Без тебя

      — Да… — спустя час выговорила Таня, приложив трубку сотового к уху. Надо же, она едва только успела кое-как разобрать большую сумку всевозможных шмоток, щедро накупленных Наташей, и поставить на зарядку новенький телефон, как он сразу же ожил. Нет, её не удивило, что кто-то знал номер, симка ведь осталась прежней, но порядком напугало. Кто его знает, кому она там могла понадобиться? Не зря же Наталья велела не высовываться пока.       — Таня! — долетел до ушей радостный возглас и тут же вдогонку быстрой скороговоркой понеслись темпераментные слова: — Ларина, блять, ты где?! Как ты? Я тебя совсем уже потеряла! Мы на полном серьёзе с Юлькой собрались морду твоему суженному идти бить, а то, сука, завёл: «Я ничего не знаю. Она пропала… Сам ничего не понимаю…» Козёл!       — Свет, тише-тише… — Таня выдохнула, губы сами собой растянулись в улыбке. Спонтанные появления Сурика всегда вызывали у неё именно такую вот реакцию. Светка, казалось, заряжала всё вокруг себя бьющим через край энтузиазмом и присущим только ей одной мягким теплом.       — Я жива и даже, вроде, здорова… — довольно проговорила Ларина. Новая жизнь новой жизнью, а всё-таки чертовски приятно, когда и в старой о тебе помнят друзья. — Светик, я тоже безумно соскучилась, ты в Питере сейчас? Давай встретимся…       — Ага. Уже лечу в нашу кафешку!       — Не-не, не торопись так, я на Васильевском теперь обитаю, быстро приехать не смогу… Почему там? Ой, Свет, давай при встрече поговорим, ага?       Около часа спустя Ларина прошла сквозь стеклянные двери их любимой с давних пор кафешки на тихой, немноголюдной улочке рядом с набережной Фонтанки и тут же утонула в объятиях бросившейся ей на шею Светланы.       — Ларина! Чё за наглость, а? Ты даже из своего Израиля звонить умудрялась, а тут пропала и ни слуху ни духу! Это как вообще?! — засыпала её вопросами Сурганова.       — Не могла я позвонить, извини… — горько усмехнулась Таня. — Ты уже заказала что-нибудь?       — Ага. И тебе тоже, сейчас принесут… — кивнула Светка. — Давай, живо рассказывай!       Татьяна откинулась на мягкую спинку удобного кожаного дивана и некоторое время молчала, не зная с чего начать, да и что вообще стоит говорить Светке, а чего нет… Да нет, Таня полностью доверяла Сурику, они дружили уже очень давно. Как порой шутила сама Светка — так давно, что столько и не живут! Но… Ларина не привыкла ни на что жаловаться. Впрочем, как и Света… Татьяна не была какой-то особо скрытной, часто делилась с подругой своими проблемами и переживаниями, но всегда рассказывала о них с каким-то юмором. Сейчас же ей было совсем не смешно. Хоть и удалось вырваться из ада лечебницы, внутри была дикая пустота… А ещё страх… Она ощущала себя какой-то потерянной и категорически не знала, что будет хотя бы завтра, вот поэтому и никак не получалось ответить на Светин оптимизм такой же улыбкой.       — Тань, — вдруг резко стала совершенно серьёзной Сурганова. — Подруги существуют, чтобы помогать друг другу, когда херово, и делиться всем, а не только тупо поржать… — словно почувствовала её настроение Света. — Даже вспоминать не хочу, сколько раз ты мне сопли вытирала и вытаскивала из полной задницы. Мне сейчас временами кажется, что не будь ты рядом все эти годы, меня уже не было б… Так что, давай, родная, рассказывай всё с самого начала…       Татьяна ещё с минуту всматривалась в участливые глаза Светки и, не выдержав напряжения внутри, начала говорить… Монотонно, без эмоций, словно она рассказывала не о себе самой, а просто передавала услышанную где-то историю. Сурик поначалу вставляла какие-то реплики, ещё пыталась шутить