Исчезнувшая из рода Ханаёри

      Гурен лежал на спине и смотрел в потолок вот уже несколько часов. Ребята давно пожелали ему спокойной ночи и уже мирно спали, а он никак не мог уснуть. Все его мысли занимал прошедший вечер, и Ичиносэ даже признал себе, что скучал по таким моментам. Он любил их шестнадцатилетие, предвоенное время, когда он, Шинья, Мито, Норито, Саюри и Шигурэ собирались все вместе и просто веселились. Но он бы никогда не признался в этом, даже самому себе это было тяжело. Но сегодняшний вечер был странным — одновременно счастливым и полным ревности. Гурен обожал смотреть, как Юли улыбается и смеется, что случалось редко в такое трудное время. Но чаще всего она улыбалась не ему, а Шинье, весь вечер прижималась к Хиираги, как голодная кошка. А Гурен мог только смотреть за ними и ревновать. Когда он увидел ее на пороге, одетой в любимую футболку Шиньи, Ичиносэ думал, что взорвется. Он уже понимал, что произошло, понимал, что опоздал, а когда к ним вышел Шинья в одних штанах, все его догадки подтвердились. Он, Гурен, не успел завоевать ее любовь, она уже полюбила другого. Его лучшего друга. Это был удар ниже пояса, и Ичиносэ хотел уйти из этого дома, убежать, чтобы никогда больше их не увидеть, но он заставил себя остаться. Даже не смотря на то, что Юли разбила ему сердце, даже не подозревая об этом, он знал, что не сможет надолго оставаться без нее. Она была нужна ему, как воздух.       Он так и не смог уснуть, зная, что она лежит через стенку от него, так близко. Уже начинало светать и, сильно проголодавшись, Гурен был в надежде, что в холодильнике найдется что-нибудь вкусное. Открыв дверцу, он обнаружил на одной из полок ветчину, хлеб, помидоры и огурцы. Наскоро нарезав бутерброд, он сел на кухонный стул, смотря за тем, как солнце восходит над горизонтом. Он настолько увлекся красотой неба, что не услышал, как кто-то зашел на кухню. — Не спится?       Гурен вздрогнул от неожиданности и тут же расслабился, когда понял, кто стоял на пороге. Юли была одета в ту же футболку, в которой была вечером, но помимо нее на ней были шорты, которые еле-еле виднелись. Кивнув, Ичиносэ неуверенно поднял взгляд и посмотрел ей в глаза, но в них было только понимание и доброта. — Мне тоже не спится. Всю ночь ворочалась.       Не зная, что ответить, Гурен решил промолчать. Он смотрел, как Юли также, как и он, достает еду и делает себе бутерброд, но она делает это аккуратно, ровно отрезая кусок хлеба и ветчины. Они ели в тишине, а когда Гурен дожевывал последний кусок, в кармане завибрировал телефон. Вытерев руки о штаны, он посмотрел на дисплей, и только потом ответил. — Алло?       Пока Гурен разговаривал, он становился все мрачнее и мрачнее. Юли уже начала волноваться, подозревая, что что-то случилось. Он с отсутствующим выражением лица убрал телефон обратно в карман и встал так резко, что еще несколько секунд приходил в себя. Он выбежал из кухни и в спешке стал собирать свои вещи, не обращая внимания на обеспокоенный голос девушки. Юли, не выдержав такого игнорирования, схватила его за рукав, удерживая на месте, и развернула лицом к себе. — Что произошло? — Отряд Шиноа в западне. Курэто послал меня помочь им. Скажешь Шинье, что я ушел? — Я с тобой.       Гурен, уже успевший сделать несколько шагов к входной двери, остановился, как вкопанный. Его плечи были сильно напряжены и сам он тяжело дышал, словно это поспешное собирание забрало у него все силы. — Тебе нельзя со мной. Там опасно. — Везде сейчас опасно. И ты не можешь мне запретить... — Могу. — Ладно, можешь, — после минутного молчания ответила Юли, подняв руки над головой, — но если с ними что-то случится, ты себе этого не простишь. Позволь мне идти. Прошу. Я буду полезна, и ты это знаешь.       Гурен долго молчал, прикидывая в голове все "за" и "против". Он не хотел, чтобы она пострадала, потому что это будет по его вине, ведь он не остановил ее. Но также ему хотелось сражаться бок о бок с человеком, которому он может доверять, который прикроет и даст достойный отпор. — Хорошо. У тебя есть пять минут, а я пока заведу машину.       Кивнув, Юли пошла в спальню, где надела штаны и взяла свой демонический меч. Времени на то, чтобы рассказать все Шинье не было, к тому же он бы настоял поехать с ними, но он еще не готов. Найдя в столе листик и ручку, она набросала короткое, но понятное письмо, и оставила его на столе.

