Элиминация

Правительство Москвы не несет ответственность за жизнь каждого гражданина, проживающего на территории города. Любое государственное убежище впредь подчиняется новой Конституции, при этом, управляющий может вносить поправки для своего приюта, если они не противоречат или не сильно искажают вышестоящий закон. — Статья 1 новой Конституции Москвы.

      Теперь, когда моя спутница умылась и надела чистую одежду — выглядела она еще более привлекательной. Даша рассказала об одном чудном месте, которое называется «Парк».       В моем понимании парк — это территория с каруселями, богатой зеленой растительностью, где много людей, слышится смех и музыка. Этот же парк был иным. Всю дорогу до него (а мы спустились на много уровней вниз) Даша была заведенной и ярко улыбалась своей белоснежной улыбкой, словно вот вот случится то, о чем она мечтает.       Выйдя из лифта мы двинулись по серии коридоров — пустых и холодных, без окон и дверей, лишь длинная прямая, то и дело поворачивающаяся в разные стороны, периодически все же мы натыкались на горшки с цветами или даже небольшие сады, под которые были выделенные целые проемы в стене, у каждого была ультрафиолетовая лампа, подпись и фотография, сделанная еще до Вспышки: «миниатюрная береза», «красные розы», «сирень». Стоит ли говорить, что уже несколько лет я не видел березовых рощ, настоящие розы, да и вообще, живые цветы. А тут это было что-то вроде своеобразной галереи или Ботанического сада, возможно, единственные в своем роде растения сейчас оставались за моей спиной, да и рассмотреть их поближе времени не было, ибо Даша неслась с бешенной скоростью вперед, утягивая меня за собой.       Мы остановились у больших автоматических дверей, рядом с ними стояли двое охранников, а на стене висела панель. У меня в голове появилась мысль, что нам туда не попасть, как вдруг девушка-охранник с широкой улыбкой двинулась в нашу сторону, мужчина же остался непоколебимо стоять на своем посту. Даша рванула ей навстречу и они обнялись, словно старые подружки. — Как ты здесь оказалась? Я думала, что навсегда потеряла тебя! — Завопила охранница. — Ох, Кэт, когда я увидела Миру здесь, то… — Даша вновь завизжала и обняла девушку. — Потом я узнала, что ты тоже добралась сюда, и еще Денис и Дилана! — Она еле переводила дыхание, потом поглядела на меня и жестом позвала к себе. — Кэт, знакомься, это мой друг — член команды зачистки — Александр!       Она протянула мне руку, я почувствовал, что у нее довольно сильное рукопожатие для девушки. — Саш, это Кэт — моя лучшая подруга из лагеря в Ростове! — Очень приятно. Охранница, на груди которой висел бейджик с именем «Екатерина», пропустила нас в «Парк», предупредив, что у нас есть час, а потом будет смена караула, мужчина охранник был явно недоволен, что мы туда проходим, но похоже никого это больше не волновало.       Когда дверь перед нами открылась, то я не смог сделать и полшага. Зеленая растительность, шум реки, пение птиц, бабочки… я буквально не верил своим глазам! Высокий потолок был обвешан ультрафиолетовыми лампами, одно из растений обмотала прожектор и тень падала на камни полосками. Издалека можно было подумать, что там лежит змея.       Двери закрылись, а мы продолжали стоять на месте. — Ты когда-нибудь видел что-то подобное? — спросила меня Даша и я наконец стал приходить в себя. — Я уже несколько лет не видел такое большое обилие растений… живых растений, зеленых.       Те немногие вековые деревья, что остались стоять после Вспышки стали серыми, словно были покрыты пеплом и пылью, которую нельзя было убрать, а листья и цветы давно опали и исчезли в холодной земле.       Мы шли молча вдоль узкой каменной дорожки, вдыхая аромат настоящих цветов, запоминая глазами обилие красок, словно такое можно увидеть раз в жизни. — Я жил рядом с Ботаническим садом. — Вдруг промямлил я. — Я помню красоту и свежий воздух. Даша внимательно посмотрела на меня. — Я провела в Ростове половину своей жизни, когда случилось то, что случилось мы просто собрались в центре города, а потом разбежались кто куда. Некоторые не успели укрыться, они попадали на месте под прямыми солнечными лучами, другие смотрели на солнце из окон и это их спасло, а потом тоже отключились. Я спряталась за прилавком магазина, а когда проснулась, то услышала выстрелы, крики… Выглянула из-под прилавка и увидела бойню. Совсем рядом с дверьми магазина один пожирал другого, я закричала и он услышал это. — Ее дыхание сбилось. — «Оно» медленно вошло в помещение, все в крови, серое и с огромными черными зрачками. А я стояла, как вкопанная, и не могла пошевелиться. Мне было так страшно, что я не знала — бежать мне или отдаться ему. Одно я знала точно, оно не поймет моих просьб оставить меня.       