Хранитель храма Ветров

***

       — Эй, смотрите! — сказал молодой и звонкий голос. — Там внизу какое-то движение.        — Хм. Похоже на людей, — сказал еще один голос, что был похож на тихий вздох.        — Совсем страх потеряли! — возмутился чей-то третий голос. — Давай прогоним их! — молвил он и утробно завыл.        — Нет. Пусть идут, — сказал четвертый голос. Он был холодным, словно говорил сам Север. — Я хочу посмотреть, что им нужно.

***

       В храм Весту привели глухой ночью, когда закончилось праздничное гулянье, и горожане мирно уснули в своих домах. Веста была очень зла из-за того, что никто не попытался остановить старейшину Ги. Еще она сердилась на то, что никто не встал на ее защиту и, конечно же, она злилась сама на себя за то, что поддалась эмоциям и так глупо попалась в руки старейшине.        Всю дорогу к вершине горы Веста хранила молчание, хотя старейшина Ги, что шел впереди нее, все время пытался спровоцировать ее на разговор. Он бросался колкостями и словами, которые, по его мнению, были очень не приятны для Весты. Он хотел разрушить внезапную стойкость девушки, сломать ее упорство и уверенность. Его очень злило, что Веста перестала хоть как-то реагировать на свою горькую участь, в которую по своей же глупости и попала. Но он был ее неудаче безгранично рад.        Еще Весту сопровождали двое стражей и писарь. Последний должен был запечатлеть сие событие для потомков как некое руководство к решению похожей беды в возможном будущем. Самого же писаря сопровождал юный помощник. Он был единственным, кто нес небольшой фонарь, хоть как-то освещавший путь наверх.        Вся процессия внезапно остановилась у больших ворот. При свете дня они, обвитые плющом и сладко пахнущими цветами, выглядят необычайно красиво и величественно, но сейчас ворота выглядели словно проход в преисподнюю — две высоких колоны были увиты черными змеями, и их угрожающее «ш-ш-ш» разносилось по всей округе.        Староста Ги обернулся к Весте и улыбнулся, словно был для нее хорошим другом.        — Может, у тебя есть последнее желание? — спросил Ги, но Веста проигнорировала его вопрос. — Тогда хорошо, — он подошел к девушке и поправил церемониальное одеяние, в которое ее облачили накануне. Когда старейшина надевал на ее голову капюшон и прятал лицо за вуалью, Веста сказала:        — Тебе это просто так не сойдет.        — Уже сошло, — ответил он ей тем же холодным тоном. — А теперь иди.        Старейшина отошел в сторону, и стражи отпустили девушку. Помощник писаря зажег еще один фонарь и отдал его Весте.        — Это убийство, — шепнула она парнишке в надежде, что он сможет хоть чем-то ей помочь, но он, даже и не посмотрев на нее, вернулся к писарю.        Что ж, тогда вперед!        Дрожа всем телом, Веста сделала шаг к воротам. У нее был план, и потому она не боялась. Ее тело дрожало от холода, а не от страха, что должен был бы поедать девушку в этот момент.        Старейшина, стражи и писарь с помощником не сунутся за ворота — им нельзя, а раз так, то у нее есть шанс убежать.        Она ступала очень аккуратно, дабы не упасть на камнях. Тусклый фонарь и вуаль перед лицом не давали возможности хорошо видеть дорогу, и Веста буквально шла на ощупь. К тому же длинные полы ее церемониальной одежды путались в ногах, и ей приходилось все время их одергивать.        Как только Веста зашла за ворота, она сразу почувствовала облегчение. Все напряжение в ее теле куда-то улетучилось. Она не жертвенный ягненок. Она просто прогуливается перед храмом Ветров.        Веста подняла вуаль и во все глаза уставилась на огромный темный силуэт храма. Он был похож на острозубую гору из кошмаров. Девушка вдруг подумала, что это место может стать свидетелем ее последних вздохов, и эта мысль привела ее в ужас. Она попыталась от нее избавится, подумав о том, что еще пару шагов, и ее скроет темнота, и старейшина Ги с остальными не смогут увидеть ее побег.        Веста оглянулась на старосту. Сначала она казалась напуганной и готовой взмолиться о помощи, но потом будто бы сбросила с себя маску страха и стала сама собой: самоуверенной и бойкой. Она выбросила фонарь. Он звонко упал на камни и потух, погрузив ее во тьму. Веста услышала как по ту сторону ворот началась взволнованная возня, а потом невидимая сила обняла ее за талию и втащила в храм.        Это случилось так быстро, что она даже не успела закричать. Вот она стоит и мысленно сме­ет­ся над ста­рей­ши­ной, как вдруг ока­зыва­ет­ся на хо­лод­ном ка­мен­ном по­лу в хра­ме. По­зади нее ог­ромные две­ри зак­ры­ва­ют­ся с гром­ким «бум» и пог­ру­жа­ют Вес­ту в неп­рогляд­ную тем­но­ту.         — Кто-кто в хра­ме жи­вет? — не очень ве­село про­из­несла она. Весте в жизни не было так страшно.        — Мы, — от­ве­тил ей мно­гого­лосый ше­пот и темнота вокруг нее, кажется, стала еще гуще.       