Mass Effect: Golden Star

Все тело болело от ран и травм, которые были получены за последние несколько недель. Холден провел ладонью по щетине, опираясь одной рукой о металлическую раковину, в которую из крана раз в минуту с громким шлепком падала капля воды. Тело отчаянно просило хотя бы несколько часов покоя, но ярость, кипящая глубоко внутри, замечательно душила усталость. На самом краю сознания проносились мысли, от которых не удавалось избавиться. «Тебя предадут, как только им представится такая возможность. Разве у тебя есть, кому можно было бы доверять?» — издевательский хохот прозвучал так ясно, что капитан дернулся телом, подняв взгляд. В зеркале горели два красных от усталости глаза. «Твой экипаж погибнет». Зарычав, Холден с размаху ударил по зеркалу кулаком — то только треснуло. Медленно сделав вздох, капитан захромал к терминалу, собираясь продолжить подготавливать полный отчет для Арии, который она получит по завершении задания. Ну, или с черным ящиком “Звезды”, если с ними что-нибудь произойдет незапланированное. *** Кассия уже почти смирилась с тем, что корабль не долетит до Хар’Шана, что по пути их перехватит какой-нибудь крейсер «Цербера», и космос проглотит развалины бывшего пиратского корабля, как когда-то проглотил знаменитую «Нормандию». Турианка не удивилась бы, если бы все произошло именно так, ведь любому было ясно с самого начала — Ария отправляла их на самоубийственное задание. Один фрегат против батарианцев, а теперь еще и одной из самых богатых и мощных террористических группировок? Самоубийство. Но все оказалось совсем не так, как думала Игнис. С того самого дня, когда на Уотсон напали пираты-работорговцы, она каждую минуту ожидала смерти. Но каким-то невероятным образом смерть все не приходила. Стечение обстоятельств? Может быть. Может быть, все это было лишь случайностью, но Кассия больше не могла врать себе. Списывать все на какую-то странную удачу тоже было не с руки. Верить в духов? Пожалуй, это единственное, что ей оставалось. В духов и судьбу. Но кое-что все-таки не складывалось. Если судьбой было предназначено добраться до истины, то, возможно, Кассия поступила опрометчиво и глупо, убив Фадеуса и половину экипажа. Возможно, ей стоило обдумать это, взвесить все за и против. Артефакт, который они нашли на Неарре, мог бы пролить свет на величайшие тайны мироздания и, кто знает, — помог бы в миссии с батарианцами. То, что Фадеус сразу же поддался влиянию артефакта, не значило, что Игнис не смогла бы с ним справиться. Ведь она смогла! Она смогла сбежать и сохранила рассудок, не значит ли это, что ее дух сильней? А что, если именно она смогла бы совладать с энергией артефакта и изучить его, не поддавшись внушению? А турианка столь неразумно отбросила это решение, сбежала… Трусливо, словно пыжак, поджавший хвост. «В любом случае, сделанного не воротишь», — попыталась успокоить себя турианка, но эта мысль продолжала ее угнетать. То, что произошло там, было ошибкой — но чьей? Ее, Кассии Игнис, или все же Фадеуса? А может быть, ни то и ни другое? Может быть, судьба продолжает вести их к одной и той же цели, и уничтожение артефакта — часть этого пути? И именно поэтому «Золотая звезда» должна добраться до конца. Когда Кассия смогла, наконец, заснуть, ее мучили странные, необъяснимые сны. Это не были кошмары, в которых ей являлись мертвые друзья, нет — что-то иное. Она, кажется, слышала чей-то голос и задыхалась, словно находилась под толщей воды. Она пыталась всплыть на поверхность, она боролась изо всех сил, но в конце концов ее легкие наполнялись тяжелой, режущей плоть жидкостью, и чьи-то невидимые, но сильные руки тянули ее на дно. Она была совсем одна в темноте, и никто не приходил к ней на помощь — да и неудивительно, ведь под водой никто не слышит твоего крика. Когда прозвенел будильник, турианка с трудом открыла глаза. Она чувствовала себя уставшей и измотанной, будто совсем не спала, а наоборот, всю ночь провела в напряженном сражении. В ее голове стоял этот ставший уже привычным гул, но на этот раз он был почти невыносим, сверлил мозг, вычищая все мысли и чувства. А еще ей казалось, будто в ее ушах все еще отдается эхом чей-то низкий, хриплый и какой-то дребезжащий голос. Правда, слов она не могла разобрать, но почему-то знала, что это зов. Было ли это остаточным эффектом от воздействия на ее разум на Неарре или нечто совсем другое? Игнис помнила, что ничего подобного раньше с ней не происходило. Кроме, пожалуй, совсем короткого эпизода на Яртаре, когда она внезапно почувствовала себя плохо. Тогда за ней вернулся Дэвис. Сейчас опасности не было — Игнис на корабле, но ей все равно было страшно. Поднявшись и выйдя из каюты, турианка направилась в душ. Ей хотелось хоть немного попытаться привести себя в чувство, и она с упрямой решительностью сунула голову под струю холодной воды. Гул и шепот ненадолго отступили, но она знала — это странное чувство еще вернется. Открыв шкафчик, она вытащила из него пузырек с таблетками от головной боли и выпила сразу три. Их полет к Хар’Шану протекал на удивление спокойно, ни одного вражеского корабля встречено не было, и стало даже казаться, будто они хотя бы на этот раз не влипнут в какую-нибудь скверную историю. Это было бы приятным разнообразием после Новерии и Яртара. Все последующие пару дней они с Лэнни по негласной договоренности избегали друг друга — турианка не слишком задумывалась над причинами этого, но не возражала. В конце концов, сколько лет прошло с тех пор, как она похоронила единственного турианца, к которому испытывала нечто большее, чем просто дружеские чувства?.. Дариус давно канул в небытие. Ей следовало двигаться дальше. Но что-то мешало, не давало забыть, словно она забыла бы при этом что-то очень важное… Когда Игнис уже уверилась было в том, что до прибытия на Хар’Шан они с инженером так и будут хранить молчание, он внезапно позвонил ей на коммуникатор и попросил навестить в его каюте. Без задней мысли турианка согласилась и уже через несколько минут была на месте. — Что-то новое узнал? — с порога спросила