Mass Effect: Golden Star

В просторной, но не слишком большой комнате играла тихая музыка. Молодая, стройная азари тихонько открыла дверь и, бесшумно ступая босыми ногами по гладкому плиточному полу, вошла в комнату. В руках у нее был серебряный поднос с двумя изящными бокалами, до краев наполненными игристой жидкостью нежно-бирюзового оттенка. Почему-то на Цитадели считалось традицией окрашивать спиртные напитки в голубые и синие оттенки, изредка попадались и ядовито-зеленые, но пить такие было себе дороже. Поставив поднос на низкий кофейный столик, вырезанный из черного дерева, азари так же тихо удалилась. За столиком, удобно расположившись в мягких креслах, сидели две азари. Одна из них была одета в черные обтягивающие штаны, сапоги и белый короткий кожаный жилет. Вторая держалась чуть менее фамильярно — ровная, как стрела, спина, длинная шея и высоко поднятая голова. Ее руки были аккуратно сложены на коленях. Темно-синий цвет кожи выгодно оттеняло белое платье по последней азарийской моде — не слишком открытое, но и не скрывающее достоинств фигуры. Азари в платье кивнула на поднос и улыбнулась, но улыбка эта была совершенно неискренней. Глаза женщины не выражали ничего, кроме холодной сосредоточенности и небольшой доли сомнения. — Прошу, Ария, угощайся, — произнесла она, и голос у нее оказался не слишком приятный. Низковатый и как будто с издевательскими нотками. Как эта азари умудрилась стать Советницей в Триумвирате — было для всех загадкой. Только приближенные к органам власти догадывались, что за этой маской скрывался острый ум и готовность пойти на все ради безопасности своего народа. Советница Ирисса, по словам некоторых недоброжелателей, походила на «пантеру». Они были недалеки от истины. Вторая азари фыркнула и махнула рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи. — У меня нет времени на эти формальности. Советница внимательно следила за каждым движением своей собеседницы, будто в любой момент ожидала от той внезапного нападения. Хотя, конечно, это было немыслимо. Никто бы не осмелился напасть на Советницу в ее собственных покоях, к тому же, она была не так глупа, чтобы заводить лишних врагов. А Королева Пиратов была опасным врагом, поэтому с ней гораздо разумнее было заключить союз. В отличие от предыдущей Советницы, Тевос, Ирисса была гораздо более практичной и менее идеалистичной. Идеализм не помог Тевос избежать смерти на борту «Пути Предназначения», а вот разумный подход к делу и готовность идти на компромиссы могла бы спасти не только ее, но и остальной экипаж дредноута. — Что ж… в таком случае, я готова выслушать тебя, — кивнула Ирисса, изящно обхватывая ножку бокала тремя пальцами и делая глоток восхитительного игристого азарийского вина. — Насколько я поняла из твоего сообщения, это нечто весьма важное. Но ты отказываешься информировать остальных членов Совета. Не буду спрашивать, почему… — И правильно сделаешь. Не спрашивай, — резко прервала ее Ария, откинувшись на спинку кресла и развалившись в нем так, как будто была в своем ночном клубе, полном всякого отребья, преступников, наркоманов и алкоголиков. Ирисса едва заметно поморщилась. Ей претила подобная грубость, но она не могла не признавать, что в ее собеседнице присутствовал определенный шарм. — Ты говорила, что отправила корабль к Хар’Шану с определенной миссией… — начала было Ирисса, не дождавшись объяснений от своей собеседницы, но та ее перебила: — Отправила. «Золотая звезда» — тот самый корабль, который когда-то перекупил один волус-торговец, пойманный на Цитадели за финансовые махинации. Что ж, теперь он торгует на Омеге. А в качестве уплаты за постой отдал в мой флот свой лучший фрегат, — ядовитая улыбка зазмеилась на тонких губах Арии. — Ты же знаешь, что я не занимаюсь благотворительностью. — Как и все мы, — очаровательно ответила на улыбку Советница, покачав в руках полупустой бокал и глядя на другую азари поверх его хрустальных ободков. — Могу предугадать, что команду ты набрала из преступников и изгоев, верно? — Преступники и изгои редко предают меня, — пожала плечами Королева Пиратов. — Мало кто готов расстаться с теплым местечком на моей станции и оказаться под трибуналом, а то и нечто похуже. — Но…? — с легким нажимом протянула Советница. — Но все пошло не так, как я ожидала, — Ария снова фыркнула и скривилась, будто вместо вина ей подсунули помои. — Команда вышла из-под контроля у орбиты Хар’Шана. И я думаю, что они нашли там, внизу, нечто такое, что имеет колоссальное значение для всех нас. — В это трудно поверить, Ария. Что они могли такого найти, чтобы извещать об этом Совет? Новые протеанские артефакты? Батарианская Гегемония не входит в нашу юрисдикцию. Мы не в силах наложить на них санкции, даже если они… — Ты что, идиотка? — рявкнула Ария, вскакивая с места. Ирисса продолжала спокойно сидеть и мелкими глоточками попивать вино, будто и не заметила вспышки своей собеседницы. — Совет, законы, санкции… все это может не иметь значения, если то, что там находится — это то, что я думаю. — И что же это? — задала наводящий вопрос Советница, выражая явную скуку. — Технологии расы, которая уничтожила протеан, — наконец сдавленно произнесла Ария и села обратно на свое место. Схватив бокал, она осушила его одним глотком и со звоном поставила обратно на стол. — Жнецов. Ирисса не сдержала улыбки. Ах да, Жнецы… о чем-то подобном она уже слышала год назад, когда некто капитан Шепард пытался убедить Совет в их существовании, основываясь на своих странных догадках и «видениях». Капитан героически оборонял Цитадель во время нападения на нее гетов под предводительством сумасшедшего Спектра по имени Сарен Артериус. По крайней мере, такова была официальная информация. Капитан Шепард пожертвовал азарийским дредноутом «Путь Предназначения», и тот был уничтожен силами гетов. Зато Цитадель была отбита, и дредноут Сарена разрушен в щепки. После той битвы пришлось восстанавливать почти весь Президиум и еще несколько районов станции, и до сих пор кое-где были видны следы разрушения. — Не думала, что ты такая суеверная, — небрежно бросила Советница. Она никогда не верила никому на слово и не воспринимала всерьез самопровозглашенную «Королеву» Систем Термина, хоть и считалась с ее властью. Она не оценивала умственные способности Арии так же высоко, как свои, но была разумно осторожна, чтобы не переходить дорогу преступному синдикату. Впрочем, это не мешало Ириссе извлекать выгоду из любой непредвиденной ситуации, например такой, как эта. — Это не суеверие. Те крупицы информации, которые я успела собрать до отправки команды на миссию, подтверждали слова Шепарда, — резко ответила Ария. — «Золотая звезда» не сумела добыть прямых доказательств, но кое-что они все-таки раскопали. Добавь к этому историю лейтенанта Игнис, и получишь цельную картинку. — Я не занимаюсь подобными мелочами, — пожала плечами Советница. — Если твои подчиненные сорвались с поводка, это твои проблемы. Не Совета. — Естественно, — промурлыкала Ария, медленно поднимаясь со своего кресла и, обойдя столик, приблизилась к Ириссе. Поставив колено на подлокотник кресла, она наклонилась к ней и обдала Советницу едва уловимым запахом духов. Слишком сладкие, как по вкусу Ириссы. Но тем не менее, приятные. — Я бы не стала делиться с тобой чем-то, что не могло бы заинтересовать тебя. Не как Советницу… но как азари. А вот это был удар ниже пояса. Ирисса всегда пеклась почти исключительно об интересах только своей расы, спихивая все остальные вопросы и обязанности на других Советников. Ледяной взгляд встретился с горящими глазами Королевы Пиратов, и Советница кивнула. — Говори. — То, что они нашли на Яртаре и Хар’Шане, могло бы вывести азари на новую ступень развития. — Мы уже самая развитая раса в галактике. — Не самая, — усмехнулась Ария, склоняясь еще ниже и практически касаясь лица Советницы. — Мы все еще следуем за протеанами. Теми самыми протеанами, которые были сметены Жнецами. Если мы добудем технологию Жнецов… если мы получим такую власть, только подумай, Ирисса, какой силой будут обладать азари. Силой не только управлять темной энергией, но и контролировать разум. — Это… весьма соблазнительная перспектива, — Советница перешла на шепот, как будто их могли услышать лишние уши. Хотя она прекрасно знала, что кабинет не прослушивается. Но глядя в лицо Арии, не могла поступить иначе. — Если ты права, я дам тебе все необходимое. Полномочия, финансы, корабли. Но доказательств у тебя нет. Азари промолчала. Ее улыбка стала шире, и кончик языка пробежался по тонким темно-фиолетовым губам. Ирисса в который раз подумала, как Ария была похожа на хищницу, и невольно восхитилась ею. Не то, чтобы она преклонялась перед Т’Лоак, но не оценить ее красоты и грации не могла. В них было больше общего, чем могло бы показаться на первый взгляд, просто Советница лучше умела прятать свое истинное лицо и чувства, нося маску холодной невозмутимости и жестокой рациональности, ведь ей приходилось делать это каждый день. Ирисса любила такие моменты, когда она могла наконец расслабиться и перестать притворяться кем-то другим. Ее руки скользнули вверх и легли на плечи Арии, притягивая ее поближе. — Хочешь доказательств? — усмехнулась та. — Обними вечность… Советница Ирисса. Глаза азари распахнулись, и чернота поглотила их. *** На мостике ударного крейсера “Тринити” полным ходом шла подготовка к прыжку через ретранслятор. Пилот, ни на кого не обращая внимания на капитана и его старшего помощника, изучал данные, высвечивающиеся на экранах, и проводил последние проверки систем корабля. — …Я знаю не больше твоего, Джонс, — пожилой капитан, сидя в своем кресле, поднял взгляд на оперативника и протянул ему датапад — У меня есть четкие приказы командования перехватить их корабль и доставить на Цитадель для допроса. Относительно молодой темноволосый оперативник с несколькими шрамами на левой части лица, был облачен в бронекостюм, на котором располагалась эмблема N7. Он улыбнулся, принимая датапад и бегло просматривая его содержимое. — Ха! Да это же обычный