Вдали от главных путей

В Водопадье вечер. Пусть времена суток не отличаются одно от другого, но, следуя распорядку дня, монстры в большинстве своём уже разошлись по домам. Мойша, впрочем, на боковую не торопится: монстр-чистюля недавно принимал гостей и теперь ни за что не ляжет спать, пока не приберётся за ними как следует. Он уже перемыл посуду, отдраил пол, проветрил помещение, а теперь вот чистит крыльцо, старательно смывая следы чужой обуви. Но его занятие прерывают. Рядом с домиком показывается Аарон — местный «крутой парень», славящийся на всю округу размером своих мускулов. По какой-то странной причине им с Мойшей удалось стать приятелями, хотя морской конёк отличался беззаботным нравом и ни на чём, кроме спорта, особо не заморачивался (так казалось тем, кто плохо его знал), а монстр-чистюля предпочитал оставаться серьёзным и ко всему в своей жизни подходил с большой ответственностью. Аарон приближается подозрительными короткими перебежками и вообще выглядит стушевавшимся. Мойша вопросительно поглядывает на него: ему интересно, что же могло так встревожить такого силача. — Мойшик! — Аарон, оказавшись в паре метров от приятеля, тотчас же рывком кидается к нему. — У меня в доме какие-то жуткие звуки! Двери скрипят, подвывает кто-то, шуршит что-то… Наверное, у меня завёлся полтергейст! — Отойди шагов на пять, я тут вообще-то только что помыл, — первым делом замечает Мойша, а только потом переходит к сути проблемы. — Полтергейст передвигает предметы. У тебя что-то сдвинулось? — Я, эм… Как-то не обратил внимания, — смущается Аарон. — А надо было, — невозмутимо говорит монстр, отжимая мокрую тряпку. — Мойшик, пожалуйста, сходи со мной, давай вместе убедимся, что там всё в порядке! — Вот домою и пойду. Хотя… Вернусь домой — опять крыльцо испачкаю. Ладно, идём сейчас. И, с заметным сожалением оставив свой дом, монстр-чистюля следует за морским коньком. Аарона нельзя назвать трусом — это Мойша точно знает. Глупцом — тоже. А вот мистиком… Аарон почему-то сходит с ума по всякой паранормальной ерунде. Гороскопы, привидения, полтергейсты, духи, сомнамбулизм — это всё по его части. Отчасти из-за этого Мойша с ним и сошёлся. Сам он был весьма трезвомыслящим монстром и во всякую чертовщину, мягко говоря, не верил, но было в болтовне Аарона о потусторонних вещах что-то занимательное. Поэтому Мойша и сам давно знал практически всё о мистических штуковинах почище самого морского конька. В буквальном смысле почище. Хотя на его жизненном укладе и привычке к здоровому скептицизму это никак не отражалось. Вот и дом Аарона. Мойша удовлетворённо замечает, что приятельство с ним повлияло на силача: везде убрано. Гантели аккуратно сложены у стены, пыль вытерта, огромная ванна вычищена до кристальной белизны… Приучил же к порядку! Но его цель — всё-таки не проверка чистоты, а попытка доказать Аарону, что никакого полтергейста тут не было. Вообще-то Мойша никогда не разочаровывал морского конька и не говорил ему, что потусторонних загадок не существует, но ему надо хотя бы добиться того, чтобы приятель смог спать спокойно. — Ну давай, проверяй, сдвинулось что-нибудь или нет. Аарон осматривает всё жилище, осторожно заглядывая в каждый угол и подмигивая самому себе в качестве поддержки. Мойша ходит за ним, слегка скучающе обозревая обстановку. — Нет, ничего не сдвинулось, — сконфуженно признаётся силач. — Значит, никакого полтергейста не было. А двери надо вовремя смазывать. Петли, точнее. Чтобы не скрипели. В этот момент из дальнего угла слышится шорох. Аарон подскакивает на месте, но всё-таки решается проверить, что там такое. Ничего особенного: это самая обыкновенная мышь. По лицу качка пробегает разочарование, которое не укрывается от Мойши. Последний слегка качает головой. — Просто мышь. Если есть кусок сыра — иди дай ей поесть. А то тот, который оброс магическим кристаллом, ей в жизни не выцарапать, — предлагает Мойша. Сам бы он ни за что не стал кормить мышей в своём доме, но в чужой квартире можно и пойти на уступки. Пока Аарон ходит за сыром, издалека действительно доносится завывание. И даже