Love at first sight

Хёнвон после своих слов уходит от Минхёка быстро и даже не думает остановиться, оглянуться и уж тем более вернуться, чтобы хоть немного облегчить чужую назревающую боль. Уходит, оставляя за собой дорогу из горящих непониманием следов. А рядом с этими следами — остатки растоптанных чужих чувств, которые некогда были такими яркими, а сейчас они на земле иссыхают и становятся потухшим пеплом. Хёнвон не понимает, что сейчас оставляет Хёка в его личной катастрофе. Не понимает, что так безжалостно топчет чужие чувства, когда уходит и не оглядывается. У Минхёка там рушится весь его мир чуткий и хрупкий, а Хёнвон, испугавшись, уходит далеко. Парень просто испугался чужих чувств. Тех, которые сияют таким красивым замечательным светом, которые ярче, чем у других людей. Хёнвон уходит не из-за своей девушки, которая всё ещё есть, не из-за своей якобы традиционной ориентации, не из-за того, что кто-то может увидеть их. Просто Минхёка для Вона оказалось слишком много, потому брюнет и оставляет его, думая, что всё пройдёт на утро, что это для Ли игра, развлечение. Только вот не пройдёт ничего. А Минхёк и не скажет об этом. Минхёк ещё с минуту стоит на том же месте, смотря в сторону, куда ушёл Хёнвон. Он чувствует и, кажется, видит, как его чувства до сих пор по трещинам от болезненных ударов распадаются на маленькие частички. У блондина всё внутри постепенно затухает, потому что гореть уже нечему. И в глазах остаётся только тень от того радостного огонька, но и она вскоре растворяется в грусти, потому что только это чувство побеждает все другие эмоции. А потом в этих карих глазах и этого не видно, только пустота, которая холодом проходит по всему телу. Минхёку ничего не остаётся, кроме как уйти в общежитие. На все вопросы Кихёна он не отвечает ровным счётом ничего — кидает какие-то стандартные фразы о том, что всё отлично. А потом Ли просто перестаёт слушать и слышать друга, унимая своим молчанием это ужасное, ядовитое чувство разочарования. Он стягивает с себя одежду, оставляя её на полу у кровати, и ложится на неё, укрываясь с головой своим пледом.

***

Девушку пришлось ждать долго. И Хёнвону в какой-то момент начало казаться, что не стоит оно того, ведь можно потратить это время на что-то полезное, например, на сон. Но просто уйти он не мог, потому что сам пригласил её, Ким Джинхо — самую красивую девушку среди всех второкурсниц. Да, Хёнвон всё ещё помнит, что у него есть отношения, которые длятся уже год. Только вот свою, кажется, возлюбленную Вон видел чуть ли не месяц назад. И стало ему казаться, что не очень это и похоже на полноценные отношения. Парень понял, что нужно что-то исправлять. — Опа, прости, я опоздала! — звучит это слишком приторно и малость притворно в сравнении с минхёковским «солнце» или «персик». Эффектная брюнетка взмахивает своими длинными волосами, садясь рядом с Хёнвоном. Она приобнимает его за шею, оставляя лёгкий поцелуй и вместе с ним след от красной помады. Очень ярко. Очень театрально. В стиле Ким Джинхо. И Хёнвон, на удивление, начинает это замечать. Милая принцесса прекращает ею быть и становится в глазах любимого парня хитрой стервой, которая прячет эту сущность под светло-розовой пудрой на щеках. Правда, Хёнвон называет это всё глупыми мыслями. И думает, что ему просто кажется. Вроде бы давно не виделись… — Куда пойдём? — спрашивает она, уверенно закидывая ногу на ногу. — Можно… — Я хочу куда-нибудь в ресторан! Или вечером в клуб. — Милая, у меня сейчас туго с наличкой, ты же знаешь, — недовольно отвечает ей Хёнвон. Он тяжело вздыхает, унимая внутри себя непривычное раздражение к девушке. Никогда за последний год он этого не чувствовал, но, видимо, Минхёк не только рушит чужую зону комфорта, но и меняет что-то в Хёнвоне, словно открывает ему глаза на простые истины, которые ранее почему замечены не были. — И куда пойдём? Не хочу торчать в дешёвых кафе, ты ведь знаешь, Хёнвон-и. — Мы можем пойти ко мне, — предлагает Че, даже не думая о том, что такой вариант может вовсе не устроить девушку, — посидим дома. — Это скучно, — всё тот же недовольный голос Джинхо, который Хёнвона почему-то раздражает всё больше и больше. Хёнвон высвобождается из её объятий и встаёт напротив. — Окей, скажу прямо. Мои родители уехали на неделю в отпуск. Ночью мне нужно оставаться дома, чтобы сестра с подругой своей ничего не натворили, — он на пару секунд замолкает, но никакого ответа от девушки не следует, и Че продолжает говорить, — хочешь — пойдём со мной. — Нет, я найду себе другое занятие, — девушка тоже встаёт, но не подаёт виду, что она раздражена, что её не устраивает эта ситуация. Она плавно в своей женственной манере подходит к парню и целует его в губы. Не дожидаясь от него ответа, уходит, так и не узнав, что ответный поцелуй вряд ли был бы.