она, несколько настороженно остановившись у входа, будто не решаясь пройти внутрь. Лэнни посмотрел на нее и вздохнул. Он уже почти жалел о том разговоре. — Нет, просто… у нас пока есть время. Ну, я имею в виду, никто не нападает и не отвлекает внимание. Поэтому я хотел бы… — он подошел к турианке и протянул руку, та вздрогнула. Но парень всего лишь прикоснулся к ее ошейнику. — Я хотел бы помочь тебе избавиться от этого. На днях я искал всю доступную информацию о таких устройствах и думаю, что могу это сделать. Отключить ошейник. Но… это опасно. — Тогда попробуй. Все лучше, чем носить эту хрень на собственной шее, — фыркнула Игнис, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Нет, я не могу так вот подвергнуть тебя риску. Если тебе оторвет голову из-за меня, что я буду делать? — он попытался улыбнуться, но улыбка вышла неважной. Он тоже волновался. — Слушай, просто сходи в арсенал и попробуй отыскать другие такие штуки. Наверняка у Дэвиса есть не один такой. — А почему я? Ты мог бы посмотреть и сам. — Если не найдешь в открытом доступе, ты… могла бы выведать эту информацию у самого Джека, — Лэнни неуютно поежился, отводя глаза. — Я? Почему ты думаешь, что он скажет об этом мне? — турианка почти засмеялась. — Он ненавидит меня. — Просто доверься мне. Попробуй, вдруг получится, — что-то в голосе Лэнни ее насторожило, словно он знал то, о чем не догадывалась сама Игнис. Но выпытывать и допрашивать его сейчас она не хотела — более того, мысль о допросах вызывала в ней почти физическое отвращение. Кивнув, она вздохнула и потерла лоб. В последнее время она мучилась от бессонницы, и судя по кругам под глазами инженера, тот испытывал то же самое. Наверное, Холдену хуже всех приходится, все-таки это он — капитан «безумной команды». — Как там дела у Харша? — спросила она, просто чтобы сменить неприятную тему. — Отлично, на самом-то деле. Я не ожидал, что он поправится вообще, но похоже, что уже на днях выйдет из медблока как новенький. Правда, его пришлось буквально выкупать в панацелине и накачать им же под завязку, но регенеративные способности и дополнительные наборы внутренних органов сделали свое дело. Будь на его месте кто другой, давно бы откинул копыта. А так… точно скажу, что мы еще увидим нашего крогана в битве. — Это хорошо. Я еще не отблагодарила его за то, что он спас тебе жизнь, — тихо произнесла Игнис, развернувшись и направившись к выходу из каюты. Лэнни проводил ее взглядом. Он словно бы хотел добавить что-то еще, но передумал и просто молча закрыл за нею дверь. Направившись в арсенал, Кассия ни о чем не думала. Благословенная пустота в голове, свободная от шума и гула, преследовавшего ее в последнее время, казалась даром самих духов. А может, дело было в мощных таблетках от мигрени, которые она начала принимать втайне от остальных. Конечно, никакой мигрени у турианцев не было и у Кассии тем более быть не могло, но таблетки помогали, так почему бы и нет? Правда, у них были и побочные эффекты в виде бессонницы и проблем с концентрацией сознания, но все лучше, чем постоянно мучится. Она слышала, что некоторые биотики тоже принимают подобные препараты. Может быть, стоит поговорить об этом с Дэвисом… Лифт медленно довез ее до нижней палубы, на которой находился арсенал. Довольно скудный, если быть честным, но зато имеющееся оружие и броня были самыми современными. Там же хранился и ее «Терминус», который стал для Игнис чем-то вроде второго экзоскелета. Без брони она чувствовала себя почти что голой и какой-то беззащитной, даже на борту корабля. Внезапная мысль пришла ей в голову: почему-то в последнее время она чувствует, будто ее повсюду преследует опасность. Хотя объективно никто из экипажа не мог причинить ей зло, даже Дэвис, который мог убить ее в любой момент, очевидно, не планировал этого делать. Но чувство, будто над нею сгущаются тучи, никуда не уходило. Паранойя? Возможно. «За мной кто-то следит», — рассеянно подумала Кассия, осматривая полки и ящики арсенала, где мог бы обнаружиться один из ошейников. Эта мысль была такой банальной и глупой, что турианка проигнорировала ее и отбросила как не имеющую значения. Это все головная боль и бессонница, это они провоцируют странные мысли и паранойю. Ей просто нужно было как следует выспаться и отдохнуть, и все пройдет. Ведь никогда раньше она так не страдала от стресса, как сейчас, даже на Неарре… духи, даже на Импере, когда она потеряла Дариуса. Да, было больно, было плохо, но она быстро взяла себя в руки. Солдаты умирают. Жизнь продолжается. А приказы нужно выполнять. Роясь в ящиках с обмундированием, турианка чувствовала себя все более уставшей и какой-то раздраженной. Ее внутренний гнев и ярость никак не хотели покидать Игнис, и ей становилось сложнее контролировать их. Проклятый Дэвис, почему он просто не избавит ее от угрозы взорваться в любой момент? Она же почти обрекла себя на смерть тогда в космопорту, когда попросту забыла об ошейнике и чуть не ушла на слишком большое расстояние от Джека. Была бы чрезвычайно глупая смерть, и все из-за него! В раздражении турианка отшвырнула ящик в сторону и оперлась спиной о стену. Никаких следов, ничего похожего на ошейник — абсолютно ничего. Если у Джека и был второй такой же, то он хорошо его прятал. Прикрыв глаза, она медленно сосчитала до двадцати, представляя себе родной Палавен. Как же она скучала по своей семье… особенно по братишке. Интересно, он знает о том, что его героическая сестра теперь объявлена вне закона? Что ему рассказали в военном лагере? Что она — гнусная предательница, убийца, дезертир? Что она струсила и сбежала на Омегу, чтобы спасти собственную шкуру? Презирает ли он теперь ее?.. Эти мысли невыносимо жгли ее сердце. Как же хотелось просто иметь возможность набрать его номер, поговорить с ним. Все объяснить, и ему, и маме. Но это было невозможно. Конечно же, теперь они презирают ее и без задней мысли сдадут властям при первой же возможности, как настоящие законопослушные граждане Палавена. И Кассия даже не была уверена, что может в этом их винить, ведь ее воспитывали точно так