Канатоходец

— Слушай, а может быть, Блэк все-таки прилетел по воздуху? — Дин Томас посмотрел на Рона, чуть повернув голову. — Боже праведный! Неужели только я одна читала «Историю Хогвартса»?! — спросила ночное небо Гермиона. Оглядевшись по сторонам в поисках Перси и заметив его стоящим спиной около слизеринцев, девочка приподнялась на локте, чтобы видеть лицо Дина, который лежал по другую сторону от Рона и прошипела: — Хогвартс защищен не только стенами! Его охраняют множество охранных и защитных чар! И чары эти такие сложные, что вам обоим и не снилось! Из-за этого сюда вообще нельзя аппарировать и сюда нельзя прилететь, чтобы об этом не узнал директор или его заместитель, сюда нельзя вообще никак пробраться без ведома и разрешения хотя бы одного из профессоров! Сколько раз я должна повторять вам эти прописные истины?! — Успокойся! — шикнул в ответ Уизли, толкая ее локтем, чтобы она снова легла. — Не хватало еще, чтобы вы поругались у меня над головой! Дин — прекрати строить несбыточные предположения, Гермиона — сделай нам скидку, у нас дурная память. — Дурная у него память! Почему-то все, что только известно об игроках команды Пушки Педдл, ты знаешь наизусть и расскажешь даже если тебя поднять посреди ночи! — фыркнула девочка. — Буду вам крайне благодарен, если вы заткнетесь! — Дорвет, староста Хаффлпафа, стоявший у ближайших дверей, подошел к ним. — Шу-шу-шу, шу-шу-шу… достало! У меня и без вас башка по швам трещит, а еще эссе по Астрономии писать нужно завтра, так что заткнитесь, а? Будьте людьми. Друзья подвинулись друг к другу поближе, чтобы можно было говорить еще тише. — Рональд Биллиус Уизли, — Грейнджер сцепила руки на груди, но из-за спальника этого не было видно, — ты можешь мне объяснить, каким боком тебя вообще касаются, личные разборки между Блэком и Поттером? Зачем тебе его ловить? Страдает твое чувство справедливости?! — еле слышно спросила она, повернув голову и внимательно всматриваясь в лицо другу. — Гермиона, ты же все знаешь! Вспомни, пожалуйста, что получит поймавший Блэка человек? — Орден Мерлина и тысячу галеонов? — И это правильный ответ! А теперь, Гермиона, где ты видела человека, который отказывается от тысячи галеонов да и ордена в придачу, когда эти галеоны сами бегут к нему в руки? — А! Так ты из-за наживы? — Гермиона, ты только подумай, тысяча галеонов, это же целое состояние! К тому же нужно же восстановить справедливость — вдруг он решит убить еще кого-нибудь? — Ясно. А с чего ты взял, что Блэк бежит прямо к тебе в руки? — Он бежит в Хогвартс, он ищет Поттера и, кажется, считает, что тот учится на Гриффиндоре. Если он предпримет хотя бы еще одну попытку попасть в замок, то будет почти что у меня в руках.