Было очень зябко, и Веста обняла себя за плечи. Она все вглядывалась в черную и непроглядную пустоту перед собой, как вдруг услышала пре­рывис­тое ды­хание. Вес­та не сра­зу по­няла, что это она сама ды­шит, по­ка не ощу­тила, как ее лег­кие на­пол­ня­ют­ся хо­лод­ным воз­ду­хом. Да­лее, она поп­лотнее уку­талась в свои одеж­ды. И, на­конец, почувствовав в се­бе сла­бое за­рево сме­лос­ти, под­ня­лась с ка­мен­но­го по­ла на но­ги.        Веста не знала, как должен себя вести человек, попавший в подобную ситуацию, поэтому она не придумала ничего лучше, чем сказать:        — Зажгите свет,, я не вижу, куда мне идти.        Она не надеялась, что ее послушают. Глубоко внутри она даже хотела, чтобы ее не послушали: ведь если зажжется свет, значит, в храме кроме нее есть еще кто-то, и тот шепот не был причудой ее воображения.        — А ты смелый для человека, — произнес кто-то, и Весту охватил страх. Она ощутила, как ее лица коснулся легкий ветерок. Потом еще раз. И еще… Ощущение, будто кто-то дышал ей в лицо, будто кто-то стоял прямо перед ней.        — Я не могу говорить с тем, кого не вижу. Покажись.        — Неслыханная наглость! — ответил голос позади Весты, и Веста тут же отпрянула в сторону, уставившись в темноту перед собой. Сколько бы она не напрягала глаза, она так ничего и не увидела.        — Я новый хранитель храма, — произнесла девушка, — и требую к себе уважения!        Весту вдруг посетила мысль, что если она до сих пор еще дышит, значит, нужно воспользоваться ситуацией по максимуму. Если у нее есть крошечный шанс из подношения превратится в хранителя, почему бы его не использовать? Хуже все равно уже не будет. Даже если у нее не получится, конец будет таким же, как для жертвенного ягненка. Но, стоя на пороге смерти, она не почувствует сожаления о том, что не пыталась побороться за свою жизнь.        — Нам не нужен хранитель! — раздался голос. В этот раз он сильно отличался от предыдущих голосов. Его надменный тон Веста расценила как вызов.        — Я хороший хранитель! — заверила она своих невидимых собеседников и всем сердцем попыталась поверить в свои же слова.        Внезапно один за другим стали зажигаться огни вдоль стен. По мере прибавления света Веста поняла, что находится в огромном зале с колонами, расписными стенами и причудливыми тенями, плясавшими в ритме трепещущих огоньков. Придерживая рукой капюшон, она подняла голову вверх и охнула от изумления — потолок был таким высоким, что прятался во мраке у нее над головой и был недоступен взгляду.        — Тогда вот тебе задание, хранитель, — сказал все тот же надменный голос. — Пока мы будем отсутствовать, ты должен перестирать все наши грязные одежды, — и на Весту обрушился целый дождь из разноцветного тряпья. — Времени у тебя до рассвета.        — Что?! — едва не задохнулась Веста от возмущения. Такого она никак не ожидала.        — Справишься? — спросил шепот возле ее правого уха.        — Сомневаюсь, — ответил еще один шепот, но уже у другого уха.        — Пари? — раздался звонкий голос где-то позади Весты, и она оглянулась в его сторону, но никого там не увидела. Лишь танцующие на стенах тени подмигивали ей.        Изумленная Веста открыла рот, чтобы высказать свой протест, но вдруг к ней пришло осознание происходящего — глупые боги, если с ней и вправду говорят боги, еще не поняли кто она на самом деле.        И как такое может быть?        — Согласен, — прошелестел ответ где-то у нее над головой.        — Согласен, — повторила Веста за шепотом. — Если я справлюсь, я становлюсь хранителем храма.        — У него такие нежные руки, — сказал один из невидимых собеседников, и Веста почувствовала как ее руки, которая придерживала капюшон, коснулось что-то очень легкое и воздушное. — Похоже, эти руки не предназначены для тяжелой работы, — фыркнул воздух.        Дабы выразить свое недовольство Веста энергично отмахнулась от прикосновения свободной рукой.        — Я…        — Я принимаю твои условия, — услышала она холодный тон. «Наверное, он здесь главный», — подумала Веста. — Если ты не справишься с заданием, то мы сбросим тебя с вершины горы.        От услышанного у девушки подогнулись колени. С другой стороны, для Весты появился позитивный момент: теперь она знает, какой будет ее смерть.        — Я… Я принимаю ваши условия, — ответила она, пытаясь унять дрожь во всем теле.        — Тогда жди нас на рассвете, — был ей ответ, и сорвавшийся ветер взметнул в воздух одежды, что лежали у ее ног.        Веста осела на пол вместе с разноцветной тканью. Одежд было много, очень много.        — Удачи тебе, хранитель, — сказал секунду спустя ветерок и метнулся вверх, к потолку, что прятался в темноте. Веста поняла это по тому, как подхваченный невидимой силой огонек потух в темноте у нее над головой. После наступила звонкая тишина.        «Вот же дура, — подумала девушка, — сама себя загнала в угол».