Жена для Болконского.

      Как только шаги за дверью стихли, Андрей покинул библиотеку и вернулся в свою комнату. Вещи его были почти собраны, но он еще долго перебирал важные письма и складывал письменные принадлежности в подаренную Лисицыной шкатулку. За столом он просидел до самого утра, несколько раз меняя догорающие свечи. Он пытался сосредоточить свои мысли на поездке за границу и женитьбе на Наташе, но все его мысли занимала Маргарита.       Как он мог так поступить? Разве он не давал себе твердое обещание жениться на Ростовой?! Андрей не собирался разрывать помолвку из-за этого минутного помутнения, но если бы Наташа желала этого - сделал бы это тотчас. Болконский верил в то, что именно Ростова, эта яркая и живая девушка, сделает его счастливым, но что-то внутри отяжеляло ему грудь и тянуло к Лисицыной.       В эту ночь он так и не уснул. Рано утром подали экипаж, и он, не попрощавшись с домашними, уехал в Петербург, чтобы позже оттуда выехать за границу. Неожиданно снежинки в этот день падали медленно, практически застывая в воздухе.       Маргарита из окна смотрела, как экипаж Болконского покидает поместье. Как и он, она не сомкнула глаз этой ночью. На своем теле девушка все еще чувствовала его жаркие поцелуи. От этих воспоминаний дрожь проходила по её телу. Это чувство было постыдным и одновременно радостным.       Её пугало их расставание размером в год. Ей казалось, что вспыхнувшая между ними искра может потухнуть так же стремительно, как и возникла. В это же утро она села писать ему свое первое в этом году письмо.       "Дорогой князь Болконский, я не рассчитывала на ваш столь скорый отъезд. Надеюсь, вы добрались без каких-либо происшествий..."

***

      Зима пролетела незаметно. За все месяцы Маргарита получила лишь одно письмо от Андрея, хотя сама она писала письма раз в две недели. В письме сообщалось о его поездке и обустройстве на новом месте, а также о погоде в Швейцарии. К сожалению, Лисицына не нашла в письме того, чего ждала. Написано оно было сухо и формально и больше походило на бухгалтерский отчет. Тем не менее, тем же вечером она написала ему ответ, не такой живой и открытый, как первые письма, но все же искренний.       Всю весну она каждое утро спускалась вниз первой, чтобы лично забрать почту, отчаянно надеясь получить письмо от Болконского. Однако сколько бы писем она не писала, ответа не приходило. Пару раз Рита даже набиралась смелости и лично спрашивала почтальона о письмах из Швейцарии, но тот отрицательно качал головой ей в ответ.       С каждым месяцем без единой вести подозрения Лисицыной возрастали. Она даже лично ездила в почтовое отделение, чтобы узнать не задерживаются ли письма из Швейцарии и других европейских стран. Почтальоны лишь удивленно развели руками, а дома её мачеха устроила ей настоящую тираду по поводу того, что она не должна никуда выезжать без ведома родителей и сопровождающей.       К счастью, ремонт и домашние не давали Маргарите скучать. Из-за ремонта они часто снимали дома в Москве. Там они посещали знаменитые балы, светские приемы и оперы. Бывали дни, когда Лисицына засыпала сразу же после соприкосновения головы с подушкой. В такие моменты некогда было переживать за неприходящие письма.       За весь июнь из-за многочисленных переездов Рита не написала Андрею ни одного письма, да и об их переписке она успешно забыла. О Болконском она вспомнила лишь в середине лета: их отец решил на неделю погостить в Лысых горах. Ремонт в их родовом поместье уже подходил к концу: оставалось лишь завести новую мебель и провести генеральную уборку. На это время они перебрались к Болконским.       В первые дни их прибытия княжна Мария не могла скрыть своей радости: отец не кричал на неё при Лисицыных и будто бы забыл о ее существовании, пребывая в хорошем расположении духа. С княжнами Болконская успела сблизиться еще в их первый приезд, поэтому наедине с ними чувствовала себя комфортно. У неё осталось очень мало воспоминаний о сестрах из детства, в основном они были связаны со старшей, Маргаритой. Она большее время по приезду проводила с ней и Андреем и была довольно дружелюбным и добрым ребенком.       Мария Болконская была уверена, что именно Рита станет мачехой её племяннику. Еще зимой ей казалось, что между ней и Андреем возникло то, что некоторые называют симпатией. Она подходила ему по многим причинам, но самой княжне нравилась её скромность и немногословность. Более того, во все встречи с Коленькой Лисицына была к нему добра и проявляла заботу.       С отъезда Андрея слуги в их доме ни раз оговаривались о его скорой женитьбе. Княжна поначалу не придала этим слухам должного значения: будучи холостяком, её брат часто становился объектом подобных сплетен. Однако со временем она поняла, что перемены в поведении и столь поспешный отъезд прибавляли сплетням весу.       Наблюдая хорошие отношения между своим отцом и его другом Лисицыным, Мария была уверена в том, что невестой Андрея является одна из его дочерей. Старый князь Болконский хорошо относился к дочерям друга и показывал им свою снисходительность. Было бы неплохо, если бы к невестке он относился также. Все домашние знали его нрав и удивлялись подобным переменам.       Неприятным известием для княжны Болконской оказалось письмо Андрея в июле. Она долго не получала от него писем, лишь только к праздникам, потому с радостью распечатала письмо, однако улыбка вскоре сползла с её лица. Её брат сообщал ей о своей тайной помолвке и твердом намерении жениться. Но вовсе не на одной из Лисицыных. Ею оказалась Наташа Ростова.       Марья не возводила себе идеалов мачехи для Коленьки, но мысли о том, что это будет Наташа, вызывали у неё неприятные чувства. Они пересекались несколько раз, но не были представлены друг другу должным образом. Ростова была младше неё самой и вела себя как ребенок. В понимании Болконской один ребенок не мог воспитывать другого. Да и разница в возрасте у них с Андреем была немаленькая.       Конечно, это были не основные причины того, почему она не одобряла этот брак. Главной причиной было то, что Мария привязалась к Лисицыным и хотела бы видеть их частью своей семьи. Их присутствие в Лысых горах было лучиком света в их темном царстве. С их приездом каждый раз все их поместье преображалось. И если раньше она постоянно хотела вырваться отсюда, то теперь с воодушевлением занималась хозяйственными делами и с нетерпением ждала гостей.