пиратский корабль! Беглая турианка, кроган… — тут на лице отразилось удивление. — Бывший офицер ГОР? Ничего себе… Веселая компашка собралась. Честно говоря, не понимаю… Весь шум из-за подобных личностей, сэр? — Почитай про нынешнего капитана фрегата. Его нельзя недооценивать, — седой капитан на мгновение закрыл глаза, словно вспоминая что-то. — Я его знал еще в те времена, когда он только пришел на службу Альянса. Это не боец, а сорвиголова. Один из лучших агентов, с которыми я был знаком. — Убийство первой степени, убийство своего капитана… Он же преступник, — нахмурился оперативник. — Я не знаю, что его подвигло на эти поступки, но мне бы хотелось с ним поговорить до того, как мы передадим его властям. Так что постарайся его не убивать. Ты понял, Кристофер? — Так точно, капитан, — кивнул тот, возвращая планшет. — Ваши приказы? — Бери своих лучших людей, готовьтесь к абордажу. Постарайся взять как можно больше пленных, но особо не лезь под пули, ты мне еще нужен живым, — повернувшись к обзорным окнам, тихо произнес капитан. — Через пять минут выходим к Хар-Шану. Молча кивнув, оперативник покинул мостик. *** — Лэнни, ну как, есть что-нибудь?.. Лэнни? Отвечай, черт возьми! — крикнул Мортен, наблюдая растущий шар планеты. Впервые в жизни ему было так страшно. От звукового предупреждения о приближающемся судне он чуть не подпрыгнул в кресле. На мостике зазвучал тихий, но уверенный голос: — “Золотая Звезда”, на связи боевой корабль Альянса “Тринити”. Приказываю вам заглушить двигатели и приготовиться к абордажу для передачи преступников, находящихся на борту. Любая попытка сопротивления будет пресечена огнем на поражение. Как поняли? Прием. Инженер включил передатчик, который общими усилиями заработал, хотя и с горем пополам. Впрочем, сейчас использовалась только аварийная частота. Лэнни подумал, что ему и в голову не пришло запустить аварийный маяк и сообщение с сигналом о помощи… и выругал себя. Холден совершенно зря назначил его капитаном, он никогда никем не командовал и опыта у него не было совершенно. А в такие моменты, когда требуется решать проблему прямо сейчас и как можно быстрее, он просто терялся. Открыв канал, он принял сообщение и ответил в динамик: — Вас поняли, «Тринити»! У нас вирус в системе навигации и управления, отключение двигателей невозможно. — Вот как… — донесся ответ из громкоговорителей — Тогда советую за что-нибудь держаться. Открыть огонь! Крейсер развернул орудия, и, сократив дистанцию, дал залп. Снаряды ударили через секунду. “Золотая Звезда” содрогнулась от взрыва, разнесшего внешнюю обшивку, чуть выше левого двигателя. — Да они там что, озверели?! Они разносят мой корабль! — взвыл Мортен в приступе ярости и досады. Лэнни попытался успокоиться, но и его напугал внезапный толчок, сотрясший все судно. Если орудийный залп пробил обшивку, то возникала опасность утечки кислорода. — Всем надеть бронекостюмы и шлемы, — рявкнул он, обращаясь ко всему экипажу через внутреннюю систему связи. — Возможно, у нас утечка. Приготовиться к удару! Он не был уверен, что его услышали все. Инженер (теперь уже, правда, капитан) Вольф утер взмокший лоб и отбросил упавшие на глаза пряди светлых волос. Он вдруг подумал, что Кассия могла его и не услышать. Кто знает, в каком она сейчас состоянии? Перед высадкой он заблокировал дверь ее каюты, просто на всякий случай, удостоверившись, что все необходимое снаряжение было перенесено из арсенала внутрь ее комнаты. За исключением оружия, конечно же. Давать ей в руки винтовку или даже пистолет после всего, что он видел на борту батарианского крейсера, Вольф побаивался. Скорректировав огонь, “Тринити” повторила залп, посылая поток снарядов, который один за другим, ударили по системам управления двигателями. По резко изменившему курс кораблю раздался стон разрывающегося металла. Подобные выходки не редко заканчивались взрывом реактора, но пилот крейсера справился с задачей на “отлично” — двигатели потухли, и фрегат потеряв управления, беспомощно накренился, продолжая по инерции двигаться в сторону Хар’Шана. Системы жизнеобеспечения все еще работали, и утечка кислорода была зафиксирована лишь на нескольких нижних палубах. — “Золотая Звезда”, приготовиться к абордажу. Огромный крейсер навис над беспомощным фрегатом, выпустив захваты и включив обратную тягу. “Звезду” еще раз сильно дернуло в то мгновение, когда “Тринити” рванул фрегат на себя и начал медленное сближение. Теперь оба корабля застыли на высокой орбите Хар’Шана. Пока не нормализовалось давление в переходном шлюзе, Джонс в последний проверял штурмовую винтовку. По сторонам от старпома к высадке готовились еще два оперативника в бронекостюмах, чьи лица были закрыты шлемами. Уже за ними стояли около десяти обычных пехотинцев, вооруженных до зубов. — Господа, надеюсь не надо напоминать, что лучше воздерживаться от боевых патронов на космических кораблях? — не поворачиваясь, произнес Джонс. — Зарядить транквилизаторами. — Но босс, если они будут оказывать сопротивление… — Не будут. Если они не самоубийцы. “Давление в норме” — сообщил БК. — Открыть, — скомандовал оперативник. — За мной. Шлюз с шипением разъехался, и голос ВИ приветливо сообщил, что «идет процедура деконтаминации». Похоже, что ее отключить забыли. Впрочем, штатный техник в отряде Джонса быстро справился с этой проблемой, взломав панель управления шлюзом при помощи инструметрона. Короткий переход, характерный для мелких и быстрых фрегатов, рассчитанных на разведку и точечный бой, был пройден за несколько секунд, и когда открылась дверь на мостик, перед глазами отряда Альянса предстал почти не тронутый разрушениями коридор. В кресле пилота сидел, побледневший и напуганный, человек средних лет в шлеме. Неподалеку от него из кресла штурмана поднялся другой член экипажа и быстро приблизился к Джонсу. — Инже… капитан Вольф, сэр, — поправился он быстро, но эта оговорка не прошла незамеченной. — Двигатели отключились, но у нас возгорание в отсеке ядра. Если не уберемся с этой посудины как можно быстрее, может рвануть. Все знали, чем чревато повреждение ядра эффекта массы. Если его быстро не устранить, то ядро схлопнется, создавая миниатюрную черную дыру. Что при этом станет с экипажем, не хотелось даже думать. — Тайлер, Харрисон, занять оборону у шлюза. Остальные — рассредоточиться по коридору эвакуации, — быстро отдал распоряжения оперативник, и ответил: — Помощник капитана Джонс. Ваш экипаж готов сдаться по-тихому? Джонс пока что не стал уточнять, где Холден и почему капитаном представился кто-то другой. — Сдаться? — нервно усмехнулся Вольф. На его поясе висел пистолет, но к нему человек даже не потянулся. — Мы были бы крайне благодарны, если бы вы помогли нам покинуть систему. Все остальное сейчас неважно. Необходимо как можно быстрее удалиться от Хар’Шана. И, сэр… — он дернул головой, указывая в обзорное окно, где виднелась мрачная планета. — Рекомендую не открывать каналов связи с планетой. На всякий случай. О природе «вируса» он тактично умолчал, но даже если его спросят, сейчас было не время вдаваться в объяснения. Перед тем, как на борт проникли оперативники Альянса, Леонард предусмотрительно вынул модуль данных, на который записывались переговоры с Холденом прямо перед его смертью. Там была абсолютная каша, но Вольф надеялся, что при должном усердии и времени сумеет вытащить оттуда что-нибудь ценное. Иначе капитан погиб зря. Этого Вольф бы себе не простил. — Очень хорошо, капитан. Сообщите по громкой связи, что бы экипаж подходил к шлюзу по одному. Без оружия. И будьте любезны ваше, — Джонс протянул руку, слабо улыбаясь. Лэнни пробурчал что-то неодобрительное под нос, но оружие сдал. К мостику тем временем подтягивался экипаж — Нильсен с его людьми, кроган (который оружие сдал только под угрозой того, что его оставят на борту и он взорвется к чертовой матери), и даже Кассия, чью дверь разблокировал Вольф несколько минут назад. Он удивился, но турианка держалась хорошо, даже очень. Она была полностью облачена в свою броню «Терминус» с абсолютно непрозрачным шлемом. Вытянувшись во весь свой немалый рост, она отсалютовала Вольфу, кивнула Джонсу и без лишних вопросов направилась к шлюзу. Лэнни немного нервничал по поводу эксклюзивной брони наемников — их сложно было с кем-то перепутать, так как у каждого на груди гордо просматривался символ синего солнца. А уж о наемнической банде с Омеги «Синие Светила» не слышал только глухой, слепой, слабоумный инвалид. Каждого из членов экипажа проводили по шлюзу к “Тринити” и передавали вооруженным солдатам, которые провожали их на нижние палубы крейсера, в изолированные камеры. Для Харша солдаты на всякий случай сделали исключение — его провожали шесть хорошо вооруженных человек. — Том, скопируй полетные данные “Золотой Звезды”. Так называемая эвакуация подходила к концу, и Джонс наконец-то спросил у Вольфа: — У меня есть данные, что капитаном этого корабля является Венс Холден. Где он? — Он погиб, — коротко ответил Вольф. — Может быть, приступим к допросам, когда окажемся на безопасном расстоянии отсюда? Мне бы хотелось еще немного пожить. Похоже, этот молодой человек был куда больше напуган перспективой оказаться на Хар’Шане, чем под трибуналом, и это было удивительно. До того, как «Тринити» начала палить по их кораблю, команда мирно летела к планете на автопилоте. Все их системы работали нормально… ну, если не брать в расчет какой-то вирус, о котором говорил Вольф. Так что же их так напугало?.. — Аманда. Проверь каюты, живо. Оперативница бегом кинулась вглубь корабля, спустившись на уровень ниже. Светя в открытые каюты тактическим фонарем, она добралась до последней, и с ноги вышибла приоткрытую дверь. Пусто. Через минуту она вернулась к шлюзу, снимая шлем и мотнув головой, пытаясь отдышаться. — Никого. — Том, данные? — Уже готово. — Порядок, уходим отсюда! — группа захвата в полном составе покинула “Золотую Звезду”. Джонс кивнул Вольфу, пропуская его вперед и уходя с фрегата последним. Через две минуты “Тринити” отстрелил абордажные тросы от фрегата, и, развернувшись, начал