***

Гарри и Драко притворились, что спят, услышав чьи-то шаги. Как оказалось, вошел Дамблдор. Они с Перси тут же направились друг к другу навстречу и остановились совсем недалеко от глубоко «спящих» ребят. — Нашли какой-нибудь след Блэка, профессор? — Нет. Здесь все тихо? — Да, все под контролем, сэр. — Прекрасно. Не думаю, что сейчас есть смысл отправлять всех назад в спальни. Для башни Гриффиндора нашли нового охранника, завтра все снова будет как обычно. — А Полная Дама? Ее нашли? — Да, да, она на втором этаже. И отдай старостам приказ ложиться, но сам не ложись — надо будет еще сказать тебе пару слов. Тихо скрипнула ближайшая дверь. — Северус? — Директор. Третий этаж обыскан Филчем, я осмотрел подземелья, нигде ничего подозрительного. — А Астрономическая башня? Кабинет Прорицаний? Совятня? — Все обыскано, никаких следов. — Отлично. Я и не думал, что он здесь задержится. — У вас есть предположения о том, как Блэк пробрался сюда? — О! Много! И поверь мне, каждое следующее еще более нелепое и неправдоподобное чем предыдущее. — Директор, вы помните наш разговор в начале семестра? — Помню,Северус, — с нажимом сказал Дамблдор, предупреждающим тоном. — По-моему, практически невероятно, что Блэк смог пробраться в замок без помощи изнутри. Кажется, я ясно выразил свои опасения, когда вы назначили… «Профессора Люпина» — закончил Гарри. Самого же Снейпа перебил директор. — Я не верю, что кто-то из живущих в замке стал бы помогать Блэку, — не терпящим возражений тоном сказал он. — А теперь, позвольте откланяться, мне еще нужно переговорить с дементорами. Он взмахнул полой ярко-пурпурной мантии и ушел, тихо прикрыв за собой двери. Перси и Снейп еще немного постояли и разошлись в разные концы зала; зельевар вышел. — Сириус Блэк — анимаг?! — широко открыв глаза, прошептал Драко, смотря на друга. — Да. — Ты уверен? — На все сто. — Учителя знают? — отрицательное покачивание головой. — А министерство? — снова отрицание. — А декан тоже не знает? — кивок. — Откуда ты узнал? — Мама рассказала. Они же были однокурсники и друзья. — А почему ты никому не сказал? — Я думал, но потом решил поймать его сам. А ты станешь помогать мне, если я попытаюсь его поймать? Мальчик задумался, откидывая волосы со лба. — Да. Наверное, да. Я бы хотел с ним поговорить. Надеюсь, ты позволишь мне сделать это? перед тем как запытаешь его до смерти? — улыбнулся он. — Только если ты очень попросишь, — оба мальчика улыбнулись друг другу и закрыли глаза. Драко заснул, а Гарри все не спалось. Пришел Дамблдор, попросил Перси подежурить в каком-то коридоре на третьем этаже и снова ушел. Все остальные старосты уже легли спать, и в зале стало слышно только тихое дыхание спящих учеников. Серебряные часы на металлическом, посеребренном браслете на руке у Малфоя показывали полчетвертого утра. А Поттер все смотрел в звездное небо. На какое-то время он даже задремал или провалился в какое-то забытье, но проснулся, услышав рядом шорох смявшийся мантии, когда кто-то присел рядом. Мальчик вздрогнул и открыл глаза. Черное пятно перед ним скоро обрело контуры. Снейп. — Доброе утро, профессор. — Я бы сказал, ночь… хотя нет, вы правы, утро. Третьекурсник стал выбираться из спальника. — Куда вы? — В уборную. — Я вас провожу. Они тихо вышли из зала. — Сколько времени? Зельевар достал из кармана старые часы на цепочке. — Полшестого. — Спасибо. Когда слизеринец, вышел, декан ждал его в коридоре. — Пойдемте, проведу вас назад. — Я вряд ли еще усну, можно мне побродить по замку? Я обещаю не шуметь и не нарушать правила. Блэка ведь не нашли? — Да, вы правы. Не нашли. Но я, право, не знаю, можно ли вас отпустить. — Герр Снейп, а маму предупредили, что бы она была осторожнее? Ведь Блэк может попытаться достать и до нее… — Да, я ее предупредил и наложил на дом