Isolated

Why explore the Universe When we don't know ourselves? There's an emptiness inside our heads That no one dares to dwell. Зачем исследовать вселенную, Когда мы не знаем самих себя? В наших головах пустота, Которую никто не решается заполнить. Brind Me The Horizon – Hospital for souls

       Наутро Амон разбудил Корру и погнал на медитацию, но она не удостоила его ни словом. Даже обошлось без обычных утренних проклятий и угроз. Стоило догадаться, что она не потеряет настрой за ночь и будет отмалчиваться, и, теоретически, он мог бы сделать то же самое, но ее упрямое молчание хорошо отразится на медитации. Может быть, наконец она выйдет на новый уровень концентрации. Ноатак прислушивался к ее энергии, и, кажется, ощутил маленький сдвиг: либо Корра действительно старалась, либо просто ушла в себя. Надо же, даже от такой ситуации может быть польза, хотя и относительная.        Тем не менее, весь оставшийся день девушка твердо решила игнорировать присутствие уравнителя. Она злилась на него за... да за все хорошее, мало что ли натворил? Корра была зла на то, что он появился и решил, что может творить все, что ему вздумается: будить ее, отбивать аппетит, выставлять сумасшедшей, при этом заставляя ее думать, что он тут по ее вине, и к тому же использовать в своих целях! Он втянул ее в такую аферу, что девушка не знала, как теперь выбираться, ведь среди уравнителей уже наверняка прошли об этом слухи. Чертов Амон! Почему он продолжает портить ей жизнь даже после смерти?!        И Мако какой-то странный. Вчера Корра хотела отвлечься, развеяться, и обычно встречи с ним приносили нужный результат: девушка искренне считала, что любит его, да и маг отвечал взаимностью. Но после того, как она поведала ему о том, что видит духов, он стал немного странным. То проявлял заботу, спрашивал, не слишком ли это напрягает, предлагал обратиться к Тензину, спрашивал о том, что это за дух. А временами смотрел на нее так странно, что становилось не по себе. Как будто оценивал. Корра понимала, что порой с ней бывает непросто, но чтобы так... это портило настроение. Вот и вчера он ушел рано, как-то скомкано попрощался, отпирался от ее предложения дойти до дома Асами вместе, утверждая, что заботится о том, чтобы Корра вовремя ложилась. Девушка едва сдержала усмешку: за ее режимом следят уже двое. Команда "Аватар" переживала напряженное время, были противоречия и трудности, но если их дружба выдержала целую Революцию и испытание ревностью, то должна и это пережить... так ведь?        Амон, решив, что нет никакого смысла в пребывании рядом с молчаливым Аватаром, и ушел. Куда, и сам не знал: все, что хотел, он уже посмотрел вчера, в Мэрии ничего нового, как и везде. Снова бродить по городу? Опять смотреть на людей, для которых его не существует?        А город жил. Опасливо, зажато, в ожидании какого-то подвоха и с трудом веря в победу, но стараясь вернуться в прежнее русло. Волна особо яростных стычек с рассыпавшимися уравнителями захлестнула улицы в первую неделю, когда Аватар пропадала по лучшим целителям, а поврежденные средства связи еще не были полностью восстановлены. Из-за отсутствия общности и цели с ними справились и эти "доблестные" стражи порядка, которые не могли очистить город от мафии, – с большим трудом и потерями, но каким-то чудом им это удалось. Амон узнал об этом не сразу. Первая волна ушла в подполья, откуда теперь их старательно выуживали. Казалось бы, прошло так мало времени.        С одной стороны, Амон не хотел, чтобы его старания прошли даром, а уравнители сдались, но с другой – было бы еще хуже знать, что они превратились во что-то совершенно иное. И это та причина, по которой он так старательно выводит Корру на путь, нужный ему. Мужчина не может просто так смотреть на все это и бездействовать: не так он устроен, не существует совершенно безвыходных ситуаций. И если его видит только Аватар – она сделает то, что нужно. Он сумеет это провернуть. Революционер всего лишь хочет блага для этого города. Раз ему не удается покинуть этот мир, то Амон будет пытаться сделать еще хоть что-то. До тех пор, пока может.        