***

Че стоит во дворе своего дома и смотрит в окно квартиры, в которой две девочки пятнадцати лет сейчас устраивают что-то, что вообразить трудно. Возможно, уже призвали Сатану и устраивают с ним игру в покер. Хёнвон, когда ехал домой, надеялся, что всё будет не так, но в это очень слабо верилось, потому что сестру он знает вот уже пятнадцать лет. Одному находиться с этими созданиями он не очень хочет, только вот позвонить особо некому. Все его друзья в других городах или учатся до сих пор. А Джинхо отказалась. Хёнвон на самом деле не сильно удивился этому, потому что отношения у пары трещат по швам, и это мягко сказано. Но не об этом сейчас речь! Хёнвон не торопится подниматься, а только думает, кому бы позвонить. И в голову приходит только один человек. Да, Минхёк. Просто потому что Че, похоже, привык к компании этого парня. Только Хёнвон по всем нормам и этическим, и моральным не может ему позвонить, потому что несколько дней назад брюнет сердце разбил старшему. Хёнвон ещё долго стоял бы под окнами своего дома, но на улице уже первое ноября — холодно, а Хёнвон — идиот, который не додумывается сменить своё почти летнее пальто на тёплую куртку. Поэтому он заходит в подъезд и поднимается на нужный этаж к своей квартире, откуда доносится то ли визг животных, то ли смех девочек. Че нехотя заходит в квартиру и сразу же обнаруживает на пороге чужие мужские ботинки. — Минджи! — у Хёнвона, как у любого нормального старшего брата, сразу появятся куча вопросов, агрессия. Поэтому его грубый бас раздаётся на всю квартиру. Девочка со своей подругой сразу выбегают в коридор к Хёнвону, заявляя, что они позвали ещё кое-кого. — Какого хрена, Минджи?! Это мужские ботинки! — И что, Хёнвон-а? — его голос Че узнает из тысячи или на огромном стадионе с футбольными фанатами, потому что ни у кого в этом мире нет такого идеального голоса с этой хрипотцой и чрезмерной уверенностью, которая на самом деле только напускная и может ломаться в моменты самой искренней радости. — Мин?.. — Хёнвон несколько дней назад так жестоко с ним поступил, а сейчас у этого парня хватает сил стоять напротив Че, говорить с ним и улыбаться так, словно всё намного лучше, нежели может быть. Но о чём тут можно говорить… В этом весь Ли Минхёк, не только в наглости, беспардонности и театральной глупости. Хёнвон не знает, как себя вести рядом с Минхёком после того вечера и после того, как внутри него стали бушевать чувства, которые никто за все годы не мог разбудить. Из них двоих только Минхёк знает, что такое любовь и какого это — любить. Хёнвон же не знает об этом ровным счётом ничего, потому что любить некого было. Даже Джинхо, его девушку, трудно назвать настоящей любовью. Хёнвон почему-то уверен, что это чувство совсем иное, не такое, какое есть к девушке. Че замолкает, смотря прямо в глаза старшему. Сестра