Сияние вечных звёзд

Порой слова оказывают более разрушительное действие, чем бомбы. Лиза Си «Девушки из Шанхая»

      Шквал голосов, топот и свист ликующей толпы оглушали аудиосенсоры, а яркий белый свет огромных прожекторов по всей арене, нависавших под самым сводом закрытого стадиона, ослеплял не перенастроенные окуляры.       Растерянные, злые и обречённые мехи вышли из загона и толпа вновь взревела на трибунах. Би панически оглядывала арену, не в силах по-настоящему осознать в какой капкан попала. Но остальные, кто прибыл раньше неё, прекрасно знали где они были и чем это оборачивалось для них, а потому большинство сразу разошлось по всей арене, растянувшись в не ровный круг.       Стены, окружавшие саму арену, были испещрены царапинами и вмятинами. Чёрный обожжённый металл в некоторых местах уже был покрыт ржавчиной, а пол, по которому они ходили, наоборот, был абсолютно гладким, отражавших тех, кто по нему ступал. Будто его специально отполировали, чтобы мехи могли наблюдать за своими падениями со стороны.       А по центру трибун над всеми возвышался Мегатрон, увековеченный в статуе Гладиатора. И из-под его сервоприводов была выдвинута платформа, на которой стоял десептикон с громкоговорителем. Он вскинул манипуляторы, призывая толпу замолчать и, когда та успокоилась, наконец громогласно заговорил:       — Десептиконы и десептиконы! Я, ваш бессменный ведущий Проксимо, приветствую вас на новом сезоне убийственно зрелищных боёв гладиаторов! — Толпа взревела, а настроение будущих гладиаторов упало ниже некуда. Их окуляры так и бегали от одного противника к другому, выискивая жертву. Бамблби тоже не отставала, сразу прикидывая, куда забиться или, в случае чего, кого лучше атаковать, чтобы выжить.       — Дорогие участники! — продолжая, обратился к ним десептикон, выставив манипулятор в их направлении. — Сегодня решится ваша дальнейшая судьба: падёте обычными пленными или же выживете и станете настоящими гладиаторами, чтобы побороться за собственный актив и собственную свободу!       Драться за актив — одно, но биться за шанс выбраться от сюда — другое. Отчаянная надежда замаячила перед окулярами многих мехов, и те сразу приободрились, подняв свою боевую искру. Бамблби же поняла, что её шансы быстро приближались к нулю, потому что размеры фем были несопоставимы с некоторыми мехами. Оставалось только надеяться на чудо и на то, что ей удастся найти кого-нибудь, кому она сможет помочь и кто сможет ответить ей тем же.       — Правила сегодняшнего турнира: по окончанию боя от вас должно остаться не больше двадцати мехов! — Би в ужасе огляделась: ботов здесь было около пятидесяти. — Если по окончанию боя вас останется больше, нам придётся самим избавиться от лишних, но вот кто окажется этими лишними — неизвестно, — плотоядно протянул Проксимо, в конце рассмеявшись. Трибуны подхватили его хохот, неистово шумя. — Итак, — вскинул он снова манипулятор. — Турнир начался!       Прозвучал тяжелый рокот сигнала, и схватка началась. Бамблби еле успела среагировать на тут же подлетевшего к ней меха. Шаг в сторону. Нырок вниз под манипулятор — и Би попыталась выстрелить. Манипулятор так и остался манипулятором.       — Ах да, — раздался весёлый вокодер Проксимо. — Наши медработники успели поколдовать над вами и в данный момент никто из вас не имеет способности к трансформации.       Под жуткий вой и хохот Би увернулась от удара, прыгнула и закинула до сих пор закованные в кандалы манипуляторы на шею десептикону. Подтянувшись, она задрала сервоприводы за плечевые сегменты меха, обхватив его шейный магистрали. И одним мощным рывком свернула ему голову, отрывая.       Мех завалился на бок, и Бамблби упала вместе с ним. Перекатившись, она ушла в сторону из-под удара кулака. Тяжёлый манипулятор опустился на пол с железным лязгом, мех взревел от боли, а разведчица, оказавшись прямо над ним, обхватила сервоприводами его туловище и добралась до камеры Искры, раскурочивая тому спину: выдирая сперва броню, а потом и провода с нейростолбом.       Внезапно кто-то схватил её за крылья-дверцы, откидывая назад в самую гущу сражения. В аудиосенсорах зазвенело от удара, а картинка перед окулярами запрыгала.       