Вдали от главных путей

Самым большим модником в Подземелье обычно считали Меттатона. Казалось бы, никто так не печётся о своём внешнем виде, как он — вечно аккуратный, начищенный до блеска, если одетый — так с иголочки, по последнему писку моды. Однако те, кто жил в Снежнеграде, могли бы поспорить с этим утверждением. Для них самым зацикленным на своём облике являлся Ледошляп. И ведь действительно было, чем гордиться! Сложно было не залюбоваться такой большой остроконечной шляпой, сверкавшей в отблесках света разными цветами радуги. Красота, да и только. Ледошляп прекрасно это осознавал и поэтому, встречаясь со знакомыми, как бы невзначай слегка наклонял голову вперёд: мол, обратите внимание, оцените, сделайте комплимент! Те, кто хорошо был знаком с его привычками (и таких большинство), охотно потакали этой маленькой слабости монстра. Однако нашёлся и тот, кто поощрить не захотел… Ледошляп вообще никогда не встречал раньше этого наглеца. Он ни разу не попадался ему на городских улицах. Если бы моднику не вздумалось, навестив Гифтрота, пройти чуть дальше и углубиться в таинственный коридор с вечно запертой дверью в конце, он бы, наверное, так и не узнал о существовании создания, которое в самолюбии могло бы легко посоперничать с… да хотя бы с тем же Меттатоном. Да какой там Меттатон! Роботу бы и в голову не пришло выскакивать на прохожего из темноты, чтобы заполучить зрителя в его лице. Тем более — навязчиво лезть в глаза, мельтешить, забавлять самого себя магическими атаками, каким-то образом давать самому себе «пять» — словом, заниматься чем угодно в самых крикливых и наглых формах, чтобы получить внимание и при этом в упор «не замечать» того, от кого это внимание должно исходить. То, что разговаривать со странным монстром бесполезно, Ледошляп понял быстро. Глайд — судя по выкрикам, так звали этого чудика, похожего на огромную летучую рыбу — попросту не реагировал на реплики, проявляя чудовищное неуважение к его головному убору. Ледошляп поворачивался и так, и эдак, стараясь заставить Глайда хотя бы ненадолго взглянуть на шляпу, но эти попытки приводили лишь к новой буре пафосных жестов со стороны незнакомца. В конце концов обиженный Ледошляп плюнул и решил уйти. Не тут-то было! Оказалось, что высокомерного наглеца игнор задевал не меньше, чем самого «снеговичка». Глайд просто не дал уйти. Он выписал круг по поляне и как будто случайно перегородил единственную тропинку, ведущую прочь. Но и Ледошляпа было не взять так легко. Борясь с мыслью о том, что выпады Глайда и вправду чем-то выглядят привлекательно, монстр в ответ всего лишь отвернулся и с как можно более скучающим видом проследовал к двери. А затем, приноровившись к тому, как падал свет, принял подходящую позу — и его шляпа заблестела по-новому, бросая разноцветные блики. Глайд почувствовал себя уязвлённым. Он бушевал, кидался звёздами, которые порой взрывались, пытался поддразнивать Ледошляпа, убеждая, что даже дурная реакция сделает его сильнее — но нет! Ледошляп слишком хорошо знал, что такое игнор и какова его сила. Он просто не произносил ни единого комплимента и продолжал красоваться шляпой. Тогда Глайд попробовал отплатить той же монетой — отвернуться. Разумеется, он только делал вид, что не замечает предмет гордости «снеговичка». Всё он прекрасно понимал на самом деле, просто признавать не хотел. Чтобы уколоть соперника посильнее, он окончательно перестал смотреть на шляпу и продолжил забавлять самого себя. И грустно, и смешно выглядело это столкновение двух самолюбий, демонстрировавших лучшее, что у них было, не глядя на единственного зрителя. Минута проходила за минутой, а блики от идеально гладкой ледяной поверхности ускользали в темноту, и звёзды разлетались, оставшись никем не замеченными. Никакой пользы, лишь попытка доказать что-то… кому-то. Сопернику? Себе? Кому-то ещё? В конце концов оба просто устали от игнора. Прекратив строить из себя нечто сногсшибательное, монстры повернулись друг к другу и сели напротив, некоторое время скептически рассматривая один другого. В конце концов Глайд нарушил молчание. — Хей, ты первый, кто так упорно не хотел на меня реагировать. В чём дело, дружище? Разве то, что я делаю, настолько не круто? Брось, это не может быть не круто! — он помолчал. — Хотя я догадываюсь. Это из-за твоей шляпы, да? Что ж, дружище, я признаю, что она на редкость хороша… Но только в том случае, если ты согласишься, что я невероятно крут! — Я соглашусь, что ты крут, лишь тогда, когда ты поймёшь, что моя шляпа — самый красивый предмет одежды из существующих. — Предлагаю… ничью, — это слово далось Глайду с огромным трудом, но ведь нужно было что-то делать, чтобы соперник хоть как-то признал великолепие! — Тем более что я совсем не ношу одежду и мне не с чем сравнивать. — Ничья, — нехотя уступил и Ледошляп. — У меня всё равно совсем другого типа магия. Тут и мне не с чем сравнивать. — Договорились! — Глайд моментально повеселел. Он хотя бы частично добился своего. — Рассказывай друзьям обо мне при встрече! И, продолжая громко восхищаться самим собой, монстр исчез во тьме. Ледошляп скептически посмотрел ему вслед. — А всё-таки моя шляпа лучше.