Я выбираю месть

      Второй раз за двое суток Наруто очнулся в лесу. Вокруг не было ни души; мрак уже окутал землю, погружая всё в сон. Только, где-то в глуши, едва слышалось журчание ручья. Наруто пошёл на звук воды, так как его мучила сильная жажда, да и смыть с себя запекшуюся кровь также не помешало бы.       Идя через лесную чащу, он пытался восстановить в голове события прошедшего дня. Всё началось после того, как он сбежал из больницы. В тот момент им руководила только ненависть и жажда мести. Затем встреча с пьяными чунинами. Наруто чётко помнил всё до того момента, как его ударили в живот. После - темнота. Может, его просто избили до полусмерти, а затем выкинули в лес, чтобы избавиться от него, как от занозы?       «Нет, Наруто, - в голове раздался голос. Курама. Это было настолько неожиданно, что Наруто не заметил корень на пути, споткнулся и упал. - Ты истощён», - заметил биджу. - Да ты что! - съязвил Наруто, поднимаясь. Его начало раздражать, что Лис, вот так вот запросто, может проникнуть в сознание. Получается, что даже личные мысли больше не могли быть личными. К тому же парень не привык, чтобы с ним кто-то общался.       Курама, видимо, уловив настроение своего джинчурики, ничего отвечать не стал и просто замолчал. Наруто хмыкнул - Лис всё равно слышит его мысли, так какой смысл что-то говорить?       Наконец, мальчик дошёл до ручья. Он рухнул на колени, набрал в лёгкие побольше воздуха и окунул лицо в леденящую воду. Кожа на спине мгновенно покрылась мурашками. Но в то же время низкая температура воды помогла голове проясниться, выстраивая мысли в ровную цепочку. Вынырнув, Наруто жадно глотнул воздух. У мальчика создавалось ощущение, что он заново родился, приобретя новые знания. «Ну, так что? - Лис снова заговорил, заставив Наруто вздрогнуть. - Ничего, когда-нибудь привыкнешь ко мне, - биджу громко засмеялся, его смех больше был похож на лай. - Готов выслушать мою историю? Если да, то приглашаю тебя в твоё подсознание.»       Наруто хмыкнул - его приглашают в его же подсознание. Но этот наглый Лис определённо умел заинтересовать, поэтому, оглянувшись, мальчик сел поудобнее на берегу ручья и закрыл глаза. - Ты слишком медленный, - зверь неодобрительно покачал головой. - Но, главное, что ты всё-таки пришёл. - Лис лег, скрестив передние лапы, и изучающим взглядом посмотрел на своего джинчурики. - Давай договоримся, что во время моего рассказа ты будешь молчать, как немой. И задашь все свои вопросы после моего рассказа.       Наруто кивнул, показывая своё согласие. Хотя не мог ручаться за то, что сможет промолчать, так как терпением никогда не отличался. Лис, видимо, уловил эту мысль в голове у мальчика, поэтому раздраженно оскалил зубы, но всё-таки ничего по этом поводу не сказал. Курама помолчал минуту, разжигая в Наруто и недовольство, и неподдельный интерес. И когда мальчик хотел уже нарушить своё обещание и сказать что-нибудь грубое Девятихвостому, последний соизволил начать рассказ: - Думаю, стоит начать с того, что до того, как я был запечатан в тебе, моим джинчурики была твоя мать, Кушина Узумаки, - при упоминании этой женщины, Курама злобно сузил глаза. - Сильная женщина была, должен я сказать. Она умело сдерживала меня на протяжении долгих лет, пока не родила тебя. Во время беременности печать, сдерживающая хвостатого, слабеет, что даёт возможность биджу вырваться на свободу. Но, как я уже сказал, твоя мать была сильной женщиной. Она сдерживала меня до последнего, и ей это фактически удалось. Если бы не вмешался один человек. Не считаю должным рассказывать тебе про него, скажу лишь одно: этот человек хотел разрушить Коноху. - Курама замолчал на пару секунд, изучая лицо Наруто, затем продолжил: - Но не этот человек запечатал меня в тебе, это сделал твой