Придя в себя, фем выбралась из-под убитого меха и увидела, что бой был в самом разгаре. Десептиконы и пленённые автоботы слепо кидались друг на друга, создавая самое настоящее месиво. Отчаянный вопль, крики, и победоносный клич разносились над ареной, пока Би валялась под убитым.       Внезапно свет загородил огромный мех, и Би уже готова была распрощаться с активом, когда он вытащил её за скованные манипуляторы, поставил и одним сильным ударом ребром манипулятора освободил из оков.       — Зачем? — непроизвольно вырвалось у Би и она взглянула в красные окуляры десептикона.       — Я наблюдал за тобой, разведчица, — десептикон быстро развернулся, ударил подбежавшего к нему со спины меха, и тот отлетел. — Я видел, что ты быстрая и смекалистая, но силёнок не достаёт. Мне как раз не хватает скорости, поэтому будешь моим напарником.       И, схватив фем за манипуляторы, швырнул её в надвигающегося на них огромного бота. Бамблби хотела было отключиться от ужаса, но корпус будто сам собой сгруппировался. Она повисла на плечевом сегменте у ещё одного десептикона. Пока они оба приходили в себя, швырнувший её мех с размаху вдарил тому по фейсплейту. Огромному противнику этого явно не хватило, он лишь отступил на шаг. Би, снова подтянувшись, встала на чужие плечевые сегменты. Вывернув его манипулятор наверх, она со всей дури своего сервопривода ударила по плечевому сегменту, ломая сочленение. Послышался скрежет металла, хруст отрываемых проводов, и манипулятор с искрами электричества и брызгами энергона улетел на поверхность.       — Вот так, разведчица! — похвалил её десептикон, который изо всех сил выколачивал Искру из корпуса огромного меха.       Тот, наконец, упал и дал двум ботам время на передышку. Би стравливала разгорячённый воздух, а десептикон рядом с ней оценивал ситуацию.       — Так, если мы с тобой не разделаемся ещё с несколькими, то, боюсь, нас может постигнуть кара фортуны.       — Кара фортуны? Что за нелепица?       — Нам может повезти сыграть в ящик, — хмыкнул он. — Итак, я вижу троих самых огромных мехов и они движутся к нам. От них нужно избавиться в первую очередь, иначе…       — Избавятся от нас, — закончила за него Бамблби.       — Именно, — кивнул мех. — Значит, поступим так. Эти громадины чертовски неповоротливы. Сколько в них? Метров пятнадцать?       — Чёрный — двенадцать метров и пятьдесят шесть сантиметров, золотисто-зелёный — четырнадцать метров и девяносто три сантиметра, а синий — пятнадцать метров и девяносто семь сантиметров, — отозвалась Би, сканируя приближающихся мехов.       — О, гляжу, мы сорвали куш: по наши искры идут самые здоровенные, — хохотнул он. — Ну что, времени у нас нет. Будем вдвоём на одного. Поняла?       Би кивнула, вернув обратно защитную маску. Десептикон поднял её боевой настрой, и теперь она видела цель.       «Основной козырь — твоя скорость и манёвренность. Полагайся на них, но избегай прямых атак. Здесь для тебя больше сильных противников, нежели слабых», — невовремя вспомнились Би слова Прайма, отчего она на мгновение выпала из реальности.       Об автоботах ей больше не нужно было думать.       «Думай только о себе!» — мысленно рявкнула Би и вместе с десептиконом поднялась, выходя из-за лежавшего на поверхности корпуса убитого ими меха.       Несмотря на размеры, чёрный мех был почти так же быстр, как и Оптимус.       Отмахнувшись от сравнения, Бамблби всё же поняла, что только «почти»: скорость удара его огромных кулаков была в половину медленнее фем, а потому её манёвр сработал снова — взгромоздившись по манипулятору десептикона, она повисла на его плечевых сегментах со спины. Удерживаясь одним манипулятором, другим она начала методично отдирать тяжёлую броню. Мех внезапно содрогнулся, отступил под ударом десептикона. Внезапно громила под неестественным углом завернул манипулятор за спину и схватил Би за сервопривод. Схватил и выдернул из-за спины, швырнув о пол.       Удар пришёлся на спину и голову, отчего Бамблби потеряла ориентацию в пространстве. Звон в аудиосенсорах и расплывающаяся боль и слабость в корпусе уже не были чем-то удивительным. Холодный пол создавал контраст с горячим воздухом арены. Ещё клик — и она начала различать дрожь от тяжёлых шагов и ударов, скрежет железа и роящийся гул. Клик — и картинка наконец встала на место.       