А Корра... а что Корра? Все та же импульсивная девчонка, с трудом представляющая, что делает – но зато с завидным упорством и чувством собственной правоты. Только теперь еще добавился "Аватарский кризис", если это так можно назвать. Она мечется, не знает, чего хочет и куда двигаться, кто виноват, а кто прав, но пытается не подавать виду. На нее возлагают столько надежд, и это, вопреки всему, не придает уверенности, а наоборот – пугает и путает еще больше. Что, если она сделает что-то не так? Эти страхи и неопределенность Корра старается спрятать, но Амон видит. И он мог бы помочь ей, да только одна проблема: это невозможно, пока девчонка все отрицает. Пока она сама не поймет, что ей нужна помощь – и не чья-то, а его, помощь врага – ничего не сделаешь.        Уже неделю Амон и Аватар предпринимают попытки существовать в непосредственной близости, и, кажется, все пришло к исходной точке. Именно сейчас, когда Корра всерьез, хотя и с опаской, последовала его совету, который по сути представлял из себя инструкцию. Но в какой-то момент ведь она поверила, что он не опасен, что хочет сделать как лучше. Амон всегда был убедителен. Ему удавалось убеждать даже себя самого, что он и пытался повторить, бездумно измеряя город пространственными прыжками.        Корра также бродила без цели, не находя себе места на острове. Ее действительно пугало то, во что она ввязалась. Выхода девушка в упор не видела, и мысли закономерно возвращались к Амону. Она уже неделю наблюдает его рядом с собой почти круглосуточно, и это, безусловно, самое странное явление, пугающее и напрягающее. Большую часть времени ей хотелось, чтобы он исчез, испарился, убрался подальше – что угодно, лишь бы не видеть этого уравнителя, словно напоминание обо всех ее нерешенных вопросах. Но случались моменты, когда Корре было весело, когда она считала, что удачно подшутила – пока Ноатак не обставлял ее снова. Долгие разговоры об идеологии, без криков и попыток начать драку (по понятным причинам, но все же); удивительно, но с ним было интересно спорить, даже несмотря на то, что аргументы у уравнителя не иссякали. Возможно, он хотел затянуть девушку в свои идеи, а может, правда пытался что-то донести – просто чтобы она поняла, даже если не согласится. Всегда было очень сложно понять его мотивы. Корра путалась в себе, путалась в нем, а теперь – и в своих эмоциях. Было плохо. Тяжело.        Казалось, природа вторила мрачному настроению Аватара, и небо затягивало темными тучами. Прохладный ветер встревожил деревья, пробежал волной по траве, растрепал хвостики девушки и неприятно коснулся оголенных плеч. Корра подняла глаза, и на ее лоб упала крупная капля. Затем еще одна, и еще... и, набирая обороты, на город полился холодный и сильный дождь. Повелительница стихий сделала над собой купол и поспешила укрыться в храме, чтобы понаблюдать за ним из сухого места. Непогода была идеальным фоном для потока невеселых мыслей.        Тем временем дождь застал Ноатака в городе. Люди заторопились, кто-то спрятался под ближайшем навесом, кто-то создал защиту магией, а кто-то раскрыл зонт. И только один невидимый уравнитель остался стоять там, глядя в небо. Как бы ему хотелось ощутить на лице удары этих капель, наверняка холодных. Он все еще не может перестать думать об этом. Не может смириться окончательно. Странно, что он все же на какое-то время почти забыл.        Весь день Корра провела в храме, среди монахов, слушая истории и предания о магах воздуха и участвуя в бытовых делах. Мысли все еще были заняты сложившейся ситуацией, а в груди сплелся тугой узел переживаний. Девушка толком не знала, что сейчас хочет больше: вытрясти из Амона способ выйти из этой темной игры или больше не видеть его. Но, в сотый раз обдумывая эту аферу и слова Ноатака, она поняла, что злость и страх немного ослабевают. Да, она ввязалась в политику, но разве она не делала этого раньше? Не так скрытно, это верно, но вмешивалась. Эти делишки с уравнителями... было чертовски не по себе. Но ведь Амон прав: она просто предложит, как и было обещано. А если кто-то из уравнителей ее выдаст? А, с другой стороны, что еще можно от нее ожидать, перекрывая доступ к делам города? Она все же Аватар, и не может бездействовать. Но способ... оправдывает ли цель?        В любом случае, вариантов у Корры было немного: либо продолжать, либо прекратить. И как аккуратно сделать второе, она не представляла: опять же, уравнители. Амон говорил, что если идешь на сделку, то иди до конца, иначе вторая сторона также имеет право нарушить условия. Нетрудно было заключить, что и его последователи это мнение разделяют.        Это было трудно признать, но чтобы выпутаться в ту или иную сторону, ей нужен Амон. Кто, как не он, знает уравнителей. Кто, как не их лидер, подскажет, что делать, чтобы оставить все в тайне. Чертовски не хотелось терять репутацию – этой ошибки Аватару не простят. Добился-таки своего. Корра сжала кулаки, чувствуя новый прилив злобы и безысходности: ей придется сотрудничать с уравнителем, он поставил ее в зависимость.        