Картины моей мечты

      Солнце только поднималось над прекрасным лесом, озаряя верхушки деревьев нежным золотым цветом. Всевидящий взгляд зеленых глаз обводил огромный ковер из пушистых деревьев. Ветер трепал белые волосы, постоянно перемещая их на лицо, хотя длинные пальцы все время прятали их за ухо.        — Ну что ты там застряла? — возник из неоткуда раздраженный мужской голос. — Перестань мух ловить, женщина.        — Да пошел ты, Боромир — звонко прокричала Теолин. Вот уже второй день мужчины не давали даже минутки на отдых. Конечно, девушка понимала, что от их скорости зависит судьба друзей, но только не для самой эльфийки. Она-то знала, что с хоббитами все будет в порядке, но убедить остальных в этом было слегка сложновато.        — Теолин, прекращай это дело, — запыхавшийся Гимли, которого и ждали оставшиеся участники братства, наконец догнал спутников и даже успел слегка отдышаться.        — Да ладно тебе, красиво же, — девушка уперла руки в бока и повернулась к друзьям. Те с нетерпением глядели на нее. За их спинами простиралась пустынная степь, покрытая лишь желтоватым слоем травы. Солнце еще не успело подняться так, чтобы осветить эту местность, и под сумеречным мраком степь казалась еще более ужасающей.        — Красиво, или нет, нас не должно это волновать, мы обязаны как можно быстрее найти полуросликов, а ты, — уже порядком разгневанный гондорец подошёл к девушке и угрожающе ткнул пальцем ей между ключицами. — Постоянно задерживаешь нас. То у тебя нога зачешется, то камень в ботинок попадет, то ты посмотреть на лес хочешь, сколько можно?        — Так, между прочим, — вскинув бровь, девушка резко убрала руку Боромира своей. — Бегать с камнем в ноге очень неудобно. А что-то чесалось у меня из-за ваших средиземских клещей, так что прекращай выеживаться и успокойся. Ничего вы своей скоростью не измените, тем более, неисправимую судьбу хоббитов! — Теолин удивилась сама себе. Будь она в своем мире, давно бы уже вмазала такому противному собеседнику.        — Если ты так уверена, то почему не можешь рассказать нам все? — подал голос Элессар, доселе молча наблюдавший за бессмысленной перепалкой.        — Потому что все нужно узнавать вовремя, а то вдруг вы захотите изменить сюжет? Да и вообще, — эльфийка сложила руки на груди. — Мы опережаем график, то есть, бежим быстрее, чем надо, так что давай ты, Боромир, не будешь возникать и просто поверишь мне?        — Вот еще, ведьмам я только не доверял, — сплюнул воин и, сжав губы, медленно развернулся лицом к остальным. Арагорн успокаивающе взглянул на друга.        — Боромир, — обратился к гондорцу Элессар. — Я верю ей и абсолютно доверяю её знаниям.        — Это же наша Теолин, которая тебя спасла, забыл? — Гимли осуждающе окинул взглядом Боромира.        — Мне кажется, нам уже стоит идти, — пожала плечами девушка и, подняв колчан стрел с земли, побежала вперед, в пустыню. Раздраженно вздохнув, гондорец пустился сразу за ней, остальные не стали терять времени, и лишь гном, выругавшись на свою низкую выносливость, побежал за друзьями.        — Они ускорили шаг, — выдохнул Арагорн, поднимая голову с раскаленного палящим солнцем камня. Теолин удивленно рассматривала рукава своей одежды и думала, почему еще не вспотела.        — Должно быть, почуяли нас, — скрипя зубами, добавил Боромир. — Это всё ты и твои "опережаем график". Дождались, называется.        — Ээ, не возникай, человек, — девушка быстро подняла руки в капитуляции. — Я помню эту сцену, всё как надо, мы всё успели.        — Так, быстро заткнулись, — не выдержал Арагорн. — За мной, — мужчина быстро поднялся с камней и продолжил погоню.        — Быстрее, Гимли, — поторопил гнома Леголас, не проронивший ни слова за все время. Гном что-то пробурчал себе под нос, жалуясь на долгую погоню.        — Ну а чего ты хотел, Гимли? — улыбаясь, спросила Теолин. — Никто не говорил, что будет легко.        — Тебе легко говорить, — прокричал в ответ Гимли. Он с завистью глядел вслед легким и быстрым эльфам, так скоро удаляющихся от него. — ПОДОЖДИИТЕ!       Не сбавляя скорости Теолин окинула взглядом открывшийся ей прекрасный вид. Серебряная река вилась между горами змеей, птицы летали будто над облаками, а речная гладь поблескивала под лучами не угасающего солнца.       Вдруг Арагорн остановился и присел, поднял что-то с земли.        — Это брошь одного из хоббитов, — Теолин подбежала к тормознувшему перед Элессаром Боромиру и невзначай задела его плечом. Тот окинул ее презрительным взглядом и, фыркнув, демонстративно отстранился.        — Лориэнские листья сами не падают, — задумчиво произнес Странник, устремив туманный взор вдаль.        — Может быть, они еще живы, — обогнав друга, произнес Леголас.        — Нас обгоняют меньше, чем на сутки, — поднимаясь, пробормотал Арагорн и продолжил бежать. Остальные побежали следом, а Гимли кубарем выкатился из-за скалы.        — Поднажми, Гимли, мы настигаем их, — ободряюще крикнул эльф, оборачиваясь к другу. Со спины донесся жалобный голос гнома.       Друзья поднялись на скалу, откуда открывался замечательный вид. Ну, если так можно назвать пустыри. Наконец у Гимли появился шанс чуть отдохнуть. Леголас вышел вперед, всматриваясь в даль.        — Рохан, — протянул Арагорн, опуская руку на меч. — Страна коневодов.       Теолин невольно залюбовалась истинным королем Гондора. Сила и мудрость читались в серо-голубых глазах, а величественный стан явно давал понять, кто стоит перед девушкой. Элессар был прекрасен в этот миг.        — Странные дела творятся. Этих тварей подстегивает чья-то злая воля, — продолжил мужчина, не замечая пристального взгляда эльфийки. — Воля, направленная против нас. Леголас, что видит твой эльфийский взор? — крикнул он убежавшему вперёд эльфу, чей силуэт стал четко вырисовываться на фоне странного пейзажа.        — След уходит на северо-восток. Они уносят хоббитов в Изенгард! — чуть помедлив, проинформировал эльф. Девушка тоже всмотрелась в долины Средиземья. Она искала там нечто другое, то, что внимательный Леголас, увы, но к радости критиков экранизации, не заметил. Воинов Рохана. Но и она не увидела их. Что же, значит, в фильме был не ляп?        — Саруман... — одно-единственное слово донеслось до Теолин со стороны Арагорна. Что ж, Элессар прав.       Перед глазами сразу возникла огромная башня, такая устрашающе одинокая и великая. И, как бы странно не звучала, зловеще прекрасная. Горящие деревья, толпы орков и урук-хайев, подземелья, плотина и огромная пустынная земля на месте леса. Очерствевшее сердце Сарумана было настолько отравлено злобой, что он не пожалел жизни даже огромных деревьев, с которыми дружил когда-то. Злость творит с людьми ужасные вещи.       Девушка с болью вспомнила момент прощания матери с детьми. Тогда она не воспринимала это всерьез, но сейчас, ощутив всё на собственной шкуре, поняла, как ужасна может быть жить. Слёзы выступили на её глазах, когда она представила, как бессердечные и жестокие орки убивают детей и женщин, молящих о пощаде и плачущих от страха, не щадят стариков, громят деревни, рушат дома, в которых люди строили свои жизни. А тем, кто спасся, придется все начинать с начала. Искать новый дом.       Теолин смахнула непрошеные слезинки с глаз и вздохнула. Она поняла, что просто обязана как можно скорее остановить эту войну.       Стемнело. Эльфийка знала, что орки, достигнув волшебного леса (Автор: я прост не помню названия, а искать лень, пусть будет так)), уже остановились передохнуть и вот-вот на них нападут отправленные в изгнание всадники Рохана. Но и заставить друзей притормозить она тоже не могла, ведь тогда бы вряд ли произошла встреча с племянником короля Теодена. Поэтому приходилось просто бежать, слушая изредка доносящиеся жалобы Гимли, раздраженный голос Боромира и спокойный - Леголаса. Лишь Арагорн, молчаливый странник, больше не проронил ни слова, экономя силы и энергию.        — "Зато похудею", — успокаивая себя, подумала Теолин.       Путники быстро преодолели открытую местность и поспешили спрятаться за камнями. В эту секунду куча всадников с вихрем пыли и сухой травы промчались мимо. Не заметили, что очень странно. Но Арагорн решил раскрыть своё присутствие и вылез из своего укрытия.        — Всадники Рохана, — так обратил Элессар на себя их внимание. — Нет ли вестей с севера?       По приказу главнокомандующего, всё небольшое войско Эомера сменило направление и помчалось к оставшемуся Братству Кольца. В момент конница плотным кольцо окружила друзей, заставив их прижаться их друг к другу и с удивлением озираться по сторонам.        — Леголас, не смей доставать лук. Гимли, не вякай, — пытаясь предупредить неловкую ситуацию, пробормотала Теолин.       Острые наконечники копий направились на путников со всех сторон. Тут же уже единственный наследник Теодена вышел вперёд и заговорил.        — Что привело эльфа, людей, и гнома в наши края? — резко спросил он. Теолин, слегка оскорбленная таким выводом (людей), скинула капюшон, который так удобно в этот момент закрывал лицо. — Девушка, — протянул Эомер. Шепот прошелся по кольцу воинов. — Еще и эльф, — усмехнулся мужчина. — И что же она тут делает? Таскает оружие или оказывает вам услуги?       