отдаляться от “Золотой Звезды”. *** Потерять корабль, который стал тебе домом пусть и ненадолго — всегда печально. В галактике, где наивысшим техническим достижением считались поле эффекта массы и ретрансляторы, позволяющие почти мгновенно путешествовать из одной точки в другую, стало слишком много скитальцев. Тех, чей образ жизни прочно и навсегда оказался связан со способностью выдерживать долгие перелеты, перегрузки, перебои систем, высадки на планетах с враждебным климатом и тихий, монотонный, вечный гул двигателей и легкую вибрацию ядра. Сейчас Кассия стояла внизу, в отсеке ядра, и, не мигая, смотрела на него, завороженная красотой переливов светло-голубого сияния, окутавшего саркофаг. На том, старом корабле ядро было побольше и помощнее, но все равно она иногда ловила себя на мысли, что возвратилась обратно на «Звезду». Или на «Верикан». Сколько кораблей, так же, как «Звезда», нашли свою смерть где-то в глубоком космосе? Сколько развалилось на крошечные осколки, как батарианский крейсер? Сколько рухнуло в атмосферу, не успев скоординироваться и устранить боевые повреждения? И сколько человек, служащих на них, погибли на борту, навеки канув в небытие вместе с их новым домом?.. Иногда турианка думала, что ей следовало бы остаться на Палавене. Родственники прочили ее в охранники, мать желала видеть в СБЦ, отец — вообще полагал, что ей самое место в какой-нибудь захолустной колонии. И все-таки она с самого детства знала, что пойдет служить в космическую пехоту. Согласно законам Иерархии, она должна была начать свой путь с самых низов, несмотря на любые заслуги своих предков, и пробиться до той ступени, до которой сможет дойти. Многие останавливались, многие ломались, но турианцы были гордой расой, воспитанной в бесконечной дисциплине, воинской чести и готовности к самопожертвованию. Похоже, время, когда Кассия должна будет принести свою жертву, неуклонно приближалось. Но это ее не пугало. Если уж духи определят ей провести остаток жизни в тюрьме, то пусть так и будет. В любом случае она хотела напоследок сделать все, чтобы ее смерть не оказалась напрасной. Ядро мигнуло, и его сияние на какую-то долю секунды стало ярче — корабль перешел через ретранслятор. Игнис давно привыкла к этому ощущению, но все равно каждый раз она чувствовала, как немного закладывает уши и какой-то противный, высокий отдаленный писк пронзает мозг. Это ощущение длилось меньше секунды, но было ярким, словно погружение в ледяную воду. Видимо, именно так чувствуют себя настоящие духи — поле эффекта массы влияло на материальные объекты так, чтобы их масса на этот короткий промежуток времени, необходимый для прыжка, была бесконечной малой. Фактически на эту долю секунды ни корабля, ни Кассии, ни чего бы то ни было «здесь и сейчас» не стало — они исчезли, а после появились уже по другую сторону «канала». Это было похоже на то, как если бы каждый космопех переживал собственную смерть снова и снова. Жнецы обладали технологией эффекта массы в совершенстве. Возможно, именно поэтому они были бессмертны. Существа, обманувшие смерть, время, законы физики и биологии и ставшие наивысшей развитой расой в галактике… И все же было кое-что еще. То, что ненадолго приоткрылось перед разумом Кассии там, на Неарре. Это были определенно не Жнецы, хоть перепутать их было легко. Но то, что пыталось вырваться наружу при помощи шарообразного артефакта, было другим. Оно было живым. А Жнецы — бессмертные машины, объединившие в своем общем разуме целые цивилизации — все-таки были мертвецами, жаждущими умертвить все, что хоть как-либо отличалось от них, и превратить в часть своей совершенной и упорядоченной схемы. Это было… отталкивающе. Пугающе. И вызывало в турианке гнев. Она не могла позволить, чтобы еще хоть кто-то погиб зря. *** “Тринити” был не тюремным кораблем, поэтому отсек с КПЗ на нижних палубах был небольшим, но его хватило на небольшой экипаж “Золотой Звезды”, который разместили по камерам сразу после прыжка. И все же, условия содержания были на порядок выше, чем на старом фрегате. От главного коридора с единственным тщательно охраняемым выходом, камеры разделяло только защитное поле. — …Полетные данные сняли? — капитан, облаченный в боевую броню, шел к закрытым дверям, по обе стороны которых стояли вооруженные солдаты. Прямо за ним следовали Кристофер и Аманда. Последняя присоединилась к экипажу “Тринити” относительно недавно, и капитан настоял на том, что бы старпом лично приглядывал за ней, так как, судя по всему, у нее были все задатки, что бы пройти обучение на последнюю ступень квалификации — оперативника N7. — Так точно, я уже приступил к их анализу и дешифровке, — кивнул Джонс. — Очень хорошо. Открыть! — приказал он вытянувшимся по струнке солдатам. Те поспешно ввели код доступа, и дверь с шипением отошла в сторону, пропуская гостей в КПЗ. Пройдя до середины коридора, капитан остановился и обернулся к камерам. Глубоко посаженные глаза внимательно осмотрели каждого члена экипажа бывшего фрегата. — Меня зовут Роберт Сеймор. Я капитан этого крейсера и вы все живы и здоровы только потому что мне приказано вас доставить в Цитадель, — прозвучал тихий, но властный голос — Что произойдет после того, как мы там окажемся, меня не интересует. Но судя по всему, многие из вас пойдут под трибунал. Меня интересует лишь один вопрос... Где ваш бывший капитан? — Пожалуй, я должен ответить на этот вопрос, — невесело усмехнулся Лэнни. Он еще помнил, как их везли с колонии в похожей камере, но тогда они были рабами, набитыми в тесное помещение без всяких удобств, как сельди в бочку. Раненые и ослабевшие, они молились только о том, чтобы капитан Дэвис отпустил их. Сейчас все было по-другому. Кассия была рядом, на ней не было никаких взрывающихся устройств, и Альянс была куда более воспитан и гуманен, чем работорговцы и пираты с Омеги. Однако, за всей этой внешней выхолощенностью проглядывалась не меньшая суровость. К преступникам отношение было не слишком доброжелательным, а все они были в глазах Альянса преступниками. — Бывший капитан... Холден, — твердо произнес инженер. — Совершил высадку на Хар'Шан и был убит. Перед вылетом он передал все полномочия по руководству мне. — Очень любопытно, — покачал головой Сеймор и кивнул на свою подчиненную. — Она нашла в одной из кают его жетоны. Там царил сущий бардак, что наводит на мысль, что на корабле мог произойти бунт, и капитана просто “сместили”… Мистер Вольф, верно? Допустим, вы говорите правду. Потрудитесь объяснить, ради чего Холдену было совершать высадку там, и кем конкретно он был убит? — Я полагаю, его убили батарианцы, — пожал плечам Лэнни. — А по поводу причин... У нас был приказ. От Арии Т'Лоак. Нам было поручено произвести разведку на научной базе батарианцев, изучающих создание новых форм ИИ. Он говорил чистую правду, но не до конца — незачем пока было упоминать о Жнецах. В лучшем случае их сочтут суеверными или сумасшедшими, в худшем — заподозрят в заговоре с какой-нибудь террористической организацией вроде Цербера, которые хватались за любые мало-мальски ценные слухи в надежде добыть уникальные технологии или информацию. Кассия, сидевшая рядом, внезапно подняла голову и кивнула. — Это правда, капитан Сеймор. Он настоял, что должен лететь один. Мне кажется, он знал, что погибнет. По всей видимости, ответ капитана устроил. — А вот это очень странно. Он был не тем человеком, который пошел бы на такой необдуманный шаг, — Сеймор перевел взгляд на турианку, и уже добавил уже другим тоном, в котором чувствовались нотки угрозы — Я не люблю, когда мне лгут. До пункта назначения у нас есть несколько дней, и как только мой помощник разберется с полетными записями, я, возможно, еще вернусь к этой теме. А пока что будем считать, что я вам поверил. — Любой другой турианец счел бы такое оскорблением, — сухо ответила Игнис. — Но, как вы, наверное, знаете, я не похожа на других. Поэтому я просто пропущу это мимо ушей. — Если найдете что-то полезное в полетных записях, дайте мне знать, — усмехнулся Вольф. Он ничего не слышал о Харше — похоже, что крогана, даром что без оружия, перевели в карцер повышенной безопасности. И не без причины. В этом он не мог винить оперативников Альянса, ведь когда-то и сам служил там. До того, как Цербер запустил свои когти в его жизнь. После смерти Джека среди команды "Звезды" не осталось ни одного биотика, и без оружия они не представляли угрозы Альянсу. Лэнни пытался уговорить капитана позволить им выйти из КПЗ, но тот не слишком-то поверил в благие намерения разыскиваемых преступников. А потом в голову Вольфа пришла иная, более разумная мысль. — Послушайте, я знаю, за что меня разыскивают, — сказал он. — И не отрицаю своей вины. Я действительно работал на Цербер... не по злому умыслу, но разве этого кого-то волнует? Цербер такой же враг мне, как и Альянсу. И я могу предложить кое-что весьма ценное, что церберовцы очень не хотели бы отдавать своим врагам. Это было рискованное предложение, но у Лэнни не оставалось выбора — ему необходимо было, чтобы ему поверили. Он заметил, что оба оперативника бросили на него заинтересованный взгляд, и один из них ему был знаком. Лэнни уже видел ее на Новерии. С виду показалось, что капитан не разделяет интереса своих подчиненных: — Ценное? Я не ослышался, мне предлагают сделку? — хмыкнул Сеймор. — Да. Твоя подчиненная в курсе, что Цербер меня разыскивает, — он кивнул на Аманду. — Я сразу ее узнал. Виделись на Новерии... — он неловко пожал плечом, вспоминая тот выстрел, который чуть не снес ему руку. — То, что они искали, все еще у меня. И я охотно этим поделюсь с вами, если пообещаете, что поможете нам. — Он выдержал паузу, а затем взглянул на Сеймора в упор. — Нам нужно переговорить с капитаном Андерсоном. Я слышал, он часто бывает на Цитадели. Тайлер беспомощно посмотрела на капитана Сеймора и кивнула — мол, парень говорит правду. Ее работа под прикрытием в штабе охраны Новерии приносила огромную пользу, но та миссия с захватом Цербера пошла сплошь кувырком. После такого оглушительного