Одиночество незримой тенью следовало за Ноатаком по пятам. То самое одиночество в толпе, которое накатило на него в первый день "загробной жизни". Когда тебя не существует. Мужчина старательно игнорировал это чувство, но делать это становилось все труднее. Забыться "сном" не получалось. Он не помнил, как убил целый день, перемещаясь в разные уголки города и то и дело проваливаясь в размышления обо всем. Не видел дороги до острова. И замер на какое-то время перед храмом, наблюдая через окно, как Корра помогает Пеме отводить не желающих спать детей в комнату. Хотелось возникнуть там и сказать что-нибудь, что заставит девушку сверкать глазами и удерживаться от ответа, но она не станет реагировать. Как и остальные. Из-за этого создавалась чудовищная иллюзия, будто он исчез совсем, для всех, всего мира, и совсем ничего не может сделать, кроме как бессильно наблюдать. Ноатак развернулся и пошел вглубь острова, присаживаясь под каким-то деревом. Он хотел пропустить хотя бы несколько часов, пребывая в блаженной пустоте, где нет места мыслям и назойливым переживаниям.        Ложась спать, Корра задержала взгляд на пустом кресле и неожиданно для себя вздохнула. Она старалась не спрашивать себя, разбудят ли ее завтра утром совершенно варварским способом, потому что отчего-то и отрицательный, и положительный ответы не радовали.

***

       Корра проснулась от того, что солнечные лучи падали ей на лицо. Медленно выныривая из сонной неги, девушка блаженно потягивалась, как вдруг сон мгновенно испарился от одной мысли: Амона все еще не было. Девушка, быстро расправившись с утренними процедурами, выскочила на улицу; Тензин уже ушел, Джинора сидела на ступеньках возле храма и читала книгу, Мило и Икки носились наперегонки неподалеку. Призрака нигде не было, и Корре в голову пришли несколько пугающие мысли: а что, если она больше не видит его? Или он ушел? И почему-то именно в тот момент, когда она поняла, что ей нужна помощь этого уравнителя! Девушка поморщилась: она все еще не хотела принимать этот факт.        Корра побрела по острову, размышляя, что же теперь делать. Она как-то не удосужилась узнать, слышат ли призраки на расстоянии. Или, может, она может как-то призывать Амона, телепортировать? Ну, она ж Аватар все-таки. Но она не успела додумать эту мысль, когда наткнулась взглядом на что-то странное вдалеке. Что-то, в чем можно было опознать прозрачную неподвижную фигуру под одним из деревьев. Сердце Корры подпрыгнуло, и она, старательно игнорируя внезапное волнение, заспешила в ту сторону.        Девушка уже собиралась предъявить Амону все претензии, но не смогла выдавить ни звука. Он лежал с закрытыми глазами, пребывая в состоянии, напоминающем сон, хотя вряд ли это можно так назвать. Корра уже сталкивалась с этим явлением, этим ее не удивишь. Но вот то, как он выглядел... Она считала, что призраки остаются такими, какие они есть, столетиями, и ничто не может повлиять на них. Но сейчас бестелесный дух революционера выглядел как весьма потрепанный человек: темные круги под глазами, уставший вид; он и до этого был полупрозрачным на свету, но сейчас словно стал еще призрачнее. А причина была проста: раз это – его душа, а напряжение и стабильно игнорируемые переживания морально выматывают, то сейчас эта усталость отобразилась визуально. Не только за последний день, но и за все время. Аватар – последняя ниточка, связывающая его с материальным миром, и, как бы Ноатак ни отрицал, но ему необходимо было ее общество. Люди в одиночестве сходят с ума. Он, оставшись наедине со своими планами, которые не сможет осуществить, и созерцая события, на которые не может повлиять, сойдет с ума куда быстрее.        Корра мало знала о призраках, но интуитивно догадывалась, в чем дело. Если ему недоступны физические проявления, то это могут быть только душевные. И она вдруг ощутила укол вины. Ей казалось, что он ничего не чувствует, что ему вообще все равно... Выходит, нет? – Амон? – Неуверенно позвала она. Уравнитель неохотно открыл глаза. Пару секунд он сверлил нарушителя спокойствия недовольным взглядом, но потом осознал ситуацию и криво ухмыльнулся: – Что, мстить решила? Корра не отвечала, а продолжала смотреть на него странным взглядом, в котором смешались вина, страх и волнение. И что-то еще, чему трудно дать название. Как будто она что-то осознала, и теперь все переосмысливает. – Что-то не так? – Поинтересовался он. – Да-а... – Неопределенно протянула она. – Даже не знаю, сказать или просто тебя к зеркалу сводить. Кстати, ты в нем отражаешься? Ноатак удивленно приподнял бровь. Он искренне не понимал, в чем дело. Уравнитель бегло осмотрел себя, но ничего выдающегося не увидел. – О чем ты? – Уточнил он, поднимаясь. – Пойдем. – Корра кивнула головой в сторону храма и сделала несколько шагов, призывно глядя на него.        