дополнительные охранные чары. — Спасибо за это. Так можно мне побродить? — Ну, ладно, можно, только подождите минуту, — он стянул со среднего пальца широкое кольцо-печатку. — Вот, оденьте на палец и не снимайте ни в коем случае. Это портключ. Он отправит вас в безопасное место, как только вы скажете кодовое слово. Это фамилия вашей матери — Эванс. Вы должны воспользоваться кольцом, если Блэк только покажется на горизонте. Вы меня поняли? — Да, Герр Снейп. Они разошлись в разные стороны, оба не выспавшиеся и думающие о Блэке. Гарри шел размышляя о том, чтобы, использовав хроноворот, вернуться назад и поймать Блэка. Но он так устал, что был не в состоянии кого-либо ловить. Когда он сам понял это, то незаметно для себя самого дошел до третьего этажа и побрел по коридору. «И вот сейчас из какого-нибудь закоулка на меня выскочит Перси Уизли и начнет распаляться про то, что я нарушил запрет директора, когда вышел из Зала, и еще я нарушил правила, потому что брожу по коридорам ночью…» — подумал мальчик, но Перси все не было. Лучший Ученик Хогвартса обнаружился на ведущей вниз лестнице, напротив какой-то ниши со статуей. Он, закутанный в свою длинную черную мантию, лежал на одной из серединных ступенек лестницы. «Неужто он, нарушив указ директора, лег спать?!» Но когда слизеринец приблизился к нему, то увидел, что глаза у него широко открыты, покраснели и слезятся, а в мантию он был не закутан, а спеленат ею, завернут в нее? как в рулон. Мальчик произнес универсальное отменяющее заклятье. Парень первым делом закрыл глаза, а потом попробовал перевернуться, чтобы конец мантии не был у него под спиной, чтобы размотаться, и покатился вниз по ступенькам. Оказавшись в самом низу, он сел и поправил чудом уцелевшие очки. — Мерлин. Мерлин! О, Мордред и Моргана! О! — отличник плакал. — Что произошло? — Блэк. Он прятался в этой нише, за статуей, и когда сюда пришел я, он как раз выбирался оттуда. Я хотел запустить в него Петрификус Тоталус, но он на меня кинулся и толкнул меня, я случайно направил палочку на себя, парализовал себя самого, кубарем полетел с лестницы… О! — он растирал затекшие руки. — Я с трех пятнадцати тут лежу, с открытыми глазами.… О! — на этот раз он потер глаза под очками. — Мордред! Все болит! Кубарем скатиться с лестницы, часа два неподвижно лежать в неудобной позе и после прокатиться остаток лестницы! О, у меня долго будет все болеть… — Он выглядит как безумец? — Поттер сел рядом. — Нет, нисколько. Взгляд у него нормальный, он просто очень запущенный, а что? Он, зараза еще мне «прости» сказал! Издевается, а, гад!!! — с чувством воскликнул парень. — О! Как все болит! — Ты чего так стонешь? Тебя что, с лестницы никогда не спускали? — Представляешь, нет, — чуть озадаченно сказал он и потер шею. — Ох… Когда они вернулись в зал, Снейп, который сидел за учительским столом и спал, положив голову на руки, вздрогнул от тихого скрипа двери и встрепенулся. Заспанный Снейп с абсолютно растрепанными волосами выглядел странно. — А… Поттер… Уизли… это вы… — сказал он, оправляя волосы. — Блэка не встретили? — Встретили, профессор, только он убежал, — абсолютно серьезно сказал Перси. — Вы, шутите, шутите, только тихо, не будите других, — и он снова положил голову на руки. Потирая глаза, староста прошептал: — Пойду, посплю, — и отправился искать свободный спальник. Гарри тоже лег и тут же заснул, а, как ему показалось, через пять минут, прозвонил колокол и он резко подскочил на импровизированной постели. Все вокруг уже шумели, переговаривались и пытались привести себя в порядок. Он перевел взгляд на учительский стол — спящего Снейпа там уже не было, зато рядом стоял тщетно пытающийся подавить зевок Перси и рассказывал кому-то про то, как на него «напал» Сириус Блэк. Малфой, уже повторивший всю операцию с одеждой, только