провала, да еще и после того, как Аманда устроила перестрелку в переулках космопорта, Альянс отозвал ее на корабль. Женщина была известна в определенных кругах тем, что слишком уж часто бросалась в омут головой, а ее методы едва-едва умещались в рамках полномочий. Но обычно работу свою она делала хорошо, хоть начальство и не гладило ее по голове. Джонс нахмурился, принимая информацию к сведению, а Сеймор перевел взгляд с оперативницы на бывшего капитана. Он был в курсе ее предыдущего задания и его результатов, но то, что она пересекалась с этим преступником, не было простым совпадением. В совпадения капитан “Тринити” не верил. — И что же конкретно они искали у вас, мистер Вольф? — прозвучал очередной вопрос, но судя по всему, капитана все же заинтересовало его предложение. Лэнни выдержал театральную паузу, а затем заговорщически улыбнулся и сказал: — Проект "Властелин". Уточнять не было смысла, он знал, что Альянс в курсе разработок Цербера. Только вот, кроме слухов, им не было ничего известно. А у Вольфа было все, что успел наработать доктор Арчер, все, вплоть до последнего байта. На восстановление работ по проекту у Призрака уйдет не один год, если, конечно, он не найдет альтернатив. Но такой дорогостоящий проект в любом случае влетит ему в копеечку, а если у Альянса будут доказательства, имена, координаты, даты — словом, все, включая созданные Арчером программы и оборудование... Церберу придется совсем несладко. Джонс только тихо присвистнул, и пробормотал себе под нос: — Кто бы мог подумать… Прищурившись и недолго помолчав, капитан связался с пилотом: — Мостик, перевести корабль на повышенную боевую готовность. Пересчитать курс до Цитадели. Я хочу, что бы наши перемещения никто не смог отследить. — Но сэр, тогда вместо нескольких дней мы будем добираться до нее почти неделю… — Я в курсе! Выполняйте! — отрезал капитан, и, выключив связь, вновь поднял взгляд. — Думаю, все обсуждаемо. Мы еще обязательно поговорим с вами, мистер Вольф. А пока что отдыхайте, скоро вам всем принесут пищу. С этими словами Сеймор развернулся и зашагал к выходу. Джонс бросил еще один задумчивый взгляд на Вольфа и вместе с Амандой пошел вслед за капитаном. — Обязательно поговорим, — эхом отозвался Лэнни и растянулся на своей кушетке. Здесь определенно было гораздо удобнее, чем на "Звезде" — по крайней мере, в качестве пленника. Кассия только удивленно покосилась на Вольфа и покачала головой. И с каких пор он вдруг стал таким... циничным? Она помнила добродушного, открытого юношу, которого знала на колонии. Возможно, назначение капитаном уже несуществующего корабля заставило Лэнни вспомнить то, что он давно похоронил в себе. А именно — церберовца. И сейчас турианка видела именно его. Не своего друга. Не друга Холдена и остальных. Не умелого инженера, который любил кофе, итальянскую оперу и болтать по пустякам. Церберовца. И это ей совершенно не нравилось. *** — Сэр, можно вас на несколько слов? — Джонс поравнялся с капитаном и уже шепотом продолжил. — С каких это пор мы заключаем сделки с преступниками? — С этих самых пор. Информация, которой он обладает, будет весьма ценна Альянсу, — раздраженно ответил капитан. — Или это не ясно? — Мне все ясно, за исключением того, что у нас приказ доставить на Цитадель как можно быстрее. — Джонс, не начинай мне только сейчас читать кодексы, хорошо? Я капитан и я принял решение. Займитесь расшифровкой прямо сейчас, мне нужны эти данные. — Есть, сэр. Это было совсем не похоже на капитана. Джонс замедлил шаг и остановился в коридоре. Тайлер поравнялась с ним, заметив, что на короткий миг он изменился в лице — оперативник был растерян. Аманда прошла мимо, сохранив бесстрастное выражение лица. Она была наслышана об оперативнике Джонсе, но оказалась с ним на одном корабле только сейчас. Женщина не могла не отметить, что он был достаточно красив, чтобы половина женской части команды, думая, что никто не видит, жадно смотрели ему вслед, но Тайлер полагала себя выше всех этих внеуставных глупостей. Она была намерена получить звание N7, и это было единственной ее целью. Однако... Ее заинтересовали эти преступники. Такая разношерстная команда, вдруг оказавшаяся в одной лодке, не могла не заинтересовать. И новоиспеченный капитан Вольф, который не пробыл капитаном и дня до того, как потерял свой корабль, не внушал ей доверия. Он казался отличным и милым парнем, но где-то в глубине его глаз угадывался холодный расчет. Было ли это его настоящей сутью, или Аманда просто страдает от приступа паранойи — покажет время. Пока что Тайлер старалась держаться от них подальше. Турианка была совершенно не похожа на преступницу, а кроган... был кроганом. Не хуже и не лучше других. Остальные — обычные наемники, трусливые и жадные до кредитов. Скучно. Через несколько секунд Джонс вновь поравнялся с Тайлер, молча шагая вперед. Его прежде всего интересовал не человек из Цербера, а вопрос почему Сеймор интересовался погибшим капитаном. Проследовав на следующий уровень, Джонс подал голос: — Когда-нибудь занималась дешифровкой полетных данных? — Я что, похожа на шифровальщика? — огрызнулась Аманда, в тот же момент пожалев о своем тоне. Не то, чтобы ей не нравился Джонс, просто ее раздражало, что он повсюду сует свой нос. Оперативники N7 были любопытны донельзя и, похоже, думали, что их статус ставит их выше обычных космопехов. — Обычно я занимаюсь стрельбой. Она попыталась смягчить свою фразу, но получилось не очень. Когда-то ее тоже пытались завербовать в "Цербер", но их идеология показалась Аманде слишком уж... радикальной. Конечно, они занимались и чем-то хорошим, пока Альянс разгребал бюрократические завалы и пытался пробиться через дипломатические барьеры, но все равно церберовцы были слишком фанатичны. К тому же, они заботились только о собственном благе, плюя на интересы других рас. Тайлер не преклонялась перед азари, турианцами и остальными, но вынуждена была признать, что без поддержки Совета человечеству нечего делать в космосе. — За одну стрельбу повышения по службе просто так не дают, — ледяным тоном отозвался Джонс, все еще прокручивая в голове мозаику из фактов, которые упорно не хотели складываться в общую картину. — За мной. Дойдя до своей каюты, Джонс ввел код, и дверь отошла в сторону, пропуская их в когда-то просторную гостиную. Стол был завален датападами и электронными схемами неизвестного предназначения. В дальнем углу, рядом с несколькими терминалами, стояло наваленное друг на друга оборудование, напрямую подключенное к бортовой сети крейсера. Даже у инженерной команды на нижних палубах не было такого нагромождения разношерстной техники. — И чем я смогу помочь тебе? — Аманда приподняла бровь в немом вопросе, глядя на все это технологическое разнообразие. Она, конечно, уже была наслышана о странных привычках старпома, но в его каюте ни разу не была. И слава богу. Здесь был такой бардак, что все в ней возмутилось против подобного нарушения устава.Она всегда была слишком большой аккуратисткой, и это пару раз становилось помехой в службе Тайлер. Нестандартные решения ситуаций, смелая тактика в обход инструкций — это было не про нее. Впрочем, на Новерии она попыталась проломить стену лбом, не вышло. Это было сокрушительное поражение и не менее стыдный провал. Джонс указал на одно из рабочих мест. — Садись. Я тебе объясню основные понятия, дальше врубишься сама в процессе. Тебе не нужно быть шифровальщиком, что бы прочесть полетные данные. На самом деле, почти везде данные прогнаны и закодированы несколькими стандартными алгоритмами, которые есть вот тут, — оперативник постучал по одному из металлических ящиков, подключенных к сети. — БК сам произведет дешифровку, нам надо лишь задать ему ее параметры, и тут начинается самое интересное. Полетные данные разбиты по частям, их полную структуру воссоздает БК корабля, откуда они были сняты. Так как их корабля уже нет… Придется эту работу сделать нам, и собирать паззл в одно целое, используя в качестве подсказок координаты систем, в которых они побывали. Около часа оперативник потратил, что бы обучить Тайлер всем основным командам, применяющимся для работы с бортовым компьютером “Тринити”, а затем выделил приличный кусок данных для обработки. К удовлетворению Джонса, уже через десять минут Тайлер показывала неплохие результаты, сортируя куски данных по координатам и временным штампам. Оперативник сел за свое рабочее место рядом и присоединился к работе, параллельно делая запросы по экипажу “Золотой Звезды” в архив флота. Его интересовало, почему Сеймора так волновала судьба Холдена, и почему его данные… Отсутствуют в архиве. Через два часа работы и поисков можно было сказать точно — такого человека не существовало. Он вообще не появлялся на свет. Что касалось остальных, то на первый взгляд они были обычными преступниками, сбежавшими из пространства Совета на край галактики, рискнув собственной шкурой в обмен на относительную свободу. Турианку звали Кассия Игнис, и она, судя по данным Иерархии, разыскивавшей ее уже несколько лет, когда-то была лейтенантом десятого ранга. Довольно высокий статус для жителя Палавена, такие редко предавали идеалы своей родины. Судя по всему, она нарушила субординацию на одном из разведывательных вылетов и, когда команда высадки спустилась на планету, вернулась в челнок в одиночку. А после своего возвращения на корабль по неизвестным причинам шарахнула по координатам высадки ядерной боеголовкой. Угнав корабль, она рванула когти на Омегу, видимо, прекрасно понимая, что за такое на Палавене ее по головке не погладят. Что самое странное, Игнис позаботилась о том, чтобы оставшийся экипаж благополучно вернулся на Палавен и доложил о ее действиях Примарху. Нильсен, Мортен и остальные наемники принадлежали к одной из самых богатых и многочисленных бандитских группировок Систем Термина. Появившись на Омеге как отряд безопасности станции, "Синие Светила" вскоре разрослись до такой степени, что почти захватили власть. Впрочем, долго они у власти не пробыли — на Омегу прибыла некая азари, которая устроила