Сияние вечных звёзд

Следует бояться не возникновения мыслей, а промедления в их осознании. Сиддхартха Гаутама (Будда)

      Облака дыма и запах гари разносились по всей поверхности у подножия горы. Тишину лишь изредка нарушали стоны автоботов и пролетающие неподалёку дроны.       Всё ещё склоняясь над сослуживцем, разведчица не отрывала взгляда от его закрытых окуляр: будто если она отвлечётся, он действительно уйдёт в иной мир к Праймусу.       Вдруг чьи-то манипуляторы аккуратно переложили автобота с её коленных сочленений на землю. Она проводила корпус застывшим взглядом и вздрогнула, когда сверху кто-то нетерпеливо едва ли не прокричал:       — Сумасшедшая фембот! Если они продолжат обстрел и ты тут поляжешь, что я скажу Прайму?! — Не дождавшись ответа, автобот рывком поставил фем на сервоприводы.       Только вот сил стоять у неё не было, а потому, когда разведчица и во второй раз чуть не упала, пришедший на помощь автобот перекинул её манипулятор через плечевой сегмент, обхватил за туловище и поволок вперёд, подальше от места, где их в любой момент могли настигнуть ракеты.       Бамблби не запомнила дорогу — она помнила только дезактивированные окуляры автоботов, энергон, вытекающий из их энергоприёмников, а также страшные железные обломки ракет, торчащие из спин.       И слабую просьбу о колыбельной. Светло-синие окуляры, сине-красную расцветку и последнюю улыбку на фейсплейте.       Корпус до сих пор сотрясался от страха и пережитого стресса. Всё произошло слишком быстро. Под одним обстрелом погибло слишком много автоботов, даже быстрая реакция не спасла от жертв.       Бамблби вытащили — иначе она там и осталась бы, распевая всем колыбельные. Ей дали наполовину опустошенный куб, который разведчица без промедлений выпила. Постепенно зрение восстанавливалось, обзор расширялся с узкого и тёмного туннеля до обычного, а звуки окружения начали доходить до ЦП.       Снова поднялась суматоха. Отовсюду раздавались стоны и крики раненых, маты оставшихся на сервоприводах бегающих туда-сюда ботов и возобновившиеся обстрелы со стен Гелекса: враги добивали оставшихся автоботов.       Ещё пару бриймов, и, превозмогая слабость во всём корпусе, Бамблби пошла на помощь к остальным. Пусть ей и было плохо, но сейчас, до прихода специализированной помощи, она могла кое-как сварить протечки в чужих магистралях. Могла и отмывать пролитый энергон с поверхности, чтобы автоботы не поскальзывались на нём и не получали из-за этого новые травмы.       Монотонная работа отвлекала от грохота взрывающихся ракет и осознания того, что прямо сейчас оставшиеся на базе автоботы дезактивируются один за другим.       — Сентинел Прайм ничем нам помочь не может, а Оптимус Прайм сейчас в самом пекле, с ним не связаться. В прошлом цикле Верховный приказал не покидать текущее местопребывание, и мы последуем этому приказу. Так что пока латаем раненых и остаёмся здесь. В случае, если из Гелекса пойдёт десептиконская армия, мы встретим её в полной боевой готовности, — донесся знакомый вокодер, пока Бамблби старательно пыталась отмыть пол. Лениво переведя взгляд, она увидела подошедшего к ней полковника — того, кто вытащил её из-под обстрелов.       — Ты драишь пол уже битый джоор. Иди в оффлайн. — И уставшей, судя по голосу, была не только Бамблби. Полковник Хот Род тоже не блистал энергией.       — У нас есть ещё дела, полковник. Отдохнём потом, — фем слово в слово повторила фразу Прайма, возвращаясь к своему делу.       Большинство раненых было в отключке, поэтому в стороне наспех развёрнутого медблок было тихо, и лишь их с Хот Родом диалог нарушал эту тишину.       — Цитируешь Прайма? Не ожидал такой верности от того, кто доставил Оптимусу столько проблем, — насмешливо проговорил мех, пытаясь словесным тычком вывезти разведчицу из состояния транса. Он явно ожидал резкого слова, взгляда или жеста, в конце концов, но столкнулся лишь с пустым взглядом разведчицы.       Провентилировав, она молча поднялась на сервоприводы, подобрала очиститель и покинула медблок, так и не проронив ни слова.

