Глава 2. Что у Юнджи под формой
8 августа 2017 г., 14:56
Ким Джиён
Мне фактически пришлось бежать за ней. — Прости, но я должна кое-что сказать тебе! — кричала ей в след, задыхаясь. — Мне надо извиниться перед тобой! Подожди! Мин Юнджи! Мин Юнджи!Мин Юнги
Чёрт! Она ещё и гонится за мной. Ну, зачем? Зачем нам ещё одна ученица в классе? Ладно, этих идиотов мне как-то удалось обмануть. Но она? Она же девушка! А если она раскусит меня? Нет! Я не дам шанса этой деточке.***
Как только она прибыла в наш класс, я сразу же почувствовал неладное. Чёрт! Почему именно теперь? Нет, ну вы только посмотрите! Она ведь может всё испортить! И я не о том, что она может отбить моих обожателей, а точнее — обожателей моего альтер эго, Юнджи. Она может испортить моё удовольствие. Ведь что может быть забавнее, чем видеть милые, влюблённые мордашки этих придурков? Ради этого, я готов терпеть эти жуткие черные колготки, что грызут ноги, юбку, которая не выпускает возможности, чтобы не задернуться. Ради этого, я научился краситься, заботиться о коже. Конечно моя кожа сама по себе красивая, а личико, от природы, милое. Так, почему бы этим не воспользоваться? Никто не понимает деваху так, как другая деваха. И сейчас я говорю именно о той девчонке. Зная все женские штучки, она с лёгкостью могла бы меня раскусить. Понимаю, возможно я немного переборщил. Возможно она не настолько внимательна. Однако, они — девочки… они совсем другие. Их не так просто обвести вокруг пальца. Но я постараюсь. По-крайней мере, никто из класса не должен узнать о том, кто я.***
Когда наступила перемена, ко мне подошел один из школьных придурков. Его протяжное и такое пискливое «Мин Юнджи» заставляло меня чувствовать перед ним своё превосходство. К большому сожалению, я не мог долго наслаждаться этим каламбуром — веселому пистолету, так сказать, надо опустошиться. В общем, я подался прямиком в женский туалет. А что? Не палиться же в одной мужской кабине, с этими придурками. Да и захожу я в туалет только тогда, когда там почти никого нет. В этот раз, всё было также. Зашел в одну из кабин. Как же хорошо, что здесь есть эти чёртовые кабины! Закрываешь дверь и — вуаля! — никто не видит, что ты там делаешь и главное — как. Замкнувшись, мне удалось кое-как спустить колготки до колен, и в позе, не совсем привычной для девочек, осторожно, дабы не испачкать юбку, сделать своё дело. Трудности начались, когда пришлось обратно подтягивать колготки и поправлять юбку. Вот это мне больше всего не нравилось. Но, так как другого выбора у меня не оставалось, мне пришлось потерпеть и смириться. Ибо как-то не очень эстетично выходить с опущенными колготками на волосатых ногах, пугая тем настоящих представительниц женского пола. В общем, поправив последнюю складку, нервозно поматюкавшись сквозь зубы, мне удалось кое-как выползти из кабины. Пока я спокойно мыл руки с мылом, две девчонки рядом завистливо смотрели на меня. Не странно, ведь для них я — Юнджи, эталон женской красоты и просто очаровашка. Они завидовали моим шикарным, хотя ненастоящим волосам, безупречной коже, и мне это нравилось. Мне нравилось обманывать, манипулировать. Когда у меня это получалось, я чувствовал какое-то неописуемое удовлетворение. Посмотрев на тех девчуль, я мило, но всё же дерзко и самоуверенно улыбнулся, чем ещё больше дразнил их. А затем, поправив челку на показ, развернулся, подобно топовой модели, и ушел, будучи уверенным в своём превосходстве.***
Услышав школьный звонок, я быстро вернулся в класс. Вроде всё хорошо, если бы не пристальный взгляд новенькой. По крайней мере, заметно это было на переменах. Хотя на уроках, думаю, она тоже не упускала возможности поглядеть на меня. Не знаю из-за чего, но, то ли от непривычки, что за мной теперь кто-то сидит, то ли став слишком чувствительным, мне казалось, что она беспрерывно смотрит на меня сзади. С другой стороны — чего же тут бояться? Я смог обмануть класс и даже целую школу. Неужели я не смог бы справиться с одной девчонкой? Так вот, одно дело, когда вы просто пересекаетесь на перемене, а другое — сидите часами в одном классе. Ладно, возможно я немного погорячился. Это я признаю. Неожиданный приход новенькой заставил меня почувствовать не в своей тарелке, и я немного спугнул. Всё-таки, раз уж никто не догадался, то и она — тоже.***