там такой кавардак, что после этого пришлось с месяц отмывать всю станцию от ошметков и крови. Теперь "Светила" подчинялись только Королеве Пиратов и никому больше, наводя страх на колонии и случайные корабли в Траверсе. Номинально главой ОПГ являлся некто Видо Сантьяго, который, судя по данным разведки, основал "Светила" вместе со своим подельником по имени Заид Массани. Сейчас о местонахождении Массани было неизвестно, а Сантьяго скрывался, видимо, окончательно рехнувшись от собственной паранойи. Временно руководство ОПГ на себя взяла Ария, хотя, если быть точным, один из ее личных телохранителей — батарианец по имени Брэй. О крогане, который назвался Харшем, было неизвестно вообще ничего — кроганы никогда не любили болтать, поэтому его немногочисленные знакомые на Омеге даже не знали его настоящего имени, а связаться с Тучанкой и перепроверить данные никто не решался. Он казался спокойным и добродушным, однако Джонс уже встречался с ему подобными и знал, что подпускать к себе близко такую махину не стоит. В один момент кроган может мило болтать с тобой об оружии, а в следующий — проломить тебе череп одним ударом, если это покажется ему хорошей идеей. Сканирование показывало, что Харш перенес огромные дозы облучения, даже большие, чем было принято для обитателей Тучанки, а также операцию по замене имплантатами некоторых органов. Самым интересным был глазной имплантат, который периодически барахлил, но кроган наотрез отказывался его менять. Похоже, что он воспринимал эти кибернетические органы чем-то вроде боевых талисманов. На вопросы он, по крайней мере, всегда с усмешкой отвечал, что и слепым сможет убить каждого, кто находится на "Тринити", не перезарядив своей винтовки. Юмор у него был довольно странный. Ну и, наконец, человек, представившийся новым капитаном, Леонард Вольф. Это был довольно известный молодой ученый, которого в свое время пытались переманить и Альянс, и Новерия. Кажется, после трагической случайности, когда погибла его сестра, Вольф отклонил все предложения и тайно стал работать на Цербер. Впрочем, довольно скоро он и оттуда умудрился сбежать, а поскольку бывшим церберовцам дорога была только в тринубал, ему ничего не оставалось, кроме как дать деру за границы влияния Совета. Чем конкретно он занимался для Призрака было неизвестно, но если он говорил правду о проекте "Властелин" и если слухи об этом проекте были верны хотя бы наполовину, информация, которой он обладает, могла бы склонить чашу весов в противостоянии Альянса и Призрака. Хотя Джонсу все равно казалось, что Вольф чего-то недоговаривает. Откуда он узнал о капитане Андерсоне и зачем, черт побери, ему так захотелось с ним переговорить?.. Уже ближе к вечеру, когда Тайлер скинула очередной кусок обработанных данных, Джонс его просмотрел, и потянувшись, осушил стакан с водой. — Так. Уотсон, ага. Так значит, вот переломный момент… Взяли на борт кучу людей, среди которых оказался наемник, турианка и инженер… Джонс ввел новый поиск, используя найденный номер счета наемника. — Кстати, он сказал, что вы виделись на Новерии. Что они там делали? — Кажется, что-то искали в одном из научно-исследовательских центров, — Аманда пожала плечами. — Не думаю, что это совпадение. И то, что практически одновременно с ними на Новерию прилетел корабль "Цербера". И те, и другие искали что-то, что знали в одной из компаний... а затем начали стрелять друг в друга. — Абсолютно верно. Совпадений не бывает, — кивнул Джонс, принимая еще один блок данных и просматривая его. Дойдя до конца, он добавил свои части, но все равно что-то было не так. — Это все, что было?.. — нахмурившись, задумчиво произнес он. — Да. Похоже, у нас чего-то не хватает, не так ли, мистер Джонс? — с некоторой издевкой спросила Тайлер. Очевидно, что записи из системы Хар'Шан отсутствовали. Либо их намеренно стерли, либо... они находились где-то еще. Только зачем? Скрыть обстоятельства смерти предыдущего капитана? Вольф был ужасным лжецом, по его лицу было видно, что он что-то скрывает. — Этот Вольф говорил о том, что их корабль был… Заражен. У меня почему-то есть чувство, что ответы на многие вопросы мы бы смогли получить на Хар'Шане… А капитан даже не отдал приказ просканировать пространство системы послу выхода из ретранслятора. Есть еще кое-что… — Джонс развернул один из экранов к напарнице, на котором был показан список экипажа боевого корабля “Дракенфельс”. — Обрати внимание, где он был потерян. Данные говорили о том, что связь с прибывшим на сигнал бедствия в систему “Дис” крейсером была потеряна. Позже его останки нашли на поверхности планеты Гремар. В официальном отчете было сказано, что небольшому количеству людей удалось выжить, и среди них был Венс Холден, тогда еще оперативник ГОР. — А теперь посмотри, в системе с какими координатами произошел “инцидент” с турианкой, которая сейчас сидит у нас в КПЗ. Круто, да? Через несколько недель после потери “Дракенфельса”, Холден становится преступником, а спустя многие годы, “Золотая Звезда” вновь летит в ту же систему. — Я слышала, что батарианцы что-то нашли в системе Дис, но очень быстро улетели оттуда. Альянс не имеет никаких рычагов давления на Хар'Шан, а вступать в открытую войну с батарианцами глупо, — Аманда нахмурилась. — Но в системе Дис ничего нет. Альянс уже посылал туда разведывательные корабли. То, что случилось с "Дракенфельсом" — было чистой случайностью. Возможность диверсии давно исключили... — она замолчала, поняв, что оперировать официальными данными — значит, признавать, что им говорили только правду. Тайлер была достаточно умна, чтобы понимать, что на лжи стоится почти вся политика и Совета, и Альянса. А поскольку Альянс уже очень давно претендовал на место в Совете, они сделают все, что им скажут, чтобы выглядеть достойными. Даже если это "все" подразумевает закрывать глаза на определенные вещи. Помолчав, переваривая информацию, Джонс вызвал капитана. На одном из экранов появилось лицо Сеймора. — Капитан, мы закончили обработку полетных данных “Золотой Звезды”, но не хватает куска на “Хар'Шане”… — Отлично. Передайте данные мне и уничтожьте все остальные копии. — Сэр, согласно директивам, мы должны предоставить их… — Я в курсе директив Альянса! — тон капитана говорил о том, что он не потерпит возражений. — Выполняйте приказ, Джонс. Жду копию в течение часа. Связь отключилась. Оперативник переглянулся с Тайлер и потянулся к консоли управления, намереваясь подготовить отчет капитану. — Мне это все не нравится, — в полголоса произнес он. — Подожди, — Аманда ухватила Джонса за руку. — Сделай одну копию и оставь себе. Просто на всякий случай. Она нечасто противилась приказам начальства, но после операции на Новерии поняла, что слепо следуя инструкциям, должности оперативника N7 ей не видать. А у Джонса хватало полномочий, чтобы в случае чего снять с себя все обвинения. — Да, так и сделаю, — кивнул тот. Она также искренне надеялась, что, работая с Кристофером, докажет свою полезность и он будет рекомендовать ее на повышение. Сейчас по программе у Аманды был рейтинг не выше четверки, да и то с натяжкой. После Новерии она боялась, что и это небольшое достижение сможет потерять, а вот если кому-то вдруг понадобятся отчеты... — Как думаешь, отсутствующие данные у Вольфа? — вполголоса спросила она, уже догадываясь об ответе. Если он их не уничтожил (что маловероятно, учитывая обстоятельства), то, скорее всего переписал на свой инструметрон. — Скорей всего, — кивнул Джонс, бросив усталый взгляд на Тайлер. — Завтра надо будет с ним поговорить… Лететь еще долго, так что думаю, что успеем разобраться с загадкой “Золотой Звезды”. И в этом он очень сильно заблуждался. *** Когда наконец представители Альянса ушли, Кассия осталась один на один с Лэнни. Им так и не удалось обсудить произошедшее, и турианка сомневалась, что вообще хочет что-то обсуждать с инженером. То, что теперь он был капитаном, тоже выглядело довольно сомнительно. Она не до конца верила в то, что Холден добровольно назначил единственного человека, знавшего о плане высадки на Хар’Шан, своим преемником. Вольф тоже молчал, видимо, ему нелегко было вспоминать обо всем этом, но молчание становилось давящим, и вскоре Игнис не выдержала. — Ты мог бы рассказать мне. Я бы поняла. Человек усмехнулся и потер подбородок. Давненько он не брился, и теперь зарос недельной щетиной. Сейчас, сидя в КПЗ, об этом было довольно странно беспокоиться, но это лучше, чем постоянно прокручивать в голове смерть капитана. — Это был приказ, Кассия. Я не мог его нарушить. — Херня все это, — прорычала турианка. — Ты прекрасно знаешь, что мы могли это предотвратить. Если бы я была там, внизу… я могла бы спасти нас обоих. — Нет, — Лэнни поднял голову и взглянул в глаза Игнис, и в его зрачках сверкнула сталь. — Не могла бы. Ты просто погибла бы вместе с ним. А я не мог этого допустить. — Это ты убил капитана, — бесцветным голосом отозвалась она, отвернувшись к стене. Ей уже не хотелось слушать инженера… то есть, капитана Вольфа. И пусть турианка знала, что не может уже доверять самой себе, она не перестала рассуждать здраво. Лэнни хотел спасти ее, и ради этой сомнительной цели пожертвовал Венсом. Уроженец Палавена бы никогда не допустил, чтобы цель миссии ставилась под сомнение в пользу привязанности одного члена команды к другому, это было не просто порицаемым, но и вообще запрещенным. И теперь из-за Вольфа она тоже чувствовала себя виноватой, как будто ценой жизни Холдена была выкуплена ее собственная жизнь. Но отплатить ему турианка уже не могла — вряд ли мертвецам есть дело до чести и долга. — Странно слышать это от тебя, — холодно ответил ей человек. — Ведь, насколько я помню, ты сама убила свою команду на Неарре. — Это было… совсем другое дело, — отчаянно возразила Кассия. — Они сошли с ума и хотели убить меня. Если бы я не сделала этого, кто знает, что они вывезли бы на борту с планеты? — Неужели? Холден знал, на что идет, и доверился мне именно потому, что я был единственным, кто понял бы это. Или ты думаешь, что я послал бы на верную