***

      — Мы подоспели очень вовремя, — подошёл Альфа Трион к Прайму, который наблюдал за сборами корпусов с поля битвы. — Десептиконы всё рьянее хотят заполучить контроль над Симфуром. Боюсь, их планы касаются Колодца.       Для Прайма это не было открытием: кроме Колодца всех Искр Симфур не был особо важным объектом с тех пор, как его разбомбили фактически до основания. Ни важных заводов, ни предприятий, ни мостов — ничего здесь не осталось.       — Оптимус Прайм, Альфа Трион, — к двум ботам подбежал встревоженный капитан Скарлайл, — пришло сообщение с границы Гелекса. Дивизии подверглись обстрелу.       «Это полковник Хот Род! Сообщаю: дивизии подверглись обстрелу на границе с Гелексом! Нам не связаться с Оптимусом Праймом и Сентинелом Праймом! До оглашения приказов беру ответственность на себя и увожу дивизии за первый поворот Марганцевых гор! Конец связи».       Развёрнутый командный шатёр был переполнен автоботами. У большинства присутствующих здесь на границе с Гелексом оставались товарищи, друзья и бондмейты. Раньше они до последнего надеялись, что Мегатрон не станет обстреливать тылы, но только сейчас поняли, насколько глупо было на такое рассчитывать. Картина на большом мониторе была удручающей.       Тем временем было включено второе сообщение полковника Хот Рода, которое помимо его фейсплейта, включал запись поля обстрела с дронов:       «По последним подсчётам дезактивировано тысяча шестьсот семьдесят три автобота. Ранено семьсот сорок пять. Без вести пропало четыреста восемьдесят один. На настоящий момент мы находимся за первой грядой Марганцевых гор».       Пока звучали печальные цифры, изображение будто и не менялось: то тут, то там лежали выгнувшиеся неестественно покорёженные корпуса, землю испещряло огромное количество воронок от подорвавшихся ракет, а за огнём, дымом и смогом не видно неба. Жуткое зрелище, что здесь на фронте, что там на границе.       «Остаёмся ждать вашего приказа, Оптимус Прайм. Конец связи». — И сообщение потухло.       Ещё несколько кликов стояла тишина, пока Оптимус не нарушил её.       — Когда было принято последнее сообщение?       — Четыре джоора назад, Сэр.       «Мегатрон улучил момент», — осела в сознании Прайма тяжёлая мысль, и тлеющая до этого неприязнь к Сентинелу снова начала разгораться в искре. Пока ещё неясно и смутно в ЦП Прайма зрела навязчивая идея. И ещё одна маячила назойливой тенью, выглядывающая, будто из-за плечевого сегмента: всё ли в порядке с его разведчицей?       Прежде чем поинтересоваться об этом, Прайм должен был проверить состояние его солдат здесь. Вот только следующий по пятам Альфа Трион не давал сосредоточиться. Его поддержка была необходима не только армии на линии фронта, но и Оптимусу лично — во всяком случае, в последнем был уверен сам Альфа Трион.       Когда, наконец, после всех осмотров, расспросов и докладов Оптимус зашёл в собственный шатёр, архивариус заговорил:       — Мы откинули десептиконов далеко назад. Ты со своей командой можешь покинуть фронт. — Тон, которым это было сказано, неприятно кольнул Оптимуса.       — Останетесь вы?       — Именно, — спокойно кивнул мех. — У стен Гелекса ты будешь нужнее.       Оптимус явно устал. Предложение Альфа Триона не было лишено логики, но Прайма затапливало недовольство: ему снова указывали и вышвыривали, и, если бы не последнее замечание, Прайм не сдержал бы опрометчивых слов. Собравшись с мыслями, он провентилировал и спросил:       — Как вы узнали, что нам нужна будет помощь?       — Не узнали. Сентинел попросил.       — Попросил?       — Верховный, как ты знаешь, пытается справиться с дальнейшей ситуацией по поводу министров. А мои ребята всегда готовы и ждут лишь бы ринуться в бой. Вот мы и поспешили. — Оптимус на это только рассеяно кивнул.       Странно, что трансформер, таких внушительных размеров как Альфа Трион, всё время проводил в Архиве. Он даже имел своё небольшое войско, с которым и прибыл автоботам на выручку.       — Что было бы, если бы Сентинел не приказал нам выдвигаться? — вдруг спросил Альфа Трион после нескольких бриймов молчания.       — На что вы намекаете? — напряжённо поинтересовался Прайм, заводя манипуляторы за спину и выпрямляясь как можно сильнее, чтобы быть одного уровня с архивариусом.       — Просто ответь на вопрос.       Прайм сцепил денты:       — Автоботы потеряли бы высоту. — И мысленно продолжил: «потому что ракета, что летела на меня, не была бы сбита кораблями Альфа Триона». — И всё же, мы отстояли высоту, — с нажимом напомнил он.       — Да, отстояли, — вокодер меха был терпелив, будто тот объяснял спарклингу простую задачку. — Только не было ли опрометчиво отправлять вторую часть войск на границу Гелекса? Какой в этом смысл?       — Мы отвоевали свою территорию, а когда погнали часть десептиконов, то заняли и их основную шахту, — резким тоном Оптимус поспешил напомнить наставнику о недавних сражениях.       — Да, верно. Но имея проблемы в Симфуре, какого шарка Сентинел послал вас к стенам Гелекса? Чтобы вы маячили у Мегатрона на виду, говоря ему о том, что скоро мы придём за ним и у нас есть план? — ядовитая ирония так и сочилась из уст Альфа Триона. — Думаешь, заметив наше рвение, Мегатрон не поставит под удар весь наш план? Оставив под стенами две дивизии, Сентинел не подвергнет риску наших солдат и автоботов, которые в Гелексе? — Смотря в растерянные окуляры Прайма, архивариус ещё раз прорычал: — Не подвергнет?       Оптимус боялся именно этого. Причину, по которой Сентинел скрывал от него часть важной информации, Оптимус мог бы понять — Верховному не давала покоя его прошлая связь с Мегатроном. Но нынешнее положение вещей действительно ничем не могло быть оправдано. Дивизии подверглись обстрелу, а они сами еле выжили, сражаясь за высоту. И как бы Оптимусу не хотелось, а ответ не будет иным:       — Подвергнет. Уже… подверг, — вокодер Оптимуса был мрачным. Вывод из этого всего был неутешительным. — И что вы собираетесь делать?       — А вот что: ты отправишься обратно, но не сразу. Я остаюсь здесь, и если Сентинел выкинет что-то из ряда вон, ты пойдёшь на Иакон и заявишь право на статус Верховного Прайма.       С каждым словом бывшего наставника Прайм всё сильнее стискивал денты. Предложение архивариуса было до абсурда логично, но сам мех не мог поверить, осознать происходящее. Да, были проблемы и сложности, но чтобы обвинять Прайма в… предательстве?!       — Нет, — отчеканил Прайм, поднимая взгляд на Альфа Триона. — Нет. Пока не будет доказательств того, в чём вы хотите обвинить Сентинела Прайма, я не буду брать на веру ваши слова. Что-то из ряда вон выходящее? Например? Если он провозгласит Иакон нейтральной стороной, не участвующей в войне — мне что? Пойти на Иакон с войском?       — Оптимус, послушай…       — Я знаю, — перебил Прайм, — что всё это действительно выглядит подозрительным, но не нужно сеять между нами разлад посреди войны.       В наступившей тишине Альфа Трион ещё долго разглядывал Прайма. Но как бы самому архивариусу не хотелось, он не мог игнорировать происходящее.       — Альфа Трион, — тихо обратился Прайм, когда тот уже собрался уйти. — Если Сентинел и правда сделает то, чего мы не хотим, — глосса не поворачивалась назвать ненавистное слово, — то, боюсь, об этом мы узнаем слишком поздно.