"Отряд Шиноа в западне, я с Гуреном еду им на помощь. Жди меня в штабе. Люблю тебя."

***

      Гурен ехал на полной скорости, съедаемый беспокойством. Юли сидела рядом, сосредоточенная, как и всегда перед битвой, но время от времени все же посматривала на своего товарища. Она видела, как он хмурится, сжимает баранку, проявляет эмоций больше, чем обычно. Девушка понимала, что в том отряде, к которому они спешат на помощь, есть человек, которого Гурен хочет отчаянно защитить. И такая забота совершенно не свойственна Гурену Ичиносэ.       Юли слышала в штабе, что Гурен несколько лет назад спас какого-то мальчика из города вампиров, но лично она никогда не видела его. Да и Гурен не рассказывал. Но девушка слышала про Шиноа — она родная сестра той самой Махиру Хиираги, и Шинья ее сводный брат. Юли хотела познакомиться с этой девочкой, потому что о ней ходили разные слухи, плохие и хорошие, кто-то ненавидел ее, а кто-то восхвалял. — Расскажи мне про них. — неожиданно, даже для самой себя, произнесла Юли. — Ты о чем? — Расскажи мне про Шиноа и ее отряд.       Гурен крутанул руль влево и они на большой скорости вписались в поворот, въехали во дворы. Под колеса машины постоянно попадал какой-нибудь мусор, из-за которого Гурену приходилось петлять, огибать ямы. — Шиноа Хиираги — шестнадцать лет, она невысокого роста, сержант, сестра Махиру Хиираги, Курэто, Сэйширо и Шиньи. Кимизуки Шихо — шестнадцать лет, высокий, есть младшая сестра Мирай. Мицуба Сангу — шестнадцать лет, невысокая, есть сестра Аой Сангу, которая прислуживает Курэто. Йоичи Саотомэ — шестнадцать лет, старшая сестра мертва. Юичиро Хакуя — шестнадцать лет, спасенный из города вампиров. — Так не пойдет. Расскажи о них так, как видишь ты. Не из досье. Я хочу знать, как ты их видишь.       Сделав глубокий вздох, Гурен еще раз повернул налево и они покинули дворы. Впереди была развилка, к которой он уверенно приближался, но беспокойство плескалось в его глазах. Они приближались. — Я познакомился с Шиноа перед апокалипсисом. Маленькая девочка, не задающая лишних вопрос... по крайней мере, так было раньше. Она помогала Махиру передавать мне сообщения, была умна не по годам. Она казалась такой брошенной, одинокой, потому что все сосредоточили свое внимание на Курэто и Махиру, гадая, кто из них займет место Тэнри. Шиноа не такая, как остальные члены ее семьи. Она добрая, милая и понимающая, не стремится к власти, поэтому и остается в звании сержанта. Кимизуки смышленый парень, достаточно невыносим и несносен, но от него есть толк. Его сестра, Мирай, больна вирусом "Апокалипсиса" и брат изо всех сил старается ей помочь. Кимизуки было трудно завести друзей, но у него отличные способности. Мицуба старается быть похожей на свою сестру, Аой, но ей не нравятся некоторые ее действия. Мицуба хочет показать себя, поэтому иногда может действовать необдуманно. Однажды она потеряла своих товарищей в бою, и после этого очень дорожит новыми. Йоичи... у него большая сопротивляемость демонам, я такое встречал только несколько раз. Он добрый и общительный парень, но в детстве убили его сестру, и после этого он горит желанием отомстить. А Юи... у него сложная и запутанная история. Родители пытались убить его, потому что считали Юи отродьем демона, так он попал в приют Хакуя. Там он нашел семью, братьев и сестер, но, при попытке бежать, они все были убиты. Юи не хотел искать друзей, он замкнутый парень, но я поставил ему условие — или он находит друга, или проход в армию закрыт. Парень очень способный, но мысли о мести ослепляют его и он перестает думать. Перед тем, как он попал в армию, из лаборатории сбежал вампир. Желая показать себя, он, невесть откуда, взял обычный, даже не демонический, меч, и пошел на врага. Он сумел задержать вампира, пока не прибыл я с отрядом, чем спас жизни людей. Юи несется в бой сломя голову, не думая о последствиях. — Чем-то на тебя похож, — засмеялась Юли. — Он что-то значит для тебя? Юи? — Я не хочу, чтобы он погиб ради мести.       