Несуществующая мечта

Старшая чародейка Вивьен де Фер страдала от скуки. В былые времена любимым развлечением волшебницы были, безусловно, дворцовые интриги, бывшие своего рода национальным спортом орлесианцев. Вивьен гордилась своими достижениями в игре и не собиралась останавливаться. Однако, что сейчас? Чародейка просиживала дни в Скайхолде, выбираясь из заснеженного, далекого от высшего света замка лишь в бескрайние пустыни и сырые болота. Невообразимая тоска! Инквизиция хоть и стала влиятельной организацией, но, в первую очередь, имела военную направленность, и уже после – политическую. Любые переговоры велись практически всегда по переписке, а те, кто решался заехать в замок лично были не того полета птицами, чтобы мадам де Фер захотела хоть немного размяться с ними в любимом ремесле словесных дуэлей. Вот и сейчас, наблюдая за гостями, магесса вынуждена была признать, что, к её глубочайшему сожалению, самые знатные и интересные из них были никем иным, как заключенными, по тем или иным причинам отданные на суд Вестнику. В этом женщина видела своеобразную насмешку: молодая организация, подобно Инквизиции, толком и не заявляла о собственных целях, помимо размытого «спасти весь мир от древнего магистра», а потому ей на откуп отдавали право решать всё, что мало-мальски могло обозлить народ. И Ферелден, и Орлей с радостью избавлялись от излишне запутанных дел, предпочитая в случае чего свалить всю вину на Инквизицию. План оказался так себе – Вестник был на редкость здравомыслящим лидером, а его решения напротив, позволили организации укрепиться. 1:0 в пользу долийского эльфа против знати. Наблюдая со своего балкона за скучным представлением очередного судейского заседания, чародейка уже начала было зевать, как ситуация разительно переменилась. В зал вбежал запыхавшийся посыльный, торопливым шагом направившийся к замерзшей у стены леди Соловей. Вивьен с любопытством прищурилась: шпионы Лелианы обычно не позволяли себе так беспечно прерывать официальные собрания, а значит, намечалось что-то интересное. Из всех любимых волшебницей развлечений, в Скайхолде было доступно лишь одно – наблюдение, и женщина устроилась поудобнее, раздумывая стоит ли спуститься и посмотреть представление из первого ряда. Как оказалось после – стоило. Поспешно завершив и без того затянувшийся суд, миледи Монтилье деликатно, но вполне решительно освободила зал от посторонних, а Лелиана самолично привела откуда-то из боковых помещений загадочную пару, закутанную в длинные плащи с капюшонами. Инквизитор поднялся и вышел навстречу, с легкой – традиционно вежливой, но холодной улыбкой, заговорил с вошедшими, а после случилось невероятное. Гости сняли плащи. Первой из них была взрослая женщина, судя по татуировкам, ушам и одеянию – долийка. Ничего необычного: темноволосая, стройная, с едва загоревшей кожей. Но вот второй! Ребенок, лет десяти-двенадцати, абсолютная копия Инквизитора: тот же прямой нос, те же плотно сжатые в недовольную линию губы, те же волосы – длинные, смолянисто-черные, убранные в замысловатую долийскую косу и глаза, глаза! как блестящие на солнце изумруды. Увидев их, Вестник замер подобно изваянию с непередаваемым выражением удивления, смешанного с волнением на лице. «При дворе, - подумала чародейка, - эта встреча стала бы самой свежей сплетней, и, конечно же, причиной постыдного скандала!» - Ну ничего себе! – Воскликнул Бык позже, во время совместного обеда. Гости расположились за отдельным столом вместе с Инквизитором, а спутники оного – за общим, то и дело кося взглядами за спины. – Это же Вестник в миниатюре! - Ставлю сто монет, что это его сын. – Крякнул Варрик, скосив взгляд на Дориана, - прости, Посверкунчик. - Двести, что он первый раз её видит! – Зашипел тот. - Лунная ночь, праздник у костра, выпивка… смотреть – совсем не обязательно. – Хохотнул кунари. - Kaffas! Это не его ребенок! - Вот так скандал, кто был мог подумать? - И отличный сюжетный поворот… - А тебе он ничего не говорил о своей личной жизни, а, Дориан? - Нам было не до разговоров! - Как видишь – зря. - Вивьен? Можно тебя на минутку? – К столу, под шумные разговоры, незаметно подкрался объект обсуждения и нерешительно замер рядом с чародейкой. Не часто Вестник обращался к ней, а потому женщина благосклонно кивнула и поднялась, напоследок окинув спутников снисходительным взглядом. Добившись желаемого эффекта, а именно – недовольства присутствующих, вызванного не столько поведением магессы, сколько тем, что ей первой удастся узнать интересующие всех новости, мадам де Фер удалилась. Знала бы она, чем все закончится – ни за что б не согласилась! Как оказалось – Инквизитор немедленно должен был покинуть Скайхолд по делам, а из нее, Первой чародейки, Железной леди и придворной магессы Орлея Вестник хотел сделать няньку! - Ты пойми, - втолковывал Инквизитор, сцепив за спиной руки, - Сенлен маг, я не могу его доверить обычному человеку, а вдруг что-то случится? Мальчишка тот еще проныра… С Соласом я его не оставлю, последнее что мне нужно, чтобы Сенлен рассказывал матери о том, с какими демонами он успел познакомиться! А Дориан… пожалей Дориана. Ты – лучший вариант. Уверен, ты справишься. Конечно лестно было слышать подобное от Вестника, но… серьёзно? Следить за ребенком? В Круге чародейка любыми способами избегала обязанностей