Мужчина, все еще недоумевая, последовал за ней. Удивляло многое. Во-первых, Корра нашла его – видимо, искала – и "разбудила", но точно не отыгрываясь за свои пробуждения. Во-вторых, она ведет себя так, будто ничего не случилось, или же произошло что-то, что перекрыло ту ссору. И, кстати об этом – в-третьих, да что с ним, черт возьми, не так?! Ноатак начинал нервничать.        В зеркале он отражался. И то, что там отразилось, не радовало. Амон удивленно рассматривал собственное изможденное лицо, гадая, как же так могло получиться. Он-то думал, что теперь всё – один образ на целую вечность, ан нет. И все же он пришел к нужному выводу. Так вот откуда во всяких рассказах берутся страшные до жути привидения – духи, сошедшие с ума. Конечно, это всего лишь рассказы, но ведь он раньше и в призраков-то не верил. И вот, здравствуйте.        Тогда виноватый взгляд Корры обретает смысл: она решила, что причина – в ней. Ну, отчасти это и было правдой. Но все-таки отчасти. Девушка молчала, как и Амон. Комментировать свой внешний вид он как-то не хотел, но и сказать было особо нечего. Пауза затянулась, и Корра, потерев переносицу, заговорила первой. – Я хотела сказать, что не знаю, как мне теперь из этой твоей аферы выпутаться. Ни вперед, ни назад. – Назад точно не получится. – Кивнул Ноатак. – Да я уж поняла. – Вздохнула девушка. – Хорошо ты все продумал, нечего сказать. В голосе уже не было злости или яда, только усталость и немного горечи. Корра была полна решимости напасть на Амона с требованиями, но увидев его состояние, как будто перегорела. Она не знала, что именно мужчина чувствовал и почему, но явно ничего хорошего. Повелительница стихий еще не видела его таким ни разу, и потому теперь не знала, как действовать.        Скоро он снова вернется в норму, стоит приступить к планам, и Корра опять будет раздражаться и сверкать глазами на его издевки – это было отчего-то так ясно, как что-то совершенно очевидное. Но сейчас она просто попросит помочь. Пока мешающая жить гордость снова не проснулась. – Я не знаю, что мне делать. – Призналась Корра. – Доведем дело до конца. – Спокойно сказал Амон, кивая. В глазах сверкнули искорки предвкушения. – Ты так уверен в этом плане? – Неуверенно поинтересовалась она. – Абсолютно. – Мужчина заложил руки за спину в привычном жесте. Даже не чувствуя их, ему удавалось сохранять излюбленную позу. – Если ты закончила со своими порывами уважения к законам, то продолжим. Стоило вернуться к обсуждению действий, он действительно стал живее. Казалось, даже немного сгладились свидетельства беспокойных деньков на лице. Корра, не удержавшись, фыркнула, глядя на такое преображение. – Да ты прям ожил. – Заметила она. – Я живу действием. – Просто сказал он. Но в эту короткую фразу можно было уместить целую жизнь.        О ссоре вспоминать не хотелось, и эта тема негласно отошла на второй план. Странно даже. "Если б я с Мако поссорилась, еще неделю бы вспоминал", – проскочила мысль в голове Корры – и благополучно вылетела. Амон был не тем человеком, чтобы цепляться к мелочам вместо того, чтобы уделить внимание делу. И они вернулись к обсуждению сделок с уравнителями, возвращаясь к исходному состоянию, причем оба. Корре снова стало не по себе, но Амон заставил задуматься, сказав: "Ты и так уже участвуешь в этом деле и не можешь повернуть назад. Так зачем сожалеть об этом вместо того, чтобы просто закончить?". Лишние переживания, по мнению революционера, мешают, и их нужно отбросить. В этом определенно был смысл: закончит – и свободна, и нечего морочить голову себе и окружающим. Ноатак говорил об этом так просто, как о чем-то само собой разумеющемся, что Корра не могла не заразиться настроем. Он не делал из этого плана нечто грандиозное, а наоборот, подавал его как обыденность. Такой подход был куда легче к восприятию.        План был намечен, Аватар – проинструктирован. Не обошлось и без ее поправок, несогласия и возмущения, но больше условно, нежели всерьез. Игра продолжалась.