Так как нельзя слишком долго болтать о своём страхе (страхе разоблачения!), а пересказывать всё, что было на уроках, мне лень, позвольте, я вернусь к тому, о чем говорил в начале. В общем, на свой риск, я всё-таки остановился и позволил той девахе приблизиться ко мне. — Прости. Я просто... — девчушка пыталась что-то невнятно, задыхаясь, донести до меня. — Просто, когда ты разговаривала с тем мальчиком на перемене… Я недовольно закатал глаза. — У нас тут почти все мальчики, дурочка. Откуда мне знать, о ком ты говоришь? — Извини, — девчонка жалостно сложила руки, что я даже почувствовал себя немного виноватым. Может, не стоило с ней так резко? — Но я тогда засмеялась и, видимо, обидела тебя этим, — хм, этого я не планировал. Но ты продолжай. Мне нравится. Если бы кто-то спросил, как выглядит слово «Серьёзно?» (да-да, именно с такой возмущенной интонацией), я бы показал ему своё лицо. — Точнее, не знаю — обидела ли я тебя, или нет. Но если да, то мне хотелось бы извиниться. Нет, ну серьёзно. Эта деваха должна так быстро говорить? Читать рэп — одно из моих хобби и талантов (мда, с-скромность). Дома у меня полно всяких текстов. Да и читаю я довольно быстро. Но эта деваха, кажется, превзошла меня. — Без понятия, за что ты именно извиняешься, — моя Юнджи сделала своё фирменное движение «прядь за ухо», — но так уж и быть. Я прощаю тебя. Деваха та, по всей видимости, начала светиться от счастья. Эх, ну зачем? Будто ей миллион долларов дали. Ну, ладно. По крайней мере, моя Юнджи любит, когда кто-то пытается угодить ей. — Спасибо тебе большое, Юнджи. Я рада, что мы смогли найти общий язык. Надеюсь, в дальнейшем, мы станем друзьями. Девчонка протянула руку, ожидая, что я пожму её. Однако мне не захотелось этого делать. Я слегка, совсем по-девчачьи, поправил ремешок рюкзака. — Мне ещё уроки делать надо, — мой тон вряд ли можно назвать вежливым, скорее — пафосным. — Так что, прости. Но мне надо бежать домой. Пока! — и, без всякого размышления, ушел. Я ещё успел услышать за спиной её весьма писклявое, можно даже сказать, детское «Пока». Но мне было уже не до неё. Я мчался домой. И не потому, что так меня туда тянуло. Не потому, что я хотел быть***
Вернувшись домой, первым делом я избавился от натершего шею платка, с помощью которого я скрывал, присущее мужчинам, адамово яблоко. Дальше в ход пошла верхняя одежда: пиджак, безрукавка, рубашка — эти вещи, как раз, меньше всего бесили. Дальше, выкривив как-то странно руки, помучившись немного, мне удалось снять этот проклятый лифчик. Спину свою я конечно не видел, но, полагаю, след от лифчика остался. По-крайней мере это чувствовалось, когда я снимал его — этакое большое облегчение. Ну что ж, лифчика нет, но теперь я стал выглядеть, как чувак на стенах египетских пирамид: полуголый, в юбке, с париком на голове. Хоть бери и смотри на меня в профиль. Итак, юбку мне тоже легко далось снять, а точнее — швырнуть где-то на пол. А вот с колготками, как бы мне этого не хотелось, я так поступить не мог. Медленно, можно даже сказать, изысканно я начал снимать их. Кто-то незнающий мог бы подумать, что тут описывают какую-то пикантную эротичную сцену. Эх, простите, вынужден вас огорчить — это просто мужик, который снимает с себя женские лохмотья. В общем, с одеждой мы разобрались. Следующий шаг — рвануть в ванную и окончательно избавиться от образа. Кстати, голым я туда не пошел — семейники как раз то мои были. Но позвольте, я не буду описывать их цвет, дабы дать волю вашей буйной фантазии. Представили? Спасибо, дальше не надо. Продолжим наш, а точнее мой, процесс превращения в мужика. Итак, спокойно сняв парик, я начал смывать марафет. Взяв на вооружение смывающие средства для макияжа и тщательно промыв лицо, я взглянул в зеркало — эх, с этими следами от туши, я слишком похож на панду. Но это неважно. Важно, что я смог вернуть себе своё мужское «я». Однако, для того, чтобы моя душа была окончательно довольна, я решил избавиться от пота и просто расслабиться. Душем я, кстати, не пренебрегал. Особенно был он нужен в этот весьма жаркий и душный день. И вот, напоследок одев обычную спортивную форму, я снова мог быть собой. Дома, ведь, я был совсем другим, не таким, как в школе. Тут