в обратном порядке, пытался загладить волосы назад, впрочем, тщетно. Пока Поттер приходил в себя, Драко отошел в сторонку, спросить у сонного Маркуса, который полночи дежурил у дверей, чем закончились поиски — надо было притвориться, что они ничего не знают. Когда он уже переговорил с капитаном, то развернулся, чтобы вернуться к другу, когда кто-то оправил ему сзади воротник рубашки. — Спасибо Пан… — он развернулся на каблуках поблагодарить Паркинсон и замер. — О… а… Грейнджер? — такого озадаченного лица у него, наверное, еще никогда в жизни не было. Он с трудом подобрал челюсть. В это время она развязала ему галстук, завязала заново и стала подтягивать узел повыше, к воротничку. — Э… ты хочешь задушить меня моим же галстуком? — предположил опешивший парень. — Нет, просто поправляю тебе галстук, — откликнулась она, закалывая галстук булавкой. — А… Она внезапно смутилась, скороговоркой произнесла: — Не стоит благодарности, — и скрылась в толпе. Аристократ озадаченно моргал. Гарольд заметил, что друг вернулся крайне подавленным, сел рядом на спальник, забыв даже придержать мантию, чтобы она не помялась, и бесцветно проговорил, глядя в одну точку: — Ты не поверишь. Ко мне только что подошла Грейнджер и… — Поцеловала? — спросил он, пытаясь откусить заусенец на большом пальце. — Типун тебе на язык! — слизеринец даже отодвинулся в сторону. — Воротник мне поправила. С чего бы?.. — Может это у них общее, девчоночье? — предположил сын Джеймса Поттера, отцовским жестом ероша волосы и кивая в сторону Милли, которая, кажется, не в первый раз, перевязывала галстук Нотту, стоявшему со скорбной миной на физиономии. — Надеюсь… — поежившись, откликнулся блондин. На протяжении нескольких следующих дней в школе только и говорили, что о Сириусе Блэке. Теории его проникновения в Хогвартс становились все более абсурдными. В тот же день на первом уроке, Гербологии, Ханна Аббот из Хаффлпафа всю дорогу объясняла каждому, кто соглашался ее слушать, что Сириус Блэк превратился в цветущий куст, но для этого, ему нужен был сообщник в замке, увлекающийся Гербологией, и, скорей всего, это был Невилл. При этом какой-то идиот надоумил ее рассказать свою теорию самому Лонгботтому. И из-за этого, около кабинета ММХК (Мировой Магической Художественной Культуры) произошла странная сцена. Когда она закончила свой рассказ фразой: «… и я полагаю, что Блэку помог ты», он сам побледнел как полотно, а глаза потемнели и сделались страшными. Он посмотрел на нее в упор и тихо, севшим голосом, произнес, четко говоря слова: — Я скорее сдохну, чем стану помогать брату Беллатрикс Лейстранж. Звучали его слова страшно. После этого он подхватил рюкзак, закинул его на одно плечо и, ни слова не говоря, стал спускаться вниз по винтовой лестнице. — Эй, Невилл… — попыталась окликнуть его Ханна. — Оставь его, — неожиданно произнес Малфой. Дверь кабинета открыли изнутри и все зашли в класс. Уже после урока, когда все спустились по винтовой лестнице и когда факультеты разделились и группками пошли на свои занятия, кто-то цепкими пальцами крепко схватил Гермиону за локоть и дернул в боковой коридор. — Малфой? — Грейнджер, ты можешь объяснить мне, что это было? — О чем ты? И отпусти меня! — Я о том, что ты вытворила с утра, — сказал он, пристально смотря на нее, и разжал пальцы. — Я ничего не вытворяла! — А с галстуком?! — А… Так у тебя просто воротник нужно было поправить, и галстук был плохо завязан… — Какого черта тебя понесло ко мне?! — теперь он вцепился ей в плечо. — Завязывай галстуки своему Крысли! — это он буквально прошипел, смотря ей в лицо. — Не волнуйся за меня особенно, я с не поправленным воротником не останусь! — Ах, это привилегия мисс Паркинсон! Простите, мистер Малфой, я не знала! — Панси. Здесь. Не причем. Оставь ее в покое. Ты можешь