же. Вот только не всегда закон может оправдать нечто подобное тому, с чем она столкнулась на Неарре. Сомнения, сомнения… они разлагают разум и душу не хуже безумия. Об этом ей часто говорил Дариус. Нельзя сомневаться в том, что очевидно, нельзя подвергать критике приказы вышестоящих офицеров. Нельзя мнить себя правым только потому, что тебе кажется, будто ты прав. Она так верила в это. Духи, она верила в это даже сейчас! Или — хотела бы верить. Помотав головой, турианка вздохнула и принялась снова разгребать хлам в ящиках. Действие таблеток сходило на нет, и она снова чувствовала гул в ушах. Внезапно ее коммуникатор замигал, посылая сигнал вызова, и Игнис раздраженно рявкнула: — Да, Лэнни, я ищу! Пока ничего не нашла. Дай мне чуть больше времени, окей? Тут просто тонна старого барахла. — Э… Касси, ты в порядке? — голос у него был встревоженный. — Мне зайти к тебе? — Зачем? Я в полном порядке. Уже заканчиваю искать, но мне кажется, что тут ничего нет. Придется тащиться к Дэвису. — Кассия, — осторожно произнес Лэнни после продолжительной паузы. — Мы уже на подходе к Хар’Шану. — Что?.. — турианка замерла на полпути, протянув руку к ящику и глядя бессмысленным взором в стену. — Как это? Нам еще два ретранслятора оставалось, когда я спускалась сюда. — Ты все еще в арсенале? — инженер, кажется, был шокирован. — Я думал, что ты не связалась со мной и пошла к Дэвису, но тот сказал, что не видел тебя со вчерашнего дня. Я подумал, что ты решила отдохнуть, и не беспокоил… — Со вчерашнего дня? Что ты несешь? — турианка теперь уже не на шутку рассердилась. — Я тут всего час, если не меньше. Молчание. Слишком напряженное молчание. Внезапный холодок, который прошел по спине Игнис, заставил ее колени подкоситься. Она тихо опустилась на пол, привалившись к стене, и посмотрела на индикатор времени. — Я сейчас приду, — резко бросил Лэнни совсем не похожим на его обычный тон голосом. Где-то на задворках сознания турианки промелькнула ехидная мысль, что вот он, настоящий церберовец доктор Вольф, а не тот запинающийся мальчишка, которым он всегда хотел казаться. Но страх быстро вытеснил эту мысль. Страх того, что с ней что-то определенно не так, если ей показалось, что прошел всего час, а на самом деле она торчит тут со вчерашнего дня. — Лэнни… помоги мне, — выдавила турианка, прежде чем отключить коммуникатор. Ее трясло от ужаса и непонимания ситуации, но хуже всего было то, что где-то в отдалении, прежде чем отключить связь, она отчетливо услышала чей-то низкий хохот. *** Эти десять минут показались ей вечностью. Никак не получалось, наконец, сосредоточиться и подумать о том, что произошло. Кассия просто не могла думать об этом, ее разум отказывался воспринимать такую действительность. Она пыталась просчитать все свои действия с того момента, как вышла от Лэнни и направилась в арсенал, до той минуты, когда запищал ее коммуникатор. По всему выходило, что она провела в арсенале чуть больше часа, а если верить инженеру, прошло часов восемь. Нет, этого просто не могло быть, наверное, Вольф решил таким образом подшутить над нею. Но за что?! Зачем быть таким жестоким к ней, чем она заслужила такое отношение? В горле снова встал ком отчаяния и злости. Игнис всегда пыталась жить так, как считала правильным, зачастую забывая о самой себе и собственном счастье. Она хотела служить обществу, делать что-то значимое, помогать людям, осваивать галактику. Даже если это означало, что она никогда не будет иметь семьи, верных друзей, собственной жизни, не отданной за родину. И погибнет в духами забытом месте, получив шальную пулю. Такую жизнь она выбрала, или ее навязали? Турианка не двинулась с места, все так же сидя в углу и прислонившись спиной к стене. Когда дверь в арсенал открылась и на фоне искусственно-голубоватого света возникла фигура Лэнни, она даже не посмотрела в его сторону. — Ты как? — осторожно спросил человек, подходя к Игнис и присаживаясь рядом. — Расскажи, что случилось. — Не знаю, — она неопределенно и как-то устало мотнула головой. — Я пришла сюда, стала искать ошейники, — рука ее указала на развороченные ящики со старой техникой и прочим барахлом. — Потом немного передохнула, задумалась… и ты позвонил. Клянусь духами Палавена, я провела здесь не больше часа. Ну, может, час с четвертью. Инженер замолчал, не зная, что и сказать. Все это звучало как плохая шутка, но он действительно испугался за нее. — Может, ты просто задремала? — рискнул предположить он, осторожно кладя руку на плечо турианки. — Вроде бы ты говорила, что у тебя проблемы со сном. — Я не спала! — рявкнула Кассия так, что Лэнни тут же отдернул руку и отшатнулся, напуганный этой внезапной вспышкой. — Ты думаешь, что я совсем сошла с ума?! — Нет, что ты… — промямлил человек, вскакивая и делая шаг назад. — Я просто беспокоюсь за тебя, вот и все… Идиот. Духи, какой же он идиот! Думает, что у нее поехала крыша. Ну конечно же, он думает, что она сумасшедшая, да и почему нет? Кассия и сама потихоньку начинала верить в это. А может, она до сих пор спит, и все это ей снится. Может, она лежит в уголке и спокойно дрыхнет, пока остальные ищут ее по всему кораблю. «Проснись, Кас, проснись сейчас же», — мучительно подумала турианка, врезав кулаком в стену изо всех сил, да так, что металлическая обшивка задребезжала. — Я, наверное, сообщу Холдену, — дрожащим голосом сказал Лэнни, продвигаясь к двери. Вот теперь он по-настоящему испугался. — Нет! Не надо… пожалуйста, — турианка попыталась успокоиться и унять дрожь в разбитой руке. — Не говори Холдену. Он же запрет меня в долбанной каюте и не выпустит в ближайшие пару лет. Ладно? Не говори ему. Инженер немного успокоился и кивнул. Но по крайней мере он считал своим долгом сходить в медблок за успокоительным. — Подожди меня здесь, я вернусь очень скоро. И пожалуйста, не сломай тут ничего, ты же не кроган, — улыбнулся он, развернулся и зашагал к лифту. Кассия со смесью мольбы и ненависти смотрела ему вслед, а затем перевела взгляд на разбитые пальцы, и тут же тихонько взвыла. В ее руке был зажат неизвестно откуда выкопанный