Мсье Сенкьем беседует с Персом
14 июля 2017 г. в 23:08
Маскарад продолжался почти всю ночь. Запоздалым гостям уже не довелось увидеть Красную смерть, по залам среди гостей бродил одинокий Чумной доктор.
Избавившись от виконта, мсье Сенькем отправился на поиски человека, который, он знал, точно был на маскараде.
Вскоре он нашел его. Немолодой смуглый человек в богатом восточном одеянии стоял молча у высокого окна, в стороне от общего веселья, и глядел на пустынный ночной перекресток.
– Мсье Перс? – сказал, подойдя и склонив голову Чумной доктор.
– Мсье Сенкьем? – вздохнул Перс. – Верно?
– Угадали. Прекрасный сегодня маскарад. И, должен заметить, весьма оригинальная идея прийти на маскарад не в маскарадном костюме, а таким, какой вы есть на самом деле. Занятно то, что эта идея пришла на ум не только вам, мсье Перс.
– Что вам нужно, мсье Сенкьем? Я видел вас сегодня. Что вам нужно от него?
– От Эрика?
– Да.
– Меня попросили найти его.
– И что дальше? – усмехнулся Перс. – Кто-то хочет иметь его у себя для развлечения или воспользоваться его знаниями? Он опасен. И – вы уж простите, мсье, – я не уверен, что у вас получится доставить его заказчикам.
– Не заказчикам, а знакомым, попросившим меня об услуге. Я прощаю вам вашу неуверенность и напоминаю, что у вас получилось.
– Эрик был другим.
– Расскажите мне.
– Нет. Вы даже отдаленно не представляете, с чем имеете дело. Думаете, он талантливый цирковой урод.
– Вы намекаете на то, что у него в глотке?
Перс побледнел – его смуглые щеки сделались серыми. Он огляделся, словно ожидал, что Красная смерть вот-вот вернется.
Мсье Сенкьем продолжал:
– Я знаю, мсье Перс. Я знаю даже больше, чем вы. Расскажите мне о том, каким знаете его вы.
– Хорошо, – согласился Перс. – Давайте уйдем куда-нибудь, где нам не помешают.
– Маскарад еще не кончился, на нас не обратят внимания. Ни на нас, ни на разговор о жизни чудовища при дворе восточного владыки. Присядем на ту скамью…
Они сели у стены напротив окна. Перс задержал внимательный взгляд на набалдашнике трости, на котором мсье Сенкьем сложил руки в кожаных перчатках.
– Вы хорошо слышите через эту маску? Я буду говорить негромко.
– Невежливо просить человека снять маску до того, как маскарад кончился. И я вас прекрасно слышу. Как я понял, вас с Эриком связывает некое подобие дружбы.
– Некое подобие? Некое подобие, возможно, да. Если такому существу вообще доступны человеческие чувства. Когда супруга моего султана впервые услышала о нем, то словно оказалась поражена болезнью – хотела знать больше и больше… Эрик тогда жил в России, демонстрируя свои умения и уродство на Нижегородской ярмарке. Привезти его в Персию поручили мне. В обмен посулили высокую должность. Я думал, что еду за цирковым уродцем, о котором путешественники рассказывали небылицы лишь для того, чтобы позабавить правителей. Эрик очень быстро согласился поехать со мной – ему было интересно побывать при дворе восточного владыки. Вскоре я понял, что это существо не ест и не пьет, что оно невероятно выносливо и сильно. Однажды нам пришлось отбиваться от разбойников на дроге, Эрик оказался ранен и я увидел, что у него белая кровь. Все слышали в детстве сказки о джиннах, духах и привыкли считать их иными существами. Но что делать, как реагировать на то, когда иное существо является во плоти? Иное – не духовно, а физически. Как насекомое или ящерица. Но при этом оно ходит и говорит как человек. И позже я увидел, как оно – он – питается. До этого, по дороге, я находил трупы с проколами на венах, но не мог до конца поверить, что это сделал он.
