Дневник колдуньи

- Здорово же вам насолить хотели… Я смотрела на пепелище, которое некогда было деревянным сараем, стоявшим возле калитки для выгона скота. Так как добирались мы до дома позади деревни, теперь Ленка возилась с ржавым и заклинившим от долгого неиспользования замком. - Я тебя открою, гад… Открою… Ну же, давай… Ну! Ленка усиленно пыталась повернуть ключ в замочной скважине, но у нее ничего не выходило. Подруга даже прикусила кончик языка от усердия. - Слушай, Лен, дом все равно крайний. Обойдем вдоль забора и к воротам. Ведь даже по деревне идти не придется. Подруга раздраженно посмотрела на меня и вернулась к своему занятию, буркнув: - Теперь это дело принципа. Если хочешь, иди к воротам, я тебе ключ дам. Я покачала головой и открыла было рот, чтобы прочитать Ленке нотацию о том, что настоящие друзья не бросают друг друга в беде и в глупостях, но внезапно, словно из-под земли, возник человечек маленького роста, одетый в тулуп, из-под которого выглядывала белая косоворотка, в штаны и лапти. - Нет, девицы, так не пойдет. Пусть во двор хозяйка первой заходит. И через главные ворота. А то, как тать полуночный. Ленка взвизгнула и отскочила от калитки, плюхнувшись в снег. Так она даже на нашего призрачного извозчика не отреагировала. Хотя… Это же я привыкла к своей домашней нечисти. А после памятных нескольких стопок и душевных излияний до утра со стороны Лёньки, я для него вообще почти как родная стала. - Ты к-к-к-кто…к-к-к-кто такой? – от удивления или страха подруга начала заикаться. - Дворовой ваш. Степан. И временно исполняющий обязанности домового. Он у нас в отпуске в соседнем селе. - Домовиху себе ищет? – я не могла сдержаться, особенно в свете последнего разговора с Лёнькой о такой одинокой жизни домовых. - Рассказывать не велел. А ты, девица, случаем не Патринина внучка будешь? Хорошая цыганка была. Добрая… Я предполагала, что могу столкнуться в деревне с кем-то (из мира русских сказок и народных поверий), кто знал мою далекую-далекую родственницу. Но не ожидала, что это случится так быстро. У меня даже разом вылетели из головы все вопросы. - Я… да. Патринина. - Своя, значит. И колечко, смотрю при тебе. Ну-ка, давайте, к воротам идите. Нечего стоять. Мороз на улице. Да и мне рассказать есть что. А то, после того, как Настасья сарай подожгла… - Так Лешка-лесничий сказал, что хулиганы… - Ленка неуверенно посмотрела на обугленные балки, которые по весне надо было бы разобрать. - Так они все Колесниковы говорят много и не по делу. - Согласна-согласна, - я закивала, соглашаясь со Степаном. - Ладно… Пойдем. Ну, что ж, дом, встречай хозяйку, - Ленка встала, отряхнулась и зашагала вдоль забора к главной калитке, рядом с которой располагались ворота. На этот раз ключ без проблем повернулся в большом амбарном замке, который Ленка вручила дворовому. Но потом до нас обеих дошло, что мы не дуры, конечно, но что-то весьма близкое. - Воропаева, а как же мы их откроем. Снег-то чистить надо. У вас лопата в сарае есть? - Есть, конечно. И снеговая тоже. Стёп, а ну, неси лопату. Дворовой окинул нас скептическим взглядом и скрестил руки на груди, топая маленькой ножкой по снегу, в который он не проваливался. - Я вас у ворот встретил? Встретил. Ты замок сняла? Сняла. Значит, что? Добро пожаловать. А остальное… Сами, барышни, сами. Дворовой исчез быстрее, чем Ленка успела что-нибудь сообразить. Я же вполне ожидала чего-то подобного. После того, как домовые и, наверно, дворовые научились читать, а у нас начали издавать разные английские сказки, то вся наша домово-дворовая нечисть прониклась чувством сострадания к своим английским собратьям, которые по ночам работали на своих хозяев. Поэтому все они зареклись, что в таком же положении не окажутся. Это мне по секрету поведал Лёнька. - Все, я полезла, - Ленка решительно стащила с себя пуховик, который был ей по колено и мог помешать эпохальному штурму высот Эвереста, то есть деревенского забора. - Лен, может, не надо? – я уже представляла, чем это может закончиться. - Да я здесь с пяти лет лазаю… Ой, мама! – нога Ленки соскользнула с деревяшки, и она с криком повалилась в снег с другой стороны забора. Я еле сдержала смех, пока подруга барахталась в сугробе. - Приятного приземления, - рядом снова возник Степан. Ленка села в сугробе и почти рыкнула на дворового: - Ну, доволен? - Не представляешь, как, - Стёпа светился от удовольствия, а широкая улыбка говорила о том, что в нем нет ни капли раскаяния за то, что он не помог с лопатой. Наконец, я решила вмешаться: - Степан, принеси нам, пожалуйста, лопату. Очень просим. Иначе покалечится хозяйка. Дворовой поклонился и с ехидной ухмылкой обратился к Ленке: - Ну, вот. Смотри и учись, как с нами разговаривать надо. Через минуту Стёпа стоял рядом со мной, протягивая лопату. От Ленки помощи ждать не приходилось. Она натянула куртку и сидела в сугробе, обиженная на весь белый свет. Я же принялась чистить снег около ворот, чтобы чуть-чуть приоткрыть створки. Потом же мне предстояло еще и «прорыть» тропинку к дому. От объемов работы я скисла совсем. Тем временем Степка снова пропал, оставив нас с подругой одних. Или не совсем одних. Краем глаза я уловила