старый пистолет. Он был заряжен и смотрел точно в спину Лэнни. Отбросив оружие, словно это была ядовитая змея, турианка вжалась в стену и почувствовала, как к горлу подступают слезы. *** Корабль заметно затрясло, и по корпусу пронеслась вибрация. — Говорит капитан. Прибыли в систему Харса. Занять места по боевой тревоге. Отбросив микрофон, он повернулся к пилоту, сверкнув глазами: — Мортен, обстановку. Пилот молча вывел изображение и данные на экран. Корабль, который преследовала "Звезда", уже готовился заходить на орбиту планеты. Это совершенно точно был он — сигнатура корабля полностью совпадала с тем, что чуть ранее прислала Ария. Батарианский корабль выглядел довольно старым, даже архаичным, и тем самым почему-то напоминал развалюхи кварианцев. У пиратского фрегата, модифицированного не один десяток раз, было куда больше шансов, если ситуация станет критической. Причем как уйти, так и уничтожить врага. — Все орудия в норме, готовы к бою, — напряженно произнес пилот, который втайне надеялся, что открытого столкновения удастся избежать. — Средства кибер-атаки готовы? — Готовность подтверждена, — произнес мягкий голос ВИ. — Все готово, капитан. — Заходи на курс ноль-девять-семь, цель — их двигатели и орудийные системы, — Холден встал прямо за спиной пилота, обратив взор на экран, показывающий данные по сближению. — Огонь по команде. — Есть, капитан. Изображение корабля приближалось, и скоро стало очевидно, что корабль батарианцев пусть и больше фрегата, но оснащен намного хуже. Да и он не был предназначен для ведения открытого боя, скорее, это было научно-исследовательское судно. Впрочем, угрызениями совести никто из присутствующих не мучился. Батарианцы заработали себе слишком плохую репутацию в масштабах галактического сообщества, промышляя пиратством, воровством и работорговлей. Не одна человеческая колония пострадала от их атак, так что жалеть четырехглазых никто не спешил. «Звезда» зашла на указанный курс, и теперь-то уж противник должен был их заметить. Вражеский корабль разворачивался для атаки. Гул реактора усилился — двигатели фрегата вспыхнули с новой силой, работая на пределе возможностей. Корабль батарианцев уже зашел в зону поражения орудий «Золотой Звезды», но те продолжали молчать. — Огонь не открывать, продолжаем сближение, — мотнул головой Холден на вопросительный взгляд пилота. — Быстрее. — Какого черта мы делаем? — не выдержал и спросил стоявший неподалеку Нильсен, который так же внимательно следил за происходящим. — Они же сейчас откроют огонь! Кинетические щиты фрегата могли выдержать прямые попадания, но не слишком долго. Все-таки корабль был больше рассчитан на быструю и смертоносную атаку, чем на затяжной бой. На лице Холдена появилась улыбка, которую, впрочем, никто не увидел. Расстояние стремительно сокращалось, и в этот момент по Звезде произвели первый залп. — Мортен, вверх на двадцать, крен на левый борт! Маневровые семь и девять на полную мощность! Заряд энергии, выпущенный по кораблю, прошел совсем рядом, едва задев обшивку, но кинетические щиты сработали на отлично — никакого физического повреждения нанесено не было. "Звезда" уклонилась от прямого попадания и теперь шла на маневр. — Огонь! Основные двигатели вспыхнули и погасли, на смену им включились маневровые левого борта, и фрегат, перед носом которого проносился корпус батарианского корабля, грянул всеми орудиями. Расстояние между кораблями было настолько небольшим, что тысячи заостренных обломков разного размера, с каждым новым взрывом на батарианском корабле, успевали проникать сквозь кинетические щиты фрегата и периодически задевать корпус фрегата. Но очевидным преимуществом маневра было то, что батарианский корабль ни разу не смог дать прицельный залп по “Звезде” — системы слежения не успевали вести цель и наводить орудия, в то время как она с поразительной точностью била в самые уязвимые места, выжигая целые отсеки с критическими системами корабля. — Сэр, они прекратили сопротивление, — наконец с видимым облегчением сообщил Мортен. — Орудийные системы выведены из строя... — Двигатель вражеского судна поврежден на 78%, — услужливо подсказал ВИ. Пилот нахмурился, он не любил, когда его перебивали. Но так уж был устроен этот чертов робот, которого прежний капитан легкомысленно окрестил "Ди". Как раз в этот момент на мостик вышел Лэнни. Вид у него был довольно помятый, но вместе с тем и озабоченный. На скуле у него расплывался синяк. — Холден, что происходит? Пролетев по инерции и развернувшись, фрегат вновь включил основные двигатели и теперь находился прямо за кормой корабля батарианцев. Кинув нервный взгляд на Ленни, Холден указал на полуразрушенную громаду, выбрасывающий в космос клубы кислорода за обзорными экранами: — Происходит боевое столкновение. Что с тобой? — подразумевая свежий синяк, спросил капитан, и, не дожидаясь ответа, крикнул пилоту: — Что с их экипажем? Сколько осталось в живых? — Трудно сказать, сэр. Жилые отсеки и грузовой трюм почти не затронуты, — отозвался пилот, внимательно наблюдая за показаниями сканеров, которые услужливо сортировал и расшифровывал местный ВИ. — Думаю, что потери незначительны. — А... это, — Лэнни рефлекторно прикоснулся к лицу и как-то подозрительно отвел глаза. — В темноте наткнулся на шкаф. Ничего особенного. — А вот я хотел бы знать, ради чего ты так упорно подвергаешь МОЙ корабль риску, — вдруг прозвучал голос Дэвиса. Никто не заметил, как и когда он вошел, но все это время биотик тихо стоял в тени и наблюдал за происходящим. И вид у него был рассерженный. А эта его вечная снисходительно-презрительная ухмылка сейчас бесила еще больше. — Потому что нам нужна информация, разумеется, — Холден перевел взгляд на Дэвиса, ответив слабой ухмылкой. — Если быть точнее — пункт сброса его груза. Экс-капитан театрально закатил глаза, но далее спорить не стал. Все с напряжением чего-то ждали — может, что корабль развалится на куски, как когда-то развалилась подбитая "Нормандия", а может, что батарианцы свяжутся с "Звездой" и объявят о капитуляции. Ни того, ни другого не произошло, и