объяснить мне, что это было? И за «мистера» я не вызову твоего защитника на дуэль, только потому, что ты грязнокровка! — Я Гарри расскажу про то, как ты меня назвал! И убери с моего плеча руку — испачкаешься! — она отскочила в сторону. — Правда, — он отряхнул руку о брюки. — И его, для всех кроме друзей, зовут Гарольд. — А было это вот что — ты, когда растрепанный похож на какого-то… грязнокровку! — она выбежала из коридора; он тихонько засмеялся. Когда она успокоилась, то хотела зайти в какой-нибудь тупиковый коридор, чтобы использовать хроноворот, но когда заглянула в один из таких коридоров, то оказалось, что там на подоконнике с ногами сидит Невилл, закрыв лицо руками. В тот день, на последний урок — ЗОТИ — Гарри опоздал, задержавшись на дополнительном занятии у профессора Флитвика. Он резко затормозил у кабинета, потянул дверь на себя и прошмыгнул внутрь. — Извините, я опоздал, Герр Люпин, я… Однако от письменного стола на него поднял взгляд вовсе не Люпин, а Снейп. Злой, невыспавшийся Снейп. — Урок начался десять минут назад, поэтому, я полагаю, будет справедливо, если мы снимем со «Слизерина» десять баллов. Садитесь. Но он не пошевелился. — Где Герр Люпин? — Он сказал, что слишком плохо себя чувствует и не сможет провести занятие, — губы Снейпа изогнулись в ухмылке. — Мне кажется, я велел вам сесть? Поттер медленно прошел к своему месту и сел. Снейп оглядел класс. — Перед тем, как Гарольд перебил меня, я говорил что профессор Люпин не оставил никаких записей относительного того, какие темы вы успели пройти на сегодняшний день. — Пожалуйста, сэр: мы прошли боггартов, красных колпаков, капп и загрыбастов, — затараторила Гермиона, — и должны были начать… — Тише, — холодно остановил ее Снейп. — Я ни о чем не спрашивал, а лишь хотел отметить полное отсутствие организованности у профессора Люпина. — Он самый лучший учитель по защите от темных искусств! — нагло заявил Дин Томас и по рядам пробежал согласный шепоток; у профессора сделался свирепый вид. — Вам легко угодить. Люпин явно не заставляет вас перенапрягаться. В моем понимании, красные колпаки и боггарты — занятие для первокурсников. Сегодня мы с вами поговорим об… Гарри следил, как учитель пролистывает к самому ее концу, к главе, которую они, наверняка, не проходили. — …оборотнях, — решил декан Слизерина. — Но, сэр, — вмешалась неугомонная Гермиона, — мы еще не дошли до оборотней, мы только должны были начать гринделлоу… — Мисс Грейнджер, — Снейп говорил со зловещим спокойствием, — до сих пор я пребывал в уверенности, что в этом классе учитель я, а не вы. И я хочу, что бы вы открыли страницу триста девяносто четыре. Вы все! Быстро! Класс — с разнообразными оскорбленными гримасами и возмущенным бормотанием — открыл книги. Класс, но не Гарри. Он, молча, сидел, не открывая учебника и буравил декана пристальным взглядом. — Кто может сказать, как отличить оборотня от настоящего волка? — спросил зельевар, не обращая внимания на взгляд Поттера. Все сидели в неподвижном молчании; все, кроме Гермионы, рука которой моментально выстрелила вверх. — Кто может? — повторил Снейп, игнорируя Гермиону. — Не хотите ли вы сказать, что профессор Люпин даже не научил вас, каковы основные различия между… — Вам же объяснили, — неожиданно выпалила Патил, — что мы еще не проходили оборотней! Мы остановились на… — Тихо! — прикрикнул Снейп, — Так-так, не думал я, что встречу третьеклассников, неспособных отличить оборотня среди волков. Так, нужно не забыть уведомить профессора Дамблдора о вашем отставании… — Герр Снейп, профессор, — подчеркнуто вежливо обратился к нему его подопечный, поднимая руку. — Да, Поттер? — Профессор, прошу прощения, но мы не отстаем от программы, сэр. Мы движемся по учебнику, а глава про оборотней находиться в самом конце, во второй половине книги, а