движение и, покрепче перехватив лопату, направила ее на незваного гостя. - И зачем ты явился, позволь узнать?! – я смотрела на ухмыляющегося Алексея, который стоял, облокотившись о забор. - Ой, Лёшка! – Ленка обрадовалась гостю и моментально сменила скорбное выражение лица на радостно-одухотворенное. - Да я тут мимо проходил. Думаю, помощь нужна… Этот гад еще и улыбался. После того, что произошло у Ленкиного дома в городе, я боялась того, что этот тип может выкинуть еще. - Ты ко мне не подходи, иначе убью лопатой, - я не собиралась опускать свое «оружие», а Ленка красноречиво смотрела на меня притворно-удивленными глазами. - Марин, ты такая злопамятная? Ну, я готов загладить свою вину. Давай лопату, я помогу. Он, наверно, рассчитывал, что я откажусь. Не отказалась. Пусть чистит. Гордость-гордостью, но поэксплуатировать этого парня я ни за что не отказалась бы. - С удовольствием, - я всучила удивившемуся лесничему лопату и плюхнулась в снег около сумок. Ленка по ту сторону забора благодарно смотрела на трудившегося парня. Я поймала себя на том, что тоже невольно любуюсь сильными руками и красивым профилем. Все-таки в том, что он был симпатичным, нельзя было не признаться. Но, между тем, этот Колесников чуть меня не убил. Может, я сгущала краски, но то, что он был замешан во всей этой истории, меня не радовало. Через полчаса мы стояли во дворе. До дома оставалось несколько метров, а Алексей вызвался еще и расчистить дорожку к колодцу. Признаться, я его даже зауважала за подобный энтузиазм. Когда, наконец, вся работа была сделана, Колесников торжественно вернул мне лопату и попрощался. Однако когда он был уже у ворот, я его окликнула. Ленка к тому моменту скрылась в доме вместе с вещами. - Где могила Патрины? - Да у дороги на кладбище, там, где… Прости, какая могила? По виду парня я поняла, что он клянет себя на чем свет стоит за то, что проболтался. - Поздно отнекиваться, Колесников. Ты что-то знаешь. И даже своим симпатичным лицом ты меня, как Ленку, не проведешь. - Значит, понравился, да? – парень выглядел самодовольно, и мне хотелось его просто прибить. - Не увиливай от разговора. Я выведу тебя на чистую воду, обещаю, Колесников. Алексей развернулся и подошел ко мне. - Зови меня Лешим. Меня так многие зовут. По фамилии как-то слишком официально, - он лукаво прищурил глаза и окинул меня оценивающим взглядом. – Знаешь, Марина, а ты тоже ничего. Прежде чем я успела его или стукнуть, или прочитать ему пространную проповедь, он схватил меня за воротник куртки, подтянул к себе и на мгновение прижался к моим губам. Такого я точно не ожидала. Он не дал мне ничего сказать или сделать. Алексей отвернулся и почти сбежал со двора, шепнув напоследок: - Берегись волков. Я прижала пальцы к губам. - Леший, значит… *** - Рин, а я все видела, - Ленка сидела за столом в маленькой кухоньке и держала в руках кружку горячего чая. - Ничего такого не было… - я отставила свою чашку на стол и посмотрела в окно, из которого открывался замечательный вид на весь двор. Да, отсюда Ленка могла все прекрасно видеть. Дом, к слову, был довольно большой. Это был настоящий деревянный сруб. Из сеней дверь вела прямо в небольшую кухню. Вместо стены напротив окна стояла печь, за которой скрывалась комнатка с умывальником, кроватью и шкафом. Конечно, умывальник был отделен от спального места цветастой шторкой. Прямо из кухни дверь вела большую комнату, где стоял диван, стол, несколько тумбочек, шкаф и телевизор. Стены украшали многочисленные фотографии всей Ленкиной семьи и большое старинное, немного мутное зеркало. Вообще-то комната была довольно уютной. Теплый ковер на полу, ваза с сухими цветами, связанная крючком скатерть на столе… Только чувствовалось, что дом сильно скучает без своих хозяев. В этой комнате находилась еще одна печь, за которой скрывалась совсем маленькая коморка с кроватью. В этой комнатушке не было даже тумбочки. Только кровать и окошко, из которого открывался вид не на двор, а на поле за забором. Я вышла из кухни, когда мы с Ленкой с горем пополам растопили печь. Предстояло еще помучиться со второй, но оно того стоило. Тепло печи наполняло комнаты жизнью и особой атмосферой. Конечно, никто давно уже здесь не готовил в печи, потому что Ленкины родители поставили в доме газовую плиту и раз в несколько месяцев возили бабушке, когда та еще была жива, газовые баллоны. Я села на диван, ежась от холода, который все еще пронизывал эту часть дома. В моей голове всплывали обрывки видения, когда я на несколько мгновений перенеслась в прошлое и видела Акулину и Патрину… Да, дом мало изменился с тех пор. Внезапно зеркало помутнело еще больше. Его как будто заволокло дымкой, сквозь которую проступили неясные контуры молодой женщины. Это была Акулина. Я ее узнала сразу. Я подскочила к зеркалу и прижала к нему ладони. Это было безумием, потому что могло случиться все, что угодно. Но ничего страшного не произошло. В моей голове вспыхнули два слова, которые пыталась мне сказать Акулина: «Берегитесь Настасью…» Когда Ленка вошла в комнату, видение уже исчезло. Я стояла около стола и держалась за спинку стула. - Рин, ты чего? - Да так… Веселые нам предстоят каникулы.