Хрустальный замок.

Изана быстро пробирался сквозь лесную чащу, идя за духом-путеводителем, который уверенно вел его по невидимой дороге. Лисица то ярко сияла, то почти исчезала из поля зрения, и молодому королю пришлось приложить все свои усилия, чтобы увидеть духа. Глаза уже давно привыкли к темноте, как и к тому, что солнце здесь было не видать. Мужчина несколько раз вздрагивал всем телом, замирал как копанный, стоило ему лишь увидеть среди деревьев знакомый девичий силуэт. Беловолосая колдунья выглядела до того несчастной, что казалось почти реальной. Тихий, но от того не менее звонкий голос умолял поторопиться и вытащить её из замка. А затем она исчезала так же быстро, как и появлялась. Изана подумывал, что он сходит с ума, но вспоминая, где он находится, как-то сразу успокаивался. Мало ли, что приглючится в Запретном лесу… Однако, полупрозрачная фигурка девушки отнюдь не было сном или видением, и была вполне реальна. И от того более несчастна. Но зачем она делала это? Зачем звала и умоляла? Разве до этого она не делала все, чтобы не дать им дойти до Заповедного леса? Молодой король решил, что с этим разберется после. Сперва нужно было пройти этот пути и помочь брату, а там… будь, что будет. В конце концов, какой бы ведьмой она не была, она по-прежнему оставалась лишь девушкой. Весьма привлекательной, к тому же. С каждым новым шагом Висталия все больше и больше убеждался в том, что за три дня ему не добраться. Лес лишь снаружи казался небольшим, но внутри была целая сеть лабиринтов из деревьев, из-за этого он был огромен внутри. Местность вокруг становилась болотистая, все чаще и чаще на пути попадали канавы и глубокие лужи, скрытые от глаз водоемы, в которых было легко утонуть. Ноги вязли в грязи, и передвигаться становилось труднее. Привыкший к пешим прогулкам, наученный искусству следопыта и охотника, Изана лишь одной силой воли заставлял себя идти вперед. Однако понял лишь одно: ему определенно нужна была лошадь. Вскоре дух почти пропал из виду, будто чего-то испугавшись. Молодой король остановился, чтобы перевести дух. С его лица градом скатывался пот, влажные волосы прилипли ко лбу, а одежда стала даже хуже, чем у бездомного бродяги. Раздраженно закатав рукава, мужчина подвязал волосы в хвост. Изана огляделся и его светлые глаза опасно сощурились. Это было то самое место, где начиналось, так называемое, Болото Печали, засасывающая в свою трясину всех, кто поддавался грусти или сомнениям. Но помимо того, что зрелище у его места было омерзительное, здесь было еще кое-что… На мужчину поднялись несколько десятков пар ярко-голубых глаз, которые на глазах меняли свой оттенок на желтый. С горизонтальным зрачком. Стадо лошадей с перевернутыми копытцами не спеша пожевывало водоросли, не отводя изучающего взгляда от Висталии. Здесь были лошади черных и белых мастей, с гладкой шелковистой шерсткой, которая сверкала даже в сумраке. В длинных гривах запутались водоросли, которые шевелились не хуже живых, стоило только хоть одной лошади мотнуть головой. Перед ним внезапно появилось чудовище, вылезая прямо из небольшой лужи под ногами Изаны. От неожиданности мужчина отшатнулся, едва не упав в ил. Липкое, слизкое тело, растянутое до неимоверной величины постепенно проявляло себя во всей своей «красе». Уродливая морда с мощной, зубастой челюстью повернулась к мужчине, сверкнув дьявольским огнем глаз. В ответ король лишь скривился. Самым последним их лужи появился длинный хвост с небольшими плавниками, но и тот почти сразу же деформировался в вполне лошадиные ноги. Лишь копыта были перевернуты. Изана уже видел рыбий хвост у Айтуны, но тот красивый, гибкий и яркий хвост не шел ни в какое сравнение с этим уродством, которое лишь запугивало. Прямо