следственно, мы будем проходить их во втором семестре. — Сколько раз я должен повторять, что учителя здесь не вы?! — зловеще-тихо спросил зельевар. — Учитель здесь я, а значит, я решаю, что и когда вы будете проходить. Я решил, что вы будете проходить сейчас оборотней, значит, вы будете проходить сейчас оборотней. — Учитель здесь, — Гарри обвел взглядом класс, вставая с места, — не вы, сэр, а профессор Люпин. И мы не будем проходить оборотней сейчас, — он говорил холодно, но в его голосе чувствовалась решимость. — Не будете? Вы так уверенны в этом, Поттер? — теперь голос преподавателя был полон яда. — Абсолютно, — ответил мальчик с непробиваемым спокойствием. — Тогда мне придется вас разочаровать: класс, сделайте конспект открытой вами главы. — Не делайте, — не оборачиваясь к классу, отрезал Поттер. — Поттер, во-первых, минус десять баллов за пререкания с преподавателем, а во-вторых, сядьте и делайте конспект вместе со всеми. — Нет. Я сказал, что мы не будем проходить оборотней, — он вышел из-за парты и подошел к учительскому столу; все ребята затаили дыхание. — Что вы себе позволяете?! — прошипел Снейп. — Мне следовало бы задать этот вопрос вам. Немедленно отмените задание, — он оперся руками о стол. Учитель и ученик прожигали и буравили друг друга взглядом, будто играя в гляделки. — Мы не будем проходить оборотней, — с нажимом сказал слизеринец. — И вы прекрасно знаете почему, — он сделал короткую паузу. — Потому что по программе мы проходим не это. — Вон. Выйдите вон! — преподаватель указал рукой на дверь. — Хорошо. — Гарольд развернулся, прошел к своему месту, запихнул учебник в сумку, закинул ее на плечо и, уже взявшись за ручку двери, добавил. — Хорошо. Я выйду. Только пойду я сразу к директору. Когда за ним захлопнулась дверь, Снейп скрипнул зубами и сказал: — Ну и что же вы успели пройти со своим «лучшим профессором»? — в каждом звуке его голоса чувствовалась злость. Но никто не ответил ему. Класс пораженно молчал — Снейп больше не спрашивал про оборотней. — Вы что, оглохли?! Я спрашиваю: что вы прошли? Мисс Грейнджер, вы, кажется, хотели ответить. — Да, профессор, сэр, мы прошли боггартов, красных колпаков, капп и загрыбастов… — растерянно ответила Гермиона. Через пятнадцать минут разговора о гринделлоу, дверь отворилась и в класс, улыбаясь, вошел Дамблдор в темно-фиолетовой мантии из-под которой, когда он шел, высовывались носки остроносых канареечно-желтых туфель. Позади директора, в дверном проеме стоял, сложив руки на груди и самодовольно ухмыляясь, Поттер. — Северус, мальчик мой, мне сказали, что ты хочешь дать ребятам одну тему, которую они должны проходить с профессором Люпином в конце года. Я надеюсь, что ты не станешь этого делать. Я ведь прав? — ласково улыбаясь, спросил старик. — Правы, профессор, — сквозь зубы процедил Снейп.

***

Пятнадцатью минутами ранее Альбус Дамблдор, спокойно сидел в своем кабинете, попивая чай и разбирая документы, когда горгулья, маленькая копия той, что охраняла дверь, возвестила: — Господин директор, к вам без пароля ломится какой-то юноша. Он сказал, что его фамилия — «Поттер». — Впусти его, — беспокойно ответил директор — сейчас у Поттера должен был быть урок ЗОТИ, который сегодня вел Снейп. Через минуту, в кабинет влетело нечто с растрепанными черными волосами и в слизеринской мантии. — Герр Дамблдор! Герр Снейп хочет не по программе, дать нам тему про оборотней! Он хочет навести ребят на мысль о том, что Герр Люпин — оборотень! Этого же никто не должен знать, верно? Я пытался его остановить, но он… — Я понял, Гарольд. Сейчас разберемся, — сказал он, вставая. — Пойдем. А откуда ты сам знаешь про профессора Люпина? — он нахмурился. — Мама, — небрежно бросил мальчик, перепрыгивая через две ступеньки, когда они спускались по движущейся лестнице.

