Давай заключим сделку?

Через высокие открытые окна в аудиторию проникал такой нужный сейчас свежий воздух – слишком душно было в помещении, где собрались будущие студенты. На улице жизнь ни на минуту не утихала, в отличие от происходящего здесь. Там, за толстыми стенами, шумела толпа, о чём-то возмущённо ворчали воробьи на ветках близ стоящих деревьев и гудели автомобили на соседней, главной улице. Здесь же, под зорким взглядом экзаменаторов каждый непроизвольно старался производить как можно меньше шума. Редко шуршали листы с заданиями, когда кто-то переворачивал их с одной стороны на другую: сначала чтобы просмотреть вообще все, выбрать то, что собирался делать в первую очередь, а затем – чтобы удостовериться в адекватности ответов. Регулярно был слышен лишь скрип ручек и карандашей, редкая возня абитуриентов, их периодические чихи и вздохи. Катя сохраняла спокойствие мёртвого мамонта. Акаши – спасибо ему огромное, пусть он будет здоров – коротко, но ёмко объяснил, почему нервничать не стоит. Объяснял он отлично, девушка полностью согласилась со всеми его словами, но некая нервозность присутствовала. Поэтому Ёкай так отчаянно желала парню здоровья. Если бы не он, она бы окунулась в океан отчаянья с головой и сейчас наверняка бы проклинала всё на свете. В том числе и свой выбор поступать на лингвиста. Это было почти что спонтанное решение. Ёкай практически до конца школы не задумывалась, кем же она будет работать, на кого ей учиться. В голову ничего не шло, кроме няни. Няня, блин. Скудная фантазия, в самом деле. И, если честно, безмерное желание положиться на авось. И на Акаши немного. Однако, разумно рассудив, что, как бы терпимо к детям она не относилась и даже не любила некоторых особо милых и адекватных, это всё же не для неё. Да и сидеть на жопе не вариант. А полагаться на Сейджуро, у которого и так проблем хватает – тем более глупо и некрасиво. Впрочем, потом, не без помощи некоторых умных людей, а также постоянных опросов в школе, в голову пришла прекрасная картина. Русский ей, считай, родной язык. На японском она говорит свободно, ничуть не хуже, чем на русском. Подтянуть английский – и вперёд и с песней быть переводчиком. Работа не скучная, востребованная. Местами даже весёлая, хотя и требующая внимательности и сосредоточенности. Но чем чёрт не шутит. Сейчас, со скучающим видом сидя на стуле в огромной аудитории, которая чем-то напоминала главный зал в Хогвартсе из небезызвестной истории о небезызвестном мальчике, девушка досиживала последние минуты экзамена. Заправив выбившуюся прядь за ухо, Ёкай подпёрла голову рукой. Десять минут до конца. Можно проверить всё по двадцатому кругу, засомневаться в чём-то, исправить, причём, как потом окажется, неправильно, – а позже дома биться головой об стенку. Усмехнувшись своим мыслям, Катя продолжила смотреть по сторонам и откровенно бездельничать, в то время как остальные судорожно дописывали и в который раз проверяли. Один из экзаменаторов хмуро посмотрел на неё, но девушка никак не отреагировала. Снова перевела тоскливый, полный надежд скорее вырваться на свободу, взгляд за окно. Сакура не так давно отцвела, и теперь лишь редкие ещё цветущие деревья, напоминали о недавнем буйстве розовых лепестков. Хотелось гулять по аккуратным, тихим паркам среди уже зеленеющих своими кронами деревьев и моря разнообразных цветов, фальшиво улыбаться многочисленным туристам, есть вкусности и не думать ни о каких выпускных, вступительных и прочих экзаменах. – Экзамен окончен, – ласкающие слух слова. – Проверьте, подписали ли вы свою работу. Как только все отложат свои письменные принадлежности, мы соберём ваши работы, и вы можете быть свободны. Результаты тестирования через неделю, – сообщил экзаменатор, внимательно осматривая всех присутствующих. Приятного вида мужчина, с не менее приятным голосом и красиво поставленной речью. Наверняка один из преподавателей. Девушка была бы более уверенной, если бы внимательно вслушивалась в