Смешки послышались со всех сторон. Теолин воинственно вытянулась, будто пытаясь казаться выше, и выхватила меч. Но это не потребовалось.        — Ещё хоть слово и, будь уверен, все падальщики отблагодарят меня за предоставленный им ужин в лице роханца, — прошипел Леголас, направляя лук на Эомера. Арагорн затаил дыхание, а эльфийка осторожно коснулась напряженной руки лесного принца. Копья резко оказались ближе к незваным гостям. Племянник Теодена усмехнулся.        — Кто вы? — поинтересовался он, делая вид, что не заметил выходки Леголаса.        — Сперва сам назовись, странник, тогда и я представлюсь, — выдал Гимли. Теолин вздохнула, Элессар закатил глаза, а Эомер явно обозлился на уже второй нападок со стороны незнакомцев и, вручив копье одному из воинов, спешился.        — Я бы снес тебе голову, гном, но уж больно низко она от земли, — сквозь зубы, тихо произнёс роханец.        — Ты умрешь раньше, чем взмахнешь мечом, — проинформировал оторопевшего от сей наглости королевского наследника Леголас, который даже не думал сводить стрелы с Эомера.        — Ох, мать, во что мы ввязались? — выдохнула наконец Теолин, а Арагорн поспешил опустить лук эльфа, многозначительно посмотрев на него.        — Я Арагорн, сын Араторна, — представился, наконец, Странник и по очереди указал на спутников. — Это Гимли, сын Глойна, Леголас из лесного королевства, Теолин из Ривенделла, и Боромир, сын наместника Гондора, Дэнетора. Мы друзья Рохана и вашего короля.        — Теоден уже не узнает ни друзей, ни врагов, — опустив взгляд, пробормотал всадник и, снимая шлем, продолжил. — И даже своих родных.       Воины вдруг подняли копья и Теолин заметно расслабилась.        — Саруман поработил его разум и завладел этими землями, — друзья переглянулись между собой. — Мой отряд остался верен Рохану, — гордо провозгласил Эомер. — За это нас изгнали. Белый колдун хитер, — мужчина сделал шаг вперед. — Говорят, он рыщет здесь в облике старца в плаще с капюшоном, — он повернулся. — И повсюду шпионы...        — Мы не шпионы, — сказал Арагорн. "Ага, так он тебе и поверил", подумала Теолин. Навязчивый такой... — Мы гонимся за урук-хайами по равнине на запад. Они захватили двух наших друзей.        — Урук-хайи убиты, мы перебили всех ночью, — "значит, все-таки поверил".        — Там были хоббиты? Вы видели хоббитов? — всполошился гном.        — Полурослики, вы бы приняли их за детей, — пояснил Странник.        — Никто не уцелел, — произнес Эомер.        — Это твоя вина, — тихий голос раздался над ухом Теолин. Боромир всё ищет повод для ссоры? Что ж, он его, кажется, нашел...        — Помолчи лучше, — в тон ему ответила эльфийка, не оборачиваясь. Леголас вдруг странно посмотрел на девушку.        — Мы сложили трупы и подожгли их, — Эомер указал на дым за своей стеной.        — Всех? — тихо спросил Гимли.        — Сожалею, — кивнув, ответил Эомер. "Ну да, сожалеет он".        — Хазуфель, Арот, Лаирасул*! — свистнув, позвал всадник. Тут же воины привели трёх лошадей. — Пусть эти кони принесут вам больше удачи, чем прежним хозяевам. Прощайте. — он надел шлем и забрался на своего коня. — Ищите своих друзей, но не верьте надежде. Она покинула эти края. Едем на север!       Огромная конница вмиг пустилась за своим предводителем. Только они отдалились на достаточное расстояние, Теолин, не глядя, с разворота оставила на лице Боромира красную отметину своей руки.        — Ты чего это, сдурела? — ошеломленно округлив глаза, спросил гондорец. — Что я опять сделал?        — ТЫ сказал, что это моя вина. Какого, извините меня, хрена? — тут уж все дружно посмотрели на девушку. — Что?        — Теолин, он.. — начал Леголас. — Ничего не говорил.       Девушка застыла. Так, слуховые галлюцинации пошли, весело.        — В смысле? — вопросительно вздернула бровь эльфийка, хотя сама знала ответ. Поэтому Леголас так посмотрел на неё. С ней что-то происходило, возможно, переутомление или просто какое-то заболевание определенной части мозга, ей это определенно не нравилось. — Вашу ж мать, вы не шутите?        — Знаешь, что. Сейчас ты поедешь с Леголасом, хорошо? — предложил Арагорн. — отдохнешь, поспишь немного. Ты устала. — он мягко посмотрел на эльфийку, которая, казалось, не понимала, что происходит. Нет, серьезно, она же эльф, так не может быть. Эльфы не устают.        — Теолин, — оказалось, сын Трандуила уже оседлал одного из коней, девушка фыркнула и быстро забралась следом. Остальные сделали то же самое и буквально через несколько мгновений тройка лошадей неслись вперед, а ветер нежно обдувал измотанных долгой дорогой странников. И девушка, как можно сильнее прижавшись к спине сидящего впереди эльфа, наконец, погрузилась в сон...