Заставлю влюбиться

Арс был почти неузнаваем в черной кожаной куртке, рваных джинсах и сигаретой в руке, которую он медленно курил, делая вид, что наслаждается ею, элегантно зажав ее между пальцев. На руках были кожаные полуперчатки, скрывающие разбитые костяшки, на голову был накинут капюшон… Арсений решил не медлить и выполнить задание Игоря этим же вечером, чтобы забыть наконец обо всем и позволить себе закрыть эту теперь неприятную для него тему. Наконец, стрелка часов дошла до двенадцати, и Арсений незаметно юркнул в подворотню, быстрым шагом идя к заброшенной больнице, в которой он должен был встретится с человеком и отдать тому товар. Место встречи показалось ему немного странным, но подозрений оно не вызвало, заказчики часто предпочитали нечто необычное, где только раньше Арс не бывал… Он остановился у полуразрушенного крыльца, и тут же навстречу ему вышел мужчина в плаще и широкополой шляпе, которая скрывала его лицо в тени. Они не обменялись ни словом, Арсений передал то, что нужно, и направился дальше, будто просто прогуливаясь вокруг больницы и вновь небрежно закуривая очередную сигарету. Все оказалось намного проще, чем он думал… Теперь он свободен… Полностью свободен. *** ― О чем ты хотел поговорить со мной? ― Катя сидела с Антоном на диване, положив голову ему на грудь и не замечая его нахмуренного взгляда. Антон замялся, это решение далось ему с трудом, ведь он не хотел причинять никому боли. Особенно ей. Но и продолжать он тоже больше не мог, не хотел… ― Нам надо расстаться… В комнате повисла хрустальная тишина. Казалось, что Катя на время перестала дышать. ― Почему? ― Она не стала плакать, как думал Антон, не стала кричать, злиться, истерить. Лишь отстранилась от него, задав вопрос едва слышным шепотом, который пробирал до мурашек. ― Просто так вышло… Прости. Антон не мог нормально ей объяснить, в чем причина того, что он больше ее не любит. Может, в том, что он и не любил ее? Может, все дело в Арсе, в его нежных прикосновениях, взглядах, словах? ― У тебя есть другая? ― Нет… У него нет другой. У него нет никого. Теперь он будет один, ведь так намного легче, правда? Намного честнее расстаться с человеком, чем обманывать его словами о мнимой любви, изображая вдруг потухшие чувства… ― Я поняла, ― Катя медленно поднялась с дивана и направилась к двери. Антон не последовал за ней, не подал пальто, не закрыл за ней дверь… Она просто ушла, исчезла, будто и не появляясь вовсе. Лишь на столике остался бокал с недопитым вином, напоминая о только что произошедшем разговоре. Антон полагал, что, наконец расставив все точки над «i», ему станет легче. Но почему-то стало лишь хуже. Мерзко, гадко и противно… Словно он только что предал Катю, словно он пал, полюбив Арса. Необъяснимое чувство, когда единственный выход — забиться в угол и не вылезать оттуда, медленно разрушая себя, с ухмылкой заправского мазохиста и мокрыми от слез щеками. Шаст подхватил недопитую бутылку вина со стола, пачку сигарет и нож и направился в ванную. Он никогда не причинял себе боли сам. Да и сейчас не собирался… Он просто положил нож на полочку у зеркала, опустился на пол и прислонился спиной к ванне, выпивая вино прямо из горла. Нож поблескивал в свете мерцающей лампочки… *** Арсений долго блуждал по городу, пока окончательно не замерз, снова закурил, глядя на фонари, слепящие глаза. Ничего не хотелось, внутри — пустота. Больше ничего не осталось кроме пустоты… Снег искрился на свету, завораживая, будто тысячи мелких драгоценных камней, превратившихся в мелкую крошку. До дома оставалось всего пару шагов, когда Арсению пришло сообщение. Он взял телефон, но вдруг он выскользнул из рук и упал в сугроб, лишь тихий звук оповестил Арсения о том, что ко всему прочему у него села зарядка. Если бы он видел то сообщение, которое ему прислали. Если бы он видел сейчас Антона, сидящего у ванной с окровавленной