смерть весь экипаж? — Это был мой единственный шанс умереть достойно! — рявкнула турианка, вскочив на ноги и глядя на инженера сверху вниз пылающими глазами. — И Холден все еще был бы жив! Ты же видел, какой я стала на крейсере батарианцев, ты же видел, что меня ждет… и ты обрекаешь меня на мучительное безумие, на медленное умирание по кускам? Да Холдену, по сравнению со мной, повезло куда больше! Он хотя бы умер быстро! — Заткнись, — бросил Вольф, тоже поднимаясь на ноги, но даже стоя в полный рост, он все равно вынужден был задирать голову, чтобы взглянуть в глаза Кассии. — Я верю, что тебя можно спасти. И Холден верил в это. Так почему же ты так упорно не желаешь дать себе хотя бы один шанс? Ты так хочешь умереть? — Я… я не хочу… — она запнулась и сделала шаг назад, растерянно взмахнув рукой, будто пытаясь подобрать правильные слова. — Просто я… — Сожалеешь о том, что сделала? — безжалостно продолжил Лэнни, не давая ей отвести взгляд. — Все еще считаешь себя виноватой в том, что убила Фадеуса? Ты думаешь, что только за это заслуживаешь смерти? Если так, то ты действительно недостойна называться истинной турианкой. Ты просто сумасшедшая дура, Кассия Игнис. Он едва успел договорить, когда жесткая трехпалая рука врезалась в его челюсть и отбросила к стене. Благо, в камере было не так много места, так что удар оказался не настолько сильным, чтобы вышибить из парня дух. Кассия смотрела на него так, будто он только что на ее глазах самолично убил сотню невинных людей. Она не желала признавать, что доля правды в его словах все же есть. Как же просто было до этой идиотской миссии… Как же она хотела никогда не встречать Джека Дэвиса, никогда не попадать на Омегу, никогда не лететь на Неарр. Но что сделано, то сделано, и никакие истерики не вернут погибших. Даже она могла это понять. А вот смириться было трудно. Лэнни, кряхтя, медленно поднялся и с каким-то детским удивлением и обидой потер челюсть, на которой расплывался огромный синяк. Хорошо еще, что зубы не выбила, а ведь у турианки был отлично поставленный апперкот. Кассия смотрела на него с яростью, но в глубине души уже сожалела о том, что сделала. В конце концов, что толку избивать Лэнни, если это все равно не поможет в текущей ситуации. — Хороший удар, Кас, — усмехнулся инженер, тут же болезненно поморщившись. — Ты еще можешь принести пользу. У тебя еще есть время исправить все ошибки, отпустить свое прошлое… Я смог это сделать, значит, и ты тоже сможешь. Хотя бы ради Холдена. Он не сказал это вслух, но его глаза выражали немой вопрос. Он давно подозревал, что турианка испытывает нечто большее, чем просто дружескую привязанность, к погибшему капитану. Она никогда не давала поводов это подозревать, но сейчас он видел, что Игнис по-настоящему разбита. Смерть Венса почти подкосила ее. Вольфу было больно видеть ее в таком состоянии, даже случай на борту батарианского крейсера не пугал его так, как эти механические движения, надломленный голос и потухшие глаза. — Холдену уже все равно, что будет с нами, — тихо сказала турианка, рухнув на пол и подобрав ноги под себя. — Он мертв. — Да. А мы — все еще живы. Так, может, стоит воспользоваться этим и попытаться изменить все к лучшему? Не думай, что мне плевать на его смерть. Я бы с радостью поменялся с ним местами, если бы это хоть что-нибудь меняло. — Как же меня достали все эти смерти, — вдруг горько и с какой-то злобой сказала турианка. — Как меня достали эти гребаные Жнецы, которые так и норовят влезть в голову. Когда я шла в космопехоту, я верила, что моей работой будет устранять несправедливость и нести мир в галактику. Я никогда и подумать бы не могла, что мне придется убивать собственных друзей. — Таковы правила игры, — ответил Вольф, осторожно положив руку на плечо своей подруги. — И я не собираюсь сдаваться только потому, что остальные не смогли играть по правилам. И тебе не позволю, слышишь? Поэтому соберись и будь той Кассией Игнис, лейтенантом Иерархии десятого ранга, которую я знал на Уотсоне. Она кивнула, будто послушно соглашаясь с каждым словом, но Вольф знал, что достучался до упрямой турианки. Самым верным и безотказным способом — воззвав к ее воинской чести. Каждый турианец с детства был солдатом, и даже у тех, кто подался в наемники, оставались верность идеалам, пусть даже и искаженным. — Извини… за это, — она посмотрела на след от удара по челюсти, и Лэнни пожал плечами. — Пустое. Это того стоило. В конце концов, меня еще никогда не избивала девушка, — Кассия усмехнулась, хоть шутка и вышла немного неловкой. Если уж кто и не был похож на человеческую девушку, так это Кассия. Со своим внушительным даже для турианцев ростом и характером. — Похоже, это путешествие открывает прямо-таки прорву новых горизонтов и ощущений. Кассия улыбнулась. И именно в этот момент между ней и инженером рухнула, рассыпавшись в пыль, стена непонимания. Почему-то турианка была уверена, что теперь уж точно навсегда. *** Весь следующий день Джонс нес вахту на мостике, отвлекшись только на прием пищи в кают-компании, где пересекся с Тайлер, договорившись вечером пересечься на нижних уровнях и поговорить с Вольфом о пропавших данных с Хар’Шана. Через двадцать секунд после прохождения через очередной ретранслятор, послышался голос. — Капитан на мостике! Оперативник и дежурные офицеры развернулись в сторону входа и отсалютовали вошедшему Сеймору, который в сопровождении двух охранников проследовал к своему месту. — За время вашего отсутствия происшествий не было, корабль идет заданным курсом, — кратко доложил Джонс, передавая Сеймору датапад. — Замечательно, — кивнул тот, быстро пробежав глазами по сводке работы критических систем. — У нас небольшие изменения в планах. Старшие офицеры с интересом подняли головы от пультов управления, оперативник же никак не отреагировал, ожидая деталей. Рухнув в свое кресло, капитан повысил голос: — Два часа назад я связался с командованием и запросил дополнительные инструкции. Нам приказано лечь в дрейф у второй планеты этой системы и принять на борт оперативников ГОР, которые заберут одно из заключенных для допроса на Земле. Проложить курс. — Изменение курса на ноль-семь-девять, угол сближения двадцать четыре! Сбалансировать нагрузку на двигатели, — рявкнул Джонс пилоту. — Ноль-семь-девять, двадцать четыре, понял — отозвался тот, начав вводить новые данные бортовому компьютеру. — Это по поводу Вольфа? — шепнул Джонс капитану. Тот кивнул: — Пусть вопросами “Цербера” занимаются более компетентные лица. Оперативник выругался про себя, сжав зубы. Единственный источник информации скоро покинет борт крейсера, хотя… Может еще кто-то из экипажа сможет пролить свет на события у Хар’Шана... Как только “Тринити” закончила маневр выхода на орбиту, на мостике прозвучало предупреждение о сближении с неопознанным судном и запрос на связь. Джонс коротко кивнул одному из офицеров, и тот включил громкоговорители, из которых донесся голос: — …Повторяю, “Белизариус” вызывает “Тринити”. Мы на подходе, приготовьтесь встретить челнок, как поняли, прием? — Подтверждаю, боевой корабль Альянса класса фрегат входит в радиус действия наших сканнеров. — “Тринити” на связи, принято. Ждем вас, — ответил капитан и, отключив связь, кивнул Джонсу. — После передачи сразу продолжим полет к Цитадели. — Так точно, сэр, — скрестив руки на груди, ответил оперативник, вглядываясь в обзорные окна, за которыми виднелись всполохи тормозных двигателей вышедшего на орбиту фрегата, от которого отделилась маленькая точка и пошла на сближение с крейсером. Менее чем через полчаса небольшой челнок залетел в один из ангаров крейсера, и на мостик поднялся темноволосый человек в боевой броне без опознавательных знаков. Джонс отметил, что он был вооружен до зубов. Будь это кто-либо другой, его бы заставили оставить оружие за порогом, но сотрудники ГОР обладали особыми полномочиями, позволявшими им оставаться при оружии даже там, где стрелять — опасно для своего же здоровья. — Роберт Сеймор, рад встрече, — слегка улыбнулся гость, подойдя к капитану. — Полковник Тревор Уильямс. Мой капитан приносит извинения, что не может встретиться лично с вами. — Конечно, — тот встал из своего кресла, пожав руку гостю, и обратился к Джонсу. — Кристофер, прикажите своим людям проводить мистера Вольфа к челноку, я отойду побеседовать с полковником. С этими словами капитан с гостем покинули мостик, и Джонс открыл канал связи с Тайлер: — Аманда, прием. Возьми несколько солдат и проведи Вольфа во второй ангар к челноку группы особого реагирования. — Я думала, у нас был четкий приказ сопроводить всех пленников для допроса на Цитадель, — мрачно ответила та. — А адмирал Хакетт в курсе ситуации? Это был глупый вопрос — вряд ли капитан Сеймор вообще связывался с адмиралом, Хакеттом или каким-нибудь другим. Но Тайлер все равно было невдомек, почему вдруг ГОР решили вмешаться. И почему они хотят забрать только одного преступника, который, по счастливому стечению обстоятельств, являлся важной шишкой в «Цербере». Аманда направилась в сторону КПЗ, захватив с собой двух солдат-охранников, но канал с Джонсом не закрыла. Как ей когда-то говорили в начале тренировок в программе N7, ты никогда не станешь хорошим оперативником, если не будешь совать нос не в свое дело. Аманда поняла это напутствие буквально, кое-кто даже сказал бы, что слишком буквально. Джонс перешел на закрытый канал связи с Тайлер: — Капитан запрашивал инструкции по Вольфу у командования, — ответил он, разглядывая силуэт фрегата. — Похоже, что там решили доставить наш кладезь знаний прямо на Землю. Тут он нахмурился и провел рукой по щетине, будто что-то вспомнив: — Скажи, ты что-нибудь слышала о корабле под названием “Белизариус”? — Нет, никогда. Впрочем, не могу сказать, что знаю все корабли ГОР поименно, — Аманда вошла в КПЗ и посмотрела на пленников. Леонард Вольф ну никак не ассоциировался у нее с опасным преступником — он скорее был похож на потерянного щенка. Хотя, судя по всему, строить глазки и прикидываться беспомощным он умел, как и любой церберовец. — Попробую