Гурен замолчал, а Юли еще долго думала о том, что он рассказал, пока, скрипя шинами, машина не остановилась. Тщательно проверив свое снаряжение и выйдя из машины, они пошли по парку, а все инстинкты так и вопили, что нужно бежать. Услышав крики, они рванулись со всех ног.       Большая группа вампиров окружила отряд, который состоял, можно сказать, еще из детей. Четверо сражались за свои жизни, а еще один сидел на дереве и защищался оттуда. Юли видела, как двое вампиров устремились к тому парнише, и побежала к нему. Он немало удивился, когда увидел незнакомое лицо и забыл об осторожности, чем и воспользовался враг. Один из вампиров подобрался к нему сзади и, схватив за ногу, стянул того с дерева и навис сверху. Девушка оттолкнула от себя вампира, с которым сражалась, на достаточное расстояние, чтобы успеть помочь парню. Она знала, что вставать спиной к врагу опасно, но другого выбора у нее не было. Всадив меч в спину вампиру, она смотрела, как его тело исчезает, но глаза мальчика расширились от ужаса. Юли не успела повернуться, как он схватил свой лук и выстрелил ей за спину, чем и спас ей жизнь. Облегченно вздохнув, она помогла ему подняться. — К-кто ты? — Я друг.       Юли улыбнулась и, оставив его одного, пошла на помощь черноволосому мальчику, который сражался аж с тремя вампирами. Он был хорош, но силы не равны, и он не мог долго сдерживать их натиск. Один из вампиров оттолкнул его и парень полетел в кусты, и уже не выбрался оттуда. Юли бросила взгляд в то место, где слабо шевелились кусты, испытывая беспокойство за него, но решила, что проверит его позже. Трое вампиров обратили на нее внимание и ринулись всем скопом, блокируя ее удары и атакуя. Убив одного из них, она чувствовала боль в запястьях, силы были на исходе, но врагов оставалось еще слишком много. Краем глаза она заметила, как Гурен совсем рядом убивает одного вампира и кого-то ищет глазами. Юли, поднырнув под руку второго вампира, ставит подножку и пронзает его тело мечом, а потом расправляется с третьим. Она тяжело дышит и ей трудно стоять на ногах, ее взгляд блуждает по полю сражения. Осталось около дюжины вампиров, но ни у кого не осталось сил. Гурен, наконец, видит Юли и пересекается с ней взглядом, они несколько секунд смотрят друг на друга, но потом его глаза расширяются, а губы открываются в беззвучном крике. Он бежит на пределе своих возможностей к ней и девушка ничего не понимает. Гурен подбегает и, схватив ее за талию, разворачивает на девяносто градусов, поменявшись местами. Девушка слышит звук вошедшего меча в тело и острие останавливается в нескольких сантиметрах от ее носа. Гурен, пораженный в плечо, с мечом, полностью прошедшем через его тело, оседает на землю и тянет за собой Юли. — Гурен!       Он часто и рвано дышит, а в том месте, откуда вышел меч, на одежде быстро расплывается алое пятно. Ярость пронизывает все ее тело и Юли бросается на врага, который посмел ранить Гурена. Ее глаза щипет и девушка чувствует необычный прилив энергии, а усталость больше не беспокоит. Она расправляется с обидчиком в считанные секунды, потому что тот не ожидал такой сильной и быстрой атаки. Юли видит страх в его глазах и это приносит ей удовольствие, пока от вампира не остается только одежда. Девушка тяжело дышит и меч выскальзывает из ее окровавленных рук, падая на землю. Она подбегает к Гурену и падает рядом с ним на колени, нависает сверху, а горячие слезы текут по щекам, скатываясь на его одежду. — Гурен, пожалуйста, держись. Ты только держись. Все будет хорошо.       