***

      Стоило Рите попасть в дом Болконских, как воспоминания о проведенных здесь зимних вечерах захлестнули её. Все в поместье напоминало ей об Андрее, и от этого становилось еще больнее. За все время он прислал ей лишь одно сухое письмо, как будто той искры между ними не было и в помине. - Как Андрей? Здоров ли? - не могла не поинтересоваться Лисицына, когда они сели за шитье. Ей было сложно скрыть свою обиду на него, отчего её вопрос прозвучал не так дружелюбно, как ей того хотелось. Она сама ужаснулась своей фразе, тогда как Марья, казалось, и не заметила этого. - Он редко отвечает на мои письма... и еще реже пишет мне сам, - честно призналась княжка Болконская.       Маргарита удивилась её откровенности и пристыдилась из-за своего наглого вопроса. Впрочем, ответ княжны позволил Рите выдохнуть с облегчением. - А почему вы спросили? - Марье неспроста было интересно услышать её ответ.       От неожиданности Рита пропустила иголку с серебряной ниткой через платок и уколола указательный палец. Она не посмела издать звука при этом, лишь крепко накрыла уколотый палец большим, чтобы не испачкать кровью белоснежную ткань. Они общались негромко, да и кроме них в гостиной за шитьем сидела лишь Юлия. Брюнетка была так занята своей работой, что не замечала их болтовни. - Я бы попросила вас говорить чуть тише, - девушка оставила несчастную иголку в своей работе и тронула Болконскую за руку. Она решила поведать ей свою тайну. - Я отправляла ему письма, но получила лишь один ответ. Мне казалось, что он ответит хотя бы из вежливости, но... - Лисицына запнулась и улыбнулась краешками губ, - ...теперь я знаю причину, благодаря вам.       Марья не смогла утаить от Маргариты правды, наблюдая её счастливую и, вероятно, влюбленную улыбку. Она и семье не говорила о письме лишь потому, что никто ничего у неё не спрашивал (да и многие знали об этом раньше неё). Болконская также встала с кресла и отложила шитье в сторону. - Пойдемьте в мои покои, я покажу вам другие свои работы, - как бы она не старалась, у неё не получалось лгать. Рита тут же согласилась на её предложение, оставив свою старшую сестру в полнейшем замешательстве. - Вот, - княжна протянула Лисицыной конверт с письмом от Андрея. - Я думаю, что вам нужно прочитать это.       Лисицына сразу поняла, что это письмо от Андрея. Она аккуратно достала письмо из конверта и, развернув его, тут же принялась читать. И хоть начала Рита с большим интересом, свое чтение она закончила в растроенных чувствах. Тяжело сглотнув, она передала Болконской конверт и письмо. Девушка хотела было что-то сказать, но слова застряли у неё в горле, встретившись с комком из горечи и боли. Гораздо приятней было бы забыть о Болконском, чем теперь чувствовать себя униженнной и оскорбленной. Его чувства не просто остыли: в тот момент он уже был помолвлен с другой! - Мне показалось, что вы должны узнать об этом... - вдруг небрежно бросила Марья. Ей стало больно от вида побледневшей Маргариты. - Да, вы поступили правильно. Полагаю, что теперь я многое поняла, - кивнула рыжеволосая, собираясь покинуть комнату княжны. - Мне бы очень хотелось, чтобы на её месте были вы... - призналась Марья и тут же прикрыла рот рукою, осознав, что говорит ужасные вещи. Она не вправе была решать за Андрея или же давать Лисицыной надежду. - Я имею в виду, что вы хорошо ладите с Коленькой... точнее... - она уже не знала, как исправить эту ситуацию, лишь больше загоняя себя в угол. - Ужасно ли то, что я хочу увидеть ту девушку, на которую он меня променял? - Рите стыдно было смотреть ей в глаза, потому она отвела свой взгляд в окно, где садовник аккуратно обрезал разросшийся куст. - Неужели ваши чувства к Андре были так серьезны? - Марья была удивлена её реакцией. Она догадывалась о влюбленности, но в голубо-зеленых глазах княжны таилась такая боль, что её нельзя было передать словами.       Рита оставила её вопрос без ответа. Она и так доверила Марье слишком многое, отчего сейчас переживала за свое положение. Стоило бы кому-то узнать о той зимней ночи с Андреем, как их репутация была бы в корне испорчена. Это было бы даже хуже, чем прелюбодеяние до свадьбы, ведь тогда уже он был помолвлен и изменял своей невесте. Ей стало трудно дышать. - Я бы хотела вернуться обратно в гостиную, - твердо сказала та. - Конечно, как пожелаете, - отозвалась Болконская, жалеющая о своем поступке. Ей нужно было оставить это в тайне.