пробить по базам данных… — наступила пауза, во время которой Тайлер сосредоточенно просканировала списки кораблей Альянса и их сигнатуры. — Ничего подобного. Такого корабля не существует. — Почему мы остановились? — напряженно спросил Лэнни, оглядываясь на Кассию, но та погрузилась в молчание, как только солдаты вошли в КПЗ. — Мы не летим на Цитадель? — Мы — летим, а ты — нет, — резко бросила Аманда. — Полетишь на Землю для допроса. Тебя заберут оперативники ГОР. — Дай мне данные корабля, — обратился Джонс к пилоту. На одном из экранов появилась подробная информация о судне. Все было в порядке — индикационный код был верным и принадлежал Альянсу, а сканнеры показывали, что орудия на корабле были неактивны. — Оставайся на связи, — тихо произнес он в коммуникатор, оборачиваясь к вернувшемуся оперативнику с капитаном. — Все в порядке? — поинтересовался Сеймор. — Так точно, Тайлер в КПЗ, выводит пленного к ангару, — утвердительно кивнул Джонс, переводя взгляда на оперативника ГОР. — У челнока их встретят мои люди, — произнес тот, держа оружие в руках и не выражая никаких эмоций. Тем временем Аманда приказала солдатам достать оружие и открыла дверь в камеру. Турианка смотрела на нее с неприкрытой неприязнью, но Тайлер не было до нее никакого дела. Скорее всего, после допроса на Цитадели бывшего лейтенанта Игнис передадут в руки Иерархии. Аманда не слишком разбиралась в военной традиции турианцев, но прекрасно знала, что ничего хорошего тому, что убил своего капитана, не светит. Кассия — не проблема Альянса, пускай с ней разбирается Примарх или кто там главный на Палавене. А вот Вольф… — Выходи. Медленно, — кивнула женщина инженеру, и тот, сжав зубы, подчинился. — Даже не пытайся сбежать. Выстрелить тебе в спину я успею. Ему захотелось схватить эту стерву за волосы и долго, методично бить ее лицом о стену, но Вольф сдержался. Сейчас его волновало не это, а тот факт, что Кассия остается на борту. А это значит, что он больше не увидит турианку. — Полковник, скажите, вы давно служите на “Белизариусе”? — как бы невзначай спросил Джонс, рассматривая далекий фрегат. — Достаточно давно, — безразлично отозвался оперативник, внутренне напрягшись. — Вы не могли бы подсказать индикационный код фрегата? — развернувшись к полковнику и заглянув ему в глаза, задал очередной вопрос старпом. Тот холодно улыбнулся, но ответить не успел. — Что-то не так, Джонс? — донесся голос капитана, который метнул раздраженный взгляд на своего помощника. — Все в порядке, сэр. Просто наша система распознавания “свой-чужой” не может найти корабль в базе данных. — Идем к ангару, — отрапортовала Аманда в переговорное устройство. — У вас там все в порядке? Лэнни оглянулся, попытавшись хотя бы в последний раз бросить взгляд на Кассию, но не получилось — за ним с сосредоточенными и хмурыми лицами топали двое солдат Альянса, и за их широкими спинами разглядеть камеру уже было невозможно. Правда, Вольф почему-то догадался, что турианка смотрит им вслед. Она была слишком гордой для того, чтобы просто сказать «прощай». Да и не любила прощаний. Испытывать личную приязнь к членам команды считалось плохой чертой у турианцев, учитывая, как часто гибли бойцы в постоянных стычках. Лэнни помотал головой, пытаясь изгнать из нее образ Игнис, которая предстанет перед трибуналом Иерархии, что по праву считался одним из самых суровых в пространстве Совета. Скорее всего, ее казнят. Или, что еще хуже, сошлют навсегда в какой-нибудь штрафбат в качестве пушечного мяса. Тогда ее жизнь продлится на год-другой мучительной борьбы за еще один вздох. Это было бы еще хуже, чем смерть, особенно учитывая последние события и перспективу быть пристреленной своими же, как только у Игнис наступит очередной психоз. — Принято. В полном порядке, — отозвался Джонс и, оставив канал связи открытым, чтобы Тайлер слышала все, что происходит на мостике, кинул взгляд на полковника. — Идут к ангару. Так что насчет кода, Уильямс? Тот внимательно осмотрел старпома с ног до головы и, сжав зубы, процедил: — Данные нашего корабля — это не ваше собачье дело. Если вы не забыли, кому он принадлежит, то должны понимать, что я не вправе распространять такие данные. — Не вправе… Или не в курсе! — повысил тон Джонс, бросая взгляд на поднимающегося из кресла Сеймора, который хотел что-то сказать, но оперативник не дал ему такой возможности, указав на экран с высветившимися данными. — Еще в Академии у меня была склонность изучать историю судостроения. Я знал каждый корабль, который был построен человеческими руками и был запущен в космос. Транспортный корабль “Белизариус”, с сигнатурой, соответствующей вашему фрегату, отслужил свой срок и был разобран в сухом доке двадцать пять лет назад! Как вы это объясните, полковник? Аманда внимательно слушала разговор Кристофера с Уильямсом, и как раз сейчас входила в ангар. У челнока без опознавательных знаков стояли трое солдат. Форма их тоже не вызывала никаких ассоциаций. Но лица у них были, что ни говори, суровые — и у каждого в руках по винтовке. Кивнув Тайлер, они открыли дверь челнока, мол, погружай пленника. — Сейчас-сейчас, — торопливо произнесла женщина, толкнув Лэнни вперед так, что он едва не споткнулся. — Аккуратней нельзя? — пробубнил он раздраженно, но ослушаться не посмел. Шагнув в сторону челнока, он растерянно обернулся, все еще надеясь, что это какая-то ошибка. — Забирайся внутрь и сиди тихо, — сказала Аманда и, к великому удивлению инженера, улыбнулась и кивнула ему. Когда паренек, кряхтя и спотыкаясь из-за скованных за спиной рук, все же сумел забраться внутрь транспортера (солдаты даже не пытались ему помочь, лишь с интересом наблюдали за ним), Аманда посмотрела на солдат Альянса, стоявших по обе стороны от нее. Едва уловимым движением она приподняла свой пистолет, что означало «готовьтесь к бою». Полковник изменился в лице, и прикоснулся к своему коммуникатору. Судя по всему, он тоже был на постоянной связи с носителем. — Понял, — проронил он, и резким движением подняв винтовку, открыл шквальный огонь. Джонс едва успел упасть на пол и откатиться за одну из панелей управления — очередь прошла прямо над его головой, ударив в пилота и изрешетив капитана, который упал ничком рядом со старпомом. Развернувшись, полковник точными выстрелами убил офицера связи и навигатора. На обзорные окна брызнула кровь. Старпом, тряхнув головой, достал свою штурмовую винтовку, начав отстреливаться из-за укрытия короткими очередями. Враг не замедлил ответить, и, пятясь к выходу, направил лавину огня, которая разрывала в клочья оборудование. Казалось, что его абсолютно не волновал тот факт, что если хотя бы один снаряд попадет в обзорные экраны… Хотя, его в действительности это не волновало. Дождавшись, пока у врага не закончатся патроны, Джонс рванул с места и выпустил очередь по врагу. Тот нажал курок пистолета в тот момент, когда две пули из штурмовой винтовки Джонса ударили в его броню и сбили прицел. С глухим ударом, пуля поразила одно из окон, которое пошло трещинами. Не медля ни секунды, оперативник сократил дистанцию, прыгнув вперед, оттолкнувшись от порога и выстрелив один раз. Голова полковника Уильямса взорвалась, оставив следы кровавый след на стене. Из коммуникатора Джонса слышались звуки стрельбы — похоже, что Аманда и сопровождавшие ее солдаты открыли огонь. К счастью, Лэнни к тому моменту уже был в челноке и, услышав первый выстрел, ничком рухнул на пол. Вовремя — через несколько секунд его окатило волной осколков стекла. Один из снарядов разбил окно транспортника. Инженер попытался отползти подальше, чувствуя, как осколки больно впиваются в спину и бок, но не издал ни звука. Снаружи были слышны крики, кажется, кого-то ранили. Вольф вздрогнул от удара, пришедшегося на боковую сторону челнока — чье-то массивное тело врезалось в дверцу, оставив небольшую вмятину. Однако через несколько минут все было кончено — дверца со скрипом отворилась, и перед свернувшимся клубком перепуганным инженером явилась Аманда Тайлер, покрытая кровью и держащаяся за левое бедро. — Вылезай, — приказала она, и когда парень только моргнул, глядя на женщину с явным недопониманием, прорычала сквозь зубы какое-то ругательство и вытащила Вольфа буквально за шкирку. Развернув спиной к себе, Тайлер отомкнула наручники и отступила на шаг, оглядывая пленника на предмет повреждений. Ничего серьезного, пара порезов стеклом, но жить будет. А вот она пропустила один выстрел, который пробил ей бедро практически насквозь — хорошо, что в кость не попало. Кровь, однако, лилась водопадом, и сев на пол, Аманда вытащила из кармана формы ампулу панацелина и резким движением всадила иглу рядом с раной. — Джонс! Джонс, отвечайте. Что там у вас? — проговорила она в коммуникатор, отбросив иглу и зажимая рану одной рукой. Бросив взгляд на треснутое стекло, оперативник согнулся, пытаясь отдышаться. Мостик заливало аварийное освещение, половина приборов была разрушена или повреждена, а за окнами фрегат несколько раз вспыхнул — это заработали его основные двигатели. — Весь офицерский состав погиб, на нас вектором атаки идет “Белизариус”, — бросив в коммуникатор, Джонс добрался до кресла пилота, и осторожно вытащив тело из кресла, положил руки на пульт управления, судорожно вспоминая те немногие навыки, которыми он обладал. — Как ты, Аманда? Щелкнув переключателями, он поднял защитные экраны на обзорные окна, и, активировав тактический интерфейс, привел корабль в полную боевую готовность. Без пилота они не смогут двигаться, лишь ответить на залпы врагов, да и то, если у него получится убедить систему “свой-чужой”, что “Белизариус” — именно “чужой”. Сконцентрировавшись, он на пределе скорости начал вводить команды, пытаясь перевести орудия на приближающийся фрегат, который к этому моменту дал первый залп и “Тринити” заметно тряхнуло. — Жить буду. У вас там разгерметизация небольшая, — отдышавшись и пытаясь подняться, ответила Тайлер. Она хотела было спросить, кто из экипажа еще жив и смогут ли они дотянуть до ретранслятора на максимальном ускорении, как вдруг ее перебил Вольф: — Откройте камеры в КПЗ, у нас есть квалифицированный пилот и навигатор. А я могу решить проблему с разгерметизацией и перенастройкой систем распознавания корабля. — Доступ к наведению. Изменить… Блядь! — Крейсер содрогнулся от прямого попадания, и Джонс ввел последнюю команду. Ничего не произошло. — И.