монстр-чистюля вынужден признать, что оно довольно жуткое. Аарон делает глаза по пять рублей и озирается по сторонам. Мойша сдержанно хихикает: интересная реакция для парня, который с лёгкостью поколачивает хулиганов и в общем-то не боится многих повседневных вещей. — Мойшик, ты слышал это? Вот об этом я и говорил! Это что-то из параллельного мира, я уверен! Чистюля старается не улыбаться. Как белый день понятно, что Аарону просто хочется видеть в каждом непонятном звуке нечто мистическое. Даже если это не так. Мойша даже думает, что Аарон на самом деле не боится, а только хочет бояться и из-за этого трясётся. В этом особый вкус, что ли. К счастью, сегодня Мойша может подсобить ему по этой части, ведь он уже догадался, что это за завывания. — Пошли посмотрим, что это за существо такое из перекрёстного мира, — деловито объявляет он и идёт на звук. Аарон передвигается следом, исправно вздрагивая и неустанно переспрашивая: — Как думаешь, что это, Мойшик? — Понятия не имею, — с полупритворным безразличием отмахивается приятель. — Сейчас и увидим. Поиски приводят обоих к комнате с гаснущими фонарями. Фонарей давно никто не зажигал, и здесь царит кромешная тьма. В другое время Мойша бы безо всяких раздумий просто повключал бы все светильники и прошёлся бы напрямую. Но он уже решил обеспечить Аарону «потустороннее», чтобы тот наконец успокоился. Он мешкает пару минут, и этого хватает для того, чтобы Аарон заметил во мраке полупрозрачный белёсый силуэт, неясно мерцающий вдалеке. — Вот это жуть! — восклицает морской конёк. — У меня все волосы дыбом! — и он подмигивает Мойше. Чистюля не может сделать своими лапками фейспалм, поэтому просто качает головой. Этот жест истолковать сложнее. Аарон не пытается и поэтому не обижается. Ну это ж Напстаблук со своими жуткими ремиксами. Видимо, прослушивает необработанные заготовки, думая, что с ними сделать, и набираясь вдохновения в темноте. Мойше эта музыка не особо нравится. Ну да, слегка пугающая. Но в большей степени раздражающая и отвлекающая от дел. Чистюля предпочитает «не грязный» бит. Что-нибудь спокойное. Возможно, даже классическое. Он сторонник чистого искусства, чистой музыкальной эстетики, без примеси вот этой вот чуждой ему призрачной культуры. «Лучше б я виолончель послушал. Или флейту», — мысленно ворчит Мойша. Аарон с Напстаблуком особо не знаком, потому что к призрачной ферме из благоговейного ужаса не приближается, да и вообще… Куда интереснее ведь видеть «паранормального» призрака, чем просто стеснительного бестелесного фермера и по совместительству меломана? Морской конёк с затаённым дыханием наблюдает за беловатым мерцанием в темноте, но продолжается это недолго: Напстаблук, заметив, что за ним наблюдают, выключает музыку и исчезает. — Потрясающе! — выдыхает силач. — Это было очень страшно. Я же тебе говорил, что в Водопадье полно всего нематериального и труднообъяснимого? «О да, Напстаблук со своим жуткотоном, это очень тяжело объяснить», — с сарказмом думает Мойша, недоумевая, то ли Аарон действительно настолько не в курсе, кто такой местный призрак, то ли просто «переигрывает» сам для себя, искренне веря в то, что он думает. Но всё же он рад, что его приятель откопал для себя что-то интересное. Правда рад. — Ага, говорил, — отзывается он вслух. — А теперь мне пора домой домывать крыльцо. Очень надеюсь, что когда-нибудь ты наткнёшься на что-то действительно необъяснимое и на пару ненормальное. Почище этого. Пока, я пошёл чистить. — Пока, Мойшик! В образовавшейся безмятежной тишине у Аарона уже не получается бояться и думать о мистическом, но он и так доволен. Он получил подтверждение, что мир полон загадок и в том числе странных звуков. Теперь с чистой совестью можно спать и посматривать кошмарики в предвкушении завтрашнего турнира с товарищами по качалке. Что касается Мойши, то он просто немного развлёкся на сон грядущий. Таки отдраив до блеска пресловутое крыльцо и отмыв собственные лапки, он ложится спать, не думая ни о чём потустороннем. Он по-прежнему глубоко уверен в том, что нет ничего, что не поддалось бы рациональному истолкованию.