подумала, что Вон будет не против. Хёнвон и правда не против, просто сложно ему сейчас говорить, смотреть на блондина. Наверняка и самому Мину сложно что-либо делать. Только вот он не покажет этого, а наоборот будет этим болезненным чувствам сопротивляться, как может. Хёнвон так не умеет. Минхёк, Че уверен, намного сильнее Вона. Но сила эта ведь не бесконечная, потому младшему и стыдно смотреть в глаза парню. — Мы там фильмы скачали, — сказал Минхёк, когда девочки скрылись в зале, — а сейчас должны пиццу привезти. Пошли в зал. — Мин, — Хёнвон быстро сокращает между ними расстояние и пытается взять Ли за руку, но тот не позволяет этого сделать. — Не надо, Хёнвон-а, я всё понял, — Минхёк улыбается так, будто они говорят о практической по биологии. Хёнвон искренне не понимает, как такое может быть. Только если Мин врал все эти два месяца… Но нет. Просто болеть там в груди уже нечему, Минхёк чувствует только то, как по его телу рассыпается пепел, оставшийся от любви… Минхёк, безусловно, хороший актёр, который умеет держать всю свою боль в себе. Которого младший так сильно разочаровал, даже не обидел. А Хёнвон — человек, который попал в тупик тёмный, но не пугающий; он человек, который запутался в паутине своих чувств. Это всё правда, но про неё каждый из парней забывает, стоит им оказаться рядом. Они лекарство друг для друга, а, может быть, даже наркотик, и совсем неважно, какие их сейчас связывают отношения. Парни всегда будут садиться рядом, укрываться одним одеялом и брать попкорн из одной пачки, забирая его у девочек. Они всегда будут в одной команде во время боя подушками и вместе будут шутить над проигравшими. Какая… нелепость, не так ли? Для каждого этим вечером время шло слишком быстро. Особенно для парней эти часы пролетели незаметно, потому что они были слишком счастливыми, смотря на улыбки друг друга, касаясь кончиками пальцев чужих ладоней. И около двенадцати ночи парни, обнимая друг друга и нежась под то плотной одеял, провалились в царство Морфея, убитые его крепким сном. А девочки, у которых в голове при виде этой милой картины, пропитанной домашним уютом и немного гейским настроением, в голове тысячи фейерверков взрываются. Они чуть ли не визжат в голос от увиденного, а после, будучи первыми и, наверное, самыми верными фанатами этой недопарочки, делают пару фото, на которых парни выглядят совсем не как друзья. И потом на радостях девочки, не специально, конечно, делают то, что становится переломным моментом в жизни… Не обоих парней, а Минхёка. В сети на странице сёстры Хёнвона появляется это фото парней. А потом за минуты оно разлетается по всему Инстаграму и доходит до Джинхо, которая в миг перестаёт считать Ли Минхёка своим идолом и начинает его ненавидеть, потому что Хёк тронул то, что, по мнению самой Джинхо, до сих пор принадлежит ей.