по обучению юных дарований, да и сама детей женщина не планировала. Спаси, Создатель, от них ведь сплошные проблемы! Кроме того, узнать о том, кем Инквизитору приходится мальчик, рассказать он так и не удосужился. Пожалуй, Лавеллан в Игре был не хуже Железной леди. Так и вышло, что чародейка вынуждена была коротать оставшийся день в саду, присматривая за копающимся в земле юным долийцем. Чародейка предусмотрительно взяла с собой книгу и молилась Создателю, чтобы ребенок подольше был увлечен своим дикарским занятием. - Мой папа – очень сильный, ты тоже маг, как он? – Неожиданно нарушил тишину малыш, выглядывая из-за горшка с веретянкой. Вивьен вздохнула. Неужели и вправду – сын Инквизитора? Тот, хоть и скрывал, был поразительно сильным волшебником. - Старшая чародейка орлесианского Круга магов, мадам Вивьен де Фер. – Величественно представилась магесса, отложив книгу. - Из Круга?! – Глаза мальчишки удивленно расширились, - так ты участвовала в восстании?! - Я не… - Это классно! – Эльфенок выскочил из-за горшка, подбегая ближе, - а много храмовников ты убила? Папа говорил – с храмовниками могут справиться только самые сильные маги! Ты сильная?! Чародейка так и застыла – с некрасиво приоткрытым ртом, мгновенно позабыв о привычке поддерживать величественный вид. Вот что на это ответить ребенку? Безусловно, Вивьен была сильна, в этом она никому не позволяла сомневаться, но что-то женщине подсказывало, что скажи она Сенлену о том, что ни за что не стала бы убивать храмовников и держалась от восстания так далеко, как только могла – он вряд ли сочтет её достойной. Впрочем, какое ей дело до того, что думает какой-то долийский ребенок?! Не будь он сыном Вестника… - Ни один храмовник после боя со мной не ушел на своих двоих. – Решительно ответила Вивьен. Путешествуя с Инквизитором, ей довелось сразиться с немалым количеством «красных», а потому женщина считала, что сказала чистую правду. Пусть и слегка завуалированную. - Круто! Ребята мне не поверят! – Восхищенно запищал малец, - а меня научишь?! Чародейка задумалась. Что именно она может рассказывать ребенку, а что – нет? У нее не было опыта в воспитании, кроме того это наследник Инквизитора, разумеется он обязан был как минимум обучиться боевым приемам магии. Почему бы и не начать сейчас? В конце концов лучше мага чем Вивьен для обучения ребенка Инквизитор ни за что не найдет. Решено! Она соблаговолит оказать Лавеллану услугу, ведь он поручил ей Сенлена лично. Обучить наследника – огромная ответственность, и кто как ни она, мадам де Фер, достойна подобного доверия? - Отлично, сконцентрируйся, не отводи взгляд… Ноги шире, еще шире! – вот так, теперь медленно разводи руки… Не упусти шар. - Это не шар… снежок какой-то. - Сначала снежок – потом буран. Всему своё время. - Я научусь делать бураны?!! - Смотри за шаром, бестолочь! Урок ледяной магии был в самом разгаре, когда его нарушили самым бестактным образом. Мальчишка держался отлично, как настоящий боевой маг, но внезапно уронил поддерживаемое заклинание ледяной кометы и широко распахнул зеленые глазищи. - Папа! – Пискнул он и бросился к галерее. Вивьен развернулась и увидела идущего к ним Инквизитора, но вместо того, чтобы упасть в руки вернувшегося родителя, Сенлен пробежал мимо с веселым визгом врезавшись в следующего за Вестником мужчину. - Вив учила меня убивать храмовников! – С гордостью похвастался эльфенок. - Вот как? Ты был прилежным учеником? – Спросил незнакомый чародейке долиец – еще одна копия Инквизитора, на этот раз – повзрослевшая. Эранала нельзя было назвать юным, но этот долиец выглядел явно старше и слегка отличался чертами лица: более пухлыми губами, узковатой челюстью и волосами с проблеском едва заметной седины. Всё встало на свои места и Вивьен почувствовала себя круглой дурой. И как они раньше не догадались?! - Ma serannas, брат. Ты очень помог мне. – Тем временем говорили мужчины. - Мне было приятно познакомиться с твоей vhenan'ara, и Сенлен… - Да, - эльф улыбнулся, не сдержав веселого смешка, - я знал, что он тебе понравится. - Папа, я хочу остаться здесь! Вив обещала научить меня делать бураны! - Мадам Вивьен, - машинально поправила чародейка. - Мы не сможем остаться. – Покачал головой долиец и повернулся к волшебнице, - Хранитель Аллаян, простите моего сына, он иногда забывает, что такое вежливость. - Он чудесный ребенок. – Ответила чародейка, мысленно посетовав: «хоть и не сын Инквизитора». - Спасибо, Вивьен. – Искренне поблагодарил Лавеллан позже, когда семейство черноволосых и зеленоглазых удалилось. К огромному удивлению Железной леди – Вестник церемониально поцеловал ей руку, хоть и не смог сдержать при этом слегка веселой улыбки. – Только… буран? Надеюсь, никто не пострадал. - Только парочка горшков. – Величественно кивнула волшебница и удалилась, гордо подняв голову. Может быть она и сглупила, посчитав, что Сенлен – сын Инквизитора. Может он догадался об этом и, может, у него теперь будет повод для насмешек. Но она Железная леди и не позволит увлечь себя в неловкую ситуацию. А с Дориана следовало стребовать бутылку отличного вина – в конце концов он сорвал неплохой куш, поставив на благородство своего возлюбленного. Используемые слова: Kaffas (тев.) – проклятье. Ma serannas – спасибо, благодарю. Vhenan'ara – желание сердца, так еще называют жену/мужа.