Несуществующая мечта

Это была великолепная битва. Дракон! Они завалили настоящего Дракона! Железный Бык всё еще чувствовал, как разгоряченная кровь волнуется под кожей. Вопреки желанию уставшего после битвы Лавеллана – кунари всё-таки забрал с поля битвы голову поверженного ящера и теперь его череп украшал угол трактира, скаля огромные зубы на посетителей. Такую победу стоило отметить, и нынче в Приюте Вестника был большой праздник! - Слышал, ты вчера с Дорианом поругался. Что не поделили? – Любопытно поинтересовался Бык, опустошив очередную кружку. - Откуда знаешь? – Удивился Инквизитор, - я думал, ты на полет стрелы не подходишь к библиотеке. - Я же из Бен-Хазрад, забыл? – Ухмыльнулся кунари. Это был его любимый ответ на популярные вопросы вроде: «как» и «почему». – Так что случилось? - Немного задетого самолюбия и показательной гордости. – Фыркнул Лавеллан, - дня не пройдет, и он снова станет улыбчив, вот увидишь. Железный Бык так не думал. В чем-чем, а в отсутствии наблюдательности бывшего хиссрада нельзя было обвинить – Дориан с ума сходил по Инквизитору. И если раньше это ограничивалось фривольными шутками в лицо и тоскливыми взглядами из-за плеча, то теперь его увлеченность переросла в болезненное раздражение. С тевинтерцем стало невозможно общаться. Даже сейчас маг не присоединился к всеобщему празднеству – его хмурую физиономию можно было разглядеть в углу, а взгляд, которым он одаривал подавальщиц, морозил не хуже магии. - Ты его мучаешь. – Проговорил Железный Бык, сам удивляясь как повернулся язык. Вмешиваться в чужие сердечные дела не было одной из его привычек. - Кого? – Не понял Вестник, ненадолго отвлекшись. - Дориана. - Дориан сам кого угодно замучает. – Усмехнулся долиец, но Бык шутку не оценил, всё так же хмуро взирая на предводителя и тот глубоко вздохнул. – Ну хорошо, что ты имеешь ввиду? - Он тебе нравится, почему ты держишь его на расстоянии? - Не знал, что ты такой сводник. - Только по выходным. – Кунари махнул рукой, подзывая трактирщика, - будь я из антаама – у меня даже рука не поднялось бы убить его в таком состоянии. - Он – тевинтерец. - Чушь. – Железный Бык фыркнул, нервно дернув рогами, - тебе плевать на его происхождение. - Я Инквизитор, Бык. – Устало проговорил Лавеллан, гоняя между ладоней полупустую кружку, - у меня есть обязанности. - Не припомню, чтобы среди них было одиночество. - Мне плевать, что подумают об Эранале Лавеллане. Для них я и без того всего лишь эльф, служка, заслуживающий пару неудобных туфель и право разносить поднос с сыром на вкус как отчаянье. Но мне не всё равно, что они, они все, подумают об Инквизиторе. Я – символ, всё что я делаю, так или иначе, отразиться на всех нас. - Мы не слабаки, босс. Твоё невинное любовное увлечение как-нибудь вытерпим. – Ухмыльнулся кунари. - Мне не до шуток, Бык. – Лавеллан покачал головой, - Я нуждаюсь в их одобрении. Не ради разрывов – с ними я могу справиться и в одиночку; не ради власти решать, кому остаться править, а кому потерять последний кусок хлеба. Ради народа – всех народов. Если Корифей победит, нас всех ждет только тьма. Железный Бык ненадолго задумался, принимая от трактирщика очередную кружку неизвестной бурды, здесь называемой элем. Когда он впервые услышал о Вестнике Андрасте – эти слухи были наполовину наполненные трепетом, наполовину – непониманием и страхом. Где это видано, чтобы посланником святой был эльф, да еще и долиец, не верящий в Создателя и поклоняющийся варварским богам? Со временем люди привыкли и приняли его. Деяния Инквизитора, его помощь народу в борьбе за выживание сделали не важным, какая там у него форма ушей и происхождение. Они научились чувствовать добро сердцем. Что будет, если люди узнают, что их Вестник спутался с тевинтерским магистром? Ужаснуться? Заклеймят его предателем? Или, быть может, все шишки посыпятся на самого магистра? Все знают методы Тевинтера, кто даст гарантию, что Дориан не околдовал Лавеллана магией крови? С этой точки зрения кунари понимал сомнения Инквизитора, с другой – отношения, это всего лишь отношения. Люди посплетничают и забудут, переключившись на более существенные вещи. Пусть Брешь уже не висела над их головами исторгая демонов, но Корифей был всё еще где-то рядом. - Ну и перспективы ты нарисовал... а я всего лишь предложил тебе расслабиться и перепихнуться с Дорианом! – В конце концов проговорил Железный Бык. - Дориан заслуживает большего, чем перепих из жалости. Бросив недопитый эль, Вестник соскользнул со стула и слегка напряженной походкой покинул Приют, а Бык лишь хмыкнул и одним махом опустошил его кружку. Для него всё это было слишком сложно. Политика, переговоры, уступки. Раньше Железный Бык был хиссрадом и точно знал, что от него требуется. Теперь… Нет, он не жалел о том, что отказался от прошлого – его ребята лучшая команда, лучшая семья, которой у него никогда не было. Но всё же он был рад, что всей этой политикой заниматься не ему. С него хватало и простых демонов. Зря он вообще полез с советами – Лавеллан сам разберется, с кем ему проводить время. Решив загладить вину путем вливания в Инквизитора доброй порции выпивки, Железный Бык решительно встал и потопал к выходу – догонять долийца. Хлопнувшая дверь моментально заглушила звуки протекающего в Приюте празднества, а до Быка долетел приглушенный разговор мужчин где-то за трактиром. Любопытство, привитое кунари еще со времен обучения на хиссарада никуда не делось и Железный Бык, не поднимая шума, обошел здание, заглядывая в щель между трактиром и внешней стеной Скайхолда. К его удивлению там оказался никто иной, как Инквизитор собственной персоной, да ни в чьей-нибудь компании, а самого Дориана Павуса! Воин ухмыльнулся, облокотившись на стенку и наблюдая за спорщиками из темноты. Бык еще никогда не видел Лавеллана в таком состоянии – он шипел как дикая кошка Сегерона, то и дело размахивая руками и поблескивая в темноте необычно-ярко сверкающей меткой. Дориан же, напротив, был удивительно спокоен – он отвечал тихо и коротко, расслабленно скрестив руки на груди и снисходительно улыбаясь. Железному Быку снова подумалось, что его вмешательство ранее было лишним – похоже, Дориан и сам держал ситуацию под контролем. Он уже подумал было удалиться, оставив парочку разбираться без свидетелей, как Павус, прервав очередную тираду эльфа перешедшего на долийский, запустил руку Лавеллану в волосы и притянул к себе, запечатав его рот страстным поцелуем. Вестник замер, как будто его парализовало, а маг, не теряя времени, уверенно подтолкнул его к стене, по-хозяйски обхватив второй рукой за ягодицы. Понимающее ухмыльнувшись, Железный Бык поспешно отступил и вернулся назад в Приют. Он планировал хорошенько напиться. В конце концов Инквизитор был прав – и дня не пройдет, а Дориан снова будет улыбчив!