***

«Извини за то фото», — набирает Минхёк и сразу отправляет это сообщение Хёнвону, видя, как это фото во всю обсуждают в Инстаграме, как на них косо посматривают некоторые студенты. «Мин, уж не тебе извиняться. Это моя тупая сестра…» — Хёнвон на самом деле не знает, что сказать. По сути виноват он, точнее его сестра. А Минхёк, как обычно, первый извиняется, беспокоясь о состоянии Че. Но ведь это обычное фото, и ничего не будет. Так считает Хёнвон и, похоже, Минхёк. Только вот они ошибаются. И в ту секунду, когда Минхёк читает сообщение от Вона, раздаётся стук в дверь. Ли не успевает даже встать, чтобы посмотреть, кто это, а девушка уже заходит в блок. Минхёк сразу узнаёт её, вспоминая фотографии Хёнвона с ней. И в его сердце сразу появляется какая-то тревога: он понимает, что просто так за автографом она могла и в университете подойти. — Здравствуй, — голос у этой особы приятный и приветливый, как обычно. Это правда так, она всегда кажется милой, и совсем не важно, чего она хочет. Даже, идя по чужим мертвым телам, она будет плыть, словно лебедь, мило улыбаясь и помахивая изящной ручкой. Минхёк молчит, ничего не отвечает даже через минуту. Он ждёт её следующих шагов. Джинхо понимает это и продолжает говорить. — Ты, наверное, очень близок с моим… С Хёнвоном, — она по непонятным причинам запинается, но через секунду продолжает говорить, как ни в чём не бывало. — Это так? — она плавно садится рядом с Ли. От девушки так и веет нежностью и женственностью, за которыми прячется жуткая стервозность. — Ты… Ошибаешься. Прости, пожалуйста, уйди из комнаты. — Да? Я так не думаю, — говорит она, заглядывая в глаза парню, Минхёк сразу хочет сбежать от этого взгляда, только этого делать нельзя, потому что он сразу проиграет в этой негласной игре. — Минхёк, я не хочу проблем ни себе, ни тем более тебе. Поэтому, скажу прямо… Хёнвон никогда с тобой не будет, — у Минхёка от такой чрезмерной женской уверенности кровь в голову бьёт, и он уже хочет сорваться на крик, но она продолжает говорить, — я хочу только тебя, Минхёк-оппа, предостеречь: он поиграет с тобой, доведёт до больницы и оставит! — Тебе весь этот бред приснился? Или что?! — Минхёк злится, а она это видит, потому в её глазах мелькает гадкая, ядовитая радость. — Просто знай, — говорит она, уходя к двери, — ты ему… Не нужен, — она оставляет Минхёка одного со своими страшными мыслями и страхами о том, что это может быть правдой.

***

Сегодня третье ноября, день рождения нашего прекрасного во всех смыслах Минхёка. Только вот даже он сам не понимает этого, и не верит в это, когда Кихён настаивает на том, что Ли достоин жить в это время рядом с этими людьми. Не понимает, потому что его родная семья убедила в этом. Минхёк впервые за долгие месяцы встал так рано, чтобы всё подготовить. Вроде бы день рождения его, а он покупает всем цветы и дорогие подарки, на которые еле-еле находит деньги. Только и в этот раз ничего из всего этого родители не примут, потому что этих вещей касался их сын — гей. Всё это будет безжалостно выброшено прям на глазах Хёка, а он просто улыбнётся и сделает вид, что ему это нисколько боли не приносит. — Мин, может, не стоит? — спрашивает Кихён, смотря на то, как его друг судорожно пересматривает все подарки. — Я не на что не намекаю, просто… — Ки, я знаю, чем это может закончиться, а ты знаешь, что я не перестану ходить к ним и помогать им. — Звони, если что. Если сможешь позвонить, — Минхёк кивает, заглушая желание заплакать. Он берёт красивые пакеты в руки и уходит из блока общежития, тщетно надеясь, что всё пройдёт хорошо. Такси довозит его до пункта назначения быстро, так быстро, что Минхёк ещё пару минут сидит в авто, смотря на пятый этаж, где находится квартира его родителей. Он идёт медленно, шаркая подошвой ботинок по асфальту. Нехотя звонит в квартиру к соседям, зная, что свои не откроют. А потом, оставив без своего внимания лифт, он неторопливо поднимается по грязной тёмной