***

      Лишь зимой следующего года Маргарита смогла увидеться с Наташей, тайной невестой князя Болконского. Они пересекались дважды: в опере и на вечере у Элен Безуховой. И оба раза у неё сложилось о ней неприятное впечатление. Было ли это из-за обиды, злобы или зависти? Конечно, Рита, никогда раньше не испытывающая подобных далеких и мерзких чувств, это всячески отрицала, ссылаясь на свое внутреннее предчувствие.       Лисицына не могла назвать Наташу красивой. Она была не более чем симпатичной, но иногда её улыбка была поистине прелестной. Возможно, её улыбка и пришлась по нраву князю? Рите казалось, что ей никогда не удастся улыбаться также искренне и прелестно. Но могла ли одна улыбка заставить его сделать предложение?       Она втайне следила за юной девушкой, коря себя за столь низкое падение. Княжна не могла сравнивать себя с ней. Чем она была хуже? Что Рита должна была изменить в себе, чтобы Андрей влюбился в неё? Изменить себя или изменить себе? Она не могла притворяться той, кем не являлась. В её груди все еще теплилась надежда на то, что Болконский еще вспомнит о ней и сможет забыть о Наташе.       Впрочем, забыть Ростову не удавалось даже ей. Лисицыной хотелось поймать её на чем-то недостойном, ужасном, и это пугало княжну до дрожи в коленях. Она никогда не позволяла себе судить других людей и уж тем более не желала видеть кого-то в плохом свете.       Эта слежка, поиск недостатков доводили её до дрожи и тошноты. Ей было тошно от самой себя и этих ужасных чувств, так внезапно повязавших её полностью. И когда она уже сдалась и не желала более вести эту грязную игру, ей удалось услышать разговор Наташи с молодым кавалером.       Несмотря на исполнение её желания, она была безмерно удивлена такому исходу. Такая живая и чистая девушка оказалась легкомысленной предательницей, готовой бросить жениха ради едва знакомого офицера. Бросить Андрея ради какого-то щеголя и дамского угодника. Но могла ли она винить её в этом? В глазах Риты Наташа была еще совсем юной девочкой, которой, по всей видимости, легко управляли мужчины.       Должна ли была она написать об этом Андрею? Признаться, не скрывая злорадства, в тот же вечер княжна села за свой письменный стол и в красках на бумаге обрисовала поступок Наташи и то, как ужасно Андрей поступил с ней, что в итоге ему вернулось. Перечитывая написанное, Лисицына не смогла дочитать до конца. В этих строках было столько боли, желчи и злобы, что она смяла лист и выкинула его в ведро для бумаги.       Рита передумала писать письмо Андрею, да и она не была точно уверена в том, что он его прочитает и тем более ответит. Сейчас она понимала, что, вероятнее всего, Болконский специально перестал отвечать на её письма из-за предстоящей женитьбы. Ей хотелось непременно увидеться с ними и высказать ему все, что она о нём думала. Радовало её лишь то, что год подходил к концу и уже в этом месяце князь должен был вернуться. - Опять пишешь письма? Вопрос сестры заставил Маргариту вздрогнуть и начинать нервно убирать письменные принадлежности со стола. - Это всего лишь я, - улыбнулась Надя, подходя ближе. Лисицына выдохнула с явным