скоро стало понятно, что или экипаж вражеского корабля мертв, или они попросту не хотят сдаваться. Что самое странное, с корабля не вылетело ни одной спасательной капсулы. Батарианцы не славились своей храбростью и готовностью пойти "ко дну вместе с кораблем", а потому такая мертвая тишина в ответ на нападение казалась необъяснимой. — И что дальше? — это был Лэнни. Он, кажется, тоже заметил, что ситуация становилась похожей на бред. Отсутствия Кассии пока никто не заметил, и он решил никому не напоминать об этом. — Дальше ты с Дэвисом и Ингис проникаете на этот корабль и вытаскиваете нужную информацию. На все про все — не более одного часа, — Холден отвернулся обратно к обзорным экранам, и казалось, он наслаждается этой картиной разрушения. Инженер вздрогнул. Его так и подмывало тут же рассказать Холдену о нервном срыве турианки (или о том, что он посчитал нервным срывом), но данное ей слово было все-таки важней. Да, она была нестабильна и могла поставить под угрозу всю миссию… но что ему еще оставалось делать? Внезапно ему пришло в голову, что если он хочет защитить Кассию, то следует немедленно изолировать ее от остального экипажа и ни в коем случае не выпускать на миссии. Но Лэнни просто не мог поступить с ней так жестоко, хоть и понимал, что это было бы правильным решением. Что-то проскочило на краю сознания — где-то он уже слышал это — но тут же исчезло. Чувство тревоги, однако, осталось. — А как же ты, капитан? — осторожно осведомился он, решив пока ничего не говорить Холдену. — Ты не пойдешь с нами? Холден покачал головой. — Буду вести вас отсюда. Судя по всему, процент выживших на том корабле минимален, а вот от преследования Цербером мы сейчас не застрахованы. — Понимаю, — кивнул инженер, но в его голосе все равно прозвучало сомнение. — Только не уверен, что одного часа хватит. На корабле могут быть… проблемы. — Он тактично умолчал о том, какие именно проблемы он ожидает. Не говоря уже о том, что ему нужно будет не спускать глаз с Кассии. Он действительно волновался за нее, хотя лишь пару дней назад она сама спасала его шкуру. Что ж, теперь, возможно, настало время вернуть этот долг. — Я буду следить за каждым вашим шагом, — пообещал Холден. — Проблем не будет. — Ладно, как скажешь, — ответил парень, поняв, что капитан уже принял решение и менять его не собирается. — Я тогда в арсенал, хоть подберу броню. Лезть голым в это логово зверя мне совсем не улыбается. Он развернулся и направился к лифту, всем своим видом показывая, что спорить больше не намерен. В арсенале, где он попытался навести порядок после налета Кассии, было тихо. Сюда словно никто не заходил, кроме них, со вчерашнего дня. Выбрав для себя инженерный костюм с усиленными щитами и визор из новейших разработок, Лэнни облачился в броню и прицепил на пояс пистолет. Проверил показания и работоспособность инструметрона, удостоверившись, что потоки данных должным образом зашифрованы и не смогут быть взломаны никем из батарианцев или, если уж на то пошло, Цербером. Впрочем, за последнее он поручиться не мог. Он видел людей, которые служили Призраку, и хоть не слишком часто напрямую общался с главарем террористов, знал, что тот обладает огромными ресурсами и может позволить себе самые дорогие и затратные разработки. Чего стоил один только «Властелин»… Оборвав эту мысль, Лэнни быстрым шагом вышел из арсенала, постаравшись оставить ненужные воспоминания там, где им и надлежало быть — на задворках подсознания. Впрочем, с каждым днем он все чаще задумывался, зачем вообще выполняет эту идиотскую миссию, зачем бегает по поручениям Арии, зачем подчиняется? Он никогда не был из тех, кто мечтает всю жизнь проторчать на работе, выполняя приказы начальства. Поэтому он и не пошел на Новерию. Поэтому (помимо других причин) — ушел от Цербера. А сейчас вновь оказался в такой ситуации. Стараясь не поддаваться сомнениям и паникерству, Вольф направился в каюту Кассии, чтобы сообщить ей приказ капитана и хоть как-то уговорить его выполнить. — Мортен, отправь пилота к челноку, вылет через пять минут. — Лэнни, проверка связи, — устроившись в своем кресле, произнес Холден, щелкнув выключателями на консоли. На экран вывелась картинка с камеры, вмонтированная в броню инженера. — Связь в порядке, капитан, — заверил его тот, что-то настроив с инструметрона. Картинка стала четче, а звук избавился от помех. — Но не могу точно сказать, будут ли проблемы со связью на борту корабля. Если у них стоят какие-нибудь глушилки, придется сначала разобраться с ними. Он уже подходил к каюте турианки и приложил руку к индикатору, удостоверяясь, что дверь не заперта. — Касси, ты готова к миссии? — спросил он, увидев, что Игнис стоит спиной к нему, уставившись в голографический экран. Тот был выключен. — Касси? — А? Да, конечно, — рассеянно бросила она, повернув голову на звук. Лэнни показалось, что она была полностью погружена в свои мысли. — Я подойду в док челноков через пару минут. Нахмурившись, Холден дождался, пока инженер выйдет из каюты турианки и подключился к закрытому каналу: — Кас. Ты в порядке? Голос турианки донесся до него не сразу. Он слышал лишь тяжелое дыхание, когда Игнис быстрым шагом шла к арсеналу. — Да, в полном. Не беспокойся, я не подведу. — Она говорила это совершенно спокойно и ровно, почти без единой эмоции. Похоже, что она действительно собралась приложить все усилия к выполнению миссии. В конце концов, ей было стыдно из-за того, что Лэнни пришлось увидеть не самую приглядную ее сторону. А она очень не любила, когда с ней носились, как с писаной торбой. И хотя внутри нее свернулся ледяной змеей страх перед чем-то неизведанным, турианка этого не показывала. Быстро облачившись в броню и взяв «Страж» в дополнение к паре пистолетов, она поспешила в док, где ее уже ждал укомплектованный группой высадки челнок. На корпусе “Золотой Звезды” показались небольшие вспышки синеватого пламени. Неторопливо развернувшись на месте, фрегат включил основные двигатели и начал сближение с батарианским судном. Осторожно подбираясь к вражескому кораблю, сенсоры Звезды