о. капитана Кристофер Джонс на связи! Ремонтную и медицинские бригады на мостик, срочно! — включив громкую связь, крикнул он, и добавил в коммуникатор. — Тайлер, давай на мостик с ним! Подбежав к соседнему пульту управления, он попытался подключиться к системе ведения огня вручную. Аманда отключила коммуникатор и, оперевшись на плечо Лэнни, поковыляла к мостику как можно быстрее. Один из солдат Альянса остался лежать в ангаре — он умер от кровопотери слишком быстро, панацелин бы ему уже не помог. Второй побежал вперед, с винтовкой наперевес. Когда Тайлер и Вольф достигли мостика, там уже было битком народу — кто-то занимался устранением разгерметизации, кто-то помогал раненым. Протиснувшись к креслу пилота, Лэнни посмотрел на вражеский фрегат и нахмурился. А затем взгляд его упал на лежащего ничком убитого Уильямса. На лице инженера отразился шок, а сразу после него — презрение. Сев в кресло второго пилота, он включил голографический интерфейс и подключил его к собственному инструметрону. — Спокойно, сейчас перепрограммирую системы распознавания... — его пальцы забегали по голографической клавиатуре, вводя новые данные и загружая с инструметрона программы взлома. — Кажется, убивать своих капитанов уже вошло в традицию, — попытался пошутить он, заметив, что Сеймор тоже убит. — Включаю системы подавления, нельзя, что бы эти падлы позвали на помощь, — сквозь зубы процедил Джонс. Через несколько минут после вмешательства Вольфа, бортовой компьютер “Тринити” отреагировал на сканеры слежения фрегата, и, нацелив основные батареи, дал залп по вражескому судну. Небольшой фрегат выплеснул в космос тысячи заостренных осколков обшивки. Тут же к делу подключились орудия ближнего боя, которые, обстреляв “Белизариус”, поразили его силовую установку, которая, вспыхнув, развалила фрегат на две части. Тяжело дыша, Джонс отошел в сторону, пропуская техников и кинув взгляд на Тайлер, кивнул ей: — Отлично справилась, молодец. Та не снизошла до ответа и просто кивнула, опершись рукой о стену. Кровь уже перестала идти, но нога все еще работала плохо, и каждое движение доставляло острую боль. *** Пока техники работали над тем, что бы вернуть экипажу возможность управлять кораблем, а медики выносили тела убитых, Тайлер и Вольф отошли в пустую кают-компанию, ожидая Джонса. Крейсер остался висеть на орбите в боевом состоянии, готовый при малейшей угрозе отреагировать всеми доступными средствами. Вскоре в коридоре послышались шаги, и через секунду дверь открылась от мощного пинка с ноги, в который Джонс вложил всю ярость. Молча подойдя к столику, оперативник бросил на него датапад. — Цербер. Я использовал ключ капитана и выяснил, с кем он связывался. Командование Альянса вообще не в курсе про него, — кивнул он в сторону Вольфа. — То-то мне показалось знакомым его лицо, — пробормотал Лэнни, даже не глядя на датапад. — Кажется, я один раз его видел. Мельком. Тогда его называли Джексон… служил в разведке «Цербера», занимался работой под прикрытием. Кажется, ваш капитан спутался не с теми людьми… извините, — поспешно добавил он, покосившись на Тайлер. Та только отмахнулась. — То, что наш капитан спутался с «Цербером», еще ничего не меняет, — жестко сказала она. — Вы все еще преступники, и приказ командования не изменился. Вернитесь в КПЗ и мы доставим вас на Цитадель, как и было предписано. — Я, конечно, смогу снять корабль с орбиты… Но на этом мои возможности приходят к концу, — наливая себе полную кружку кофе, произнес Джонс. — Это не фрегат и не шаттл. Для управления крейсером нужен минимум пилот третьего класса и навигатор. — Только не говори мне, что ты доверишь управление кораблем преступникам из «Синих Светил», — Аманда, кажется, была в ярости. — То, что мы пустили Вольфа в наши системы, еще можно оправдать экстренной ситуацией, но черт побери! Мы же должны отвезти их на Цитадель, чтобы отдать под трибунал. Или ты думаешь, что они не попытаются сбежать? Это убийцы, контрабандисты и работорговцы. А этот — вообще церберовец! — она сурово глянула на сжавшегося от такого напора Леонарда, но он не мог не признать, что толика здравого смысла в ее словах есть. На ее месте, Лэнни тоже не стал бы доверять преступникам. Вместо ответа Джонс отхлебнул из кружки, поморщился, и, поставив ее на стол, опустился на свободное место, скрестив руки на груди. — Твое предложение, Аманда. Я слушаю. — Послать сообщение и запрос подкрепления ближайшим кораблям Альянса, — она высоко вздернула подбородок и сложила руки на груди, как будто копируя манеру общения Кристофера. Лэнни вдруг отчетливо почувствовал, что между этими двумя возникло некоторое напряжение, но не вражда, скорее… этакое соревнование. Тайлер жизненно необходимо было что-то доказать Джонсу. — Пусть пришлют недостающие кадры, а мы пока ляжем в дрейф, сойдя с орбиты. — А я предлагаю перестать заниматься ерундой и выпустить мою команду из КПЗ, — вдруг встрял Леонард. — По-моему, я уже говорил вам, что на данный момент наши цели совпадают. Нам надо попасть на Цитадель, надо встретиться с Андерсоном, а потом — делайте с нами, что хотите. — Только вот ваша команда может с этим не согласиться, — парировала Аманда, и инженер пожал плечами. — Мы находимся далеко от пространства, контролируемого Альянсом. Пытаться связаться с ним или отправлять сигнал бедствия — все равно, что нарисовать на корабле мишень и отключить орудийные системы. Мы должны сохранять молчание до прибытия на Цитадель. Особенно после того, что произошло. Или я не прав? — подняв бровь, Джонс вопросительно посмотрел на девушку. — Прав, если мы вообще прибудем на Цитадель, — она пожала плечами и нахмурилась, явно не желая признавать свою неправоту. — Ладно, ты оперативник N7 и ты теперь капитан. Но если крейсер угонят, то отвечать за это тоже будешь ты. — Если вам нужен пилот и навигатор, то у меня есть условие, — добавил Лэнни. — Вы выпустите всех из КПЗ. Всех или никого. — Ты с ума сошел? — тут же сорвалась на шипение Тайлер. — Кроган останется в камере. — Кроган будет освобожден, — спокойно парировал Вольф. — Я за него ручаюсь. А не хотите отпускать его — значит, и пилота не получите. Переведя взгляд на церберовца, Джонс медленно сделал большой глоток и вновь поставил кружку на стол. — Плохое условие. Никто не выйдет из КПЗ, пока я не получу ответы на вопросы и не сложу всю мозаику в единую картину. Зачем вам нужна встреча с капитаном Андерсоном? — прищурившись как кот, произнес оперативник. — Где полетные данные с Хар’Шана? Вместо ответа Лэнни включил инструметрон и, загрузив данные, скачанные с блока «Золотой Звезды», повернул голографический экран к Кристоферу. — Все здесь. Но на расшифровку мне потребуется не одна неделя. Вирус, который пролез в наши системы через канал связи с планетой, превратил данные в кашу. Вряд ли вы сможете извлечь из них хоть какую-то пользу до того, как мы прибудем на Цитадель, но… — он выдержал паузу и усмехнулся. — Я мог бы рассказать вам, что случилось, но только если мы будем работать вместе. Хотя бы до трибунала. Джонс кинул взгляд на напарницу. Казалось, прошла вечность, пока он сидел молча, обдумывая вероятности и последствия, затем подал голос. — Вот мое условие, мистер Вольф. Навигатора и пилота я привлекаю к работе. Ты мне рассказываешь все, что произошло, без утайки, и мы работаем над остатками данных. Как ты и хотел, по прибытии к Цитадели, я устрою вам встречу с капитаном Андерсоном до того, как чрезвычайная комиссия займется мною… и вами всеми, — тон Джонса стал жестким. — Но все остальные остаются в КПЗ. Я исполняю обязанности капитана крейсера до прилета на Цитадель и не допущу ни малейшей возможности его захвата. — Не слишком выгодная сделка, капитан, — Лэнни скрестил руки на груди и исподлобья посмотрел на Кристофера. — Я хочу обсудить это с моей командой. Решать за всех не могу и не хочу, да и… — он махнул рукой и отвернулся. На самом деле ему больше всего сейчас хотелось поговорить с Кассией, успокоить ее и убедить, что он никуда не улетает. В конце концов, внезапное нападение «Цербера» оказалось ему только на руку. Но он никогда не был капитаном, никогда не имел права принимать решения за всех, и поэтому вполне разумно хотел сначала услышать мнение лейтенанта Игнис. — Если вы не против, я навещу своих в КПЗ. Вместо ответа, Джонс произнес в коммуникатор: — Охрана. Проводить мистера Вольфа в КПЗ. Не прошло и минуты, как на пороге кают-компании появились двое вооруженных солдат. Как только они с церберовцем покинули помещение, оперативник поднял тяжелый взгляд на напарницу. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Крис, — тихо сказала Аманда. Кажется, она впервые обратилась к нему именно так. Нельзя было сказать, что оперативник Джонс доставлял ей какие-то неудобства, но… его смелые решения порой вызывали в Тайлер бурю негодования. Например, решение сотрудничать с опасными преступниками, которых разыскивал Альянс. Впрочем, после предательства бывшего капитана Сеймора, она уже ничему не удивлялась. Да, странные настали времена. Времена, когда действительно стало почти нормой идти против всех устоявшихся законов и традиций. Времена, когда люди грызут друг другу глотки, азари занимаются своими делами, наплевав на все остальное, а батарианцы захватывают уникальные технологии. Наверное, именно так когда-то думал некий старпом Шепард, в одночасье ставший первым Спектром-человеком, капитаном собственного корабля — и погибший глупейшей смертью, вывалившись в открытый космос на обычной миссии по зачистке галактики от гетов. По крайней мере, Аманде хотелось в это верить, потому что именно благодаря таким людям, как покойный Шепард, держалась вся галактика. Таким людям, которые готовы рискнуть всем, чтобы спасти других.