приветственную речь. Катя опустила свой взгляд на листок, проверяя, не забыла ли она подписаться. Не забыла. Да ещё и красиво так, жирно зачеркнула свою фамилию, а вместо неё небрежно вывела: «Акаши». Всё никак не привыкнет. *** Достав из кармана небольшой сумки ключи, девушка открыла дверь и вошла в квартиру. Немного резануло глаза после мягкого освещения в коридоре – уж слишком светло из-за большого окна, сейчас незанавешенного тяжёлыми, тёмно-синими плотными шторами. Однако именно обилие естественного света радовало Ёкай больше всего. Перед окном стояло мягкое кресло с прямой спинкой, в котором сейчас разместился Сейджуро. Парень слегка наклонился и чуть сгорбился, смотря в экран ноутбука, который расположил на кофейном столике, слишком низком для работы, но от этого не переставший служить для этой и прочих целей. – Работаешь? – Ёкай осторожно сняла уже немного натёршие туфли и, повесив лёгкую белую кофту на вешалку, поспешила к парню. Тот, захлопнув ноутбук и откинувшись на спинку кресла, наблюдал за супругой с того момента, как был задан вопрос. – Нет, – тонкие губы изогнулись в довольной улыбке. Безумно забавно видеть, как губы Ёкай растягиваются в чуть лукавой усмешке, которая так часто появлялась на лице самого Сейджуро. Взгляд девушки блуждал по его расслабленной фигуре, по крепким плечам и мышцах пресса, обтянутой тонкой тканью любимой футболки, по широко разведённым коленям. Так… по-мужски. – Нагло врёшь, – без зазрения совести бухнувшись мужу на колени, не оставляя ни единого шанса, что он снова возьмётся за работу, Акаши обняла супруга за шею. Девушка едва сдерживала себя, чтобы не рассмеяться и не полезть приставать с поцелуями, обнимашками или чем поинтереснее. – Угадала, – он так же бессовестно обнял её за талию, скользнув губами по шее, чувствуя лёгкий, уже немного выветрившийся запах духов. Пальцы будто невзначай прошлись по линии шва рубашки, щекоча рёбра любительницы пощекотать себе нервы. – Я тут подумала… – с придыханием начала девушка, подставляясь под неторопливые поцелуи, – пока всё тихо, может, устроим себе праздник? – в голубых глазах проскользнула искорка детского озорства и восторга, когда Сейджуро оставил яркий след засоса почти над самой ключицей. – А то всё тайно, скромно, – Акаши совсем не скромно поёрзала на коленях парня. – Коли уж твой отец так спокойно отнёсся к твоей выходке… нашей выходке, может, стоит его спровоцировать? Мы же хотим быстрее со всем разобраться. Она прикрыла глаза, наслаждаясь немного увлёкшимся мужем, и что-то тихо пробормотала про прошедший год. – Отец скоро сделает ход, – Сейджуро коснулся одной рукой колена этой хитрой бестии, снова целуя её в шею, подбираясь к губам, готовясь властно одержать победу в приближающемся поцелуе. Но не судьба. Жена надула губы, дёргая Сейджуро за волосы, из-за чего тот слегка скривился и руку убрал. Наглая, просто жуть. – Рушишь все мои надежды. – Но я же не говорил, что праздника не будет, – Акаши миролюбиво, насколько мог, улыбнулся, всматриваясь в тут же посветлевшее лицо Ёкай. – Обожаю тебя, – рассмеялась Ёкай, целуя парня в губы, щурясь от удовольствия. Отстранившись, она тепло посмотрела ему в глаза, окончательно теряя свой наглый вид. Теперь перед ним была его спокойная, прежняя Хироя Ёкай. – Люблю тебя… Сейджуро. Взгляды скользнули к губам почти одновременно. Снова. Акаши тяжело выдохнул. Мысли в голове перемешались. Кровь побежала по венам быстрее, подгоняемая ускорившим своё биение сердцем. «Работа...» Нет, не сейчас. – Звонила твоя сестра, – Сейджуро отвёл взгляд от губ, теперь смотря в голубые глаза. Позабавило промелькнувшие в выражении лица разочарование. Едва не рассмеялся. Жалуется, что он пристаёт к ней. А сама-то! Ничуть не отстаёт от него. – Я позволил себе взять трубку. «Моя маленькая извращенка». – М-м-м, и что Ира сказала? – Катя поджала губы. В голове всё ещё мелькали мысли о том, как можно было бы соблазнить супруга, но пришлось от них отказаться. Ведь соблазнять