открывалась совсем другая личина. Приходя домой, я сразу сбрасывал из себя шкуру Юнджи, и не давал ей шанса, даже в мимике и движениях. Тут я был обычным парнем, со своими интересами и мечтами. В тумбочке хранились умные тексты Юнги, придумать которые глупышка Юнджи бы не додумалась. Если бы кто-то сказал одноклассникам, что самая красивая и, до сегодняшнего дня, единственная девушка в классе — мужчина, они бы не поверили. А увидев меня таким, какой я дома, их представление о мире могло бы резко измениться. Но пока что они в неведении. И в общем, меня это устраивает. Мне нравится, что почти никто не знает полностью двух моих сторон. Также, как и школа не знает о Юнги, о Юнджи не знают родители, от которых я переехал. Знает чуточку, разве что, Аджумма, у которой я снимаю квартиру, но проблем не будет — мы договорились. Однако и она не может знать меня полностью. Она не может знать, что скрывается за всем этим маскарадом. Это пока что никому не удалось. Побездельничав около трёх часов, я всё-таки решил взяться за уроки. Однако, тут же моё внимание привлекло переполненное мусорное ведро, что стояло в углу. Мне, как недоперфекционисту (ибо чистым перфекционистом меня сложно назвать), это зрелище не очень пришлось по вкусу. Короче говоря, я оставил ручку, и отправился выносить мусор. Ступая по лестнице, я услышал, как кто-то разговаривает с владелицей. Но голос этот показался мне весьма знакомым. Я поднял голову, и тут же стал в ступор — это была та самая новенькая. Испугавшись, я даже прижался к стене, будто шпион. К счастью, деваха меня не видела. А ещё, к более большому моему счастью, отошла где-то. А это значит, что я могу выиграть время. Долго не раздумывая, я рванул быстро объяснять всё Аджумме. — Почему у тебя глаза, как у телёнка? — по-бабски захохотала женщина, будто её забавлял мой напуганный вид (ахахах, очень смешно). — Та девушка у меня жить будет? — быстро и тихо произнёс я, опасаясь возвращения той девчушки. — Да. Разве у меня есть ещё комнаты? Посмотри — тут одна часть дома моя, а вторая — твоя. Ты, кстати, не доплатил ещё. — Чёрт, — недовольно фыркнул сквозь зубы, — она знает обо мне? — Нет. — Прошу Вас, скажите ей, что она будет жить с Юнджи. И задержите её, пожалуйста. Умоляю. Потом всё объясню, — я снова взглянул на возможную спасительницу, будто кот из «Шрека». Не ожидая ответа, я побежал обратно вверх по лестнице. Сердце колотилось, как бешенное — звук мотора отъезжающего автомобиля, девчачье «Пока». Чуть ли не в последнюю секунду, я успел зайти в свою часть. На всякий случай, закрыл двери на замок. Теперь осталось только снова напялить то, от чего так долго избавлялся. Черт! Черт! Черт! Почему это случается именно со мной? Почему именно та деваха? Конечно, кто-то бы сказал, что можно придумать хитрый план. Ну уж простите, в такой стрессовой ситуации, мой мозг не мог придумать ничего лучше, как обратно переодеться в Юнджи. Но что со всем этим делать потом, я не знал. Промчался, будто торнадо, в поисках (да будь он проклят) лифчика и остальной одежды. Затем я прыгал на одной ноге, как ненормальный журавель, пытаясь впихнуть свои волосатые ноги в колготки. Бегая туда-сюда, мне всё не удавалось погасить своё волнение. Одно добро было, что Аджумма, видимо, послушала меня, и задержала девчонку. В общем, как-нибудь, мне удалось переодеться. Эх, как же мне всё это не нравится. Снова мчаться. Одеваться во все эти лохмотья в спеху, очень быстром спеху, кстати. Прибежав бегом в ванную, я быстро и весьма небрежно надел на голову парик. А затем осторожно, но всё также неуклюже, пытался поправить волосинки, что выглядели так, будто по мне танк проехался. Ладно, с этими волосинками. Потом поправим. Я быстро начал наносить макияж. Знаете, не так искусно, как бьюти-блогерши, хотя совсем плохо не было. В какой-то момент я даже почувствовал какую-то мощь в себе, что каким-то чудом мне удалось не размазать. Напоследок, моя, дрожащая от паники, рука потянулась к розовому блеску для губ. И наконец, сделав последний штрих, я услышал стук в двери. — Юнджи, открывай! Я тебя тут с кое-кем познакомлю! — прозвучал голос Аджуммы. С замершим сердцем, я приблизился к двери. Рука ещё дрожала, вцепившись за дверную ручку. За дверью — она, моя одноклассница.