на глазах слизкая кожа покрылась шелковистой шерсткой, до земли ниспала великолепная грива, а глаза существа стали до того невинными, что аж воротило. И тут Изана узнает его – это был его старый знакомый из Тумана Страха. Почувствовав, как нагрелся хрустальный шар на его груди, мужчина достал его на свет, чтобы не осталось ожога. Почему-то келпи, издав испуганный вопль, шарахнулись в стороны, почти сразу же скрывшись в канавах. «А так можно было?», – удивился мужчина, задумчиво крутя в руках шар. Что же в нем такого, что все вокруг боятся его? На месте остался стоять лишь тот самый келпи. Вздох у коня получился отменным и вполне человеческим. Секунда и вот уже вместо лошади перед королем стоял высокий, привлекательный юноша с длинными, черными волосами. Его угольно-черные глаза вперились в Изану, желая просверлить в нем дыру. Вместо зрачка у келпи были два белых вихря, притягивающие к себе внимание. – Вот уж не думал, что снова свидимся, – грубым, хриплым голосом промолвил он, искривив губы в подобие улыбки. – Будь так любезен, убери от меня эту дрянь, – келпи кивнул на шарик и вновь скривился. Но вместо этого Изана перекинул шар в другую руку. – И не подумаю! – вполне искренне улыбнулся он, склонив голову к плечу. – Но могу предложить тебе сделку. – Знаю-знаю, – раздраженно перебил его келпи, откинув с человеческого лица волосы. – Тебе надо пройти через Болота Печали. Вот только даже мы туда не ходим, – вихри в его глазах закрутились сильнее. Висталия безразлично передернул плечами и спокойно произнес: – Значит мне придется остаться здесь вместе с шаром. На что келпи лишь расхохотался. – Ты всего лишь смертный человек! Думаешь, что сможешь так долго прожить без еды и воды? – Я-то не проживу, но шар то останется, – хмыкнул король, покрутив шариком прямо перед лицом существа. Тот отшатнулся, явно не желая иметь дело с той, как он выразился, дрянью, и раздраженно цыкнул. – Я и правда не могу провести тебя туда. Мы просто не сможем пройти. Чтобы перебраться на другую сторону, мне нужна вода, а не ил и грязь. – Мне известно твое желание притопить меня, но, увы, я пока что к этому не готов. Зато, раз ты не можешь идти под водой, пойдем прямо по ней. На секунду Висталии показалось, что келпи не на шутку перепугался. Но вот только чего? Не успел он поразмыслить об этом, как наваждение исчезло. – Спятил? – возмутился конь. – Это же Болото Печали! Понимаешь? Болото. Печали. Даже таким, как я там не выжить, если поддадимся печали. – Значит, нам остается только не поддаваться ей, – вполне серьезно заметил Изана, играя с шаром. – Свое слово я уже сказал. Или хочешь, чтобы твои сородичи остаток своих дней провели под водой? Ему уже было подумалось, что келпи плюнет на все и разорвет его на части, такая была ненависть в глазах. Но вместо того, чтобы наброситься, конь со свистом втянул легкие воздух и успокоился. Через секунду перед молодым королем вновь стояла знакомая лошадь. – Э не, – ухмыльнулся Изана. – Мне известно, что к вашей коже нельзя прикасаться. Если я решу когда-нибудь умереть, то выбери более гуманный способ. На келпи в ответ лишь фыркнул: – Из-за этой дряни, что у тебя в руках, у меня сейчас куда больше шансов помереть. Мне же будет хуже, если я что-то сделаю. И вообще, такого распоряжения, как убивать тебя у меня не было. – Какого распоряжения? От кого? – нахмурился блондин, но конь лишь заржал. – Свыше, – наконец соизволил ответить он, но больше ничего так и не добавил. Молодой король задумчиво пожевал губу и с тяжелым вздохом взгромоздился на спину келпи, уцепившись за его гриву. Черный конь встал на дыбы и, истошно заржав, сиганул прямо в лужу, из которой недавно вылез. А у Изаны перехватило дыхание. Вот и смерть!..