Десептикон в одиночку удерживал натиск огромного чёрного меха, маневрируя между его ударами. И это он-то медленный?       Пересилив себя, Би тяжело поднялась, игнорируя оповещения систем о внутренних повреждениях, и помчалась на помощь союзнику.       «Он может заворачивать манипуляторы за спину, а это значит, что нужно от них избавиться», — подумала разведчица, наблюдая за тем, как десептикон принял на себя сразу двух мехов. Чёрный уже не так быстро двигался — Би повредила один из его манипуляторов, пока вскрывала ему спину. А вот второй, золотисто-зелёный, явно был полон энергии.       — Эй! — крикнула десептикону фем. — Отвлеки их на себя, пока я буду их вскрывать!       — Давай уже! — гаркнул он, выдерживая прямой удар кулака золотисто-зелёного, а затем уходя от атаки чёрного.       Разбежавшись как следует, Би прыгнула и снова оказалась на спине чёрного меха. Фем была готова, а потому сразу перехватила шейные магистрали бота сервоприводами, манипуляторами вцепившись в уцелевшую конечность врага, который готов был перехватить её. И потянув манипулятор на себя, одновременно повреждая тому магистрали на шее, Би с треском и снопом искр вывернула меху манипулятор. Тот повис вдоль туловища.       Почувствовав, как противник начал падать вперёд, Би схватила его за предплечья, уперлась коленным сочленением одного серво, а другим полностью облокотилась о спину, и когда тот начал окончательно заваливаться, она рывком потянулась назад и выдрала его манипуляторы со всеми проводами.       Приземлившись на пол, фем перевела взгляд на десептикона, что пророчил её в свои напарницы. Тот сражался с золотисто-зелёным врагом и вроде даже преуспевал, но гадать Би не хотела. Разведчица помчалась ему на помощь, но тут третий враг перегородил её путь. Кроме них четверых по всей арене сражалось ещё около двадцати мехов. Остальные давно полегли, и быть среди них Бамблби до ужаса не хотелось.       Еле отпрыгнув от приземлившегося кулака, Би увидела огромную дыру, которую оставил после себя манипулятор десептикона. Этот мех был крупнее предыдущих и явно не медленнее.       — Я здесь не полягу! — протестующе взревела Бамблби, снова уворачиваясь в бок от удара.       Бамблби была меньше и быстрее, а потому возможности попасть у меха не было. Огромный корпус затрачивал больше энергии, требовал больше энергона.       «Мне нужна лишь одна магистраль и чуть больше времени!» — мысленно наметила примерный план Би, напрягая всю гидравлику, что у неё есть, чтобы ещё один раз взобраться на нового десептикона.       Одна из самых крупных магистралей располагалась во внутренней стороне бедра, ещё одна шла вдоль нейростолба. Шанс добраться до внутренней стороны бедра был ничтожно мал. Быть растоптанной она не хотела, поэтому выбор пал на нейростолб у основания шейных магистралей на спине.       Чудом пролетев по полу меж сервоприводов противника, Би вскочила и ударила его под коленным сочленением, отчего тот, потеряв равновесие, упал. Но не успела разведчица взобраться на него, как мех закрыл нейростолб манипулятором, а другим с разворота на одном коленном сочленении ударил Би, отчего она снова отлетела.       В следующий раз Би очнулась от боли по всему корпусу. Системные сообщения горели красными окнами, пищали датчиками о множественных повреждениях, предупреждая, что ещё немного — и всё закончится. Внутреннее энергоизлияние, перегрев ЦП и повреждение камеры Искры — шансов на победу становилось всё меньше. Особенно учитывая то, как быстро сервопривод синего меха приближался к её корпусу. Миг — и её втоптали в металлическую поверхность, раздавливая броню.       Бамблби закричала от боли. Броня трескалась, корпус вдавливался в пол, а система сообщала о перегрузке. С трудом нащупав с обратной стороны сервопривода меха магистраль, фем из всех сил потянула его, разрывая. Энергон брызнул во все стороны. Противник убрал сервопривод, освобождая Би.       Невероятное давление с корпуса убралось, и Би облегчённо стравила воздух. Отошедший ненамного мех вдруг вскинул на неё взгляд мутно-фиолетовых окуляр и хотел было раздавить её кулаком, но над ареной пронеслась спасительная сирена, оповестившая об окончании боя.       Как только угроза в виде кулака убралась из поля зрения Би, она отключилась.