лестнице, освещённой только светом улиц из маленьких окон. Перед дверью квартиры он смотрит на свои пакеты с кучей подарков, на огромный невероятной красоты букет для мамы. Минхёк смахивает с щеки маленькую слезу, натягивает счастливую улыбку и пишет брату, чтобы тот открыл дверь. — Привет, — тихо говорит он, посматривая назад, в сторону комнаты, где сидят родители. По голосу слышно, как он боится отца: не раз самому младшему Ли прилетало за то, что он защищал брата. — Я скажу, что у меня ключи были, не бойся, — он гладит брата по голове, вручая ему подарок — хорошие наушники и айпод последней модели. Младший радуется, потому что родители такого позволить не могут. Все дорогие подарки делает только хён. — Хён, но ведь это твой день рождения… — но Минхёк пропускает это мимо ушей. — Прячь, чтоб не заметили! — четырнадцатилетний мальчик радостный убегает в свою комнату, которую он когда-то делил со старшим братом. А Минхёк проходит в квартиру. — Мам, пап! — в ответ тишина. Он снимает обувь и проходит в зал. Там царит полная тишина, и только родители его строго, сурово смотрят в стену, не желая смотреть на неудавшегося сына. — Мамочка, это тебе, — он протягивает ей большой букет и небольшой пакетик, в котором лежит браслет из белого золота. — Спасибо за то, что подарила мне жизнь, — он опускается на колени перед женщиной. На её глазах от этой картины наворачиваются слёзы, только они почти сразу пропадают, когда женщина берёт подарок и букет, убирая их в сторону. Минхёк кланяется чуть ли не в пол, а потом поворачивается к отцу, не вставая с колен. — Отец, это… — Не смей называть меня отцом! — мужчина лет пятидесяти сразу отшвыривает в сторону протянутый подарок. И в комнате раздаётся звук разбивающихся часов. А они дорогие, на них Минхёку пришлось деньги просить у Кихёна. — Как ты посмел заявиться в этот дом?! Хочешь, чтобы мы опять погрязли в мерзких слухах?! — отец встаёт и тут же с размаху ударяет сына по лицу. Минхёк почти падает, успевая только руками опереться о пол. В комнате появляется его младший брат, но Мин взглядом даёт ему понять, чтобы не лез. Уйти тонсен Минхёка не решается, но и ослушаться брата тоже. И он остаётся стоять в дверях, с ужасом в глазах смотря на происходящее. Отец скидывает с дивана подарок для матери, поднимает старшего на ноги и опять влепляет ему сильную оплеуху. Минхёк хватается за щеку. Это было слишком больно, похоже, отец сил не пожалел для этого удара. Сразу после мужчина безжалостно хватает собственного сына за шею и начинает сжимать свои пальцы. — Запомни: ты не наш сын! И приходить с подарочками к нам не надо! — Минхёк не может дышать, у него синеют губы и краснеет всё лицо, а вены набухают сильно от такого давления. Но Ли не показывает того, что ему больно. В конечном итоге, мужчина откидывает в сторону парня, словно испорченную игрушку. И блондин ударяется о стол боком. Рукой он машинально начинает сжимать больное место, а отец от такой картины начинает только морщится. — Забирай свои подарки и уходи из дома. Ты знаешь, тебе тут не рады. — Пожалуйста, оставьте их себе, — с улыбкой проговаривает Ли, выпрямляясь в полный рост. Он кланяется и говорит перед уходом, — пожалуйста, позаботьтесь о себе. Не волнуйтесь. Если что-то нужно — звоните, — а после он покидает квартиру. В лифте Минхёк обнаруживает, что половина лица его испачкана в крови, стекающей с разбитой губы. В какой момент это случилось, Ли не помнит. Он тщетно пытается стереть кровавые дорожки с губ и подбородка, но в итоге растирает тёмно-алую жидкость по лицу. Губы очищаются только тогда, когда он начинает плакать. Слёзы начали литься из глаз без его ведома, но от них не становилось легче, вся боль и негатив оставались, сколько бы слёз не было. Это не истерика, это просто слёзы отчаяния, такие жестокие, улучшающие слёзы. Маленькие солёные капельки для него ножи или иглы, которые врезаются в его плоть. Помочь ему сейчас не может никто, кроме Кихёна. А Ю на самом деле уже ждёт звонка от старшего. Так всё и происходит… Минхёк опять сломленный и избитый возвращается в комнату общежития, вспоминая не только этот день и родителей, но и чудное вчера и девушку Хёнвона. Отличный день рождения, который останется в памяти…