методично ощупывали каждый метр корпуса корабля и наблюдали за интенсивностью излучения реактора. Пока что все шло хорошо. Поровнявшись с батарианским кораблем, фрегат замер. — Открыть ангар, запустить челнок, — распорядился Холден, рассматривая изображения с камер десантной команды. — Челнок запущен, — отозвался Мортен. ВИ монотонным голосом принялся перечислять показания систем наблюдения и сканирования вражеского корабля. Похоже, что судно по большей части оказалось не повреждено, что несказанно радовало: разгерметизация группе высадки пока не грозила. Похоже, батарианцы быстро устранили утечки, но на ремонт двигателей и ядра эффекта массы ушла бы уйма времени. Если Кассия и остальные и встретят какое-нибудь сопротивление, то только на борту корабля. Впрочем, ВИ также сообщил, что экипаж не делает никаких попыток отправить сигналы бедствия на Харшан. Когда "Кодьяк" зашел на посадку в шлюз батарианского корабля, показалось, что он провалился в черную дыру. Весь корабль выглядел так, будто вернулся из прошлого. Таких странных конструкций не видели со времен войны Первого контакта — массивный, угловатый, тяжелый, с кучей устаревших пушек и модификаций, корабль был похож на доисторическое чудовище. По сравнению с острокрылыми турианскими и круглыми кварианскими, он выглядел просто уродливым. — Начинаем. Сначала стрелять, потом спрашивать, — Холден прикрыл глаза, дотронувшись рукой до виска. Непонятно откуда взявшаяся боль в голове несколько минут назад начала пульсировать все сильнее, и он даже не заметил, как на мостик зашел Нильсен, который тихо подошел к месту капитана и молча остановился в нескольких шагах от него, так же направив взор на экраны с изображением десантной группы. — Поняли вас, капитан, — отозвалась Кассия, которая вновь взяла на себя привычную роль заместителя командира. В конце концов, даже если у нее отобрали статус лейтенанта, она все равно была более опытной в подобных высадках, чем Лэнни или Дэвис. Те молча следовали за турианкой. — Головой вертим, враг может атаковать с любой стороны. Понятно? — Так точно, — вяло пробубнил Джек, которому совсем не нравилась роль подчиненного. Впрочем, он знал, что очень скоро эта роль изменится. Его план по захвату корабля был неидеален, но другого шанса у него может и не быть. Избавиться от Холдена... да, это было бы приятно, черт возьми. Этот высокомерный засранец уже и так засиделся в капитанском кресле. Но мысли Дэвиса сейчас метались в хаотичном предвкушении битвы. Как бы он ни страдал после использования биотики, его организм требовал, чтобы сила была выпущена на свободу. Дэвис долго учился ее контролировать, и в его жизни оказалось немало темных пятен из-за этого. Сейчас он направлял ее туда, куда укажет капитан... но это лишь временное неудобство. С камер поступила нечеткая картинка: темные коридоры шлюзового отсека, кое-где были видны пробитые в обшивке дыры. Проводка была выворочена во многих местах, и яркие снопы искр то и дело освещали спину идущей впереди турианки. Пока что на корабле стояла мертвая тишина, и похоже, что почти все системы были выведены из строя. Остались лишь самые необходимые, обеспечивающие функционирование систем воздухоподачи и работы коммуникаций. — Обойдите вторую палубу по техническим узлам — она не изолирована от внешней среды, — капитан сверился с картой внутренних помещений корабля. Мотнув головой, он сжал зубы, кинув взгляд на обзорные экраны, за которыми висел батарианский крейсер. — Не изолирована? Хорошо сказано, — нервно хохотнул Лэнни. — Не беспокойся, капитан, пока что все идет как надо. Они наткнулись на несколько заблокированных проходов, но инженер быстро открыл им доступ, благо здешняя технология ни в какое сравнение не шла с тем, что было на Новерии или у Цербера. Корабль действительно был старым. Удивительно, как он еще сам не развалился. Правда, его вооружение внушало уважение — раньше умели делать внушительные пушки... — Капитан, судя по твоей карте... где здесь грузовой отсек и как туда лучше всего пробраться? — Через сто метров должны быть технические подъемники, которые скорей всего работать не будут. Но в них есть доступы в шахты на каждом уровне. Вам нужна “нулевая палуба”. Отряд медленно продвигался вглубь подбитого корабля. Странно, но они так и не встретили ни одного живого существа, не нашли ни одного трупа. Неужели они успели эвакуироваться в спасательных капсулах? Нет, это заметили бы системы сканирования ВИ. Команда корабля все еще была здесь, но… где именно? — Мне это не нравится, — прошептал Лэнни. — Кассия, пожалуйста, будь осторожна. Та лишь кивнула. Головная боль, к ее огромной радости, прошла. Турианка уже успела забыть, каково это, чувствовать себя здоровым и полным сил. Ее переполнял энтузиазм и энергия, которых и в помине не было на борту «Звезды». Там она ощущала себя сломанной куклой… а здесь — будто снова ожила. Ей даже было жаль, что скоро придется покидать корабль. Резкие, размашистые шаги мерили гладкую металлическую плитку. Поворот, еще поворот… Вот и шахта лифта. Повесив винтовку на спину, Игнис вцепилась руками в полуоткрытые створки и с тихим шипением попыталась их раздвинуть — бесполезно, они застряли, и ее силенок было маловато. — Позволь мне, — отозвался Дэвис, не слишком вежливо отодвигая в сторону Лэнни и выступая вперед. — Отойди, шипастая. Она едва успела отскочить, когда с пальцев биотика сорвался мерцающий голубоватый шар и разнес двери лифта беззвучным, но живописным взрывом. — С ума сошел?! — зашипела она, гневно сверкнув глазами. — Ты мог меня задеть. — Ни за что на свете, — усмехнулся Джек и заглянул вниз, в шахту. — Он сказал, нулевой уровень? Это значит, что мы идем вниз? — Угу, вниз, — вздохнул Вольф. — А я уж думал, сегодня обойдется без самоубийственных заданий. Зря. Холден слабо ухмыльнулся очередной выходке Дэвиса и, отключив внешнюю связь, обернулся к наемнику: — Много работал с… Этим?.. — Не особенно, — вздрогнул Нильсен, отводя глаза. — Если б не Ария… я бы не стал. Но на Омеге ты либо делаешь то, что говорит она, либо превращаешься в