***

      — Ха, несмотря на всю их жестокость, бойцов они ставят на сервоприводы, даже если те на грани. Удивительно, — услышала Бамблби, когда очнулась.       Всё тот же тёмный потолок камер, гомон ботов и сидящий рядом десептикон, что был с ней во время турнира.       — Моё имя Антар, я бывший воин, — представился он, когда фем присела, оглядываясь по сторонам. — Ну а ты, разведчица, кем будешь?       Бамблби не успела прийти в себя, как поняла, что всё же не осталась раздавленной на арене. Десептикон всё ещё разглядывал фем и не торопил ту с ответом.       — Не понимаю, — повернулась к нему Би. — Откуда вы узнали, что я разведчица? Почему помогли мне? Что было после окончания боя?       — Тихо-тихо, помедленнее, — прервал поток вопросов мех, подняв манипуляторы. — Разведчиков видно сразу: они сперва оценивают ситуацию. Ты не вступила в бой сразу после начала, не начинала сражаться, пока тебе не угрожала опасность, не убивала чисто из мысли выжить, а предоставляла шанс другим и самой себе не вступать в бой. Ты была быстрой, юркой, почти незаметной. Большинство сражались, не замечая тебя.       — Но вы заметили.       — Заметил, — кивнул десептикон. — Мы стояли рядом. Ну а помог, потому что знаю, что будет после отборочного тура. А в момент, когда ты отключилась, Проксимо объявил о восемнадцати выживших. Мы с тобой в их числе.       — Вы сказали, что поднимают даже тех, кто на грани. Всё было настолько плохо? — Би не помнила того, как отключилась. Только страшный удар о пол, что-то невыносимо тяжелое, а дальше — только темнота. Но сейчас даже корпус не подавал никаких сигналов о повреждениях, хотя фем отчётливо помнила системные уведомления о внутреннем энергоизлиянии.       — Скажу честно: организаторы редко тратят силы на полное восстановление бойцов. Видимо, кто-то сверху разглядел тебя и приказал привести в строй.       Ответы Антара были короткими, но не отвечающими на вопросы по существу. Десептикон недоговаривал, и Би не думала его в этом обвинять, потому что союзник среди врагов ей точно не помешает, если их, конечно, не столкнут лоб в лоб.       — Так, а что будет дальше? — Би оторвала взгляд от соседней камеры, где разместились такие же боты, как и они. Антар не сводил взгляд внимательных красных окуляров с разведчицы, и на клик он кого-то ей напомнил.       — Дальше битва в парах, — наклонил голову мех, наблюдая за реакцией собседницы.       — Мы друг против друга или же пара на пару?       — Второе. Будет такой же бой, только перед его началом участники делятся по двое. Прошедший турнир был направлен не только на отбор, но и на то, чтобы бойцы увидели друг друга в действии.       — Так вот почему ты мне помог, — с подозрением в вокодере утвердила Би.       — Да. — Антар вдруг тяжело провентилировал и устремил взгляд в потолок, откинув голову на стену. — Да, кстати, ты представиться не хочешь?       Десептикон, на удивление Би, был вежливым. Те, которых она встречала раньше, редко были такими терпеливыми. Канрант и этот воин, видимо, были исключениями.       Но Антар поставил её в ещё больший тупик вопросом о том, кто она.       — Я предатель. А зовут меня Бамблби. — И Антар чётко улавливал сожаление в вокодере разведчицы.

