертя рукой пространство вокруг, и как бы невзначай поглядывая на девушку; лёгкая улыбка коснулась его губ. — Сейчас семь королевств больше не являют собой единое целое, и это делает их уязвимыми. Дорн, заключивший союз с Хайгарденом и Штормовым пределом, и Север, составляющий добрую половину Вестероса, фактически отделились от Короны. Вся Долина и Харенхолл сосредоточены в руках одного человека, который принимает только свою собственную сторону и ничью больше. Насчёт Близнецов и Риверрана сказать пока еще сложно, но очевидно, что это вопрос времени. И все они люто ненавидят Ланнистеров, а значит, готовы воевать против утёса Кастерли, но в первую очередь — против Королевской Гавани. Таково положение дел вкратце. — Что вы хотите этим сказать? — на минуту Дейнерис показалась запутанной, брови сошлись на переносице, губы искривились в недовольной гримаске. — Для нас это хорошо или плохо? — И хорошо, и плохо, моя королева. Хорошо, потому что сейчас вы отнюдь не пешка в этой игре, моя госпожа, а полноценный актор. Королевства по отдельности легче подчинить или заключить с ними союзы. У вас есть армия и есть драконы, и, конечно, не забывайте о вашем верном помощнике! — Тирион улыбнулся со всей вежливостью и обаянием, на которые только был способен, и налил им обоим еще вина. — Осталось только вступить в эту игру. — А почему плохо? — Дейнерис, как сама о себе любила говорить, была еще молода и неопытна в государственного рода делах, поэтому старалась окружить себя знающими, а главное, верными людьми, помощью и мудростью которых охотно пользовалась. — Потому что зима настала, моя госпожа. И если верить хотя бы половине новостей, которые приходят с севера, то эта зима принесет с собой не только снега и белые ветра. — И вы верите в это, Тирион? — Дейнерис посмотрела на Тириона внимательным, испытывающим взглядом. — Я знаю северян, моя госпожа, некоторых из них. И я думаю, что в этом вопросе нам можно на них положиться. В конечном счете, они — единственное, что стоит между Стеной и нами. Дейнерис задумалась. «Эйегону-Завоевателю хватило только трёх драконов и двух сестёр, чтобы подчинить себе все Семь Королевств. У меня нет братьев, но зато есть драконы, флот и армия. Разве этого недостаточно для того, чтобы, повторив историю, снова поставить на колени Вестерос? Огнём и мечом, если потребуется. Однако всё же… зима пришла». Мысли о зиме волновали её, даже пугали. Дейнерис вспомнила видения, которые пришли к ней в Доме Бессмертных в Кварте. Некоторые из них, как она позже поняла, были вещими. Чувство страха закопошилось где-то в животе, подобно тому, как скручивается для прыжка змея. Она вспомнила, как шла по пустому заснеженному Тронному Залу Королевской Гавани, видела Железный Трон, так близко, что, кажется, могла дотронуться до него, ощутив холодное прикосновение стали тысячи мечей, но почему-то не сделала этого. Откуда-то сверху через разрушенную крышу падали хлопья снега, которые были странно похожи на пепел. Тогда это видение почему-то напугало её больше всех остальных, и она поспешила поскорее оттуда убраться. Зал был пуст, но она чувствовала в этой пустоте и полумраке чьё-то зловещее присутствие, как будто что-то тянулось к ней из пустоты ледяными пальцами-щупальцами. «Если я обернусь назад — я погибла…» — Ваше Величество? — голос Тириона вырвал её из пустоты воспоминаний. Девушка вздрогнула. — Просто воспоминания, — Дейнерис махнула рукой, давая этим жестом понять, что говорить на эту тему нечего. — Налейте-ка мне лучше еще вина, мой друг. Холодный влажный морской ветер беспрепятственно проникал в каюту, принося ощущение свежести и чистоты, поэтому вино, разгоняющее кровь и вызывающее теплоту во всём теле, было очень кстати. — Совсем скоро мы прибудем на Драконий Камень, — продолжала Дейнерис. — Но я и сейчас не могу просто сидеть без дела. Письма можно отослать уже сейчас, Варис как раз занимается этим, однако меня всё еще мучает вопрос: как нам поступить с севером? — Дейнерис сделала пару мелких глотков из кубка. Вино, крепкое и ароматное, оставляло дивное послевкусие. — Я думаю, что разумнее всего было бы заключить с ними союз, моя госпожа. Они были бы нам крайне полезны в грядущей войне. В обеих войнах, я бы сказал. Вы могли бы обеспечить суверенитет Севера, по крайней мере, на время военных действий, возможно, даже ввести кого-нибудь из них в свой Малый Совет. И это для начала, — Тирион хотел добавить еще что-то, но взгляд Дейнерис его переубедил. — Однако и этого уже не мало, — задумчиво протянула она. — В любом случае, я выполню эти требования, как только они преклонят колени и присягнут мне на верность. — Много ли вы знаете о Севере, моя госпожа? — улыбнулся карлик. — Видите ли, северяне сами по себе очень похожи на вольный народ, что