никого не надо, судя по так сексуально дёрнувшемуся в судорожном глотке кадыку. Девушка не могла просто так это оставить. – Ты станешь тётей, поздравляю, – японец хмыкнул, чувствуя, как тонкие пальцы жены мягко перебирают отросшие волосы, а потом соскальзывают к напряжённым после неудобной позы плечам, принимаясь слегка массировать их. – А твоя мама, соответственно, бабушкой. Уже второй месяц. – Оу, – только и выдала Катя, продолжая своё занятие, но теперь уже не так уверенно и расслабленно. Она слегка растерялась. Её сестра беременна – а ведь казалось, они совсем недавно вместе копались в песочнице. Какие, мать его, дети? Непривычно осознавать подобное. А время летит… Вечно в своих заботах, мыслях и желаниях, что даже забываешь обо всём. Обо всём, кроме Акаши и его крепких руках, напористых поцелуях и… – И… И что ещё? – Спрашивала, когда от тебя подобного ждать. Ты ведь тоже замуж вышла. На это Акаши громко рассмеялась, поднялась с колен мужа и ушла в комнату переодеваться, продолжая посмеиваться. Она не знала даже, что так рассмешило – надежды родственников или же выражение лица Сейджуро. Вот на что он надеялся – непонятно, они же обсуждали это и решили не спешить. Парень проводил её насмешливым взглядом, покачал головой и снова потянулся к ноутбуку. Работа не дремлет – всё нужно сделать к вечеру, отправить и получить ответ. Какое-то время было тихо. Акаши внимательно вчитывался в присланный договор. От девушки ничего не было слышно, разве что иногда мелькала её фигура в просвете незапертой до конца двери. Сейджуро периодически отвлекался на полуголую жену. Чертовка ходила в одном нижнем белье. – Ждать подобного от меня придётся ещё долго, – раздался голос Ёкай, когда Акаши таки умудрился сосредоточиться на тексте. Видимо, не смогла отбросить мысли о ребёнке – всё же известие действительно впечатляющее. – Для меня, как и для тебя, важнее учёба. Мы оба только поступаем. Какие дети? Неужели они не понимают? – По залёту, например, – хмыкнул Сейджуро, не отводя взгляда от экрана и пропуская фразу про понимание мимо ушей. Он примерно знал, чего все ждут. – У многих пар бывают подобные конфузы. – Фу, Сейджуро, имей совесть. – Я её всегда имею, – себе под нос буркнул парень, а громче сказал другое: – Хорошо. Ввиду невнимательности и безалаберности происходит нежелательная, преждевременная беременность, которая ведёт к прекращению обучения у молодой матери, а потом к бессонным ночам у обоих родителей, которые мешают обучению уже и молодому папе. Довольна? – Более чем, – Катя вышла из комнаты в шортах и футболке. Могла бы и в трусах выйти, но было жаль супруга. Хотя в принципе – своя квартира, их Токийская крепость. Что хотят, то и делают. То место, где только она и он. Сейчас девушка это очень ценила, хотя поначалу никакой радости не было. – Ну а если не залёт, то конкретное желание девушки или отца. Со стороны девушки, чаще всего, конечно, с целью шантажа, брака и прочего. – Можешь не рассказывать мне об этом, – Ёкай собрала волосы в хвост и направилась готовить ужин. Сегодня была её очередь. – В любом случае, мы с тобой будем осмотрительнее. Ведь будем? – М? Катя стрельнула в его сторону насмешливым взглядом, а потом плавно нагнулась за «случайно» выпавшей из рук карточкой с рецептом. Акаши внимательно проследил за супругой, снова хмыкнул и в который раз уставился в экран. – Хочешь? – спросила девушка. – Хочу теб…Что? – Сейджуро резко выпрямился. Ёкай рассмеялась, качая головой. Фокус, так скажем, удался. Не то что бы она хотела мешать его работе, но некая месть была нужна. А ввиду отходчивого характера – мстить нужно было незамедлительно. – Можешь не отвечать. Всё ясно. Сейджуро прикрыл глаза. Вот с кем он живёт? Почему он сам обрёк себя на это? Осознанно. Решительно. И даже не сомневаясь. Взгляд скользнул по Ёкай, цепляясь за особо примечательные и любимые части тела. Да, пожалуй, думать об этом бессмысленно. Тем более что помимо тела у девушки есть загадочная