***

      Гладиаторские бои проводились каждый ворн, и им всем не повезло оказаться здесь в это время. В камерах в основном сидели десептиконы, которые сбежали со службы, десептиконы-преступники и предатели, коим и был Антар. Его история предательства была с неподчинением приказу командира. Он также увёл свой отряд с поля боя, после чего его направили сюда.       Антар не побоялся нарушить приказ ради своих товарищей, за что и поплатился. Бамблби, конечно, знала, что неподчинение — это сразу трибунал — смотря, конечно, на серьёзность последствий — но десептикон умолчал, чем для командования обернулось его решение. И Би показалось, что он не просто увёл отряд.       Бамблби ничего не могла рассказать о своём уже прошлом. Было ли оно настоящим? Бамблби преследовала свои цели, которые и привели её сюда, но фем верила, что в конечном итоге её вытащат.       После отбоя в темницах стало тише. Слышались кое-какие разговоры, но они не могли заглушить мысли разведчицы. Сколько ей ещё здесь быть? Не поляжет ли она раньше, чем за ней придут? А ведь он обещал.       «Ты обещал!» — обратилась Би в мыслях к давно запавшему в ЦП образу. Она боялась, что он мог сильно измениться за это время и она его не узнает при встрече.       Поток мыслей прервал скрежет. По тёмным помещениям, эхом отражаясь от стен, разносились шаги. Они миновали камеру за камерой, пока Би не увидела гостя. Это был десептикон, что вёл бой — Проксимо.       Сам он был весь в шрамах, оставшихся от швов. Размерами он не уступал Прайму.       Отдёрнув себя — проклятый автобот, — Би подняла взгляд на остановившегося у её камеры бывшего гладиатора. Антар, который рассказывал о нём до этого, повернулся фейсплейтом к гостю и встал позади Би.       — Ты, — указал Проксимо на фем, поднимая кандалы. — Манипуляторы.       Бамблби подошла к небольшому окну в решётке, просунула манипуляторы, и на них защёлкнулся замок. Проксимо коротким взмахом подал сигнал в камеру слежения, и решётка открылась, позволяя Бамблби выйти под напряжёнными взглядами десептиконов.       Они какое-то время петляли по коридорам Гладиаторской ямы. Проксимо сопровождал её в одиночку, и фем на мгновение поразилась уверенностью десептикона в своих силах. Хотя куда это Би сбежала бы, не зная дороги? А эти лабиринты были не из простых, разведчица пока только пыталась запомнить дорогу от камер до боевой арены, но тут она быстро запуталась, бросив отслеживать и запоминать повороты и двери.       Проксимо наконец остановился, открыл дверь кодовым замком, который, конечно же, Би не увидела, и та с лёгким шипением открылась в сторону, явив за собой большой просторный кабинет. Окон не было: на нижних ярусах разглядывать было нечего, а потому тут были только несколько столов с креслами около них, металлические сейфы и ещё две двери. Проксимо направил её в левую.       Бамблби в этих помещениях напрягало две вещи: огромное количество камер слежения и абсолютная тишина. В коридорах не было охраны, в помещениях, через которые они проходили, тоже никого не наблюдалось. Где же размещались все те десептиконы, которые сопровождали их на арену? Если они часть охраны, то явно должны были быть рядом с камерами содержания бойцов, но и там почти никого не было.       За левой дверью стояли стол и стул, а ещё обратное зеркало. Комната допросов — вот, куда привели Би.       Проксимо молча указал ей на сидение и ушёл, закрыв дверь. От громкого и заводящего толпу десептикона, что освещал сегодняшний бой, не осталось и следа. За всё это время он даже слова не вымолвил.       И через клик, когда Би ещё не успела по-настоящему себя накрутить, дверь снова открылась и в неё вошёл чёрный мех с белыми вставками в корпусе. И Би знала этот фейсплейт.       — Здравствуй, Бамблби, мы наконец встретились, — долгожданный вокодер прорезал тишину, пока фем прибывала в оцепенении.       — Баррикейд, — выдохнула она, поднимаясь с места. — Я так ждала тебя! — Искра разведчицы была готова сделать кульбит от накативших чувств.       Подлетев к меху, Бамблби принялась разглядывать его во все окуляры. Высокий, широкий и всё с тем же наглым выражением фейсплейта. Окуляры его мерцали красным, а ухмылка не сходила с губ.       