рукой, если бы он видел Диму, стоящего у двери в квартиру… То… Ничего бы не изменилось. Потому что прошлого не вернуть… *** Съемки нового сезона были назначены на утро, но ни Шастун, ни Арсений не пришли. Стас нервничал, пытался до них дозвониться, но никто из них не брал трубку. Лишь раздавалось тихое «Абонент временно недоступен»… ― И что теперь делать? ― На первый взгляд можно было подумать, что Позов и Сережа совершенно спокойны. Тихо сидят в гримерке, шепчутся. ― Давай еще немного подождем. Я уверен, что они придут. ― Позов нервно кусал губы и то и дело поправлял очки. Он так и не смог попасть вчера в квартиру к Антону. ― Стас, не волнуйся, все будет в порядке… ― Интересно, верил ли Сережа в свои слова, когда запускал руку в свои волосы и смотрел на часы? Конечно. Они не видели повода серьезно волноваться за парней. Мало ли что бывает. Проспали, забыли, ночь была бурной, или алкоголь крепкий… Никто и не мог подумать, что вчера разбились сразу три сердца. *** Первым в гримерку пришел Арсений, вызвав хлопки и улюлюканья парней, и получив оплеуху от Стаса. ― Где ты вообще был? Мы ждем тут вас! ― Стас был очень зол, ему почти полностью сорвали съемки. ― Где Шастун? Он был с тобой? Арс растерянно оглядел помещение чуть покрасневшими от бессонной ночи глазами, ища взглядом высокую фигуру. ― Нет, не со мной, ― резко ответил Арсений, присаживаясь рядом с Позом и Сережей. Парни синхронно вздохнули, Стас чуть-ли не зарычал, уже готовый начать громко и долго ругаться, как дверь открылась и на пороге появился Антон с взъерошенными волосами и в мятой рубашке. Под глазами залегли черные тени, губы искусаны до крови, в этой рубашке он выглядел еще более худым, ее рукава были натянуты на руки, почти полностью скрывая руки до кончиков пальцев. Ребята тут же затихли, оценив состояние Шаста, даже Стас, собиравшийся начать его отчитывать, завис, собираясь с мыслями. Лишь Арс отвернулся от него, утыкаясь в мобильник и листая ленту в инстаграме, глядя на фотографии, и не видя, что на них. ― Антон, с тобой все нормально? Ты точно поправился? ― Спросил Стас, хмурясь. ― Да, точно, со мной все уже хорошо. ― По тебе видно… ― тихо пробормотал Стас. ― Ну тогда быстро в раздевалку, на грим и на сцену, оба! Времени ждать вас больше нет. Арсений быстро поднялся со стула и первым пошел в раздевалку, Антон двинулся за ним. Все это время Арс упорно делал вид, что не замечает Шастуна, а тот все смотрел на него, исподтишка, стараясь, чтобы он этого не заметил. Переодевались они в полной тишине, но как только дело дошло до рубашки, Антон замялся, косясь на Арса, который еще даже не надел штаны для съемок. Арс всегда одевался медленно, аккуратно складывая свои вещи, Шаст же обычно не особо парился по этому поводу, кидая свои вещи, как попало, первым выбегая из раздевалки. ― Что замер? ― с раздражением в голосе спросил Арс, закатив глаза и начиная одеваться быстрее. ― Ничего… ― Шаста покоробило от такого тона, и он лишь сильнее натянул рукава. ― Тогда может перестанешь копаться и смотреть на меня? У нас мало времени, ― Арс рывком натянул футболку, и собрался выйти, но тут заметил как Антон поежился, придерживая рукава рубашки. ― А может ты специально? ― Что специально? ― Руки покажи. ― Не собираюсь, ― Шаст вздрогнул. Арсений вздохнул, слишком наигранно и громко, подошел к Антону, слишком быстро и неожиданно, схватил его за правую руку, отдергивая рукав. На руке красовался широкий неровный и все еще свежий порез… Шастун тут же вывернулся из крепкого захвата Арсения и затравленно посмотрел на него, ожидая реакции. ― Идиот, ― Арс посмотрел на Антона с презрением, произнеся это таким тоном, словно выплевывая яд, развернулся и вышел из гримерки. ― Это случайность! ― Арсений не услышал крика Антона, который на несколько секунд зажмурил глаза и вновь закусил и так уже довольно истерзанную за ночь губу… ― Просто случайность.