или как-то подбодрить, но уже к середине повествования совсем замолкла и тихо, в полнейшем шоке слушала, затаив дыхание. Сосредоточенно-отрешённая Таня не заметила, как официант принёс их заказ и тут же удалился, не желая тревожить завсегдатаев сего заведения. Не заметила она и того, как по её щекам начали катиться слёзы. Нет, никакой истерики не было, только леденящая пустота внутри. А потом, когда она замолчала, Светка шумно выдохнула, словно выпав из оцепенения, и мягко притянула её к себе. Скрипачка совсем ничего не говорила, понимая, что бывают такие моменты, когда слова не нужны. Сурганова просто крепко-крепко сжимала хрупкое тело в объятиях и невесомо гладила потерянную Таню по голове, точно маленького ребёнка. Ларина сперва нервно замерла, даже как-то сжалась у неё в руках, но уже спустя пару минут почувствовала тепло… Мягкое, обволакивающее… Оно приятно окутывало с головы до ног в свой кокон и возвращало к жизни. Медленно-медленно, по маленькой капельке в груди, там, где была одна только чёрная дыра, что-то едва заметно оживало. Таня прикрыла глаза и расслабилась. Ей казалось, что она могла сидеть вот так целую вечность. Лариной давным давно уже не было ни с кем так хорошо и спокойно. Разве что, рядом с Наташей…       Вот же странность, но её имя теперь отозвалось какой-то тупой болью и… Обидой?! Светка не торопилась размыкать рук, щедро даря своё тепло, и Таня, продолжая неспешно думать и отогреваться, вдруг поняла, что ей действительно жутко обидно сейчас. И даже поняла почему… Наталья спасла её из кромешного ада, выхаживала больше двух недель на даче, накупила кучу барахла, сняла квартиру и… Свалила! Вот просто взяла и ушла, будто её никогда и не было!       — Тань, — тихонько позвала вдруг Света, почувствовав, что Лариной стало гораздо легче. — А кто такая Наташа?       Простой вопрос заставил Татьяну дёрнуться и едва ли не выпрыгнуть из рук Сурика.       — Наташа? — захлопала глазами Таня. — Откуда ты знаешь про неё?       — Как откуда? — опешила Сурганова. — Да ты раз пятьдесят её имя упомянула! Ну мне и стало интересно, кто это…       Да? Раз пятьдесят?! Господи, а она и не заметила даже…       — Так что? — снова не утерпела Светка. — Не, я поняла, что это она тебя спасла и всё такое… Но нафига она это всё делала-то? Чего ей от тебя надо?       Сурик, как всегда, задавала очень правильные, по-снайперски точно выверенные вопросы. Только, где бы ещё найти на них ответы?       — Я не знаю, Свет. Она привезла меня в квартиру, денег даже оставила на первое время и ушла… — неопределённо пожала плечом Ларина. — Так что, извини, мне она не доложились как-то…       — Ооо, шутить начала! Ну что, Ларик, с возвращением тебя! — хмыкнула скрипачка и, сделав глоток успевшего благополучно заледенеть чая, снова поинтересовалась: — Слушай, ну, допустим, ты ведьма. И что теперь? Чего ты будешь дальше делать?       Таня нахмурилась. Вот почему надо всё испортить? Так хорошо же ей было, так легко, нет, пожалуйста, снова пошли вопросы. Почему-то теперь захотелось послать любопытную, не в меру «умную» Светку куда подальше. Что делать, что делать? Да, если бы она ещё имела хоть малейшее представление об этом!       — Не знаю, — честно призналась Татьяна. — Понятия не имею, что дальше…       — Нет, погоди, я понимаю, что тебе надо отдохнуть, прийти в себя, а потом? — не унималась дотошная Сурганова. Ну да, для неё сидеть сиднем и ничего не делать смерти подобно. И в этом она её хорошо понимала, только вот Таня и правда не знала, что ей делать дальше. С эстрадой музыкой совершенно точно покончено, а что тогда? Таня, наверное, впервые в жизни пожалела об отсутствии хоть какого-то нормального образования, ведь она умудрилась там поучиться, сям, а в итоге, нигде толком. Раньше спасала музыка, ну или, чего уж скромничать, привлекательная внешность позволяла держаться на плаву, а что теперь?       — Тань, я вот что думаю… Если ты ведьма, но ничего не умеешь, надо ж научиться! — Светлана не знала, что едва ли не слово в слово повторила то, что пару дней назад говорила Наталья. — Ты это… Шла бы к этой твоей Наташе, что ли… Ой, что? Чего ты так смотришь? Я без всяких там задних мыслей! Ну она же тоже ведьма, как ты рассказывала, может, и тебя всему научит?       Таня с полминуты тупо хлопала глазами, удивляясь так быстро и просто найденному Светкой решению, оставалась только одна проблема.       — Свет, да я не против учиться, только она не оставила ни адреса, ни телефона… Я не знаю, где её искать…       — А… Так ты же жила у неё на даче! — вскинула брови Сурганова.       — Она не бывает на этой даче. Потому и привезла меня туда, чтобы никто не нашёл. Эта дача даже не её, а какого-то друга, свалившего в загранку… — совсем помрачнев, отозвалась Татьяна. — Так что, увы, я не знаю, где она обитает…       — Блин! — с чувством выдохнула Света и полезла за телефоном. — Не раскисай. У меня есть один знакомый пацанчик… Ну просто компьютерный гений… Он твою Наташку и под землёй найдёт!       — Алло, Богдан, привет! — бодро заговорила в трубку Сурганова, а Таня в очередной раз поразилась неиссякаемому оптимизму и числу знакомых всех мастей своей давнишней подруги. А хотя, что тут странного? Сложно было не поддаться её обаянию, не ответить на открытую улыбку, а Светка улыбалась всегда! Как бы херово ей не было в тот момент. — Слушай, тут надо срочно одного человечка найти… Вопрос жизни и смерти, да-да… Тань, как ты говоришь, её фамилия? — отодвинув трубку от уха, Сурганова повернулась к Тане и вдруг застыла, пристально уставившись куда-то за её спину и аж не совсем прилично приоткрыв рот. Ларина подобралась на всякий случай и, быстро развернувшись, проследила за застывшим взглядом подруги, чтобы в следующий миг тоже зависнуть на большом мониторе плазмы в углу кафешки. Совершенно случайно (!!!) именно в этот момент там по местному каналу шла реклама центра «Проснись» Натальи Бантеевой.       — Тааань, это ведь она, да? — протяжно выдохнула Светка и по ошарашенно-обрадованному взгляду Лариной поняла, что искать, кажется, уже никого не надо. — Богданчик, уже всё, отбой. Пропажа сама нашлась…       Спустя неделю Ларина кое-как собралась с духом и отправилась на Очаковскую, робко переступив порог центра «Проснись»…       — Добрый день! Вы к кому-то записаны, если нет, могу помочь… — лучезарно улыбаясь, проворковала девчонка-администратор.       — Я… Эм… Нет, не записана, но мне очень надо увидеть Наталью Бантееву…       — Хорошо, разумеется, вот пожалуйста — у неё есть свободное время в следующую среду в 16-00 или можно утром в пятницу в 10-00… Когда вам будет удобнее? — тут же отозвалась услужливая девушка.       — А пораньше никак нельзя? Мне срочно…       — Можно, Наталья Владимировна может принять вас в ближайшую субботу, но вы же понимаете, что это выходной день и придётся немного доплатить…       — Доплатить? — нахмурилась Ларина. Ох, вот об этом она как-то совсем не подумала! — И сколько стоит приём?       — Тридцать тысяч по записи, срочный — сорок…       Тане показалось, что она ослышалась. И это ещё говорят, что артисты наглеют и лопатами деньги гребут! Тут приём у какой-то ведьмы стоит бешенных бабок!       — У меня нет столько… — обескураженно выдохнула новоиспечённая ведьма, отметив про себя, что у неё вообще-то нисколько нет…       — Очень сожалею, но тогда, боюсь, мы ничем не сможем вам помочь…       Татьяна растерянно опустила голову. Блин, ну нашли они Наташу, вернее, она сама нашлась очень удачно, и что дальше?       — Таня?! — раздался сзади удивлённый знакомый голос, а пару секунд спустя Бантеева уже налетела на растерянную Таню с объятиями. — А ты чего припёрлась? Я ж тебе минимум два месяца отдыхать велела!       — Да я отдохнула уже…       — Ой, так вы не на приём? А что ж сразу не сказали? Простите, пожалуйста… — начала снова заискивающе улыбаться администратор.       — Какой ещё приём? — нахмурилась глава центра. — Прошу любить и жаловать — наш новый сотрудник Ларина Татьяна эм… Как тебя по батюшке?       — Ивановна… — на автомате откликнулась Татьяна и тут же спохватилась: — Наташ, Наташ, ты чего? Какой сотрудник? Я ж не умею ничего!       — Научишься. Пошли ко мне, чё тут торчать, раз уж ты так рвёшься в бой… — Наташа ухватила Таню под локоть и бодро потащила по извилистым коридорам центра. Уже через пару поворотов Татьяна поняла, что напрочь заблудилась в этих лабиринтах, вспомнив крылатую фразу: «Ну кто так строит? Кто так строит?!»       — Не боись, выведу я тебя обратно! — усмехнулась главная ведьма.       — Как ты мои мысли читаешь? Это же нереально! — поджала губы Таня.       — С чего это? Ещё как реально. Ты блокировать свою голову пока не умеешь, так что… Раскрытая книга — вот ты кто для меня… Проходи! — подтолкнула Наташа застывшую на пороге Таню. — И вообще, ты, дорогая, даже пока ещё не можешь себе представить всех возможностей ведьм! Щас кофейку махнём и будем заниматься…       — Заниматься? А как же клиенты и запись на недели вперёд?       — Аха… Тань, ну не будь дурочкой. Если ты, например, придёшь в клинику и тебя сию же секунду под белые рученьки отведут на приём к врачу, что это будет означать?       — Что? — заморгала Татьяна.       — Н-да… Капитально тебе мозг притупили… — качнула головой верховная. — Это значит, что херовая клиника, раз у них никого нет!       Таня восхищённо приоткрыла рот. Чёрт! Как всё просто-то! Это, оказывается, своеобразный маркетинговый ход с этой записью.       — Так что, расслабься, у меня есть сегодня один-единственный клиент ближе к вечеру, но и только… А остальное время я вся ваша, Татьяна Ивановна!       Ларина кивнула и поспешно ухватилась за предложенную чашку кофе, отчего-то смутившись от этого «вся ваша»… Наталья привычно хмыкнула, стрельнула в Ларину проницательным взглядом, но, старательно спрятав улыбку, промолчала… Вот так и началось её обучение ведьмовскому ремеслу…       Учёба проходила для неё, на удивление, легко. Таня старалась сразу же вникнуть в суть рассказываемых Натальей вещей, да так успешно, что Бантеева всё чаще только разводила руками от её немыслимо быстрых успехов. То, чему другие учились долгими годами, Татьяне давалось едва ли не с полпинка! Всё шло хорошо, но Наталья порой чувствовала некоторое напряжение своей ученицы и однажды, где-то месяц спустя, не выдержала:       — Ты не уймёшься, пока не узнаешь правду, да?       — Ты о чём? — постаралась сделать невинную мордашку Таня, что, разумеется, не прокатило. Наташка снова успела разглядеть все мучившие её вопросы.       — Ладно, фиг с ним, расскажу. Давай тогда кофейку тяпнем и заодно просвещу тебя, раз уж ты так хочешь… — Бантеева включила чайник и начала рассказывать…       — Месяца два с половиной назад ко мне на приём пришёл твой благоверный с просьбой «посмотреть», что там с его женой. Он, видите ли, сильно переживал за твоё здоровье, а на самом деле… — Наташка замолкла и пристально посмотрела на Татьяну: — Тань, ты точно хочешь знать? Мне всё рассказывать? — Ларина занервничала, но быстро кивнула, кусая губы. — Ладно. Короче, бабу он себе нашёл и хотел знать, ждать ли от тебя проблем… В смысле, ваш загородный дом, ещё там что-то — я не вдавалась в подробности — было куплено вами совместно и, по сути, на деньги от твоих концертов. Так вот, его интересовало, почему тебя так долго не выпускают из лечебницы и… — Бант снова замялась, но, втянув в себя воздух, договорила: — Есть ли возможность оставить тебя там насовсем…       Татьяна сидела, словно оглушённая. И это некогда любимый человек, отец их ребёнка!       — И что ты ему сказала? — глухо спросила Таня.       — Знаешь, сперва хотела правду рассказать. Ну что с тобой уже давно всё в порядке, но ты не можешь оттуда выйти из-за каких-то… Козней что ли… А потом взяла в руки твоё фото… От снимка шарахнула такая мощная энергетика, будто меня нехилым таким разрядом тока шибануло! Я смотрела на этого козла, на твою фотку и понимала, что этот урод только обрадуется, да ещё и приплатит побежит, чтобы уж наверняка не выпустили…       Ларина обхватила себя руками и уставилась в одну точку… Много чего было в жизни, но больнее всего получать удар под дых от самых близких тебе людей, вот уж правда…       — Я долго смотрела и вдруг поняла, что не могу этого допустить… — продолжила свой рассказ Наташа. — Я не знала в тот момент, почему соврала ему. Почему сказала, чтобы он не беспокоился, что у тебя нашли быстро прогрессирующую шизофрению, плела ещё какую-то чушь, чтобы он совсем успокоился… Ну заодно и попутно выяснила, в какой больнице тебя держат… Вот… А дальше… Чего дальше? Думала, как тебя оттуда вытащить, но если честно, как-то вяло думала, пока не пришли эти видения, шарахнувшие обухом по голове. И нет, Тань, рассказывать тебе о них я не стану, как ни проси… Вот после них я, короче, и подорвалась. Реально, правда! Побросала всё, села в машину и поехала, уже на ходу придумывая план действия. В самой лечебнице, если тебе интересно, заклятие отвода глаз применила. С врачом этим с сознанием малость поколдовала. Не бойся ты, он ни лица, ни имени уже через полчаса не помнил! Ну и всё — привезла тебя на дачу. Дальше ты сама всё знаешь…       — Наташ, — казалось бы, витавшая в облаках, слушавшая совсем невнимательно Ларина, однако, успела ухватить самую суть. — Ты считаешь, так честно?       — Чего?! — удивлённо подняла глаза Бантеева.       — Я про твои видения. Получается, ты знаешь это самое будущее. Выходит, что там было что-то очень важное, раз ты рванула меня спасать… То есть, ты это знаешь, а я нет? — пристально смотрела в глаза Татьяна, замечая в карих омутах начинающуюся панику. — Что такого ты от меня скрываешь, а?       — Ларина! — Наташа разорвала зрительный контакт и вскочила на ноги. — Я тебе уже говорила, что это не нужно знать! Мне показали картинки только, чтобы упёртая ослица в лице меня любимой подняла свою жопу и хоть что-то сделала! А ты… Ты же зелёная совсем, ты ещё неадекватно воспринимаешь многие вещи… Ну не надо тебе это!       Татьяна поджала губы, тоже встала и молча направилась на выход.       — Эй, стой, ты куда? — окликнула её ошарашенная Наталья.       — В зал для ритуалов, — ровно отозвалась Таня. — Время уже два часа, Наташ, у тебя клиент сейчас придёт, а я пока сама потренируюсь…       За Лариной закрылась дверь. Наташа раздражённо швырнула чашку на маленький столик, решив помыть позже, пнула попавшееся под ноги кресло и сделала несколько глубоких вдохов. Надо было срочно успокоиться. Вроде бы, всё нормально, ничего не случилось, но на душе было мерзко и муторно. Она прекрасно понимала, что Таня на неё обиделась!       …Спустя всего полгода Ларина чувствовала себя уже вполне уверенно, чтобы начать вести приёмы самостоятельно. За это время она успела не только легализовать саму себя, но и доказать набросившимся на неё эскулапам от медицины, что вполне здорова и вменяема. Ей удалось наконец-то увидеться с сыном и даже договориться с бывшим мужем о том, что он будет жить у них обоих по очереди. Таня, конечно, подозревала, что и здесь не обошлось без вмешательства Наташки, умевшей неплохо влиять на других людей. Как бы там ни было, она была практически счастлива, если бы не одно, но очень весомое «но», о котором и зашёл как-то разговор со Светкой за бокалом виски и шашлычками у неё на даче…       — Ну как ты? Колись! — как всегда с широкой улыбкой на лице, «допрашивала» её Сурганова. — Нет, ну блин, у меня теперь есть собственная знакомая ведьма, а я даже толком не знаю, что это такое…       — Господи, Свет, чего ты хочешь, чтобы я сделала? — отбивалась Таня. — Призраков вызывать я не умею, это тебе к Вике надо. Приворожить кого-нибудь — к Ире, карту-прогноз на будущее составить — тогда к Наташке…       — Класс! Только мне это пофиг всё… Хотя, насчёт приворожить, я, пожалуй, подумаю… Нет, а ты? Чего ты-то делать умеешь? — не унималась дотошная Света.       — Да сама толком не знаю, Свет… Ой, ну что? Правда! — сделала честные глаза Ларина. — Ну могу посмотреть через сумрак, что было в прошлом, это у меня неплохо получается. Сейчас учусь не просто смотреть, а влиять на это… Ну тебе-то это всё нафиг?       — Не поняла… Какой ещё сумрак и зачем что-то смотреть в прошлом?       — Сумрак… Эм… Сурик, ты можешь объяснить, как у тебя в голове рождается музыка? Ну вот и меня не заставляй сделать невозможное… А посмотреть прошлое… Ну как… Погиб, например, кто-то. Идёт следствие, а родственники сомневаются, так ли оно на самом деле было…       — Ааа, понятно. Это интересно, да. А что значит влиять на это? — снова отреагировала жадная до всего нового Сурганова. — Не понимаю, как можно влиять на что-то в прошлом? Оно же на то и прошлое… И зачем? Чертовщина какая-то!       — Ну почему сразу чертовщина? И не на само прошлое, разумеется, а на отношение человека к какому-то событию в этом самом прошлом… — Сурик взирала на неё, явно не понимая. — Ну смотри, человека в детстве укусила собака, и теперь он их боится. А я могу вернуться туда, и заблокировать этот страх, понимаешь? Здорово же!       — Ого! Слушай, а это круто! — въехала Света. — То есть, ты можешь убрать, по сути, любой страх или поменять отношение к любому событию? Вау! Танчик, это ж офигеть!       — Да не могу пока что. Говорю же, учусь только…       — Ага, ладно, как научишься, скажи… Вдруг пригодится, кто знает…       — Свет, не заморачивайся только. Это довольно опасные игры. Хрен знает, как это может аукнуться на настоящем… Наташка вечно бесится, когда я без неё куда-нибудь лезу… — нахмурилась Таня. — И вообще, тебе зачем это?       — Мне? Да не за чем. Так, просто спросила… — Света мгновенно опустила взгляд, делая вид, что увлечена процессом жарки шашлыка.       