Он приобнял её за плечевые сегменты, снова отодвинул и в миг сделался мрачным.       — Ты так долго была с автоботами, что я уж думал, что ты так и останешься с ними. — В вокодере меха Би уловила будто бы осуждение, но она не могла его в этом винить, когда сама непроизвольно сравнивала всех ботов с Праймом.       — Было сложно, — уклончиво ответила она, — но я до последнего надеялась, что ты вытащишь меня, — и уже не могла скрывать радости в вокодере. Баррикейд сдержал обещание! Он вернулся за ней!       — Прости. — Мех усадил её обратно на стул, взял чужие манипуляторы в свои и посмотрел совершенно непонятным для Би взглядом. Что-то не так, это точно, иначе она бы не сидела сейчас в кандалах. — Нам нужна добытая тобой информация, без неё я не смогу защитить тебя перед лордом. Ты почти весь свой актив провела с автоботами, теперь он не может так просто довериться.       — Я понимаю, — сдержанно кивнула Би. — Но что мне сделать? Информацию я отдам, но что сделать, чтобы выбраться с тобой? — Бамблби не могла больше держать чувства в себе. Её друг со спаркства был рядом. Тот, кто пообещал вернуться за ней, здесь. Здесь, чтобы забрать с собой.       — Бамблби, сперва мы должны получить информацию. Где она? — Баррикейд поднялся и навис над ней, ожидая ответа.       — В блоках памяти. Я побоялась копировать её на накопитель, а потому просто сделала съёмку и архивировала.       Рассматривая некогда родные черты, Би понимала, что они расплываются. Раньше фейсплейт её старого друга был живым, а окуляры горели озорством и любопытством. Сейчас же весь он был испещрён шрамами, приобрёл резкие черты, а красная оптика опасно блестела, нависая над ней.       «Оптимус выглядел безопасней…» — пролетела предательская мысль, и Би снова себя одёрнула. Тот ради которого она всё это делала, был с ней, и этого должно быть достаточно!       Баррикейд больше ни слова не сказал.       После этого медработники достаточно болезненно извлекли папку с архивированной записью из её блоков памяти с помощью кабеля и покинули фем на неопределённый срок. Всё это время пребывая на платформе в зафиксированном состоянии, разведчица только и могла, что снова разглядывать помещение.       Лаборатория выглядела стерильной, убранной. Все вещи были на своих местах, терминалы выключены, кроме одного — того, который показывал состояние её систем. Помещение было холодным, тёмным, и лишь одна большая лампа была включена прямо над фем.       Бамблби, кажется, успела на миг погрузиться в оффлайн, как её разбудил звук открывающихся в стороны створок двери. Баррикейд вальяжно прошёл внутрь, встал рядом с платформой и замер, странно разглядывая её. Красная оптика была нечитаема. О чём сейчас думал десептикон, Би не могла представить.       — Мы получили информацию и отправили её Лорду Мегатрону. Боюсь, он всё равно не сможет тебя принять, — пожал плечевыми сегментами Баррикейд.       — Плевать! Мне не нужна служба рядом с ним. Я просто хочу быть с тобой! — тихо призналась Бамблби, пытаясь поймать взгляд Баррикейда.       — О нет, ты не поняла, — отрицательно покачал головой десептикон, а потом расплылся в снисходительной улыбке. — Мне, а тем более Лорду Мегатрону, ты просто уже не нужна. Ты сделала то, что нужно. Автоботам ты тоже не сдалась, а потому отправить тебя обратно шпионом уже невозможно. А тот факт, что ты провела с ними весь свой актив, делает тебя ещё более подозрительной в окулярах Лорда. — Бамблби с ужасом слушала всё это, наблюдая за тем, как Баррикейд с такой лёгкостью крушил всё, что было важно для фем. — К тому же все мы видели, на что пошёл Оптимус Прайм, когда тебя схватили десептиконы. — Видя, что фем не понимает, он наклонился ближе и пояснил: — То, что он выдвинул армию к шахте, было неправильным поступком, но он привёл к тому, что мы расстреляли некоторую часть его дивизий у стен Гелекса и нескольких выдавших себя агентов автоботов в наших стенах. Поэтому мы выразим тебе благодарность и не казним, а просто направим на бои. Выживешь — так тому и быть, выберешься и будешь жить в Гелексе без прав, как маленький инсектиконский отход. — И отсалютовав, Баррикейд снова широко улыбнулся и двинулся спиной к двери. — Прощай, разведчица.