Эрик очень быстро обрел власть, султан стал ему доверять. Стал доверять ему особо важные убийства – например, устранение всей семьи именитого вельможи, заподозренного в шпионаже в пользу англичан. Мне поручено было проверить, как хорошо Эрик выполнил порученное ему дело.
Когда я приехал, один, верхом, дом уже горел. Двое из людей вельможи лежали задушенными у дверей. В доме тоже лежали трупы, я их не разглядывал и не считал. Я направился во внутренний двор, подернутый дымом от пожара, пожиравшего второе крыло. Я был в тени и оставался незамеченным наблюдателем в течение всей последующей омерзительной сцены.
Из дверей выбежал человек в горящей одежде и бросился в бассейн с фонтаном, все еще бьющим, не знающим, что хозяева мертвы и не нуждаются ни в радости, ни в прохладе. Человек в бассейне не пострадал, он выпутался из намокшей одежды и выбрался на берег.
Это был Эрик. Мокрый, костлявый, он уже был страшен.
Он обернулся к дверям и навстречу ему из языков пламени ринулся мужчина в крови и копоти. Кажется, это был старший сын и наследник того вельможи. Он кинулся на Эрика с кинжалом, тот схватил его за запястья, не давая себя ударить и тут… Я начале не понял, что происходит. Как можно такое понять или представить?
Сильный молодой мужчина умирал. Его кровь и жизнь высасывал чудовищный мясистый отросток, выползший изо рта Эрика. Представляете, мсье Сенкьем? Как будто пиявка или змея. И такие чудовищные глотки – я видел, как волны проходят по отростку. О Аллах, мне кажется, я даже слышал! Когда кожа мужчины посерела и меч выпал из мертвой руки, Эрик отпустил его, бросил на пол. Потом он оглядел его. Одежда убитого хоть и была в пятнах, но все же более цела, чем одежда Эрика. И Эрик решил переодеться. Он скинул обгоревшие вещи. Я увидел ожоги на его коже, шрамы и… Его тело не было мужским. И женским – тоже. Вот как кукла, выточенная из кости. Никаких признаков человеческого пола.
Перс умолк, оглядываясь. Гостей было уже очень мало. Лишь горстка гуляк шла по галерее, в которой сидели они.
Он вновь проживал те мгновения…
– Я вспоминаю, пытаюсь понять раз за разом и не понимаю. Что же он такое? Он не человек! В ту ночь он заметил меня. Не знаю, в какой момент он понял, что я вижу. «Опасно знать секреты Эрика», – сказал он. Но ничего мне не сделал. Знаете, кажется, он был даже рад, что кто-то еще теперь знает. И еще мне кажется, что… Всегда казалось, что в нем живут два существа. Внешняя оболочка, искалеченная, человеческая. И внутренняя мерзость. То же и с его голосами.
– Голосами?
– У Эрика два голоса. Один – обычный мужской, немного сиплый, а второй – голос ангела. Когда поет ангел что-то происходит с людьми вокруг. Будто бы меняется сама ткань мироздания. Мир дрожит и, кажется, что ты вот-вот увидишь… Бога. Эрик может петь даже с сомкнутыми губами. Заставлять петь каменных львов, древние руины, реку, Луну… Он может начать играть или петь и ты слышишь голос матери, забытую мелодию из самого детства. Как такое может умещаться в одном создании? Что это за порода существ?
– Это очень древняя порода. Существа эти живут на планете почти столько же, сколько и люди. Но такие как Эрик – редкость даже среди своих.
– Столь безобразные?
– Столь чистые. Обычно эти существа продолжают свой род, заражая других людей крохотными червями. Их жертвы встают из могилы, если не размозжить им череп. Насколько я понимаю, жертвы Эрика оставались мертвыми. Или обычными людьми, если он не выпивал их досуха.
Перс содрогнулся от отвращения.
– Это создания Шайтана?
– Как вы скоры на суждения! Горячий сын востока. Но я не знаю ответа и на этот вопрос.
– А Эрик? Почему рядом с ним я не видел других таких?