облегчением, когда увидела голубые глаза своей младшей сестры. - Маменька в очередной раз будет ругать тебя за следы чернил на твоих руках, - отрицательно покачала головой меньшая, в очередной раз заметив на руке старшей едкие темные пятна. - Я надену темные перчатки. - Темные? Еще и дома? - ахнула Наденька. - Тогда она точно заставит тебя их снять! - Это всего лишь чернила... - Мне кажется, что твои письма весьма опасны для твоей репутации, - сестра села напротив неё и взяла её руку в свои. - Тебе стоит быть осторожнее. - Это я должна говорить тебе это, Надя, ведь ты младше. Мне не стоит заботиться о репутации, ведь всегда найдутся те, кто плохо подумает о старой деве вроде меня, но ты - совсем другое дело... - Нет-нет! - Надежда живо вскочила со своего места. - Я только что слышала от Юли тоже, что и от тебя... если мне придется уйти и отсюда, то только на мороз! - Хорошо, про это я более не скажу ни слова. Но почему же она опять заговорила об этом? Её что-то расстроило? - поинтересовалась Рита. - Если бы ты вовремя пришла на примерку, а не писала, услышала бы все из первых уст, - младшая не могла не пожурить старшую за это. - Маменька снова выбрала и цвет, и фасон платья за Юлю, - огорченно произнесла та. - Оно и правда ужасно! Совсем ей не к лицу. - Вот поэтому я жду последней минуты, чтобы лично поговорить с модисткой, - отозвалась Маргарита. - Я удивлена этому еще больше, ведь тебя никогда не заботили наши наряды. - Да, но сейчас обстоятельства немного изменились, - она не могла скрыть своей коварной улыбки. - Неужели князь Болконский будет на балу у Элен?! - воскликнула Надежда. Её предположения оказались весомы. - Я еще не знаю, когда точно он будет в Москве. Марья обещала мне уговорить его, ведь муж Элен, Пьер Безухов также будет на балу, - ответила Лисицына, поднимаясь с насиженного места. - Мне кажется, что тебе стоит выбрать кого-то другого. Некоторые дамы говорили, будто его избранницей станет Ростова. - Я могу с тобой не согласиться, - Рита отрицательно покачала головой. В любом случае, если правда вскроется, она была уверена в том, что Андрей откажется от своей невесты. - У модистки сейчас никого? - Полагаю, что так. Лиза уже давно закончила, Юля заперлась в своей комнате. - Я собираюсь попросить ее сделать нечто грандиозное из моего маскарадного платья, - с воодушевлением произнесла Маргарита, доставая из своего сундука бумажный сверток. - Что это? - любопытству Нади не было предела. - Ткани и украшения к платью. Я попросила тетю Мэри переслать мне их из Парижа. Ты ведь понимаешь, что мать всегда скупится на ткани нам. Из того, что есть у модистки, я не смогу создать платье своей мечты... - Когда маменька узнает... - Точнее, если "маменька" узнает, - прервала её Рита. - Знаешь, несколько монет заставят замолчать даже нашу модистку. - Тебе не стоило посвящать меня в свои игры... Теперь мне тоже несладко придется, когда все вскроется, - запереживала младшая. - Не волнуйся, никто ни о чем не узнает, - заверила она сестру.       Пока готовилось её бальное платье, ей оставалось только надеятся, что Андрей посетит этот бал и поймет, что он потерял.