русская душа. Именно она вызывала ступор и многочисленные недопонимания, коих было за время их общения просто немерено. – Лучше скажи, как экзамен? – он решил перевести тему. Забавно всё это, конечно, но у каждого из них есть определённая свобода действий. Мужем и женой их назвать, всё же, можно лишь условно. По большей части, поженились они только из-за Акаши Масаоми. – Всё прошло гладко. Только снова пыталась написать свою старую фамилию. Всё никак не привыкну, – девушка нахмурилась, нарезая салат. Сосредоточенность в каждом движении. Что такого в простой нарезке зелени, Акаши понять не мог. «Загадочная русская душа, в самом деле» – подумал парень. – Акаши Ёкай, – произнёс он неторопливо, словно примеряясь. Уже не раз он делал подобное, чтобы вбить это в голову бывшей Хирои. Однако отчего-то не вбивалось. Оставалось уповать, что в дальнейшем, через некоторое неясное количество месяцев, она все же свыкнется. – Просто выскакивает из головы. Столько лет была сначала Рыжкиной, потом Хироей. А вот теперь Акаши. Назло твоему отцу, – последнее предложение она сказала шутливым тоном, не сдержавшись. Эта тема была любимой сейчас, когда они пообжились и нашли кучу плюсов в такой жизни. А вот раньше Ёкай пугали минусы и вообще вся эта затея со свадьбой, которая в самом начале казалась бредовой и неосуществимой, раньше девушка вовсе не хотела об этом говорить. – Что бы я не делал, это всё моему отцу назло. – План удался, так что нечего ныть. Ты сам мне это говорил, – Акаши взяла другой нож из подставки. Коротко посмотрев на карточку, со вздохом достала из холодильника рыбу. Предстояло её выпотрошить и отрезать голову. Никогда это не нравилось. «Лучше сначала капустой займусь. Ну нафиг». Сейджуро выдохнул, снова закрывая ноутбук. Невозможно работать. Поэтому он всегда старался всё сделать до прихода Ёкай или где-то в другом месте, когда её нет рядом. Работоспособность с ней падает ниже нуля. Все мысли теряют свою практическую логичность и иногда он лопочет какую-то ерунду, как влюблённый подросток. Ему всего девятнадцать, но он считал себя разумным человеком, который всегда грамотно оценивал свои способности. И всё же творил невесть что рядом с этой блондинкой, которая сейчас так загадочно улыбалась, шинкуя капусту, словно это был её личный враг, разумеется, только что побеждённый в честной схватке не на жизнь, а на смерть. «О чём я думаю? С катушек съехал. Раньше баскетбол с ума сводил, а сейчас капуста». Молодой человек покачал головой. – Да, план удался. Но он ещё не завершён. Бесспорно, осталось совсем чуть-чуть. Но мало ли что выкинет отец. Он намного умнее меня. – О чём вы говорили неделю назад? – небрежным тоном спросила Акаши, не отводя взгляда от нарезанных овощей. Ей всегда казалось, что таким образом она вынудит его рассказать. Мол, если не смотрит ему в глаза или хотя бы на него, то он не чувствует, будто из него пытаются вытянуть какие-то секреты. На самом деле, он давно её раскусил и продолжал увиливать от ответов. Зачем он это делал? Меньше знает – крепче спит. Разумеется, если бы она была посвящена в некоторые тайны, всё шло куда быстрее. Однако в таком деликатном деле, как психология поведения его отца, спешка была лишней. Как и ещё одни мозги, которые легко запудрить. – Дорогая моя, занимайся ужином. А я же займусь работой. Катя показала ему язык, явно слегка обидевшись, впрочем, ненадолго. Акаши же взял несчастный ноутбук и ушёл в спальню. Там, в одиночестве, он собирался закончить работу и наконец-то расслабиться. Всё же он сегодня тоже сдавал последний вступительный, а потом ещё и разгребал дела, которые скопились за время подготовки ко всё тем же вступительным. Курама, конечно, старался изо всех сил, но без Сейджуро многого не сделаешь. Ведь именно он мозг всего и вся. *** – Ты сбежала, да? – довольно промурлыкала Миса, «коварно» подёргивая тонкими бровями. Вкупе с узкими глазами, которые она выпучила, выглядело весьма комично. – Даже одеться нормально