отец. Хотя, я кажется, тебе уже говорил, - Наруто, поджав губы, кивнул, - твой отец, Минато Намиказе, был Четвёртым Хокаге в деревне Скрытого Листа. Ох, словами не передать, как он раздражал меня. Не раз я пытался вырваться из Кушины, чтобы перегрызть горло этому нахалу, - Курама блаженно втянул носом воздух, вспоминая события минувших лет. - Это было так давно.. Но ведь в итоге я и убил его, - Лис засмеялся, увидев, как расширились глаза Наруто. - Да не переживай ты так! Тебя я убивать не буду. По крайней мере, сейчас не буду, - Курама снова засмеялся, заставляя стены сотрясаться в такт. Как только он перестал смеяться, продолжил: - Так на чем я остановился? - биджу на секунду задумался. Со стороны это смотрелось смешно, но Наруто ничего не сказал, пытаясь сдержать обещание. - В ночь, когда родился ты, печать, сдерживающая меня, едва работала, к тому же твоя мать была обессилена. И, именно в эту ночь, тот человек похитил твою мать, с целью извлечь меня и натравить на Коноху. Ему удалось. Кушина была слишком слаба, чтобы помешать ему, а твой отец в это время прятал тебя. А я напал на деревню Скрытого Листа. Нужно предупредить тебя, что сделал я это по принуждению. Мне отнюдь не хотелось разрушать деревню, я хотел сбежать подальше, чтобы меня никто не нашёл. - Наруто уловил в голосе Девятихвостого печальные нотки. - Пока я разрушал деревню, твой отец разобрался с тем человеком, а Кушина охраняла тебя. Не знаю, договорились ли они, на тот момент, о том, что сделают со мной, или нет. Но, в любом случае, твои родители выиграли. Минато понимал, что не сможет убить меня, поэтому, видимо, решил рискнуть. Он использовал Фуиндзюцу: Шики Фууджин, чтобы запечатать половину моей чакры в себя. Всепоглощающая печать Мертвого Демона запечатала бы не только часть моей чакры в Минато, эта техника должна была отнять у твоего отца душу. Тот, кто пользуется этой техникой, платит высокую цену. Твой отец знал, на что шёл.       Курама вновь замолчал и посмотрел на джинчурики. Хотя, ему даже смотреть не надо было, чтобы понять, что творится у мальчика в душе. Не смотря на всю свою жестокость, Лису было жалко ни в чем невиновного мальчишку, ставшего пешкой в игре. Десять лет Курама насмехался над ним, считая, что тот ни на что не способен. Лису казалось, что в душе Наруто нет тёмной стороны. Однако, недавние события показали, что он ошибался. В душе мальчика была злоба, которую оба попросту не замечали. Но, теперь, когда все карты открыты, Курама может помочь и себе, и джинчурики. - Но та техника, все равно ничего не изменила - Минато не мог победить меня. И тогда он решил запечатать меня в младенце. Этим младенцем был ты, Наруто Узумаки. Как ты понимаешь, меня не прельщала идея того, что меня снова запечатают. Тем более меня не прельщало быть запечатанным в младенце! - Лис фыркнул, пытаясь показать, насколько это абсурдно звучит. - Я попытался убить тебя. Ой, да не делай ты таких испуганных глаз, - Девятихвостый засмеялся, - как будто бы ты сделал на моем месте что-то другое. Но, видишь, ты ещё жив. Твои родители спасли тебя, закрыв своими телами. Я проткнул их своим когтем. Вот этим, - биджу поднял вверх один из пальцев, демонстрируя длинный коготь. - Эти самоубийцы всё равно запечатали меня в тебе. - Лис замолчал. Наруто решил, что рассказ закончен, но Курама вновь заговорил: - Знаешь, они тебя очень сильно любили. Любовь. Я плохо помню, это чувство. Но, если бы кто-нибудь попросил привести пример любви, я бы рассказал им историю о твоей семье.       