***

Минхёк в аудиторию заходит в чёрной маске, которая скрывает и подбородок, и губы, и нос с щеками по самые глаза. Он прячет лицо, а в частности глаза под длинной отросшей челкой. И заходит, пусть и после звонка, но тихо, не устраивая свои шоу. Хёнвон сразу понимает, что что-то не так со старшим, поэтому он собирает свои вещи, дожидаясь, когда блондин пройдёт мимо, и уходит следом за Ли на задние парты. — Мин? — но Минхёк отодвигается дальше и отворачивает от Хёнвона лицо, чтобы тот не стянул маску и не увидел побои. Обычному человеку не понятно, чего боится Ли, но догадаться не сложно на самом деле, если знать Мина хоть немного. Минхёк всегда идеальный, сияет, ака солнышко всей нашей галактики, а тут на нем раны и синяки. Некрасиво, с изъянами. И что же это будет, если кто-то увидит идеальное в неидеальном виде?! Так быть не должно, особенно если этот кто-то — это Че Хёнвон. — Блядь, что происходит, — Че не успокаивается. Он двигает парня обратно к себе и силой стягивает маску, чуть ли не срывает её, толкая чужие сопротивляющиеся руки от себя. У Минхёка глаза сразу заплывают пеленой страха, и слёзы начинают поблёскивать в уголках глаз. Минхёк сжимает в руках рюкзак, смотря в глаза младшему. — Это… — только так быстро слов для объяснения не находится. — Можно выйти? — спрашивает Вон, схватив старшего за руку и натянув обратно маску. — Нет, — даже не взглянув на спросившего, строго отвечает педагог, который не отошёл ещё от безмолвного появления Минхёка. — Пошли, — Хёнвон игнорирует запрет преподавателя и просто силой стаскивает Ли со скамьи. Брюнет ставит его на ноги и тащит его из аудитории в коридор, не обращая внимание на возмущённого преподавателя. — Прости, ты не должен беспокоиться! — Минхёк рукой теперь держит маску, чтобы Че её не снял. — Кто тебя так? — Хенвон смотрит в глаза старшего, чуть ли не утопая в этом желании помочь Мину. До этого времени только Кихён заботился о нём, а сейчас сам Хёнвон, который когда-то кричал о ненависти к Ли. Минхёк начинает плакать от переизбытка эмоций, которые деть некуда и которые отдают колкой болью в груди. Он безумно рад тому, что никого больше нет в коридоре, и никто больше не увидит его слёз. Только плакать перед Че стыдно и противно. У Хёка появляется отвращение к самому себе. Он твердит сам себе: «Жалкий идиот!». Но не говорит вслух, потому что всё станет ещё хуже. Хёнвон не понимает того, что происходит с Минхёком. Он не знает, хочет ли вообще что-либо узнавать, ведь он может быть не готовым к всему. Но желание помочь Минхёку, спасти его от того, что приносит боль сильнее всего остального. Это и называется, наверное, любовью. Хёнвон берёт в руки лицо старшего, спрятанное в маске, что вся промокла из-за слёз. Он стирает с открытой кожи влажные дорожки. Только вот от этих действий внутри Ли все эмоции просто взрываются, и он начинает плакать ещё сильнее. — Мин?.. — Родители! — слетает с его губ. — Они ненавидят меня, — все слова проговариваются нечётко и вперемешку со всхлипами, — потому что я… — сил сказать это не хватает, но Хёнвон и так понимает всё. Не понимая, что им движет, Хёнвон обнимает обеим руками крепко-крепко Минхёка, прижимая его трясущегося к себе. Чужие слёзы начинают впитываться в хёнвоновскую кофту, только никто на это внимание не обращает. И Хёнвон чувствует, как эта боль старшего становится одной на двоих… И всё бы ничего. После этих объятий, наполненных спасительной любовью, всё должно закончиться хорошо. Но в другом конце коридора со своей одногруппницей появляется Джинхо. Она сразу замечает, что один из парней Хёнвон, а другой Ли Минхёк. И тогда она решает, что вместе они будут только на том свете.