забыла. – Она одета вполне прилично, – не согласилась Меруи, рассматривая подругу. На вкус самой девушки, та была одета более чем приятно. Осмотрев Комуи, Иное в который раз прикрыла глаза, принявшись нервно покачивать в руках стакан с остатками коктейля. – В отличие от некоторых, у неё есть вкус. – В отличие от некоторых, она одевается в не слишком яркие цвета, – невозмутимо ответила Катя и села напротив подруг, кинув на диванчик лёгкую куртку. – Привет, блин. – И тебе не хворать, – развела руками Комуи Миса, будто ничего и не было. Она была в симпатичном платье, чем-то напоминавшим сарафан, сразу же привлекая внимания пришедшей девушки. Это Меруи всегда одевается неприметно, чем-то напоминая стиль самой Кати. А вот Миса вечно чем-нибудь блистала, выделяясь из толпы обычных смертных вроде двух подруг. Сегодня это был огромный принт канарейки. – Вечер добрый, – кивнула Иное. Подруги несколько секунд держали серьёзное выражение лиц, но быстро сдались, позволив смеху вырваться наружу. Не собирались уже месяц – столько новостей накопилось, так соскучились, но сказали друг другу всякую фигню. – Сейджуро задержал, – Ёкай развела руками, а потом полезла в сумку, чтобы достать телефон. Ещё в метро ей послышалось, что пришла смс. – Небось опять развлекались, – покачала головой уже Меруи, а вместе с ней и вторая девушка. Солидарность, да и только. – Голубки. – Завидуй молча, – обиделась блондинка, сверля взглядом официанта, который маячил среди столиков, но всё никак не подходил к ним. Она была бы не прочь чего-нибудь выпить. А то запыхалась после быстрого шага и толкотни в метро. – А мы что, неправы, что ли? – удивилась Миса. Она снова заиграла аккуратными бровями. – Как будто ты с Мидоримой, а Меруи с Кисе не спите, – закатила глаза девушка. Девушка Рёты тут же смутилась. А вот с Комуи такой номер не прошёл: – У нас исключительно платонические отношения. У нас всё чисто и невинно. – Мы будем обсуждать мои отношения с моим мужем? – Ёкай ничего не имела против обсуждения данной темы, но вот такой ярый интерес немного нервировал. – Вам не кажется, что разговор ушёл не туда? – А с кем нам ещё такое обсуждать? Ты же опытнее. Уже замужняя женщина. А нам интересно. – В разумных границах, – подчеркнула Иное, понимая напряжение Акаши. Девушка поморщилась и выдохнула: – Сговорились. – Есть немного, – довольнее некуда заулыбалась Комуи, едва ли не прыгая на диванчике. – Ах ты! – Будете что-нибудь заказывать? – с невозмутимым видом и вежливой улыбкой спросил подошедший официант. Из-за его спокойного, едва ли не скучающего выражения лица можно было подумать, что он под сильным успокоительным. Хотя более логичной казалась версия, что он уже чего только не насмотрелся. – Цыц! – Катя испепеляюще посмотрела на хихикающих подруг. Повернулась к парню, она улыбнулась, как ни в чём не бывало. – Воды со льдом, пожалуйста. Миса не выдержала и громко засмеялась, когда официант отошёл. – Воды, пожалуйста! – передразнила её тон подруга, продолжая смеяться. – На нас смотрела как сам дьявол, а пареньку улыбнулась. – Как будто мы не заслужили, – рассмеялась пианистка, протягивая Акаши свой стакан. Она хотела загладить свою вину. – Холодный цитрусовый коктейль. – Спасибо, – Катя тут же отпила пару глотков, чувствуя, как в горле уже не так першит. На языке появился приятный привкус апельсина. – Просто злить не надо. – Ты была скромнее, когда мы познакомились, - хмыкнула Миса. Она подпёрла голову рукой, улыбаясь. – А мы – не такими приставучими. – Эй, я никогда не была приставучей! – надулась Меруи, впрочем, тоже не сдерживая улыбки. – Да ну вас, – Комуи протянула руку к стакану, а потом досадливо зашипела – месть произвести не удастся, стакан был пуст. – Ваш заказ, – оповестил вернувшийся официант, замирая рядом с растерявшейся от такой внезапности Акаши. Поставив полный воды и льда стакан на стол, он спросил: – Ещё что-нибудь? – Спасибо, мы вас подзовём, – ответила Меруи. Парень кивнул и ушёл. – Пх-х-х, – послышалось