Ларина, заподозрив неладное, сосредоточилась и успела словить, о ком думала в тот момент Светлана, как и то, что именно она очень хотела бы поправить. Вот только… Господи! Больше десяти лет ведь прошло! Уже давным давно Светик не рыдала и не закатывала истерик… Так давно, что Тане показалось, что она наконец-то успокоилась и забыла. Как вот тебе здрасте! Оказывается, Сурик просто спрятала очень глубоко свою боль, продолжая всё это время терзаться чувством вины и по-прежнему любить…       Убедившись, что на мангале всё в порядке, Сурганова вернулась к столу в беседке, налила им вискарик и вдруг хитро прищурилась:        — А, кстати, что там твоя Наташа? Как поживает и вообще…       — Да не моя она! Сколько раз можно повторять?! — тут же разозлилась ведьма. Чёрт! За эмоциями Светы, она совсем не справилась со своими и тут же попыталась перевести разговор: — Нормально поживает, пить давай уже, а то твои шашлыки сегодня никогда не пожарятся…       — Ну хорошо, хорошо… Пусть, не твоя, только не нервничай так… — ещё коварнее прищурилась Светка. — Или ты как раз и бесишься, что не твоя?       — Света! — вспыхнула Ларина, подозрительно краснея. — Что ты несёшь вообще?       — А что? Не, я не ведьма, конечно, но знаешь, и не слепая… Вижу, как ты всегда психуешь, стоит только упомянуть её имя… — доставала неугомонная Сурганова. Ну надо же, взрослая женщина, а краснеет тут, словно подросток! — Я просто вижу, Тань, и делаю выводы. Что не так, колись? Она не оценила твоих «душевных порывов»?       Таня недовольно швырнула свой бокал на стол и отвернулась, насупившись и кусая губы. Говорить об этом категорически не хотелось, но она знала, что, во-первых, Светка так просто не отстанет — «снайперы», пусть и бывшие, никогда не сдаются, а во-вторых, спрашивает она не из праздного любопытства. Сурик просто всегда и во всём старалась её поддержать, помогала, чем только могла, как впрочем, делала это и сама Таня. Так уж у них повелось ещё со времён шальной студенческой юности. Ларина до сих пор удивлялась тому факту, что после полугодового бурного романа, им каким-то чудом удалось не разосраться вдрызг, как это обычно бывает, а вот так вот дружить, преданно подставляя плечо в самые тяжёлые моменты…       — В том-то и дело, что оценила и даже предложила напрямик… — видя заинтересовано-вытянувшееся лицо Светки, Таня криво усмехнулась и продолжила: — Чего? Так и сказала, ага: «Вы привлекательны. Я — чертовски привлекателен! Так чего зря время терять?»       — Ууух ты! Шикарный фильм и шикарный подкат! — звонко рассмеявшись, оценила Сурик. — Ну-ну? И чё?       — Ничё, Свет… — снова вздохнула Таня. — Не могу я, понимаешь?       — Нет… Не понимаю… — в шоке открыла рот Сурганова. — Чего ты не можешь? В смысле из-за этих своих мужиков забыла, как это делается, так я могу напомнить! — Света привычно старалась шутить, но наткнувшись на слёзы, мгновенно появившиеся в глазах подруги, тут же стала предельно серьёзной. — Прости… Что случилось-то, Тань?       — Ну… После той долбанной лечебницы у меня в голове что-то щёлкает и… Я не могу… Совсем…       Таня видела самый настоящий шок в глазах подруги и совсем не собиралась её расстраивать своими дурацкими проблемами личного плана, но что она могла поделать, если Сурику обязательно надо всё знать?       — Погоди… — кое-как отвисла Света. — То есть… Что именно ты не можешь? Ну не начинай беситься, а? Лучше объясни нормально, пожалуйста!       — Да, блять! Чего тебе не понятно? Не переношу я теперь, когда до меня кто-то дотрагивается!       — Угу… — хмыкнула Сурганова и как-то подозрительно уставилась на Таню. — А ничего, что мы с тобой уже хрен знает сколько сидим под одним пледом, что ты всё равно замёрзла и… Тань, блять, моя рука на твоей талии, если ты не заметила! Так какого ж хера ты мне втираешь?       — Ну… — Ларина опустила взгляд, и сама запутавшись. Ну да, Светка и правда сейчас совсем вплотную, и да, обнимает её, но… — Я не знаю! Когда Наташа только дотрагивается, на меня тут же паника накатывает, и я не могу ничего с собой поделать! Ты считаешь, что я вру тебе или что? — обиделась ведьма.       — Да нет, конечно… — задумчиво протянула Сурганова. — Просто пытаюсь понять и, знаешь, у меня есть кое-какие мыслишки… Тань, ты мне доверяешь? — озадачила вдруг странным вопросом скрипачка.       — Свет, чё за идиотизм? Да больше тебя обо мне знает только Наташка и то только потому, что уже не раз ковырялась у меня в мозгах… Конечно, доверяю, но к чему ты это?       — Хорошо… Я хочу кое-что попробовать сделать… Закрой глаза и расслабься, пожалуйста…       Таня недоумённо вздёрнула брови, но кивнула, прикрывая веки и делая глубокий вдох…       — Готова?       — Ну да…       В следующую секунду Ларина ошарашенно распахнула глаза, почувствовав Светины губы на своих, и попыталась оттолкнуть спятившую подругу. Только Сурганова железной хваткой вцепилась в её запястья и не отпускала, прижав к спинке плетёного кресла.       — Свет! Зачем? Не надо… — пыхтела Татьяна, когда ей удалось хотя бы отвернуться. — Ты же моя самая близкая подруга, перестань!       Но Сурик её не слышала, ухватив за подбородок и снова заткнув рот поцелуем. Ларина сжала губы, но не ответила. Спустя некоторое время Светка резко выпустила её, на всякий случай отпрыгнув подальше от разозлённой ведьмы.       — Нахера?! — вскочила на ноги взбешённая Татьяна. Мятные омуты горели раздражением и неприкрытой обидой.       — Тебе неприятно? Что ты испытываешь? — спокойно спросила Светлана.       — Нет. Мне всё равно! За каким хером ты этот цирк устроила?       — Ты злишься и даже готова меня сейчас ударить.       — Да! — рявкнула Таня, непроизвольно сжав кулаки.       — Но ведь паники нет? — последовал вкрадчивый вопрос, от которого Ларина открыла в шоке рот и, тупо моргая, уставилась на Свету. Блять! А ведь правда! Получалось, что нет! Она не хотела этого поцелуя, разозлилась на вероломную подругу и да, чёрт возьми, готова была даже врезать хорошенько, но и только… — Тань, давай доведём эксперимент до конца…       — Если ты опять полезешь целоваться — точно стукну! — честно предупредила озадаченная ведьма.       — Ахаха… Нет, не буду больше… — усмехнулась Светлана и, снова оказавшись рядом с Таней, медленно опустила руку на её колено.       Всё! А вот тут в голове Тани что-то взорвалось… Ларина судорожно втянула в себя воздух и мелко задрожала под ладонью Светы, чтобы в следующую секунду в охватившей её панике пихнуть подругу с такой силой, что та отлетела чуть ли не на пару метров.       — Тш! Всё-всё… Успокойся! — Сурганова нехило так приземлилась на пятую точку, но даже не заметила боли, тут же вскакивая на ноги. Потерев переносицу, Света выдала: — Значит так, Танюшик, ну что, ставлю тебе диагноз: боязньногоприкосновения! — с совершенно непроницаемым лицом выговорила Света в одно слово.       — Чего?! — уже в который раз за сегодня захлопала глазами Татьяна.       — Если серьёзно, ты, подруга, спокойно можешь заниматься сексом, только пусть твоя Наташа не дотрагивается до ног и всё… А так — к хорошему психологу тебе надо, Тань, ну или попроси свою Бантееву убрать этот страх…       Таня ещё какое-то время совершенно ошалело смотрела на Свету. Потом закрыла наконец рот и потянулась к бутылке, правда не соизволив при этом налить в бокал.       — Эй, стой, ты чего? — рассмеялась Светка. — Мне-то оставь, алкашик!       …Следующей ночью мирно видевшую пятый сон Светлану разбудила смс-ка…       — Блять! Три часа! Кто ж такой придурочный-то?! — протерев глаза, Сурганова недовольно пошарила по тумбочке в поисках очков и, только водрузив их на нос, прочитала:       «Сурик, ты просто гений! Я тебя обожаю!»       И тут же следом пропиликала ещё одна:       «Наташка тоже так считает!»