Наруто рукавом вытер выступающие на глаза слезы. Всё это время он сдерживался из последних сил, но сейчас мальчик уже был на пределе. Его родители были героями. Они были великими людьми. Мать была джинчурики Девятихвостого, а отец - Хокаге. Такого Наруто даже во сне представить не мог. - Это что, слезы? - Курама презрительно поморщился. - Ты слишком похож на своего отца - такой же сентиментальный. И так же меня раздражаешь, - последние слова зверь пролаял, вновь начиная смеяться. Наруто не понравилась такая реакция, но он не мог обвинять Лиса в бесчувственности. В конце концов, он просто биджу, и в няньки не нанимался. - Вся деревня ненавидела тебя из-за меня. Из-за того, что в тебе был запечатан я. Люди не видели в тебе человека, сына Четвёртого Хокаге. Они видели демона, когда-то разрушившего деревню. Теперь ты можешь задавать свои вопросы, - Курама положил голову на передние лапы.       Наруто не знал, что спросить. Ему казалось всё важным и неважным одновременно. Мысли в хаосе бродили в голове, поэтому Наруто выпалил первое, что пришло на ум: - Почему мне никто не рассказывал об этом? - Хм.. - Курама зевнул, эта беседа начинала ему надоедать. - Скорее всего Третий решил сохранить это в тайне, думая, что от этого будет польза. Ошибся старик, однако, - Лис усмехнулся. - Ведь ты же не помнишь, что случилось с теми двумя пьяными шиноби? Вряд ли помнишь. Они умерли, - в глазах биджу заиграли озорные огоньки. - Ты их убил. Вернее, их убил я, когда ты меня высвободил. Ты потерял контроль, ну, а я церемониться с ним не стал.       В глазах у мальчишки потемнело - на его руках две смерти. И всё из-за того, что он потерял контроль. - Лучше бы я просто сидел в той больнице, продолжая жить прежней жизнью, - сокрушенно прошептал парень. - Ты серьёзно? - Курама резко вскочил, заставив Наруто отшатнуться. - Тебе нравилось то, как ты живёшь? Тебе нравились все те издевательства, которые ты терпел? Дурак! Ты ещё ничего не понимаешь в жизни! У тебя огромный потенциал. У тебя есть я, а ты хочешь жить жизнью изгоя в собственной деревни! - Наруто, до этого момента, никогда не видел Девятихвостого в такой ярости: длинные когти оставили глубокие борозды в полу, когда Лис вскакивал с пола, хвосты сзади двигались из стороны в сторону в бешеном ритме. - Но я убил двух людей! - на глаза у Наруто снова выступили слезы. Парень рухнул на колени и схватился рукам за голову. - Это не может быть правдой. Это все сон. Сон, сон сон, - Наруто мотал головой, быстро шепча слова. - Если тебя это успокоит, то убил их не ты, а я. У тебя действительно кишка тонка совершить такое. - Лис усмехнулся - его смешили эмоции, которые в данный момент испытывал Наруто. - Мы должны вернуться в Коноху, - вдруг выдал джинчурики, вставая с колен. - Я должен поговорить с Третьим. - Нет! - неожиданно громко выдал Курама, мотая головой из стороны в сторону. - Нет, нет и нет! Я понимаю твоё желание умереть, повторив подвиг родителей, но не забывай, что теперь у тебя есть я. - Сейчас Девятихвостый был больше похож на испуганного ребёнка, которому грозило страшное наказание, чем на грозного биджу. - Я не горю желанием быть запечатанным в Данзо. Этот человек лишит меня свободы окончательно! - Думай, что хочешь, - Наруто нахмурился, - но я иду в Коноху. Я просто обязан поговорить с Хокаге.       Курама вздохнул и вновь лёг, положив голову на лапы. Затем устало заявил: - У меня нет сил с тобой спорить. Хочешь идти - иди. Но я постоянно буду рядом, и, в случае чего, ты снова выпустишь меня, чтобы я опять спас наши жизни. - Последняя фраза была пропитана сарказмом и насмешкой. Но Наруто не обратил на это внимание. - Сейчас я советую тебе поспать. Утром мы отправимся в дорогу, - Лис демонстративно отвернулся от Наруто, показывая, что разговор окончен. Но парня не нужно было просить дважды - он уже вышел из подсознания.       Его взору, опять, предстал ручей с ледяной водой и лес, окутанный ночной мглой. Наруто зачерпнул рукой немного воды и выпил. Затем устроился под деревом и, следуя совету биджу, уснул.