от Комуи, а потом она разразилась гомерическим хохотом, вызвав возмущённый взгляд от Иное, а от Кати лишь непонимающий. Однако Миса продолжила веселиться, привлекая к себе внимание других посетителей кафе. – Ты странная, – когда смех стал чуточку тише, сказала Меруи. Ей было неуютно от того, что подруга так явно нарушала общепринятые нормы порядка. Однако вместе с этим тоже хотелось рассмеяться – уж очень заразительный смех. Да и ситуация казалось до жути забавной, хотя не такому упоротому как они сейчас человеку, могло показаться иначе. – Есть немного, – загадочно улыбнулась девушка, подмигивая подругам. – Вот Шин-чан говорит, что я сумасшедшая. А я говорю, что крышесносная. Как вам? – Я бы назвала тебя чеконушкой. – Одну меня называют унылой букой? – Меруи неожиданно тяжело выдохнула. – Я пропадаю в консерватории с самого утра и до глубокого вечера. У нас мало времени для отношений, хотя мы и стараемся. Но всё равно я не в состоянии веселиться, как Рёта. – Прорвало, – шепнула Акаши Миса. – Угу. – Может, в фонтан её окунём? Взбодрится. – Ну. Во взглядах решительность. – Эй! Я серьёзно! – краснея от стыда, фыркнула девушка. – Я тут с вами решила поделиться, а вы… Могли бы и посерьёзнее быть. – А мы серьёзны, – тут же кивнула Ёкай, чуть хмурясь. – Мы очень ценим, что ты нам настолько доверяешь. Но мы мало можем чем тебе помочь. Чтобы добиться желаемого, тебе нужно не просто пропадать в консерватории, а вовсе там исчезнуть. Кисе всегда был активным парнем, тут ничего не поделаешь. А ты всегда была вредной букой, – по губам невольно скользнула улыбка. – Просто будь собой. Уверена, Кисе знал, на что шёл. – Верно, – кивнула Комуи, становясь непривычно напряжённой. Она знала, что вечно шутливое поведение стало причиной не доверять её словам, не воспринимать их всерьёз, когда это нужно. А оттого начинала нервничать. – Он же сам предложил съехаться. И ты была против. – Он наверняка думает, что я это только из-за смущения. – Ну скажи ему, что скучаешь и жалеешь, что у вас не получается встречаться. Он поймёт. – Язык не поворачивается признаться в этом. – Парни мысли не читают, – выдохнула Акаши, откидываясь на спинку диванчика. Пальцы постукивали по поверхности стола, отбивая мотивчик недавно услышанной песни. – Скажи ему. Не стесняйся и не бойся. – Как будто сама ты всё Сейджуро рассказываешь, – подметила Миса, на что получила недовольный взгляд. Но она ведь была права, так что взгляд этот не подействовал. – А что, не так, что ли? – Есть же разница, в каких случаях надо говорить всё, а в каких не всё. – И она говорит мне быть честной, – рассмеялась Иное. – Не бояться и не стесняться. – Фу на вас, – еле сдерживая улыбку, надула губы Катя. Ей было приятно, что подруги её понимают. В последнее время было слишком много дел, и они все почти не виделись и даже не созванивались. Был лишь Акаши, различные представители приёмочных и проверочных комиссий, да поступающие студенты. Казалось бы, за то время, что они не контактировали, можно было слегка потерять связь с друг другом. Оказаться на разных волнах их океана дружбы. Но нет, всё осталось прежним. – А что Мидорима? – спросила Меруи, испытующе смотря на Комуи. – Как у вас? – Как я и сказала, у нас исключительно платонические отношения. Но сейчас он очень занят поступлением, так что и эти отношения медленно так загибаются. Такое ощущение, что он всё ещё сдаёт экзамены. Но ведь уже точно известно, куда его уже берут, – шатенка передёрнула плечами и покачала головой. – Я, конечно, тоже занята… Сценарист, как-никак, для меня немного новое дело. – М-да… Времени совершенно нет, – сказала Катя. Она вспоминала, как иногда целый день носится по городу, выполняя разные дела, или как Акаши иногда приходит только под утро, возвращаясь аж из другого города. Пока не началась учёба, он спешил выполнить как можно больше дел. Ведь его отец отказал сыну в обеспечении. Сейджуро не расстроился, однако проблем всё же прибавилось. Грустно всё.