***

Но на самом же деле прошло не больше секунды, прежде чем келпи вынырнул на поверхность. Конь и всадник оказались на поверхности посередь болота. Да, обычным болотом это действительно тяжело было назвать… Над ними проплывали неровные полосы тумана, кое-где виднелись жалкие перелески, и у всех деревьев стволы в нижней части разделялись на четыре, пять, а то и больше тоненьких кривых стволиков, напоминавших ноги морских пауков, опущенные в черную болотную жижу. Из побуревшей кроны этих уродцев свисали, переплетаясь, тонкие воздушные корни, похожие на застывшие щупальца. Было невозможно определить, где здесь твердая почва, а где бездонная топь, прикрытая сверху водяными растениями и палыми листьями. Вокруг не было не привычных обитателей илистых земель, не росли деревья, а если и росли, то уже давно были мертвы, даже насекомых и то не было. Одна лишь только грязь, слизь и туман на ближайшие мили. Келпи тряхнул гривой и не спеша начал продвигаться вперед, с трудом переставляя длинные ноги, которые вязли в грязи. Дорога становилась всё труднее, и, в конце концов, Изане пришлось слезть, погрузившись до колен в болотную жижу. – Что это за место? Ни конца, ни края не видно, – бурчал он себе под нос, ведя келпи за гриву. – Я же говорил, что болото почти непроходимо, – фыркнул конь, чихая. – Я привык к чистой воде, а не к этой… субстанции. – Насколько же велик лес? Келпи как-то странно дернулся. Должно быть, если бы он сейчас был в облике человека, то непременно бы передернул плечами. – Никто не знает, потому что еще никто не доходил до Хрустального замка. Молодой король, едва услышав упоминание о замке, чуть не рухнул в жижу. Резко повернувшись к, мигом стушевавшемуся, коню, хищно прищурил глаза. – Откуда ты знаешь про Хрустальный замок? – Не знаю я, – спокойно произнес тот. – Просто в голову пришло. Естественно, стоило бы усомниться в правдивости его слов, но сейчас было не того. Несколько раз конь проваливался в топь, правда, как-то ему удавалось выбраться. Но чем дальше шли они по Болотам Печали, тем замедленней становились его движения. Он опустил голову и едва передвигал ноги. – Что с тобой? – встревоженно спросил Изана, останавливаясь. Келпи тяжело вздохнул и фыркнул: – С каждым шагом печаль все больше поглощает меня. Больше не могу идти. Ноги, словно из свинца сплавленные. – Надо! – рыкнул король, потянул коня за собой. Но тот не сдвинулся с места. Он был уже по брюхо в трясине и не делал никаких усилий, чтобы выбраться. – Эй! – крикнул Изана. – Взбодрись, слышишь! Пошли дальше! Постарайся, иначе тебя засосет! – Оставь меня, – ответил конь, – мне с этим не справиться. Иди дальше один! И не думай обо мне!.. Я не в силах вынести эту печаль, я хочу умереть… Изана в отчаянии с яростью тянул келпи за длинную гриву, но тот все глубже и глубже уходил в трясину. О нет, ему не выбраться… Когда над черной водой торчала лишь конская голова, мужчина обхватил ее руками. – Ты спятил, – прошептал он. – Ты мне уже ничем не поможешь. Со мной все кончено. Мы оба не знали, что нас здесь ждет. Вот теперь мы знаем, почему эти болота зовутся Болотами Печали. Печаль повисла на мне тяжелой гирей. Она тянет меня вниз, и я тону. Спасенья мне нет. Я ведь говорил это с самого начала… – Но я ведь тоже здесь и не чувствую ничего такого. – У тебя есть хрустальный шар. Ты защищен от любой магии. Никто в этом лесу не может причинить тебе вред. Даже сама ведьма. Увы, придется тебе продолжать путь без меня. Я прошу тебя, уйди. Я не хочу, чтобы ты видел мой