– Я не думаю, что он сам в курсе того, кто он есть.
– Я знал, я чувствовал, что тут что-то нечисто. Нечисто в прямом смысле…
– Поэтому вы и переехали в Париж?
– Да. Я боялся, что человеческие жизни могут быть в опасности, пока он ходит по земле. Он до сих пор жив благодаря мне…
– Разрешите спросить: почему вы помогли ему бежать?
– Кто вы такой на самом деле и зачем вам я? Вы знаете все и так. Вы знаете больше самого Эрика…
– Ответьте на вопрос, мсье Перс.
Перс усмехнулся.
– Я не знаю ответа на этот вопрос, мсье Сенкьем. Я знал его тайну. Он знал, что я знаю. И… Быть может между нами и вправду сложилось «некое подобие дружбы», как вы сказали. Мне стало жаль его, наверное.
– Вы общались с ним уже здесь, в Париже?
–Да. Несколько раз. Я пытался узнать, что случилось с мадемуазель Дааэ. Я не верил, что чудовище не причинит ей вреда и что она уйдет, а потом вернется по собственной воле.
– Вы с ним поспорили, выходит?
– В некотором роде. Но она и правда не выглядит пленницей. Он выводил ее на прогулки, она покидала его дом у озера и возвращалась…
– Вы знаете, как проникнуть в его дом?
– Знаю.
– Будьте так любезны – расскажите.
– Если бы меня попросил об этом кто-то другой, я бы не стал рассказывать… Вы, мсье Сенкьем, не так просты, но и вас я считаю нужным предупредить – берегитесь Эрика. Я проходил к его жилищу, но так и не попал внутрь. И едва не погиб притом. А я знаю его много лет и видел, как он изобретал свои смертоносные ловушки.
– Благодарю за предупреждение, мсье Перс.
– Так вот, мсье Сенкьем… Входа в его жилище я знаю два. Быть может, их больше. Один – в гримуборной мадемуазель Дааэ. За зеркалом. Эрик вообще любит трюки с зеркалами. У вас есть бумага и карандаш?
Мсье Сенкьем достал из поясной средневековой сумки блокнотик с карандашом, вставленным в корешок, и протянул Персу. Тот стал быстро набрасывать схему.
– Вот тут и тут рядом с рамой зеркала – полые кирпичи. Их можно нащупать, просунув руку под обивку стены. Только, умоляю, не разбивайте зеркало – в этом случае вас может ждать смертельная ловушка. Я проникал в его логово этим путем. Но есть и другой, сам я им не пользовался, но видел, как Эрик входит в свой дом через него. В третьем подвале, за задником «Лахорского короля» – знаете, такие индийские пейзажи. Насколько я понял, двигаться нужно на четвереньках. Вот и все, что я знаю.
– Благодарю вас, мсье Перс, – мсье Сенкьем убрал блокнот обратно в сумку. – Ваша помощь неоценима.
– Но для чего он вам нужен? Чьи интересы вы представляете здесь, мсье Сенкьем?
– А я все думал – когда же вы спросите, мсье Перс! Я представляю интересы тех, кто уже долгие ведает присутствием подобных существ на Земле и их популяцией.
– Вы убьете его? – Перс спросил осторожно, но голос его выдал – раздалась едва слышная хрипотца.
– Нет. Во всяком случае, меня попросили доставить его живым. Те, кому я оказываю эту услугу, хотят узнать о нем побольше.
– Передайте им мои соболезнования.
– Непременно, господин Гасан-бек. Непременно!
Чумной доктор поднялся, поклонился, слегка опираясь на свою трость. Перс поднялся на ноги и ответил на поклон.
– Всего доброго!
– И вам всего доброго, мсье.
Мсье Сенкьем покидал маскарад.
Полночь минула давно, холодный рассвет и не думал заниматься. А мсье Сенкьем был голоден.
Заехав ненадолго в свою квартиру, он переоделся, на скорую руку привел в порядок внешность и отправился на поиски позднего ужина…