***

— Все свободны, — объявил директор. — Северус, зайди ко мне после следующего урока — мне нужно с тобой поговорить. — Как скажете, сэр, — мрачно откликнулся Снейп. Ребята, дружно шумя, стали собираться. — Гарольд, подойди ко мне, — «ужас подземелий» поманил «проклятие Слизерина» к себе. — Вы можете говорить что угодно, но я считаю, что поступил правильно. — Я не об этом, — сухо сказал профессор, поджимая губы. — Отдай мне кольцо, — он протянул руку, ладонью вверх. — А! — Мальчик легко снял с пальца широкое кольцо-печатку, которое дал ему опекун, и протянул его законному хозяину. — Благодарю. В тот же вечер, возвращаясь в гостиную, Гарри услышал за поворотом голоса Снейпа и Флинта и притормозил. Говорили о нем. — …Маркус, я понимаю, что у тебя и без этого много хлопот, но прошу тебя, все же присмотри за Гарри. Сейчас, когда Блэк… — Я тоже все понимаю, профессор, но помимо всех моих обязанностей и хлопот, я капитан квиддичной команды. А в субботу первый матч! Я все свободное время после уроков провожу с командой на поле, я домашние задания делаю на переменах, когда мне за ним следить? Мы же из-за него и стараемся — мы снятые из-за него баллы компенсировать хотим! — Ну, ладно. И, к слову о квиддиче, вы так и не положили мне на стол полные списки. Я жду до завтрашнего вечера. — Хорошо, сэр. Но далеко не все члены квиддичной команды думали на этой неделе только о квиддиче. Например, отбивала, Максимилиан Уоррингтон, предпочитал задирать магглорожденных. — Отойди с дороги! Дай пройти, грязнокровка! — обратился он, (О, Боже, почему всегда она?!), к Гермионе. Гарри медленно, размеренными шагами, засунув руки в карманы, пошел ему наперерез и, остановившись на середине коридора, развернулся так, чтобы девочка была у него за спиной. — Ксимильян, послушай, давай ты сейчас извинишься перед Гермионой, и мне не придется вправлять тебе мозги посредством их сотрясения. Вот видишь — Здравствуй, Перси! — сюда пришел Перси Уизли, который, тут же снимет со Слизерина кучу баллов за драку. Нам это нужно? Ты только подумай, нас же Кристинн заклюет! И, ты пойми, Ксимильян, я по-другому объяснять не умею — если ты не послушаешь сейчас мои слова, то я попробую разъяснить тебе что-нибудь кулаком, и нас обоих ждет героическая смерть от рук нашей милейшей старосты. Так что? Шестикурсник заскрипел зубами и сквозь зубы процедил: — Приношу свои извинения за то, что грубо вел себя с вами и обратился к вам неподобающим словом, мисс Грейнджер. Поттер обернулся к девочке: — Извинения приняты? — Приняты, можете пройти, — она отошла в сторону. В тот же день, вечером, когда мальчик один сидел на мерзлой траве у Черного Озера и смотрел на воду, к нему подсела гриффиндорская отличница. — Я очень благодарна тебе, спасибо тебе большое, что ты все время вступаешься за меня, даже если для этого тебе приходиться вставать против своих, слизеринцев… — Мне не нужна твоя благодарность, — отрезал он, не поворачиваясь к ней и смотря на воду. — Но… — Неужели ты не понимаешь? — он, наконец, обернулся к ней. — Я делаю это не ради твоей благодарности. Это дело принципа! Если бы этим словом называли Рона Уизли, а он не мог бы сам за себя постоять, я бы и его защищал. Я надеюсь, что ты не строила никаких иллюзий на счет того, что я делаю это потому, что ты мне нравишься. Нет, ты, конечно, хорошая девчонка, просто отличная, и ты нравишься мне как человек, но не как девочка. — А я и не думала ничего такого, насчет того, что нравлюсь тебе. Просто хотела сказать тебе спасибо. Тебе же не хуже от того, что я тебя поблагодарила? А мне так спокойнее. — Ну, ладно. Благодари, если хочешь, но мне от этого, ни горячо, ни холодно. И если не поблагодаришь, я не обижусь. — Слушай, вы со Снейпом так собачитесь, почему же он тогда твой опекун? — не выдержала она долгого молчания. — Из-за мамы, — он лег на траву и заложил руки за голову. — Они были однокурсниками. А Герр Снейп, потому что нам не к кому было пойти — только Снейп и Уизли, а у них у самих девять ртов, и живут в маленьком перестроенном сарае. Поэтому мы и пошли к Герру Снейпу. У него, конечно, дом тоже не сильно лучше, но он там хотя бы один живет… А еще был риск, что Герр Уизли не сможет взять надо мной опеку по несостоятельности. Вечером пятницы, за два часа до того когда квиддичная команда должна была пойти на последнюю тренировку, в гостиную влетел Снейп. — Маркус! Вы уверены, что отдали мне полные списки квиддичной команды?! — Да, сэр. — Прекрасно! У нас не хватает одного загонщика! Ну что ж, тогда позвольте сообщить всему факультету радостную новость: мы не будем играть! Будет игра Гриффиндор — Хаффлпаф! Нас отстраняют от чемпионата из-за того, что у нас не полностью укомплектована команда! Вы хоть представляете, под каким плинтусом окажется количество наших баллов?! Неужели на всем факультете не нашлось ни одного человека, который хотя бы пробовался в этом году на эту должность? — Ни одного, сэр. — Чёр… Мордред и Моргана!!! — он вылетел из гостиной, взмахнув полой черной мантии. Вся команда ходила мрачнее тучи, а сам Маркус был мрачнее всех их вместе взятых.