***

      «Арси, я получила ваше сообщение, — с последнего видео Бамблби больше не выглядела такой воодушевлённой и Арси это насторожило. — Рада, что все целы. Надеюсь плечевой сегмент Тейлгейта скоро придёт в норму, — Би на мгновение запнулась и Арси показалось, что разведчица не знает о чём ещё говорить. Разведчица неуверенно погладила затылок, попыталась улыбнуться, но вышло натянуто. — В общем, у меня всё хорошо. Видимо, полковник, что пришёл к нам с подмогой и вправду знает Прайма, — нервно хихикнула Бамблби, — Если честно, не нравится мне он, — скривила фейсплент Би, — Дотошный и постоянно, как выдаётся свободный клик, прилипает как… как я не знаю! — тяжело выдохнула фем, снова вперив взгляд куда-то вниз. А раньше она неотрывно смотрела в камеру. — Ну ладно, мне скоро заступать на дежурство, поэтому передавай привет команде. Конец связи». После этого видео-сообщения Арси почувствовала себя опустошенной. Видимо, даже до Бамблби дошла война.

***

      «Арси, здравствуй, — на фейсплейте Би с последнего сообщения появилась улыбка, не натянутая, но печальная. — Хот Род до сих пор достаёт. Чрезмерная опека меня сведёт с ума. Я что, — она подняла усталый взгляд в камеру, — выгляжу настолько жалкой? Да, всё время одна, так как знаю только вас, а знакомиться с кем-то ещё… Нет. Не хочу, сведёт судьба — значит, ладно! А специально — нет! — помотала головой Би. — Я хожу на дежурство, да раз в декацикл иду подзарядиться энергоном, но мне-то мало надо! Вот как вы прибудете… мы будем… — И она растерялась, а её улыбка неестественно застыла. — Вы просто прибудете — и уже хорошо. Я жду вас, Арси. Особенно… хах — снова прервала мысль Би, — особенно жду наши тренировки. Передавай всем привет, конец связи!»       Арси видела, что после обстрела Бамблби стала более… замкнутой? Но ведь разведчица и до этого была на поле боя и видела смерти товарищей. Что же произошло с ней на границе Гелекса?

***

      Декацикл молчания спустя Прайму пришло личное и закрытое видео-сообщение.       «Оптимус, я не знаю, увидите ли вы это сообщение, но… вы были правы, — от взгляда разведчицы искра Оптимуса сжалась в непонятном чувстве — голубые окуляры фем больше не были яркими. — Я не осознавала до конца весь ужас войны. Я будто наблюдала за ней со стороны, не принимая участия. На моих манипуляторах погиб автобот. И после обстрела я вспомнила, почему пошла в разведчики, а не в авангард. На поле боя ты не один физически, но один стоишь за свой актив — как бы ты не хотел, но если ты не в силах защитить себя, то не в силах защитить никого. Поэтому я ушла в разведчики. Чтобы отвечать только за свой актив».       Прайм сидел у себя в шатре, и не понимал, как же так случилось, что искренний и яркий свет ушёл из окуляр Бамблби. Фем должна была стать оплотом их веры и непоколебимой решимости в победе, она уже стала личной поддержкой Оптимуса, и мех был уверен, что так будет всегда. Но сегодня, прямо сейчас, глядя на разведчицу, он не мог поверить, что война погасила и её.       «Я… простите меня, но я…» — Би вдруг испуганно вскочила и уставилась куда-то за камеру. Прайм напрягся, обратившись в слух. Послышался негромкий топот и чьи-то возгласы, но качество не давало разобрать, о чём там говорили. В конечном итоге видеозапись потухла.       Спустя орн пришла весть от полковника Хот Рода.       Разведчица Бамблби пропала без вести.

***

      Два декацикла спустя команда Прайма наконец покинула фронт Симфура. Но прибытие на границу Гелекса сразу омрачило ещё одно сообщение.       Разведчица Бамблби была объявлена предателем.