Мы встали на мост посередине парка и смотрели на протекающую речку под нами. На соседних деревьях обосновались два белых пушистых голубя. Даша перевела взгляд наверх и я заметил, как по ее щеке пробежала слеза, которую она тут же вытерла. — Дверь снова открылась и чудовище упало к моим ногам. Позади него стояла кудрявая смуглая девушка в окровавленном топике и шортах, в руках у нее была деревянная швабра. Оказалось, она стукнула его ей по голове с такой силой, что пробила ее. Я должна была закричать, но не смогла. Она назвалась Катей, закрыла дверь и попросила меня помочь ей опустить жалюзи. После чего объяснила происходящее. Мы собрали в ее рюкзак и мою сумку всю еду и воду, которую смогли уместить, а еще я достала молоток, который сколько себя помню валялся под прилавком, и покинули здание. Мы держались вместе слишком долго и это… ну… сблизило нас. В лагере было мало наших погодок, по большей части это были мужчины или взрослые женщины. Детей не было вообще. Денис и Дилана — наши, так сказать, опекуны, потеряли двоих сыновей в первый же день. Но не сдались. Спустя пару месяцев Дилана вновь забеременела. Не самое подходящее для этого время, верно? Они заботились о нас с Кэт. Знаешь, за то недолгое время, что мы были вместе — она сделала из меня самого настоящего бойца. Дилана и Денис были в хорошей физической форме и я старалась поспевать за ними, упражняясь в беге и небольшим приемам самообороны. Но однажды ночью что-то случилось и стены рухнули, а на нас надвинулась толпа безумных. Лагерь умер меньше, чем за час. Уже спустя тридцать минут не было даже криков. Мы с Кэт, Денисом, Диланой и еще парой взрослых бежали через окна на втором этаже, но Дилана упала и приземлилась прямо на… на живот. Ее крик услышали все безумные в округе. Взрослые сразу же разбежались, оставив нас вчетвером. Дилана не могла встать, а Денис не смог ее оставить. Он приказал нам уходить, сказал, что мы встретимся снова в Москве. Кэт схватила меня за руку и мы удрали, сама не помню куда. Выстрелы. Много выстрелов. А потом тишина. — Но ты сказала, что видела их здесь. — Да, я встретилась с ними в столовой и уронила поднос, благо пустой. — Посмеялась она. — Они и сами не ожидали меня увидеть. — Как ты рассталась с Катей? Даша вздохнула. — Мы шли несколько дней почти без остановки, ориентируясь на бумажную карту в которой обе толком ничего не понимали. Иногда мы натыкались на людей, одни помогали нам, другие пытались убить. Вторые то нас и поймали. Обезумевшая баба с тремя сыновьями переростками и мужем с большим топором. Они были людоедами. Привязали меня к столу, а Кэт уволокли куда-то. Один из мальчиков хотел меня изнасиловать, расстегнул штаны и брызжа слюной подошел ко мне вплотную, я не могла пошевелиться, рот был заклеен скотчем, я дергалась и мысленно молилась, чтобы все это поскорее закончилось. Потом вошла его сумасшедшая мамаша и ударилась сына прямо по… «С едой не играют, жалкий кусок дерьма» — повторяла она и била все туда же, «никчемный уродец», «жертва аборта», она схватила его за волосы и кинула в другую комнату, а потом замолкла и послышался звук падения. Из-за двери показалась Кэт с топором их чертового папаши. Она вся была залита кровью, клянусь, это даже не описать. В какой-то момент мне даже показалось, что она безумная. Кэт освободила меня, мы принялись бежать вон, она крикнула мне «ты впереди, я за тобой», и мы просто бежали. Не знаю сколько и в какую сторону, не знаю как долго, в один момент я просто упала и свалилась в канаву. А когда отдышалась и оглянулась, то поняла, что сзади меня никого нет. Кэт не было нигде. Так я ее и потеряла.       Даша замолчала и я вернулся в реальность вместе с ней. — Они все живы. Ты должна знать, что твоим друзьям повезло намного больше, чем большинству населению планеты. — Мы еще проведем с Кэт много времени за разговорами.       Я накрыл ее руки своими и она наконец повернулась ко мне. — Знаешь, однажды, это все закончится. Я верю в то, что мы победим.       Она смотрела мне в глаза, ее губы находились слишком близко к моим. Мы поцеловались. И это был мой первый поцелуй за 5 лет. Ее, я думаю, тоже.