конец. Это всё, о чем я молю, – Изана медленно поднялся. Голова келпи уже наполовину погрузилась в черную жижу. – Удачи вам, Ваше Величество, и спасибо… Изана крепко стиснул губы, не в силах произнести ни слова. Он кивнул напоследок, отвернулся и пошел. Как долго молодой король шагал вперед, только вперед, он и сам не знал. Он словно ослеп и оглох. Туман становился все гуще, и у мужчины возникло чувство, что вот уже много часов подряд он ходит по замкнутому кругу. Он больше не нащупывал ногой твердый грунт, чтобы шагнуть, а ступал куда придется и все же ни разу не провалился в трясину выше колена. Каким-то таинственным образом хрустальный шар вел его по верному пути… В тот самый час темная Теневая Тварь, что сгустилась из ночной мглы над пустошью, учуяла след Висталии и помчалась к Болотам Печали. Теперь уж никто и ничто в лесу не заставит ее бросить этот след. Как бы то ни было, но ОНО должно было остановить короля Кларинса раньше, чем тот доберется до конца пути.

***

Изану мучил голод и томила жажда. Вот уже два дня, как он, выбравшись из Болот Печали, шел по Каменной Пустыне, в которой не было ничего живого. Тщетно шарил он между камнями, надеясь отыскать там хоть какой-нибудь корешок, но здесь ничего не росло – даже мох и лишайник. Сперва он обрадовался, когда почувствовал под ногами твердую почву, но вскоре ему пришлось признаться себе, что положение его теперь еще более безнадежно. Он заблудился. Он не мог даже определить, где восток, где запад, так как сумрачное небо не давало ему на этот счет никаких указаний. Холодный ветер неутомимо обдувал уступы скал, громоздившихся вокруг. Каменные завалы то и дело преграждали путь, и он с трудом взбирался на них, потом, чуть не срываясь, спускался вниз, но его взору не открывалось, увы, ничего, кроме все новых и новых уходящих к горизонту горных кряжей. И ничего живого: ни жучка, ни муравьишки, ни даже коршуна, который обычно кружит над заблудившимся путником, ожидая, что тот в конце концов рухнет на землю от изнеможения. Но даже если бы Изана знал, куда надо идти, чтобы вернуться назад, это было бы уже невозможно. Он зашел слишком далеко, и теперь ему ничего не оставалось, кроме как упорно продвигаться вперед. И вот он шагал все дальше и дальше, то поднимаясь вверх по склонам, то спускаясь вниз, пока не осознал, что давно уже бредет как лунатик, а душа его витает где-то совсем в другом месте и лишь нехотя возвращается назад, в его тело. Если вспомнить слова Айтуны, то следующим препятствием, что шло после Болот Печали, должно было стать Озеро Забвения. Что ожидает на сей раз? Очередные русалки или гигантский кракен? Изана устало прикрыл глаза, прислонившись к огромному камню. Ему было всё равно. Вот дойдет он до озера, сперва хорошенько напьется, а там дальше пусть хоть сам Водный Дракон появляется. Он открыл слипающиеся глаза и даже сперва не поверил увиденному. Перед ним была удивленная, полупрозрачная мордочка его проводника, который исчез тот час, как он вошел во владения келпи. – Явился, не запылился, – фыркнул мужчина, протягивая руку, на которую доверчиво пристроился дух. Лисица тихо что-то заурчала, чуть светясь в темноте. Потянув мужчину за грязный рука, призвала его встать и идти дальше. Однако, стоило лишь молодому королю сделать несколько шагов, как почва под его ногами обрушилась, и он молча, без единого вскрика рухнул вниз. Едва успев сгруппироваться, Изана с громким всплеском погрузился в прозрачную, ледяную воду. Озеро Забвения искать не пришлось. Оно само нашло его.