живёт к Северу от Стены. Они издавна враждуют, но это, тем не менее, не умаляет их родства. И Хотя Торрхен Старк преклонил колено перед вашим далёким предком, Эйегоном-Завоевателем, эти люди и по сей день остаются несгибаемыми. Еще король Роберт, — Тирион глянул на Дейнерис и тут же добавил: — Узурпатор, — жаловался, как тяжело править северянами, даже с помощью своего ближайшего друга, Эддарда Старка, который, надо сказать, проявил удивительные чудеса безрассудства, отстаивая свою честь, а также, как ему тогда казалось, честь дома Баратеонов, за что и был несправедливо обезглавлен. — Значит, он защищал короля-узурпатора?! Хороши же ваши северяне! Предатели! — глаза девушки вспыхнули лиловыми огоньками, лицо поалело. — Моя королева, позвольте отметить, что он защищал не предателя, но своего друга, Роберта, вне зависимости от того, был ли тот узурпатором или нет. Уверен, у вас ещё будет возможность убедиться в их преданности и чести, — Тирион решил прибегнуть к своему таланту красноречия в полной мере. — Однако для того, чтобы предостеречь вас от бездумных поступков, моя госпожа, я рекомендую вам, как ваш ближайший советник и друг, запомнить, что северяне не преклоняют колен. Но ваше величество без сомнения может склонить их на свою сторону другим способом. — Каким же, позвольте узнать? — от вина и гнева щёки Дейнерис раскраснелись, она беспокойно вертела кубок в руках. — Разумеется, заключив брак. Сейчас севером правит семья Старков, и хотя их заметно поубавилось после войны, место Хранителя Севера занимает Джон Сноу, он же бывший лорд-командующий Ночного Дозора, именуемый теперь Королём Севера и Белым Волком. — Бастард! Вы оскорбляете меня, Тирион! — Дейнерис стукнула чашей о стол, вино выплеснулось за край. — Отнюдь, моя королева, — карлик сохранял ледяную маску спокойствия. — Вы просите у меня советов — они ваши. Наберитесь же мужества выслушать их. Лучшей партии сейчас вам не найти, а поддержка Севера нам крайне необходима. Одним изящным движением королева поднялась с кресла и беспокойно заходила по каюте вперед-назад. — Хорошо, — она провела рукой перед собой в примиряющем жесте. — Вы, я вижу, знаете о нём не понаслышке? Расскажите мне об этом… бастарде, — она процедила это слово через зубы, — каков он. — Северянин до мозга костей, моя госпожа, — Тирион вежливо склонил голову набок. — Это не характеризует его с положительной стороны в моих глазах. Расскажите подробнее, всё, что вы знаете, — Дейнерис чувствовала себя слишком вымотанной за этот долгий день для того, чтобы продолжать спор. — Извольте, — начал карлик. — Он молод, хорош собой, немногословен, довольно замкнут. Его отцом был Эддард Старк, — Дейнерис сердито глянула в его сторону, — мать, похоже, неизвестна никому, кроме самого лорда Эддарда, да и тот, вероятно, унёс её имя с собой в могилу. Все, кто видел бастарда, сходятся на том, что он копия своего отца. Ещё мальчишкой он вступил в Ночной Дозор, тогда, кстати, мы и виделись в первый и последний раз, и, как видите, преуспел. Поговаривают, что его убили, и Красная Жрица бога Рглора подняла его из мертвых, но, на мой взгляд, всё это бредни. Так или иначе, он отбил свой родовой замок Винтерфелл с войском меньшего числа, нежели у бастарда Болтонского, бывшего мужа его сестры. Насколько мне известно, тут приложил руку лорд-протектор Долины, — Петир Бейлиш, премерзкий человек, о нём я вам расскажу в другой раз, — однако утверждать не берусь. В любом случае, он вернул свой замок, сестру, уважение северных лордов. О большем судить не мне, — всё это время боковым зрением Тирион следил за реакцией девушки. — Хороша партия, ничего не скажешь! Бастард, сын изменника, дезертир, убийца! — её тонкий голос дрожал, глаза бегали, руки хаотично перебирали подол платья. «Настоящая Таргариен», — подумал Тирион со смесью страха и сожаления. — Если вас смущает его происхождение, то узаконьте его своим королевским указом, делов-то! — карлик развёл руками. — Моя госпожа, вы должны знать, что войны выигрывались и при худшем раскладе, но и проигрывались при лучшем. В любом случае, нам необходима любая помощь, в особенности — помощь севера, чтобы вступить в эту игру.  — Вы часто говорите загадками, о чём вы на этот раз, Тирион? — Дейнерис пыталась придать себе более спокойный, царственный вид, однако глаза её выдавали, глаза истинных Таргариенов —горящие, безумные, смотревшие на него холодным взглядом, в котором сквозило плохо скрываемое раздражение и обида. — Об игре престолов, конечно же, — карлик отложил свой кубок и встал. — Те, кто играет в престолы, либо побеждают, либо погибают. Середины не бывает. И пока вы не ступили на землю Вестероса, запомните это накрепко, моя дорогая госпожа, — он поклонился и вышел, пожелав Королеве Драконов доброй ночи.