очередную кровавую историю, каких полно на станции. А Дэвис… он… — наемник потер рукой лоб. — Судя по тому, что я слышал, он тот еще псих. Наверное, это все последствия облучения нулевым элементом, но думаю я, что не в этом дело. — Ты же в курсе, откуда появились мы с Игнис и Лэнни, и во что превратил колонию этот человек? — Да, слышал об этом, — кивнул Нильсен, все еще избегая глядеть капитану в глаза. — И еще о десятке подобных «колоний». Вы были первыми, кому на самом деле удалось остановить его. Это порядком позабавило Арию, к слову. Именно это было причиной, по которой она наняла именно тебя. Будь обстоятельства другими… вы бы не вышли с Омеги живыми. — Не сомневаюсь в этом, — кивнул Холден, краем взгляда заметив, что турианка уже спустилась на нижний уровень. — Будь осторожен с ним. Жизнь любого на этом корабле для него — пустышка. Вновь вернувшись к созерцанию группы, он уже в полголоса добавил, усмехнувшись: — Не удивлюсь, если эта падла еще и мысли читать умеет. Щелкнув тумблерами, капитан вновь открыл внешнюю связь: — Отлично, если все верно, грузовой метрах в двухстах от вас по направлению к корме. Отряд направился в указанном направлении. Здесь было темно, хоть глаз выколи — хорошо, хоть были фонари в запасе. Стоял удушливый смрад плохо провентилированного воздуха, а еще чего-то паленого. Скорее всего, сгоревшие приборы все еще дымили. Лэнни чуть не наткнулся на кусок чего-то металлического, торчащий из стены, и выругался под нос. Игнис шикнула на него. В самом деле, не стоило нарушать такую идеальную тишину... Дверь в грузовой отсек была открыта — и отряд безо всяких препятствий вошел внутрь. Одновременно с этим картинка на экранах перед капитаном начала сбоить. Он отреагировал мгновенно: — Касси, стоп. Изображение поплыло. Ты меня слышишь? — Слышу, но плохо. Какие-то помехи, — поморщилась та, останавливаясь на пороге. Пляшущий свет фонарей метался по огромному грузовому отсеку, выхватывая из темноты какие-то ящики, наваленные друг на друга как попало. Безо всяких опознавательных знаков. Похоже, это и был искомый груз. Ты ничего не добьешься. Хватит сопротивляться. — Что ты сказал?! — турианка резко развернулась и посмотрела на стоящих позади нее Дэвиса и Лэнни. Те переглянулись и пожали плечами, но в глазах инженера мелькнула озабоченность и узнавание. — Капитан, ты что-то сказал? Резкая боль в голове заставила турианку рухнуть на колени, выронив фонарь из рук и изо всех сил сжав виски. — Что происходит? Лэнни! Докладывай! — Касси, что с тобой?! — раздался обеспокоенный крик инженера, тут же заглушенный помехами. Связь портилась все сильнее с каждой секундой, будто что-то — или кто-то — специально ее глушил. Перед тем, как связь окончательно отрубилась, Холден услышал какой-то шум, похожий на взрыв, и чей-то отдаленный женский смех. Картинка дергалась, плыла, а через несколько секунд окончательно погасла. Мортен лишь пожал плечами, потрясенно уставившись в экран. ВИ вежливо известил, что с корабля перестали поступать какие-либо сигналы. Это была ловушка. Грамотно расставленная, идеальная ловушка. *** — Кассия! — надрывно заорал Лэнни, едва успев отпрыгнуть, прежде чем ему на голову чуть не рухнул огромный металлический ящик. Свет погас, фонарь выпал из его руки и укатился в сторону, и инженер лишь успел броситься на пол и прикрыть голову руками. Перед глазами плясали разноцветные пятна, в воздухе запахло гарью и озоном, и еще чем-то, что сложно было описать, но этот запах был хорошо знаком каждому, кто имел дело с биотикой. — Попались, попались, мелкие засранцы! — закричал кто-то, и голос, отразившись от стен, гулко вторил эхом. Этот неизвестный залился истерическим смехом на грани кашля, и помещение грузового отсека вновь осветила голубая вспышка. — Блядь, коммандос, — яростно прорычал Джек, укрывшись за упавшим ящиком. Он выглядел побледневшим, белым, как полотно, и по его тону стало понятно, что ничего хорошего это не сулит. Лэнни повертел головой, одновременно пытаясь изгнать из головы гул и туман и найти Кассию. Но турианки нигде не было видно. Секунду назад она стояла на коленях совсем рядом, а теперь просто исчезла. — Коммандос? Азари? Ты уверен? — выдохнул он, удостоверившись, что его не задело. — Что азари делать здесь, на батарианском корабле?! — Уверен, мать твою, более чем, — огрызнулся Джек, рывком скидывая с плеча штурмовую винтовку. Он вспотел, руки едва заметно дрожали, и по всему было видно, что он едва сдерживает страх. — Да забудь ты про турианку, если она еще не мертва, то скоро будет. Соберись! — Да пошел ты, — четко проговорил Вольф и прежде, чем Дэвис успел что-то сделать, рванул вперед. — Идиот, — вынес вердикт биотик и принялся прикручивать к винтовке инфракрасный прицел. Темно было, хоть глаз выколи, и наступила гнетущая, вязкая тишина. Закончив с прицелом, Джек принялся аккуратно обозревать окрестности — никого. Чертовы ящики были идеальным укрытием для любого, кто вздумает вести тут бой. Но разбрасываться взрывами и биотическими зарядами на борту и так дышащего на ладан корабля мог только психически ненормальный — одно неловкое движение и здравствуй, пробоина в борту. Впрочем, Дэвис не мог поручиться, что нападавший был нормальным. Про Кассию он почти не думал, хотя виной тому был скорее скачок адреналина. Ему как-то доводилось сталкиваться с азарийскими коммандос и он точно знал, что ничего хорошего от них не жди. Одной из таких в свое время была и сама Ария… прежде чем захватила Омегу силой. А тут еще и связь с капитаном пропала — как будто никто этого не ожидал. Джек фыркнул. Сейчас его занимала лишь одна мысль: как выбраться отсюда живым. Остальное его волновало мало. Пусть сдохнут все, главное, спасать свою шкуру. Это он впитал с кровью еще в детстве. Откуда-то слева донесся тихий шорох, и биотик немедленно выпустил очередь в ту сторону. Но, кажется, не попал. Он стал медленно, осторожно, все время оставаясь в стороне от открытых пространств, пятиться назад к двери, к шахте лифта, к выходу. Нужно вернуться к челноку и сваливать отсюда. Нужно срочно… Сзади