***

…Минхёк ничего не ждёт, но получает сообщение от Хёнвона. Просьба весьма странная, особенно если учесть то, что живут они в одном общежитии и могут куда-либо пойти вместе. Просьба странная, потому что Че ни разу за эти два месяца не позвал Минхёка куда-то, о ни о чем не просил старшего даже, хоть в какой-то мере принимает сейчас чувства Ли и осознаёт свои к нему. Но! Минхёк получает от Хёнвона сообщение с просьбой пойти в парк и дождаться там его во что бы то ни стало. И Минхёк, конечно, сделает это. Минхёк пойдёт в дождь со снегом, во время сильного ветра в любой конец страны или континента, потому что Хёнвон просит. Минхёк, глупый Минхёк пойдёт и простоит под холодным дождём и снегом до ночи или до следующего утра, потому что Хёнвон попросил. Минхёк будет ждать, как Хатико, так и не узнав, что это не Хёнвон написал, а Джинхо, думая, что выставить Хёнвона в таком ужасном свете, и Минхёк в нём разочаруется. Хёнвон так и не узнаёт, что свой телефон он оставил на столике в кафетерии, когда девушка с ним вновь пыталась поговорить. Конечно, разговор ничем хорошим не закончился, и их отношениям длиной в год в тот момент пришёл конец. Девушку это ещё сильнее задело. И тогда-то она решила подставить парня, которого любила (или делала вид, что любила). Совесть её даже не проснулась, когда она отправляла это сообщение, смотря на ужасную погоду за окном. На её лице даже красовалась хищная улыбка, а-ля не мне — так никому! Температура слишком низкая для довольно-таки тёплого климата Кореи. А Минхёк просидел в парке больше трёх часов, укрываясь своим серым осенним пальто от сильных порывов ветра, от жестоких капель ледяного дождя и острых снежинок. Просидел он там, потому что любит Хёнвона, несмотря на то, что Че пару недель назад растоптал его чувства и сейчас не приходит, будто насмеиваясь. Минхёк в какой-то момент начинает себя плохо чувствовать и чуть ли не падает в обморок. А Хёнвон так и не знает, что сейчас Минхёк замёрзнет до бессознательного состояния. Минхёк пытается позвонить Хёнвону. Только, как нам известно, младший потерял свой телефон ещё днём. И ответить — спасти Хёка, он не сможет. А девушка с довольной улыбкой смотрит на входящие вызовы от Ли и сбрасывает его звонки, не беспокоясь о чужом состоянии. В конечном итоге он звонит Кихёну и дрожащим, еле живым голосом просит, чтобы тот нашёл Хёнвона. Ю не слушается его и, конечно, первым делом едет на машине в парк, забирает своего глупого друга, который еле двигает своими конечностями, и привозит его в тёплое общежитие, снимая с него холодную и промокшую от снега одежду, укрывая его кучей одеял и обставляя его горячим чаем. И только потом он с желанием разбить лицо Хёнвона идёт к нему: — Ты совсем ёбнулся, недоразвитый?! — Кихён ниже Че, но в нем удивительно много силы. И в самом настоящем гневе он страшен, как никто. Ки толкает Вона так, что тот влетает в собственную кровать. — Какого хрена?! — возмущается Хёнвон, потому что он действительно ничего не делал и ничего не знает, только объяснить это всё разъярённому Кихёну будет трудно. — Ты заставил Мина сидеть в парке в такую погоду! — это не вопрос, а явное утверждение. — Ты совсем с ума сошёл?! — Кихён хоть и делает вид, что лучший друг ему совсем не нужен, но за него на самом деле он может убить, потому что Минхёк его чуть ли не из петли доставал когда-то. — Что я сделал?! — Хёнвон забывает о том, что он влетел в железную двухъярусную кровать. В его голове уже крепко накрепко засела мысль о том, что Мину плохо. — Я бы никогда ему такого не сказал делать! Чтобы он там умер?! Не надо мне такого! — Хёнвон надеется, что это злая и очень плохая шутка Минхёка и его друга, но нет, Кихён продолжает стоять на своём. — Тогда