***

Гриффиндорская команда тренировалась на поле, когда на трибуны вбежал Маркус Флинт и поднял вверх руку, в знак приветствия. Оливер Вуд тоже поднял вверх руку и крикнул что-то команде. Они все приземлились на землю у трибун. — Маркус, что ты хотел? У нас время капает, а нам еще к завтрашней игре с Хаффлпафом готовиться! — Да-да, Оливер, я все понимаю, я просто хотел сказать тебе, что мы будем играть! — Что?! — Мы будем играть, — повторил Флинт. — Но МакГонагалл сказала, что у вас не полная команда… — Я нашел еще одного загонщика. Мы будем играть. — Нашел? Только что? — Да. — Но он же ни разу с вами не тренировался… — Верно, ни разу. Вы не могли бы освободить нам поле пораньше, в связи с этим обстоятельством? — Да, хорошо, сейчас минут через пятнадцать свернемся. — Отлично. Спасибо тебе, Вуд. Ладно, я пойду, надо еще объяснить новенькому правила квиддича. Близнецы Уизли присвистнули. Нового капитана и ловца Хаффлпафской команды, староста Слизерина нашел, гоняющегося за снитчем, неподалеку от хижины Хагрида. - Диггори! — Чего тебе, Флинт? — Вам не нужно готовиться к игре, завтра с Гриффиндором, как и было запланировано, сыграем мы. Я только что нашел загонщика. — Только что?! — Да. — Флинт, ты чокнутый на всю голову! У тебя крыша поехала! — Будь добр, предоставь мою крышу мне. Я сказал, что мы будем играть, значит, мы будем играть. Дверь Слизеринской гостиной распахнулась, на пороге стоял Маркус. — Команда! — он громко хлопнул в ладоши. — Подъем! Мы будем играть! — Что?! — все понуро сидевшие члены слизеринской команды резко вскочили на ноги. — Я нашел нам загонщика! — Что?! — Кто?! — Кто это?! — выкрикнуло наперебой несколько голосов. — Поттер. Малфой нервно усмехнулся и сказал: — Пойду сообщу ему эту радостную новость, — мальчик направился в комнату. — И правила ему заодно объясни! — крикнул ему вслед Флинт — Марк, ты уверен, что это хорошая идея? — спросил второй загонщик, Монтегю, потирая виски. — Ну, мы же с тобой тренировались и сами вполне неплохо справляемся. Он просто повисит в воздухе для массы, чтобы нас допустили к чемпионату. Дадим ему пару раз для видимости пас. И все. — Хорошо, но почему именно Поттер? — Я видел, как Драко одалживал ему метлу — просто полетать — он неплохо держится в воздухе. Это во-первых, а во-вторых, это же он «проклятье Слизерина», это он виноват в большей части потерь баллов! Гарри сидел на кровати и мирно читал арифмантику на завтра, когда в комнату смерчем влетел Драко с лихорадочно горящими глазами. — Гарри! Новость! Ты в составе нашей квиддичной команды! Загонщиком! — Что, прости?! — Немедленно убери Арифмантику! Быстро пошел со мной и слушай внимательно — объясняю правила игры в квиддич!