раздался приглушенный смешок. Слишком поздно. Ударная волна такой силы, какой Дэвис прежде не видел, сотрясла металлический пол. Пластины выгнулись, словно мягкая глина, пошли пузырями, а самого его бросило вперед. Человек пролетел метров двадцать, прежде чем удариться об очередной ящик. — Знаю, зачем вы пришли, — проговорила азари. — Только ничего у вас не выйдет. Он так сказал, слышите? А он никогда, никогда не ошибается. Он сказал, что вы придете за ним. Стук чьих-то сапог по развороченному полу. Дэвис лежал на спине и бессмысленно моргал, пытаясь восстановить фокусировку зрения, но помогало плохо. Он подумал, а не сломал ли себе спину от удара. Винтовка улетела куда-то в сторону, и достать ее было невозможно. Решив пока не шевелиться, он медленно накапливал внутри себя силу для последнего отчаянного рывка и биотического удара. Капля в море, но могло сработать, если точно рассчитать момент. Шаги приблизились и остановились, теперь азари стояла в двух метрах от Джека, словно чего-то ждала. В темноте было видно лишь легкое сияние, похожее на отражение солнечных лучей в лазурной воде, окружающее ее фигуру. Кинетический щит, усиленный биотикой. Пробить такой будет сложно, но, может, удастся хотя бы отбросить ее с дороги и успеть добежать до шахты… А дальше что? — Эй, сучка, оставь его в покое, — прошипел до боли знакомый скрипучий голос, и Дэвис чуть не рассмеялся. А он-то уже записал Игнис в мертвецы! Поспешил, видать. — Вижу, ты окончательно сошла с ума. Тем приятнее будет тебя убить. Прогремел выстрел, вспыхнул биотический щит. Вспыхнул и погас. Выстрел из «Стража» Кассии был не бог весть что — но смог пробить защиту. Особенно сделанный практически в упор. Турианка стояла неподалеку, расставив ноги и покачиваясь, ее трясло, по лицу и шее стекала струйка синей крови, а снайперская винтовка в руках ходила ходуном, но… она была жива. И даже в своем уме. — Убить меня? — яростно фыркнула азари, но тут же снова расхохоталась. — Глупое дитя, ты ведь сама пришла сюда, услышав зов. Ты ведь слышишь музыку? Ты слышишь его музыку, его пение, я знаю. — Заткнись. Я ничего не слышу, кроме твоей бессвязной болтовни. — О, вот как мы заговорили! — коммандос язвительно подняла руки, словно сдаваясь в плен. Дэвис лежал тихо, как мышь, и ждал подходящего момента. — А ведь мы рассчитывали на тебя, Кассия. У тебя такой потенциал, такая… нерастраченная сила! — Откуда ты знаешь, кто я? — голос турианки дрогнул в сомнении. Нет, нет, Игнис, не смей. Просто стреляй. Стреляй в эту суку. Джек сжал зубы, стараясь ничем не выдавать того, что он в сознании и все слышит. — Не я, душечка, не я. А он знает. Он все-е-е знает, — ехидно протянула азари. — Даже сейчас ты слышишь музыку. Перестань сопротивляться, и боль пройдет. А будешь бороться, он научит тебя, что значит — слушать хозяина. — Иди к черту, — выплюнула Игнис, прищурив глаза и резко поднимая винтовку на плечо. Ее палец медленно, плавно нажал на курок и… — Касси! — это был Лэнни. Он подбежал к турианке и, увидев азари и валяющегося рядом Дэвиса, поперхнулся от ужаса. Но уже было поздно. Момент упущен. Азари резко подняла руку, и стены грузового отсека сотряслись от нового взрыва, еще более мощного, чем предыдущий. Металлические тяжелые ящики сыпались друг на друга и на пол, словно фишки домино. Дэвис едва успел откатиться в угол, чтобы его не придавило. Ослепленный, оглохший, с разрывающей от боли головой, он только и мог, что надеяться — и на этот раз удача будет на его стороне. Но надежды эти быстро таяли. Лэнни подполз к турианке, которая ударилась лбом об угол ящика, и потряс ее за плечо. Кажется, она была без сознания, но еще дышала. Кровь заливала ее лицо, а глаза закатились, обнажая черные белки. Инженер не знал, что делать — нужно было как можно скорее убираться с корабля, но тащить на себе турианку и Дэвиса ему было не под силу. Растерянный и смятенный, он продолжал трясти Игнис в безуспешной попытке привести ее в чувство, но та, похоже, хорошо приложилась и никак не приходила в сознание. За спиной раздались медленные, нарочито медленные шаги азари. Этот звук, этот гулкий топот по металлу растянулся во времени, превратившись в неторопливый стук сердца. «Она жива, еще жива… Мы еще можем спастись… Пожалуйста, очнись, Касси, пожалуйста, пожалуйста…» — Ну вот видишь, как все оказалось просто, — доброжелательный тон сумасшедшей азари заставил Вольфа вздрогнуть и покрыться мурашками. — Теперь все будет гораздо лучше. Когда ты не сопротивляешься, ты счастлива. Преданна. Верна. Он поможет тебе обрести настоящую цель, — азари подняла руку с зажатым в ней пистолетом и усмехнулась. — Когда я помогу тебе избавиться от лишнего балласта. Турианка внезапно открыла глаза. Лэнни облегченно выдохнул, но тут же отпрянул — расширенные зрачки делали ее глаза почти абсолютно черными. Игнис закашлялась, выплевывая попавшую в рот кровь, и медленно поднялась, ее движения были какими-то странными, неестественно скованными, будто невидимый кукловод дергал за ниточки. Азари улыбнулась еще шире и, крутанув пистолет в руке, протянула его рукоятью вперед. Трехпалая рука Кассии медленно взяла оружие из рук коммандос. — Нет… Кассия, что ты делаешь? Прекрати, — потрясенно прошептал Вольф, который замер, оцепенел от шока и ужаса. Ему даже не пришло в голову самому вытащить оружие. Да и как он сможет выстрелить в… в нее? Как сможет убить ее, и самое главное — как сможет после такого жить дальше? Игнис бы смогла. Черт, да она так уже делала. Она была сильной. Куда сильнее его самого. Но он не мог этого сделать, как бы ни кричало его подсознание о том, что это — последние минуты его жизни. А турианка развернулась, бессмысленно уставилась на паренька и подняла руку, целясь прямо в него. Почти в упор. С такого расстояния она разнесла бы ему грудную клетку, превратив ее в гуляш. — Стреляй, — резко и как будто не своим голосом рявкнула азари, отходя на шаг и пристально-насмешливо глядя на застывшего в отчаянии Вольфа. — Стреляй! Игнис мотнула головой, словно стараясь прогнать туман. И медленно надавила на курок.