почему ему на телефон пришло от тебя это? — Ки показывает чужой телефон Хёнвону, а там на экране отчётливо видно сообщение от Че. Хёнвон начинает судорожно шарить по карманам, по кровати и по всем углам комнаты, пытаясь найти свой телефон, чтобы доказать обратное. Но парень ничего не находит, переворачивая комнату и во второй раз. И тогда он вспоминает, что виделся сегодня с Джинхо в кафе. Он понимает, что мог оставить там телефон, а девушка могла воспользоваться этим. И теперь в его голове остаются только страх за Минхёка и искренняя ненависть к девушке. — Он в парке?! — Хёнвон обувается и пытается в эту же секунду натянуть куртку. Кихён, находясь в диком замешательстве, даже замолкает, потому что не такой реакции он ожидал от Че. Хёнвон ведь ему ничего не объясняет. — Он уже в блоке, — тихо отвечает Кихён, смотря на обеспокоенного, суетливого парня. Что-то не складывается во всей этой истории, и, может быть, не Хёнвон виновен. Че успокаивается на пару секунд, переваривая всё это до конца. Он думает, что нужно срочно бежать к Минхёку, ведь ему плохо. Сердечко то от волнения за Мина только так стучит, что ничего боле почти невозможно услышать. Но надо ведь ещё и к девушке наведаться, чтобы та надолго забыла о существовании Хёнвона и всех его знакомых, потому что люди так не поступают, только развращенные мрази. Хёнвон быстро доходит до блока девушки. Она там сидит и смеётся вместе со своими друзьями, будто не из-за неё человек сознание чуть не потерял. А ведь Минхёк никогда и не вздумал бы ей навредить. Хёнвон врывается в комнату девушки, отталкивая этих псевдодрузей Джинхо от неё самой. Она ведь специально их позвала, чтобы Че ничего не сделал. Только вот у него как раз воспитание не позволит ударить девушку. — Ты совсем двинулась?! — в порыве гнева Хёнвон хватает брюнетку за руки и дёргает её на себя. Та оказывается на ногах, но чуть ли не падает на Вона. Она пытается схватиться своими тонкими бледными руками за чужую одежду и плечи, только Хёнвон не хочет совсем ей помочь. Девушка сразу понимает, о чём речь. Улыбка на её лице становится шире, а потом она и вовсе начинает смеяться. Хёнвон понимает, что разговора не получится. — Если бы я мог ударить девушку, я бы это обязательно сделал! Ещё раз узнаю о чём-то таком, пойду против принципов, тварь! — он отталкивает девушку, что та падает на кровать, только и успевая упереться руками в матрац. Он забирает свой телефон и покидает её комнату, слыша в свою сторону раздражённые недовольства от неё и даже угрозы от других незнакомых ему парней. Как-то реагировать на это он Че не собирается. Слишком низко и глупо. Да и сейчас блоке есть Минхёк, котором нужно всё объяснить, с которым сейчас надо быть. Хёнвон не успевает дойти до блока Ли. Он слышит звук сирены, через открытые окна на лестницах. Эта сирена есть на машинах скорой помощи. И с каждой секундой звук её становится всё громче. И у Хёнвона воздух застывает в лёгких. Он надеется, что не Минхёк сейчас окажется в руках врачей. Он спускается вниз, чтобы удостовериться. Врачи забегают в университет. Проходит минута, две, семь и десять. А потом в машину скорой помощи на каталке завозят бессознательного Минхёка. И… Вокруг Че пропадают все звуки, а мир теряет свои краски. Только сейчас он понимает, как сильно он переживает за Минхёка, как он ему нужен здоровым и целым. Он слышит от Кихёна, который порывается ехать со скорой, что Минхёк потерял сознание от слишком высокой температуры, а до этого бредил, и врачи не могут привести его в чувства сейчас, говорят слишком долго он был на улице в такую погоду. В машину к Минхёку пускают только одного. И сначала им был Кихён, но Вон слишком быстро его отталкивает и запрыгивает к парню…