Он невысоко поднимает руку и Юли обхватывает ее своими, крепко сжимая. Гурен что-то говорит, но девушка не может его расслышать из-за посторонних звуков битвы. Она наклоняется к нему, но тот уже перестает говорить и у него остается сил лишь на то, чтобы время от времени делать неглубокие вдохи. — Держись. Прошу тебя, держись.       Юли слышит рядом шаги и прикрывает своим телом Гурена, но потом замечает расплывающиеся фигуры отряда и нехотя отпускает друга. Они все собрались вокруг подполковника и с беспокойством смотрят на то, как редко поднимается его грудь. — Он... он же...       Юли посмотрела на миниатюрную девочку, которую она несколько раз видела в штабе, и отрицательно помотала головой. — Он жив. Но его срочно нужно доставить в больницу. Кто из вас Шиноа Хиираги? Руководитель отряда?       Та самая миниатюрная девушка неуверенно подняла руку. — Бинты, аптечка... хоть что-нибудь есть?       Весь отряд отрицательно помотал головой, отводя взгляды. — Ладно. Доложи обстановку и расскажи, будь добра, какого черта вы здесь делаете.       Юли расстегнула пальто Гурена и, пока Шиноа докладывала, разрезала его футболку небольшим ножичком и приложила к ране ткань, крепко зажав ее. — Мы ехали из Киото и наткнулись на всадников апокалипсиса. А потом нас окружили вампиры. — На кой черт вам понадобилось туда ехать? — Гурен дал нам особое поручение... — Чертов Гурен. Ладно, сам потом разберется. Нужно перенести его в машину.       Два парня тут же оказались рядом и помогли поднять Гурена. Все их мышцы напряглись и оба стали тяжело дышать, но все-таки дотащили командира до машины. Один из них, самый высокий, сел за руль и, когда остальные расселись по своим местам, тронулся с места. Гурен лежал на заднем сидении, а его голова покоилась на коленях Ханаёри, и только миниатюрная Шиноа поместилась рядом с ними. Остальные находились в кузове. — Свяжитесь со штабом, расскажите про ситуацию. — отстраненным голосом сказала Юли, убирая челку Гурена с его лица. Все происходило так быстро, что она не до конца осознавала происходящее.       Юи, который сидел на переднем сидении рядом с водителем, потянулся к рации, но, сколько бы он не пытался, помехи глушили сигнал. Он каждую минуту пытался связаться со штабом, но результат был нулевой. — Мы в мертвой зоне, — тихо, что почти никто его не услышал, произнес Гурен. — Бесполезно. — Гурен!       Никто не заметил, как он открыл глаза, все думали, что он потерял сознание. Подполковник попытался сесть, но Юли силой оставила его в лежащем положении, держа за здоровое плечо. Он закашлялся, а когда убрал руку ото рта, то его ладонь была вся в крови, что он и попытался скрыть от подруги. Его взгляд блуждал по машине, иногда он становился отстраненным, туманным, а потом вновь острым и изучающим. — Я уже мертв?       Его взгляд упал на Шиноа и та отрицательно замотала головой, с беспокойством глядя на своего начальника. — Гурен, ты так просто от нас не отделаешься, — тихо произнесла Шиноа. Гурен попытался лягнуть ее ногой, но та ловко увернулась.       Ичиносэ еще какое-то время сверлил взглядом свою подчиненную, но потом посмотрел на Юли и из его глаз пропало все веселье. — Придешь на мою могилу? — Дурак! Даже не думай умирать.       Гурен снова согнулся от сильного кашля, закрывая рот рукавом, который быстро пропитался кровью. Он весь побледнел и на лбу выступил холодный пот, руки начали трястись. У Гурена началась лихорадка. Когда приступ закончился, он без сил опустил голову обратно девушке на колени, но он уже не шутил и не дурачился. Его силы были на исходе и Гурен еле держался за жизнь, ведь он столько всего не успел сказать и сделать. Ему хотелось жить, хотя бы ради того, чтобы каждый день смотреть на нее. — Ты в порядке? — после долгого молчания спросил Гурен, так, чтобы его услышала только Юли. — Он тебя не задел? — Я в порядке благодаря тебе. Ты спас мне жизнь, Гурен. Спасибо тебе.       Подполковник приподнял уголки губ, а потом сильная судорога прошла по его телу. Его взгляд перестал блуждать, а губы так и замерли в полуулыбке. — НЕТ! ГУРЕН!       Юли смотрела, как его грудная клетка опускается и больше не поднимается, а сильное чувство беспомощности атаковало ее на подобии бури. — Пожалуйста, Гурен, дыши... Прошу тебя...       Краем глаза она заметила, как Шиноа закрыла рот рукой, а Юи, не веря в происходящее, так и замер. Юли чувствовала, как глаза начало жечь, а потом слезы, одна за другой, скатились по ее щекам, повиснув на подбородке. Пытаясь привести Гурена в чувство, она не заметила, как машина на полном ходу влетела в ворота штаба, чуть не задев их. Машина со скрипом остановилась и бригада врачей и военных столпились вокруг машины, с которыми Юи все-таки смог связаться.       Шиноа быстро выбралась, чтобы не мешать врачам положить Гурена на каталку. Юли смотрела, как ему на ходу надевают кислородную маску, а потом чья-то рука оказалась в поле ее зрения, помогая выбраться из машины. Кто-то заключил ее в крепкие объятия и девушка узнала до боли знакомый запах миндаля. Шинья. Он обнимал ее, а Юли стояла, как вкопанная, не в силах пошевелиться. Хиираги быстро отстранился, а лицо его было перекошено от злости и волнения. — Как ты могла уехать?! Ты хоть понимаешь, что я пережил за это время? Я уже столько раз думал, что ты можешь быть мертва! — Не кричи на меня. — Не кричать? НЕ КРИЧАТЬ? Ты вообще ничего не понимаешь?       Да, она не понимала. Правда не понимала, почему стоит и выясняет отношения с Шиньей, если сейчас врачи борются за жизнь Гурена. Она чувствовала, что должна быть рядом с ним, а не стоять посреди улицы и слушать Хиираги под всеобщее обозрение. — Юли, ты убежала, пока я спал! Я места себе не находил. Когда я проснулся и увидел, что тебя и Гурена нет, успел напридумывать себе многое, а потом нашел записку... ТЫ ВООБЩЕ СЛУШАЕШЬ МЕНЯ?       Девушка медленно перевела взгляд с дверей штаба на Шинью и ничего, кроме злости и обиды она не чувствовала. Страх за Гурена все еще не отпускал и ей хотелось поскорее закончить этот разговор, казавшийся ей бессмысленным в данную минуту. Она знала, что потом будет трудно помириться, но не могла с собой ничего поделать. — Гурен спас мне жизнь, Шинья. — Мы все тут спасаем... — Нет, не так. — девушка не заметила как повысила голос и глаза вновь начали жечь слезы от осознания происходящего. — Это я не заметила вампира! Я, ПОНИМАЕШЬ! Он развернул меня! РАЗВЕРНУЛ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ПОДСТАВЛЯЯСЬ ПОД ОРУЖИЕ ВАМПИРА! А теперь из-за меня он может умереть. Как я буду потом смотреть вам всем в глаза, если он умрет? Как, Шинья? И если ты не понимаешь... Я ничего не смогу с этим поделать.       Она развернулась и побежала в больницу, оставив Шинью одного. Она не видела, какой эффект ее слова произвели на него, не видела, что он уже раскаялся, не видела ничего. А Хиираги было больно, но он старался этого не показывать. Он все еще не до конца понял, что мог ее потерять. Только начавшееся счастье могло так быстро закончиться.